Глаза бога

Этот непонятный шарик, похожий на стеклянный, Сяоши нашел в кармане окровавленной толстовки сегодня утром. И шарик чем-то напоминал кровь – алый, яркий и как будто живой, как будто пульсирующее внутри стекла сердце так и норовило выпрыгнуть и обжечь руки. От шарика исходило приятное тепло, а если приглядеться, можно было заметить огненное сияние внутри него. А в темноте шарик светился не хуже фонарика.

И никто – ни Лу Гуан, ни Цяо Лин, ни сам Чэн Сяоши решительно не могли понять природу этого шарика, ведь он не походил на обычную побрякушку. Скорее… когда Сяоши держал его в руках, он чувствовал, как жар разливается по телу, а кончики пальцев искрятся, словно щелчок пустой зажигалки.

Это было сегодня утром.

А сейчас, вечером, почти ночью, они оба просто смотрят в потолок, не произнося ни слова. Возможно, это…

Лу Гуан не знает, но предполагает, что здесь явно что-то не так…

– Ай! – слышится с нижней полки, и Лу Гуан свешивается вниз.

Видит, как Сяоши крутит шарик между пальцев, будто бы ничего не произошло.

– Что случилось? – спрашивает Лу Гуан.

– Жжется, – отвечает Сяоши. – Я просто сделал вот так…

И проводит рукой в воздухе. Лу Гуан ничего не понимает ровно одно мгновение, пока в воздухе разгорается пламя, собираясь в небольшой, примерно с кулак размером, сгусток огня. И разрастается, становится больше, пока не перепрыгивает на одеяло.

Сяоши вскрикивает, подскакивая с кровати, однако пламя как будто издевается и перепрыгивает ему на футболку. А Сяоши…

Лу Гуан пугается тоже ровно на мгновение, потом спрыгивает с яруса, стянув за собой одеяло. Небольшой пожар уничтожает тут же, пока Сяоши завороженно наблюдает за тем, как горит его футболка. И даже не морщится.

Лу Гуан хмыкает.

Сяоши поднимает взгляд на него, а огонь тухнет сам по себе, на футболке не оставив ни пятнышка.

Сяоши пожимает плечами.

***

– Я все еще не совсем понимаю, – вздыхает Сяоши. – Ты-то откуда это знаешь?

Лу Гуан вздыхает. И как объяснить, что он… А хотя, плевать. Сяоши главное суть уловить, а не пытаться распознать очевидную ложь. И Лу Гуан объясняет снова:

– Их даруют боги. Не просто так, а если ты, скажем, эм… Проявил себя.

Сяоши хмыкает.

– Чем?

– Не знаю, я не бог. – Лу Гуан пожимает плечами. – Но с учетом последней миссии… Это было довольно опасно, так что, наверное, причина в этом.

Сяоши только кивает. И не говорит ни слова.

***

А пару недель спустя, Сяоши даже научился обращаться с этой штукой. По крайней мере, перестал поджигать все вокруг.

А Лу Гуан проводил эксперименты. Пытался сам сделать что-то с этим шариком, однако в его руках он как будто переставал светиться, а на ощупь был совершенно холодным, в то время, как Сяоши утверждал, что шарик теплый.

Впрочем, догадка, кажется, подтвердилась.

Цяо Лин тоже не смогла извлечь из шарика ни искорки.

А Сяоши научился использовать руки вместо зажигалки. Не самый полезный навык, конечно, но все же…

Шарик в итоге вставили в круглую металлическую рамку и примотали проволокой к карабину – и получился брелок.

***

Но не спасает пламя, когда…

В темноте ночи огонь кажется особенно ярким. И, кажется, Сяоши не совсем его контролирует, ведь пожар снова разгорается по всей комнате, пожирает стены, занавески и многочисленные фотографии.

Пожирает окровавленное тело Цяо Лин.

Лу Гуан не может через пламя прорваться, и Сяоши тоже найти не может. Слышит выстрелы.

Черт, в прошлый раз все было менее… безумно.

Выстрелы, кажется, раздаются прямо в голове. И пламя подбирается к ногам. И жжется.

Почему он снова?..

Последний выстрел слышится совсем рядом, а после стихает все. И этот человек, кажется, уходит.

И сквозь пламя Лу Гуан наконец может разглядеть Сяоши. С пулевой раной в боку – и кровь среди огня кажется черной.

Он, как и Цяо Лин пару минут назад, умирает от той же раны, лежа на полу, но в огне, который он создал сам. Огонь не пожирает его, расступаясь, когда Лу Гуан подходит ближе.

Глаза слезятся, наверное, от дыма.

И снова Лу Гуан берет его за руку, и снова ладонь пачкается кровью. Запах гари и запах железа ударяет в нос одновременно тошнотворной смесью.

У Сяоши на поясе, на карабине, огненный шарик искрится. Искрится… Сяоши грустно улыбается, прежде чем его глаза стекленеют. Искрящийся шарик мигает еще пару раз и окончательно гаснет.

И пожар вокруг затухает.

***

Хлоп!

Ровно в тот момент, когда мяч прилетает в него. Ровно тот момент, когда они еще не были знакомы, и вот Сяоши подходит к нему с улыбкой и зовет играть в баскетбол.

От этого контраста даже становится не по себе.

Мгновение назад – кровь и пламя, а сейчас?..

А сейчас он соглашается. Снова. И снова. И опять. И…

Когда Сяоши поворачивается к нему спиной, Лу Гуан наконец вынимает из кармана нечто холодное. Нечто, чего там быть не должно.

Усмехается.

Стеклянный шарик холодит руки, а на жаре от него поднимается пар. Если приглядеться, можно заметить свечение внутри – как о множество маленьких льдинок разбивается свет, искрится и наполняет сердце каким-то необъяснимым трепетом. И летнее жаркое солнце вдруг как будто исчезает – прохлада разливается по телу, а внутри шарика слышится тихий перезвон этих светящихся льдинок.