Глава седьмая

По правде сказать, подготовка к осаде оказалась занятием невероятно скучным. Все необходимые процессы уже были кем-то запущены и кем-то управляемы. Рина делала вид, что показывает мне самые слабо укреплённые участки внутренней крепости. На самом же деле мы просто искали безлюдные места, чтобы в очередной раз побыть вдвоём. Мы дышали друг другом и не могли надышаться.

Однако к полудню я немного отошёл от страстного опьянения и вспомнил о наказе брата. Он ведь велел мне следить за Ошом. Пока мы изучали закоулки цитадели, я несколько раз видел генерала. Он ходил с потерянным видом, не реагируя на приветствия солдат. Я был слишком увлечён Риной и не придал этому значения. Теперь же Оша не было видно нигде. Я поделился своими опасениями с царевной.

— Да, он сильно изменился с тех пор, как пришли вести от разведчиков, — сказала она. — Когда ему предложили возглавить летучие отряды, он отказался, сославшись на то, что будет полезнее здесь. А сам почти не выходит из южной башни.

— А что там, в южной башне? Что он там делает?

— Если хочешь, можешь сам у него спросить.

Она слегка кивнула подбородком в сторону. Проследив за её взглядом, я увидел Оша. Толстяк поднимался на второй ярус замка по внешней лестнице и, как мне показалось, куда-то спешил.

Не раздумывая, я двинулся за ним. Рина не отставала.

Цитадель Телена состояла из четырёх уровней, последний из которых — смотровая площадка на вершине замка. С обеих сторон от неё высились две башни: северная и южная. Вид с них простирался на весь город. К самой вершине вела сложная система внутренних и наружных лестниц и переходов.

Ош внутрь башни входить не стал. Чем выше он поднимался, тем тяжелее ему давались подъёмы. Нас с Риной, бесшумно следовавших за ним, он так и не заметил. Он молча добрался до смотровой площадки, постоял у бойниц, отдышался и зашёл в южную башню. Стражи у входа не было, и кроме нас его никто не видел.

Я хотел пойти следом, но Рина меня задержала.

— Пусть поднимется на самый верх, — прошептала она. — Иначе он нас услышит.

Мы выждали пару минут и побежали ко входу. Внутри было холодно и темно. Факелов не было, и пришлось двигаться наощупь. Любой звук разносился по каменным стенам, поэтому мы шли очень медленно.

Узкая лестница без перил вела в квадратную камеру с бойницами по всему периметру. Спрятаться было негде. Поскольку слежка за генералом без приказа — серьёзный проступок, мы с Риной замерли на последних ступеньках.

По каменным стенам эхом разносился голос Оша:

— …я всё устрою. Караульных на башнях будет мало. Вечером я отправлю большую часть людей на стены.

— Вы приняли правильное решение, генерал, — ответил скрипучий низкий голос, показавшийся мне знакомым. — Наш повелитель будет доволен вами.

— А что насчёт наших договорённостей?

— В силе, генерал. Скажу больше: если план удастся, вы можете получить должность наместника города. Теленом ведь должен кто-то управлять после казни Аргуна.

— Вы его казнили?

— А как иначе? Он никчёмный человек, раз не сумел выбить горстку рабов князя из замка. Сейчас главное — чтобы всё прошло по плану.

— Лишь бы ваши войска подошли вовремя. Иначе нас вышибут до рассвета.

— Этого не произойдёт, — уверенно ответил Архан. Вот чей это был голос. — К вечеру к Телену подойдут объединённые силы Керата и кочевых племён. Арамы и сарты тоже присягнули Тау. Взятие Телена — лишь вопрос времени. А времени у нас мало. Нам ещё предстоит покорить Срединные земли и Восток.

— Хорошо. Начинаем в полночь.

Ответом было карканье, а затем — хлопанье крыльев. Скрываться уже не имело смысла. Ош перешёл на сторону врага.

Когда мы вышли из укрытия, генерал стоял у бойницы, спиной к нам. Услышав шорох, он обернулся. Мы приближались с двух сторон. У Рины в руках уже мелькали стилеты, я обнажил меч. Ош тоже схватился за рукоять. Его глазки забегали, выбирая соперника.

Я дал Рине знак не вмешиваться. Хотел сам расправиться с предателем. Ош понял это и сосредоточил внимание на мне.

Я недооценил его. Грузный генерал с неожиданной прытью выхватил меч и пошёл в атаку. Он теснил меня к лестничному проёму. Я едва успевал отбивать его рубящие удары. И всё же было видно, что долго он не продержится. Лицо у него покрылось потом, движения стали вялыми.

Настал мой черёд. Но сдвинуть его с места было непросто. Он не пятился, держался твёрдо. Я стал кружить, выискивая слабое место. И нашёл. После очередного неуклюжего выпада я зашёл за его спину и всадил меч между лопаток. Сталь вошла почти без сопротивления — доспехов на нём не было.

Ош разразился хриплым воплем, изо рта потекла кровь. Он упал на колени, и я выдернул меч. Его тело рухнуло, едва не сбив меня с ног.

Я встретился взглядом с Риной. Она улыбалась одними глазами.

— С воздуха, — впервые за долгое время проговорила она. — Они нападут с воздуха. В полночь. Идём.

Рина схватила меня за руку и потащила вниз по лестнице. Тишина больше не требовалась — наши шаги гулко отдавались в башне.

В крепости оставался ещё один генерал — Минк. Дряхлеющий, но заслуженный воин. Мы нашли его на площади — он руководил обучением новобранцев. Я сообщил ему о предательстве Оша и предстоящем нападении.

Он вытер пот со лба и невозмутимо ответил:

— Хорошо. Мы будем готовы. Но если никакого нападения не будет — вас обвинят в убийстве генерала.

Это меня встревожило. А что, если Кай Руми передумает? Или наши летучие отряды помешают атаке? Ведь кроме нас с Риной, никто не слышал, о чём говорил Ош.

Но тревоги пришлось отложить. К чести Минка — он оказался отличным командиром. Когда город окутала ночь, всё было готово. На стенах дежурили сотни лучников и арбалетчиков. В казармах и кварталах прятались тысячи воинов. Всё выглядело мирно — враг не должен был заподозрить подвоха.

Ночь выдалась ясной. Луна освещала небо. Когда с юга появились три чёрные точки, их заметили сразу. Это были керубы-разведчики. Они кружили над городом, а потом улетели.

Спустя час на горизонте показалось чёрное облако. Поначалу его приняли за грозовую тучу, но вскоре стало ясно — это воронья стая. Их крики прокатывались над городом.

Мы были готовы. Как только птицы приблизились, в небо взлетели сотни стрел. Вороны падали, пронзённые, ещё не долетев до стен. Но часть всё же прорвалась. Их добивали те, кто укрылся в городе. До башен долетела лишь дюжина. Они не отказались от замысла — начали садиться в разных точках. Тогда Минк отдал приказ к атаке. Началась облава.

Мы с Риной присоединились. Час ушёл на прочёсывание всех закоулков. И тут стало ясно: враг перехитрил нас. Они не хотели боя. Их задача — смешаться с толпой и ждать сигнала. Приняв облик людей, вороны присоединились к поисковым группам.

Я понял это, когда увидел в проходящей мимо группе знакомое лицо — Архан. Не раздумывая, бросился к нему. Он узнал меня. Наши взгляды пересеклись, он выхватил клинок и убил двух гвардейцев. Когда я налетел, он уже убил третьего.

Он поднялся в воздух — но не улетел. Птица рухнула. В спине торчала рукоять ножа. Я обернулся — Рина шла к телу.

Мы подошли к умирающему. Он дышал, глядя на Рину.

— Вы прекрасны, царевна... и как воительница, и как женщина. Но вы на неверной стороне.

Он закашлялся.

— Ты — предатель рода людского! — взорвалась Рина. — Будешь учить меня, на чьей стороне быть?

Архан снова кашлянул. Кровь текла по ладони.

— Дети Алаш — не боги. Вы смертны. Вы ненавидите друг друга — потому и проиграете. Барсия падёт. Вы станете рабами джина. И вспомните мои слова.

Он закашлялся снова — и затих. Его тело дрогнуло и застыло.

Солдаты, окружавшие нас, выглядели потрясёнными. Я поднял его голову — на шее был трезубец.

— Ищите воронов по этому знаку! — приказал я. — Они такие же смертные, как и вы. Ищите!

Солдаты ожили. Облава продолжилась. К рассвету последний ворон был мёртв.

Начинался новый день. День, который не обещал ничего хорошего.