Глава четвёртая

Мы готовились к новым нападениям, но Ибаку вскоре стало не до строптивых обитателей нищего квартала. Князья Такара и Ке́рата объединились, чтобы вместе ударить по бывшей столице Западных земель. Легионы правителя Телена были брошены на борьбу с врагом, и верные вассалы Ибака надолго увязли в вялой и оттого изнуряющей войне.

Теперь границы трущоб уже не нуждались в защите: в Телене осталась лишь небольшая когорта гвардейцев, охранявших, в основном, цитадель. Это плохо сказалось на дисциплине в клане Аргуна Одноглазого. Он всё реже покидал пределы своей хижины и, кроме сборщиков податей, впускал к себе только особо приближённых.

Членам клана еженедельно выплачивалось жалование. Я получал семь медяков — по одному за каждый день недели. Это было вдвое больше, чем платил мне гончар Тан. Кстати, через какое-то время он сам начал платить мне. Конечно, это были деньги, предназначенные Аргуну, но мне было приятно, что мы с ним поменялись местами. Старик теперь вёл себя со мной как с равным, а иногда в его мутных глазах даже мелькала тень подобострастия. Вообще, в те дни мой авторитет, по крайней мере на родной улице, значительно вырос. Все видели во мне взрослого, и я наслаждался этим стремительным взрослением.

Как ты уже догадался, читатель, мне очень скоро доверили работу мытаря. Раз в месяц я обходил каждый дом на своей улице, собирая положенные с каждого десять медяков или два серебряника. Золота обитатели Квартала Теней никогда не видели. Многие даже не догадывались, что в Телене есть золотые монеты.

Все своё свободное время я старался проводить с Саром. Оказалось, что он старше меня всего на четыре года, и очень скоро я привязался к этому весёлому, но порой жестокому парню.

Однажды при мне он убил какого-то старика на рынке — только за то, что тот наступил ему на ногу. Просто воткнул кинжал в горло и быстро выдернул лезвие, оставив беднягу захлёбываться собственной кровью на глазах у сотен людей.

Может быть, именно это меня к нему и тянуло. Сар был прирождённым воином. Он отлично владел мечом и кинжалом, метко метал дротики и был хорош в рукопашном бою. Я старался следовать за ним повсюду, чтобы заслужить его доверие — и добился своего. Сар стал мне кем-то вроде старшего брата, заменив Тукая, которого тогда мне очень не хватало.

Сара уважали и откровенно побаивалась большая часть членов клана. Даже многие старшие старались не связываться с этим отчаянным парнем — настолько быстр был его клинок. Отчасти из-за этого вокруг него всегда толпились разные прихлебатели и мелкие сошки, ищущие защиты в тени такого воина.

Страдая от безделья, Сар частенько пропадал со своей компанией в «Чёрном Филине», из-за чего многие стали обходить таверну стороной. Мы собирались там почти каждый вечер, и почти всегда наши шумные застолья заканчивались кулачными бойнями с кровью из носа и хрустом рёбер.

Прошло уже восемь лет с тех пор, как забрали Тукая. Мы с матерью были уверены, что его тело давно склевали стервятники в бескрайних степях. Но случилось чудо. В один из весенних дней Тукай вернулся.

В тысяча шестьсот сорок втором году армия Ке́рата капитулировала после осады их столицы. Така́р вскоре тоже запросил мира, и Ибак отозвал часть своих людей. Вместе с остальными гвардейцами в Телен вернулся и мой брат.

Я не сразу заметил одинокую фигуру у дальнего стола возле окна. За годы службы у князя Тукай превратился в настоящего воина. Даже просторная накидка с капюшоном не могла скрыть его могучий торс. Он молча сидел, не выпуская из рук кружку с элем, и смотрел в окно. Я обратил на него внимание только когда мы — человек семь из окружения Сара — шумно расселись за двумя спаренными столами.

Конечно, я сразу подошёл к нему, и лицо моё расплылось в улыбке. Он не сразу узнал меня, но, узнав, просиял не меньше. Мы крепко обнялись. Теперь мы были одного роста, но за эти годы его мускулы уплотнились, а плечи расправились. Правую кисть пересекал шрам от рубящего удара. Вся нижняя половина лица поросла густой щетиной. Волосы, вечно непослушные, он стянул шнурком на затылке. Брат стал настоящим воином.

Мы сели друг напротив друга. Я позвал трактирщика и заказал эля.

— Брат, ты жив! — первое, что я сказал. — Расскажи всё. Где ты был, что видел?

Повидавшие множество смертей карие глаза Тукая излучали теплоту и радость. Он умел улыбаться только ими — без участия губ. В этом он остался прежним. А вот голос стал гораздо тверже:

— Много чего видел, братец, — начал он. — Неспокойные времена настают в Западных землях, да и во всей Барсии. Грядёт большая война.

— Как? Ещё одна война?

— Верно, Сэйтун. Ещё одна. Гораздо страшнее, — он подался вперёд и, оглянувшись, понизил голос. Я сделал то же самое. — Слышал от одного из сотников: где-то в южных землях люди выпустили из подземелья джина Тау — самого страшного из обитателей царства тьмы. Вместе с ним на свободу вырвались и его слуги — люди называют их дэвами. Их сотни, а может, и тысячи. Говорят, что Тау уже видели в окрестностях Такара. Скоро он появится и у нас. Он всегда принимает разный облик.

Я умолк, переваривая услышанное. В голове крутились десятки вопросов, и я задал тот, что казался самым важным:

— А тебя надолго отпустили?

Тукай выпрямился, с достоинством расправил плечи:

— Я теперь сотник. Командую в пятом легионе. Сначала мы били арамов, потом схватились с кератцами, — он сделал паузу, сделал глоток эля и тяжело выдохнул. — Знаешь, братец, десять лет войны — это много. Я пережил семерых сотников в своём отряде, прежде чем командование отдали мне. Сейчас мы вернулись в казармы, но скоро снова уйдём. Кстати, за тобой уже приходили? Почему тебя ещё не забрали в армию?

Я спохватился: в порыве радости совсем не посвятил его в события, произошедшие в Квартале Теней за годы его отсутствия. Я коротко пересказал всё, что произошло. Глаза Тукая становились всё шире.

— Откуда взялся этот Аргун? — спросил он, кажется, чуть громче, чем стоило.

Сар и его дружки, к тому моменту уже захмелевшие, при упоминании имени «князя трущоб» замолкли. У меня на затылке побежали мурашки — я почувствовал беду. И не ошибся. Сар поднялся. За ним встали и остальные. Вся компания двинулась к нашему столу. В таверне наступила тишина.

Тукай выдержал их взгляд с достоинством, не отводя глаз, даже когда Сар подошёл вплотную. Правда, смотреть брату приходилось чуть сверху вниз.

— Как зовут твоего нового друга, Сэйтун? — спросил Сар, язык его уже заплетался.

— Сар, это мой брат, Тукай, — ответил я. Брат слегка кивнул, но без особой любезности. Сар, в свою очередь, всем видом показывал, что ему это безразлично.

— Ты, вроде, гвардеец? — обратился он к Тукаю.

— Я рыцарь пятого легиона, — невозмутимо ответил брат.

— А твой братец не рассказал тебе, что таким, как ты, не рады в нашем квартале? — продолжал Сар, ткнув пальцем в рукоять меча у пояса Тукая. — Пришёл с оружием — значит, ты враг. Не из клана? Уходи.

— Я пришёл не к вам. Я пришёл домой, — спокойно сказал Тукай, вставая. Я тоже поднялся. — Я родился здесь. Здесь живут моя мать и мой брат. Я рыцарь. Мне не нужно спрашивать разрешения у всякого отребья, чтобы носить оружие там, где мне вздумается.

Он поднял кружку с элем, сделал вид, что собирается отпить, но неожиданно плеснул содержимое Сару в лицо. Тот завопил, выхватил кинжал, но на него уже был направлен обоюдоострый меч. Сар замолчал — на его лице появилось удивление.

Я слишком долго оставался сторонним наблюдателем.

— Кого ты сюда привёл, выродок?! — заорал Сар. — Режьте их, братцы!

На меня набросились сразу трое. Остальные окружили Тукая. Он оказался готов к нападению лучше, чем я. Зазвенели клинки. Брат попятился, отбиваясь от нападавших, в том числе и от Сара. А меня повалили на пол и начали избивать. Я с трудом поднялся, когда мои противники запыхались. Один уже спешил на помощь своим, и я выдернул кинжал, пронзив живот тому, кто стоял ко мне лицом. Второго я ранил позже — в грудь.

Ещё утром я называл их братьями. Теперь они умирали от моей руки.

Если брата закалила война, то меня — улица. За три года рядом с Саром я научился многому.

Тем временем Тукай держался. Я бросился ему на помощь. Сар зашёл к нему со спины, готовясь нанести удар. Я выхватил кинжал, взял его за лезвие и метнул. Бросок оказался удачным. Клинок впился Сару в живот. Он согнулся, рухнул на пол. Тукай обернулся, но было уже поздно.

Оставшиеся трое замерли. Их всё ещё было больше, чем нас, но теперь соотношение сил изменилось. Я убил Сара — человека, которого боялись все в трущобах.