Глава третья

В тот же вечер я увидел его.

Собрав дань со всех лавочников на нашей улице и встретившись в течение оставшейся половины дня с несколькими людьми, мы с Саром направились прямиком к дому Аргуна. Это был обыкновенный одноэтажный домик, затерянный в лабиринте Квартала Теней. Снаружи он ничем не отличался от других бедняцких хижин, разве что у входной двери всё время находилось несколько молодых и сильных мужчин.

Аргун принимал у себя дома всех сборщиков, разосланных по разным концам трущоб. Ему было около двадцати пяти. Он был высок и широкоплеч. Из-под грубой серой сорочки, поверх которой был накинут кожаный жилет, выпирала мощная грудь. С острого подбородка свисала короткая чёрная борода, сросшаяся с усами. Зато на круглой голове волос не было вовсе. Левую сторону его лица пересекала наискосок чёрная повязка, скрывавшая пустую глазницу.

Когда мы вошли, он сидел в невысоком кресле в дальнем конце единственной в доме комнаты. Перед ним грудой были свалены мешочки с монетами, которые успели принести те, кто пришёл раньше нас. По обеим стенам помещения были разбросаны подушки, на которых разместилось около пятнадцати мужчин. Среди них были и те двое, что приходили в лавку Тана в прошлом месяце. Они сидели ближе всех к Аргуну.

Он лишь мельком взглянул на подошедшего к нему Сара, сухо кивнул и указал на пустые подстилки у самого входа. Там мы и разместились. Прежде Сар бросил свой мешок в общую кучу, а одноглазый продолжил беседу с человеком, сидевшим справа от него.

— Значит, ты говоришь, что уверен в своих людях, Грат? — он говорил негромко, но голос его звучал, как сталь.

— Мои люди не подведут, Мастер, — уверенно ответил тот, кого назвали Гратом.

— Хорошо. Тогда позаботься о том, чтобы все они были обеспечены оружием.

Аргун потянулся к мешкам, взял один и небрежно швырнул Грату.

— Если чего не хватает, отправь людей на Кузнечную улицу. Пусть докупят всё, что нужно.

Грат поймал брошенные деньги одной рукой и с достоинством поклонился.

Аргун, тем временем, окинул всех присутствующих единственным глазом и остановился на мне.

— Кого ты привёл, Сар?

Мой спутник слегка замешкался, но всё же ответил:

— Его зовут Сэйтун. Он вроде толковый парень.

— Сколько тебе лет, Сэйтун? — переключил на меня внимание хозяин дома.

— Четырнадцать, — мне почему-то хотелось встать. Настолько важной казалась личность этого человека.

— Ты знаешь, кто я?

— Да.

— И кто же я?

— Вы — князь трущоб! — выпалил я, сам придумав ему этот титул.

Аргун сухо рассмеялся, и по тому, как его смех подхватили остальные, я понял, что не сильно ошибся.

— Ты хочешь быть частью моего клана? — продолжил Аргун, когда смех стих.

— Да, Мастер! — не раздумывая, отчеканил я, вовремя вспомнив услышанное только что обращение.

Чёрные усы Аргуна слегка приподнялись, но на этот раз он ограничился простой ухмылкой. Он ещё какое-то время сверлил меня своим карим глазом, и лишь когда я, не выдержав, опустил голову, продолжил:

— Сар, отведи его к младшим, — распорядился он. — Накорми и определи на ночлег, если ему некуда идти. Если есть, выдай ему пять медяков за вступление в наши ряды и отправь домой. Но сначала проведёшь обряд посвящения.

Аргун провёл пальцем, как бы прочертив полосу с левой стороны шеи, а затем обратился ко всем:

— Гостей ждём к утру. На рассвете все должны быть на местах.

После этих слов все начали подниматься и тянуться к выходу. Аргун остался в своём кресле, легкими кивками прощаясь с соратниками, в число которых теперь входил и я.

Оказывается, за месяц, в течение которого сборщики возвращались из Квартала Теней с пустыми руками, князь трижды посылал своих гвардейцев усмирить строптивых бедняков. И трижды воины Ибака получали отпор.

Аргун откуда-то прознал, что на следующий день князь всерьёз вознамерился взяться за наши трущобы. Не из-за денег, конечно. Бедняки платили меньше всех: их подать исчислялась медяками, в то время как большая часть города вносила серебро, а знать — и вовсе золото. Правитель Телена боялся, что бунт перекинется на другие кварталы. А это уже грозило ему потерей власти.

На рассвете я уже был там, куда накануне велел мне явиться Сар — у восточных окраин квартала. Там, где наши хилые хибары вплотную примыкали к добротным каменным домам зажиточных ремесленников и купцов.

Таких, как я, в клане Аргуна собралось человек тридцать. Мы выглядели как банда ободранных малолетних разбойников. И у каждого на левой стороне шеи красовалась татуировка — маленький трезубец. Такую же накануне ночью сделали и мне. Кожа покраснела и сильно чесалась.

Большинство мальчишек были либо моего возраста, либо чуть старше. Всего у восточной окраины собралось около двух сотен бойцов.

Нам — младшим — велели взобраться на крыши, где уже было заготовлено всё для предстоящей бойни: груды каленых камней и множество острых дротиков. Вместе с нами наверх поднялся и Грат — и я понял, что в бою придётся подчиняться именно ему.

Я заметил, что у всех, кто сидел на крыше по двое-трое, были точно такие же кинжалы, как и у старших. Когда Грат подошёл ко мне, чтобы вручить недостающий атрибут, сердце замерло. Мне доверили носить оружие. Это значило, что я больше не мальчик. Я — мужчина.

Я не боялся перед первым боем. Именно потому, что он был первым. Гораздо позже, пройдя всё, что суждено, я всегда буду завидовать себе тогдашнему. Ведь тогда я ничего и никого не боялся. Мне всё было внове и интересно.

Я притаился за кирпичным выступом на крыше дома, где засел. То и дело выглядывая, я старался не упустить ни одной детали. Час ожидания — и между домами появилось какое-то движение. Старшие к чему-то готовились. Очень скоро стало ясно — к чему именно.

К Кварталу Теней приближались около сотни закованных в железо гвардейцев. Они были при полном вооружении — словно шли на настоящую войну. Мое сердце сжалось, когда я перевёл взгляд на спрятавшихся между лачугами старших. У них были только мечи и кинжалы. Ни доспехов, ни щитов. Но даже тогда мне не было страшно.

Пятеро-шестеро человек, вставших в узких проходах между хижинами, никак не отреагировали на приближение княжеского карательного отряда. Они продолжали лениво переговариваться и плевать под ноги зелёную жижу. Их беспечность одновременно удивляла и вселяла веру в успех.

Когда до границы трущоб гвардейцам оставалось всего несколько шагов, раздался мощный крик, тут же подхваченный сотнями голосов:

— А-а-а-а!

Старшие члены клана Аргуна покатились волнами навстречу врагу.

Грат первым поднялся во весь рост и швырнул три дротика — один за другим. Все последовали его примеру. На гвардейцев обрушился настоящий град камней и копий. Правда, большинство отскакивали от доспехов, но всё же мешали сосредоточиться и сбивали с ритма.

Старшие действовали слаженно. После короткой, но яростной стычки, они начали теснить гвардейцев от границы Квартала. Клинки звенели, раздавались крики — кто-то вопил от ярости, кто-то от боли. Появились первые жертвы. Было видно: люди князя не ожидали такой ярости от голодранцев.

Скоро бой переместился настолько далеко, что мы с крыш уже не могли в нём участвовать. Грат приказал ждать, пока враг снова не приблизится.

Но в тот день они больше не приблизились. Восточные границы Квартала Теней выстояли. Как, впрочем, и весь остальной квартал.