Глава пятая.
День у Сонхва не задался с самого утра. На работе завалили задачами так, что даже обедать пришлось сидя за компьютером и жевать, печатая. Радовало только то, что дома ждали Хонджун, вкусняшки и новая серия полюбившейся дорамы.
Сонхва едва успел закончить с приёмом пищи, как начал звонить телефон. На экране высветилось «хозяин квартиры», а это вряд ли сулило что-то хорошее.
Стоило поднести телефон к уху, как низким злым басом, без капли приветствия, в него бросили вопрос:
–– Почему моей квартире собака?!
Опустив взгляд на маленького розового мягкого зайчика, стоящего на столе, Сонхва устало вздохнул.
«Когда-то это должно было произойти. Конечно же он приперся на квартиру пока меня нет…»
–– Добрый день господин Пан…–– Сонхва не успел продолжить, потому что его грубо прервали.
–– Мы договаривались на то, что в квартире проживать будете только вы один. Что вы не будете заводить никаких животных! У меня новая мебель, новый ремонт. Я не позволю какой-то псине всё это испортить. Даю вам неделю на то, чтобы покинуть мою квартиру.
В такой ситуации логично было испугаться и скорее начать унижаться, чтобы сохранить жильё. И раньше, он так бы и сделал. Только сейчас не было ни капли страха. Лишь злость на хозяина, заявившегося без спроса в его жилище.
Сонхва хотел было возразить, что по договору у него две недели на выселение после предупреждения, но передумал. Он давно хотел съехать в квартиру, подходящую для проживания с Волчком, и раз уж так случилось, то, чем быстрее это произойдёт, тем лучше.
«Я всегда успею пригрозить, если мы не успеем переехать».
–– Хорошо. Я съеду.
–– Вот и славно.
Мужчина положил трубку, оставив Сонхва наедине с новыми обязательствами и неприятным осадком на душе. Как назло, ко всему этому, коллега, ожидавший, когда он договорит, подошел с новой рабочей задачей.
«Это дерьмовый день» –– подумал тогда Сонхва, ещё не зная насколько сильно он прав.
…
В квартире было тихо. Не так, будто кто-то просто спит, а так, словно никого нет. Это ощущалось непривычно и даже как-то неприятно.
–– Хонджун, я пришел, –– крикнул Сонхва вглубь квартиры.
Не последовало ни ответа, ни даже малейшего шороха. Это было так неправильно, что в груди комом застряла тревога.
Даже не поставив обувь на полку, Сонхва принялся осматривать каждый уголок квартиры, в поисках Хонджуна. Хотелось верить, что это всего лишь шутка и он прячется где-то за дверью. Только вот вера улетучилась быстрее, чем он заглянул в последний крупный шкаф. Хонджуна не было. Нигде.
«Неужели его выгнали? Он убежал?!»
Усталость, скопившаяся за день, словно улетучилась. Накинув на себя куртку, Сонхва вихрем вылетел из квартиры.
«Может он ждет меня во дворе?»
Ноги несли его быстрее, чем он успевал думать. Обойдя весь свой двор и все прилегающие к нему, Волчка он не нашел.
Не сбавляя темпа и не теряя надежды, Сонхва помчался в парк. Он просмотрел всю дорогу до туда, все магазины, обошел вдоль и поперек сам парк.
Сердце колотилось как бешеное, тревога гнала уставшие ноги всё дальше, в новые уголки, где мог быть Волчок.
Солнце село. Теперь, даже светя фонариком, в плохом освещении найти кого-то было бы трудно. Как бы сильно Сонхва не противился этой мысли, но пора было возвращаться домой. В свою пустую, даже уже практически не свою, квартиру.
Завтра его ждал новый рабочий день. С дедлайнами, которые требовалось выполнить именно в тот день и отчетной презентацией. Брать отгул, когда ты вот-вот лишишься крыши над головой, было слишком рискованно.
Стекающие по голове и плечам струи воды из душа не смывали усталость и бессилие, захватившие тело Сонхва. Он потерял того, кто был ему важен. Потерял того, кто наполнял его жизнь счастьем и смыслом. Того, с кем хотел попробовать провести всю жизнь…
По груди словно скребли когтями. Словно в ответ этому, он провел по ней отросшими ногтями. Легкая неприятная боль не утешала. Нужно было оставаться сильным.
Сон мог бы помочь отдохнуть и ненадолго успокоиться, но тревога не давала сомкнуть глаз. Мучаясь от бессонницы, Сонхва нашел все возможные сайты по поиску потерянных домашних животных в своем городе и в каждом оставил ориентировку на Волчка. Планируя следующий день, то как распечатает объявления о пропаже, как попросит помощи Уёна, как будет вновь искать Хонджуна по всему городу, он уснул лишь ближе к пяти часам утра.
Тревога действовала как энергетик, не позволяющий чувствовать сонливость после ужасной ночи.
Казалось, что рабочий день тянется бесконечно долго.
Обед был пропущен и потрачен на поиски подходящей квартиры. Вариантов было мало, подходящих по расположению и цене – ещё меньше. Голова работала плохо и в момент понимания того, что нужно связаться с новыми арендодателями, Сонхва чуть не расплакался: от усталости, от понимания, что у него слишком мало времени и сил на всё. Решив не мучить себя больше, он просто отметил подходящие объявления и вернулся к работе.
…
Первое что сделал Уён при встрече, крепко обнял со словами:
– Мы его обязательно найдем. Где бы он ни был.
Сонхва закусил губу, стараясь сдержать эмоции. Уён захватил пару собственноручно приготовленных сэндвичей и почти насильно заставил его их съесть. Хотелось узнать: когда он успел их сделать, ведь тот также только что прибежал с работы. Но сил не было. Только тепло, разливающееся по груди, впервые за эти дни.
Они вместе расклеивали объявления по городу, одновременно с этим разыскивая пропавшего Волчка.
Второй день поисков не дал никакого результата.
Не хотелось возвращаться домой. Не хотелось ничего. Только искать, искать и искать. Иногда Сонхва казалось, что всё что было – это сон, иллюзия. А сейчас он просто проснулся и ищет то, что было лишь в его голове.
Снова стемнело и они с Уёном вернулись к подъезду. Сонхва подумал о том, что наверное плохо выглядит сейчас. Иначе бы друг с таким обеспокоенным видом не просил бы остаться у него ночевать.
Наступил третий день поисков. Благодаря другу, заставившему выпить на ночь успокоительное, Сонхва наконец выспался. Это был долгожданный выходной день, а значит можно было потратить его весь на поиски.
Плотно позавтракав, они прикинули, что Волчок скорее всего ушел куда-то дальше и заблудился. Отталкиваясь от этого, они расширили круг поисков и решили разделиться.
Погода на улице оказалась более благоприятной, чем в предыдущие дни. Ветра, стремящегося сожрать кожу с лица больше не было и солнце слегка пригревало.
Сонхва бродил по району, в котором раньше даже не был. Он любезно спрашивал некоторых местных бабушек, дедушек и детей, видели ли они его «пса», показывая листовку с его фото. К сожалению, пока что все отвечали нет.
На душе было спокойно, возможно, виной тому было успокоительное, которое он решил принять ещё и сегодня. Или…он сдавался. Уходя вглубь города, он думал: а что, если я не найду его и сегодня? Сколько ещё я продержусь? Сколько буду его искать?
Что-то горькое внутри задавало другой вопрос: а что, если он сам ушел? Навсегда.
И если на первые вопросы, Сонхва с легкостью мог ответить себе тем, что будет искать пока наконец не найдет, сколько бы времени не потребовалось, то на второй отвечать не хотелось. И верить в это тоже.
Спросив уже кажется пятнадцатого по счету человека, Сонхва огляделся и приметил какой-то закоулок, который следовало проверить. Он направился в его сторону, но вдруг, в кармане завибрировал телефон.
Звонил Уён.
…
Гулять в солнечный день было очень приятно, даже если к прогулке прилагалась обязанность рассматривать всё вокруг в поисках одного глупого и беспечного животного.
Уён тщательно обыскивал каждый уголок, развлекая себя раздумьями об отношениях Сонхва и Хонджуна. Он не мог сказать, что его особенно радовал выбор друга. Хонджун симпатичный паренек и, судя по рассказам Сонхва заботливый, хороший и очень милый. Только вот он не имел никакого образования, работы и в перспективе вряд ли мог бы их иметь. Уён думал про себя, что никогда бы не согласился на такого партнера, даже по особо сильной любви.
Он подумал, что ему нужно будет серьёзно поговорить с Хонджуном, когда они его найдут. А если не найдут…
Перед глазами возник образ Сонхва версии последних дней: уставшего, убитого, не желающего нормально есть и спать.
Лучше бы было Хонджуну найтись.
Ко второму часу поисков, энтузиазм Уёна почти иссяк.
«Чертов Хонджун, не мог что ли сидеть и ждать у подъезда?! Обязательно было уходить хрен знает куда?!»
Недовольно бурча себе под нос, он свернул на небольшую улочку, где увидел дедушку, торгующего уличной едой. Напротив его сидел какой-то большой и подозрительно знакомый пёс.
Уён остановился и попробовал приглядеться. Глаза не давали точного ответа, поэтому он решил просто окликнуть пса.
– Хонджун! – крикнул он, внимательно смотря за реакцией животного.
Тот повернул морду к нему, резко поднялся на лапах и со всей возможной скоростью побежал навстречу.
Оказавшись рядом, он прижал уши, при этом хвост двигался так сильно, что бил по бокам. Сомнений больше не было, перед ним стоял Волчок.
– Ну наконец-то мы тебя нашли, – выдохнул Уён и тут же достал телефон.
…
– Что-то случилось? – Сонхва ответил на звонок, ожидая, что вдруг решил сказать ему друг. Сердце в надежде забилось сильнее.
– Я его нашел. Вот он, стоит у моей ноги.
Сонхва чуть не задохнулся от того как подскочил его пульс.
– Вы где?! Я сейчас приду к вам!
– Мы пойдем к тебе навстречу, встретимся в парке, около входа на аттракционы, нам как раз примерно одинаково туда идти.
– Хорошо! – почти выкрикнул Сонхва и повесил трубку.
Хотелось бежать, но он сдерживал себя, идя так быстро, как позволяли его ноги. Было плевать на усталость, хоть и приходилось иногда идти медленнее, чтобы восстановить дыхание, он продолжал мчаться к месту как угорелый. Казалось, что стоит замедлиться на чуть дольше и он не успеет, пропустит, опоздает и больше не увидит Хонджуна.
Стоя у места встречи, он отчаянно пытался отдышаться, крутя головой из стороны в сторону, чтобы не пропустить Уёна с Волчком. Как только дыхание наконец пришло в норму, Сонхва заметил вдали, между деревьев, знакомую фигуру бегущего с большим псом человека.
Больше его не пугало то, что могут подумать люди, он бежал навстречу, огибая деревья, пока в него на полной скорости не врезался Волчок и не уронил его на землю. Боли от ушибов не чувствовалось, не могло чувствоваться, пока он крепко обнимал волка, облизывающего его лицо.
Всё что произошло в последние дни, вся грусть и усталость вмиг улетучились, смылись огромным языком Волчка. Сердце больше не болело от тревоги, оно было наполненно счастьем.
…
Они вернулись домой втроем, но Уён, забрав свои вещи, вмиг исчез, оставляя их наедине. Стоило двери закрыться, как гибрид вернул свой человеческий облик.
Хонджун подошел к Сонхва почти вплотную. Это ощущалось неловко из-за разницы в росте и того, что один из них был полностью одет, тогда, когда второй абсолютно обнажен.
Сонхва почувствовал как кончики его ушей розовеют уже от этого. А Хонджун не останавливался. Он приподнялся на носочках, прикрыл глаза и на секунду показалось, что сейчас гибрид его поцелует. Но он лишь коснулся кончиком своего носа, носа Сонхва.
Тот был готов рассыпаться на кусочки, разорваться от тепла, разлившегося по груди. Покраснели уже не только уши, а всё лицо вместе с шеей.
Гибрид открыл глаза и положил свои холодные ладони на его щёки.
– Я очень боялся того, что мы больше не встретимся. И тогда я понял, что если судьба даст нам вернуться друг к другу, то я скажу тебе это. Я люблю тебя. Хочу провести с тобой всю свою жизнь.
Сонхва потерялся. Он не верил своим ушам. В голове стоял белый шум, сквозь который, голосом Хонджуна тихо крутилось «Я люблю тебя».
Положив руки на талию гибрида, он слегка наклонился и поцеловал столь желанные и любимые губы.
Поцелуй получился нежным и недолгим. Сонхва отстранился и произнёс:
– Я тоже тебя люблю.
…
Новая квартира была заставлена огромным количеством коробок. Хонджун, пряча уши под капюшоном, а хвост в огромном худи, с лёгкостью таскал вещи, пока Сонхва устало развалившись на диване, наблюдал за ним.
Он думал о будущем, о том, как возможно непросто им будет в отношениях, в быту. Но эти мысли были не о плохом. Он верил, что они всё смогут и со всем справятся.