Глава 6

Когда они вышли на тротуар перед «Таверной Такера», Уилл говорил:

— Что бы ты хотел сделать сейчас? Хочешь посмотреть, где снимали «Кольцо…

Тейлор пропустил остальное, его внимание привлек мимолётный образ широкоплечей фигуры в чёрной кожаной куртке, исчезающей в прачечной через дорогу. Он остановился.

Уилл оглянулся и тоже остановился.

— В чём дело?

Тейлор начал хлопать себя по карманам, изображая человека, который потерял телефон. Опустив голову, чтобы лица не было видно, он сказал:

— Не оборачивайся. Кажется, Мистер Чёрный в прачечной.

Уилл не оглянулся, но в его голосе послышалось недоумение, когда он спросил:

— Кто?

— Парень на «Порше», который следил за нами на пятой трассе. — Тейлор взглянул на дверь таверны. Он указал на неё и сказал: — Можешь сделать вид, что идёшь за своим внедорожником, и обойди сзади это здание?

— Ладно. — Уилл всё ещё звучал озадаченно, но теперь еще и деловито. — У тебя есть оружие?

— Нет.

— У него может быть. Так что будь осторожен.

— Понял. — Тейлор повернулся и быстрым шагом направился обратно в «Таверну Такера».

— Привет, — сказала Мадонна, поднимая голову от уборки их стола. — Забыл что-то?

— Просто хотел сказать, что бургер был отличный. — Тейлор уставился в окно на улицу. Никаких признаков его «приятеля».

— О. Спасибо. Рада, что понравилось.

…тринадцать… четырнадцать… пятнадцать… шестнадцать…

Тейлор достал телефон. Он бросил быстрое, рассеянное:

— Увидимся в следующий раз, — и снова вышел из таверны, глядя на маленький экран. Затем он взглянул на другую сторону улицы, помахал воображаемому Уиллу и бросился через дорогу.

Уилл встретил его в дверях прачечной.

— Его здесь нет.

— Он не выходил через парадный вход. Я следил.

— Наверное, он мог выскользнуть через чёрный ход, пока я не обошёл здание.

Тейлор посмотрел мимо него на нескольких женщин, складывающих бельё, и на беременную девушку-подростка в кресле у окна, читающую журнал Seventeen.

— Я уж точно не перепутал его с кем-то из них.

— Ладно. Ну. — Уилл смотрел на него. — Что будем делать?

Тейлор раздражённо провёл рукой по волосам. Он посмотрел вверх и вниз по улице. Там было несколько пикапов, красная «Королла», зелёный «Фольксваген» и джип. Никакого «Порше». Было несколько прохожих, женщины в джинсах и куртках, парни в бейсболках и куртках из вельвета или клетчатой фланели. Никакого коренастого бородатого парня в чёрной кожаной куртке.

— Хочешь поискать его? — спросил Уилл.

— Как, чёрт возьми, он мог исчезнуть меньше чем за минуту?

— Он должно быть, заметил, что ты его раскусил. Наверное, прошёл прямо через прачечную и вышел сзади.

Тейлор оценил, что Уилл не подвергал сомнению само существование Мистера Чёрного. Приятно знать, что хоть кто-то из них уверен. Может, ему уже начинает мерещиться.

— И куда пошёл?

— Нырнул в одно из соседних заведений? — бодро сказал Уилл. — Давай поищем его.

Но в агентстве недвижимости и в салоне по уходу за животными по обе стороны от прачечной Мистера Чёрного не было. Не было его и в кофейне и хозяйственном магазине по обе стороны от тех заведений. Мистера Чёрного не было нигде.

— Всегда есть вероятность, что он живёт здесь, — сказал Уилл, когда они шли обратно к «Ленд Крузеру». — Может, это его обычная прачечная. Может, его трусы сейчас крутятся в режиме «деликатная стирка».

Тейлор издал пренебрежительный звук.

— Я тоже так не думаю, — согласился Уилл. — Но я также не вижу причин, по которым кто-то за нами следил бы.

Уилл был прав. Это не имело смысла. Не то чтобы они вели какие-то важные или потенциально опасные дела. Они вообще никаких дел не вели.

— Согласен.

— И?

— А что насчёт Гретхен Харт? — высказал Тейлор, хотя сам не особо верил в эту теорию.

— У неё было два года, чтобы нанять слежку за нами. С чего бы ей ждать до сих пор?

— Может, она забыла о нас, пока снова тебя не увидела?

— Забыть о нас на два года как-то не вяжется с мгновенной посылкой слежки.

— Верно. Я собирался попросить Эуфонию проверить его номера в DMV, но меня отвлекли все эти события.

— Ты собирался использовать старые связи, чтобы проверить номера? — Уилл выглядел удивлённым.

— Да.

— Тебя это так напугало?

С лёгким раздражением Тейлор сказал:

— Не знаю, напугало или нет, но да, меня беспокоит мысль, что этот парень за нами следит по неизвестным причинам.

— Ты не думаешь, что он мог узнать тебя по старому делу? Или откуда-то ещё?

Он не совсем понимал выражение лица Уилла. Тейлор осторожно спросил:

— Откуда это «ещё»?

— Не знаю. Может, в какой-то компании? — Выражение лица Уилла было ещё более нечитаемым, учитывая, что он, видимо, пытался быть тактичным.

— Что это значит?

— Ничего. Ты первый признаёшь, что у тебя была богатая личная жизнь.

— Богатая личная жизнь? Это что, кодовое название для «трахался направо и налево»?

— Эй. — Уилл многозначительно-предостерегающе посмотрел на не совсем пустую улицу. — Я не знал, что это вдруг стало больной темой. Я только хотел сказать…

— Я прекрасно понял, что ты хотел сказать, Брандт. И нет, я не тра-а-хался направо и налево так, чтобы не запомнить того парня.

— Дело не в тебе, Макаллистер. Я пытаюсь придумать другие возможности того, почему нас могли узнать. Я думал, ради этого мы это обсуждаем.

Ну, чёрт. Уилл был абсолютно прав. Может, он сейчас немного чувствителен. Трудно выкинуть из головы образ бывшей девушки Уилла с ногами, обвивающими его, чёрт возьми, когда они возобновляли знакомство.

В его рассеянное молчание Уилл спросил:

— Что теперь? Что дальше?

— Не знаю. Может, мне мерещится. Наверное, по улице может ходить не один парень в чёрной кожаной куртке.

— Верно.

Уилл был честен, как никто. Тейлор вздохнул.

— Что хочешь делать?

— Тебе решать. Хочешь вернуться в дом?

Тейлор подумал о Гранте, который практически вздрагивал каждый раз, когда смотрел на него, и о Билле, который, хотя и был гостеприимным, всё же оставался отцом Уилла и как бы немного сковывал.

Нет. Он не хотел возвращаться в дом. Он хотел провести тихое время с Уиллом где-то, где никто не будет говорить о школе или футболе, о рождениях, свадьбах и смертях людей, которых Тейлор не знал и не особенно хотел знать.

Он покачал головой.

— Ладно. Достопримечательности ты уже в основном посмотрел, — сказал Уилл, изучая его. — Можем посмотреть, что идёт в кинотеатре. Хочешь сходить на дневной сеанс?

— Нет. Не хочу.

— Ладно. Ну. — Уилл смотрел на него снисходительно. — Как хочешь. Выбирай ты, Макаллистер.

— Здесь где-нибудь есть мотель?

— Ну, есть «Чёрный мед…» — Уилл замолчал. — Мотель?

— Да. Мотель. У нас не было… — Тейлор понизил голос, когда они проходили мимо пожилой пары. — …секса уже две недели.

У него сердце упало, когда он увидел на лице напарника выражение «я ничего не понимаю». Серьёзно? Это только его беспокоит? Как такое может быть? Как может Уиллу быть всё равно?

Но потом стало ещё хуже.

— О, — Уилл покраснел. Покраснел! Господи. Им нужно было убираться из этого городка, пока Уилл снова не стал натуралом. Если нет — нужно было пойти куда-нибудь и трахнуться, пока у Тейлора голова не взорвалась. Обе головы. Выбирайте любую. Он был так же близок к отчаянию, как никогда во взрослой жизни.

И его расстраивало, что, похоже, это была только его проблема.

Они дошли до «Ленд Крузера» и сели внутрь. Уилл всё ещё ничего не сказал после того своего ошеломлённого «О».

Тейлор сказал, стараясь звучать спокойно и рассудительно, но зная, что у него это получается из рук вон плохо:

— Брандт, господи. Мне умолять? Можем мы, пожалуйста, пойти куда-нибудь и трахнуться?

Уилл с удивлением посмотрел на него.

— Чёрт, да, мы куда-нибудь пойдём, — заверил он Тейлора. — Я просто пытаюсь вспомнить, есть ли местечко получше.

Тейлор начал смеяться — в основном от облегчения. Одно тревожное мгновение он сомневался.

— Меня интерьер не волнует, Брандт. Серьёзно. Просто найди место, где никто из твоих знакомых со старых добрых времён не сможет к нам вломиться.

— «Гостиница «Чёрный медведь», — сказал Уилл, поворачивая ключ в замке зажигания. Когда они отъехали от бордюра, он добавил: — Для протокола, это не были старые добрые времена. Вот эти дни с тобой — старые добрые времена. Прямо сейчас.

Тейлор хотел пошутить, сказать что-то, чтобы разрядить обстановку, но не смог. Услышать это от Уилла было очень важно. Особенно здесь, в этой альтернативной вселенной Уилла Брандта, в которой он оказался.

Уилл протянул руку и сжал его бедро. Он слегка улыбался.

Большая выцветшая статуя чёрного медведя охраняла въезд на территорию «Гостиницы «Чёрный медведь». Один глаз у статуи был выдолблен — то ли временем, то ли подростками, что придавало медведю полуслепое, злобное выражение.

На парковке мотеля стояли две машины. Зелёный пикап Лесной службы и серебристый седан последних лет выпуска.

— Вот это страшно, — сказал Уилл, подъезжая под арку мотеля. — Кажется, я узнаю эти машины.

— Это страшно. — Тейлор открыл дверцу и выпрыгнул. — Я сам.

Затем последовал короткий, но слегка неловкий деловой разговор на ресепшене с прыщавым парнем, после чего Тейлор снова забрался в машину. Он поднял пластиковую ключ-карту.

— Она даёт нам право на прекрасный континентальный завтрак, который мне довелось лицезреть воочию, потому что сегодняшний утренний так и стоит на стойке.

Уилла передёрнуло.

— Мы сзади. Смотри не переедь каких-нибудь бродяг.

— Я знал, что это не пятизвёздочное место, но не помню, чтобы оно было такой дырой. — Уилл медленно объехал Г-образное одноэтажное здание. Позади мотеля было припарковано ещё больше машин, большинство из них частично скрыты за дико разросшимися миртовыми деревьями.

— Сдаётся мне, туристический бизнес — не то, на чём это место держится?

— Туристического бизнеса здесь вообще нет.

Уилл припарковался далеко под ветвями орегонского мирта, и они прошли по потрескавшейся асфальтовой парковке к ряду выцветших синих дверей. В нескольких номерах дёрнулась занавеска и замерла.

— Приехали, — сказал Тейлор, вставляя ключ.

— Не напоминай, — пробормотал Уилл, но его рука была тёплой и желанной тяжестью на пояснице Тейлора.

Дверь открылась, и запахло застарелым табачным дымом, отбеленным бельём и «Лизолом». Свет был тусклым, но это, вероятно, было к лучшему. У Тейлора осталось смутное впечатление о мебели из фанеры, оранжево-коричневых шторах и покрывалах. Над кроватью размера «king-size» висел выцветший квадрат, где когда-то висела картина в рамке. То, что картину, возможно, украли или испортили, было, наверное, самым интересным в этом номере.

В кровати предлагался массаж за монетку.

— Сюда ты водил Мадонну, когда приезжал из колледжа на каникулы? — Тейлор не мог оторвать взгляд от кровати. По блестящему полиэстеровому покрывалу шла складка. Он взглянул на Уилла.

Уилл скривился.

— Пару раз, да.

— Должен признать, меня это одновременно и угнетает, и как будто возбуждает.

Уилл издал странный смешок. Их взгляды встретились. Уилл схватил Тейлора за рубашку и притянул для неожиданно глубокого и жадного поцелуя.

От него пахло элем, гамбургером на гриле и самим собой. Он пах домом. Тем, ради чего стоит жить. Не имело значения, что они стоят в дешёвом, захудалом мотеле. Они могли бы стоять в жерле вулкана — Тейлору было всё равно. Твёрдый рот Уилла уверенно, собственнически прижался ко рту Тейлора, и Тейлор закрыл глаза и отдался поцелую. До Уилла поцелуи не значили для него так много. Просто вежливая прелюдия. Закуска перед ужином. Но ему нравилось, когда Уилл его целовал, он правда жаждал поцелуев Уилла.

Уилл застонал — так искренне, так громко, что они оба начали смеяться. Это тоже было мило — пытаться сохранить контакт, разделяя это забавное понимание.

Уилл отстранился достаточно, чтобы сказать:

— Не знаю, что происходит, когда я здесь, но каждый раз, когда я смотрю на тебя, мне хочется бросить тебя на живот и вытрахать из тебя всю душу.

Тейлор усмехнулся фразе «вытрахать душу», но было приятно слышать, учитывая, что он чувствовал то же самое.

— Ладно, — сказал он.

— Ладно? — Голубые глаза Уилла были полны надежды, но также и сомнения. — Не моя очередь.

Они всегда уважительно относились к тому, чтобы меняться ролями в постели — оба любили контролировать процесс, быть главными, но с тех пор, как начали самостоятельную жизнь, стали соблюдать это свято. Им казалось, что для выживания жизненно важно сохранять баланс сил между ними и в спальне, и за её пределами.

— Я не против, — сказал Тейлор, что было не совсем правдой и звучало вяло даже для него самого. Он хотел, чувствовал потребность обладать Уиллом. Сильно. Но он также хотел дать Уиллу всё, что тот захочет, всё, что заставит его ценить то, что у них есть, выше всего, что он знал раньше. Поэтому он мягко, намеренно сказал: — Я хочу, чтобы ты, Уилл. Думаю, мне это нужно.

Глаза Уилла расширились, а затем потемнели — в них смешались возбуждение и страсть. Он издал ещё один из тех нечленораздельных звуков из глубины груди, что-то среднее между стоном и рычанием.

— Да? Нужно?

Тейлор кивнул.

Руки Уилла скользнули по спине Тейлора, сжали его задницу, пальцы впились в джинсовую ткань, прижимая пах Тейлора к своему. Сквозь джинсы член Уилла казался огромным. Или, может, это был его собственный, потому что не было сомнений — его невероятно заводило видеть, как сильно Уилла возбуждает сама мысль о его полном подчинении. Не то чтобы Тейлор не подчинялся достаточно часто — он подчинялся. На самом деле, он не находил это особенно сложным или трудным, в отличие от Уилла. Только один раз, самый первый, в горячем источнике в горах Сьерра-Невады, подчинение Уиллу его напугало.

Но сейчас что-то было по-другому. Не то чтобы он раньше никогда не говорил, что хочет, чтобы Уилл его трахнул. Так что же здесь иначе? Что, по мнению Уилла, он говорит? Что он на самом деле говорит?

«Я нуждаюсь в тебе…» Разве это не само собой разумеется? Впервые Тейлору пришло в голову, что его сексуальная искушённость, возможно, была скорее помехой, чем помощью, и что Уилл иногда чувствует давление, боясь не оправдать ожиданий? Он прошептал:

— Как хочешь. Скажи мне. Покажи мне, как… — Мысль о том, что Уилла что-то пугает, была нелепой, и всё же без сомнения Уилла это заводило — то, что Тейлор просит его взять на себя полный контроль.

Руки Уилла обхватили его, подняли — в мозг Тейлора врезался образ Мадонны, обвившей ногами Уилла, — и перенесли его на кровать. Они повалились на неё. Кровать стукнулась о стену, и одна из пружин матраса издала звонкое «бонг». Комично, но никто из них не смеялся. На самом деле, они оба тяжело дышали, глядя друг на друга.

Уилл протянул руку и осторожно коснулся синяка под правым глазом Тейлора. Тейлор опустил ресницы. Кончики пальцев Уилла коснулись его кожи прикосновением, в котором чувствовались и извинение, и нежность.

В дверь постучали.

Рука Уилла замерла.

Глаза Тейлора распахнулись.

— Не может быть.

— Горничная? — предположил Уилл. — Упреждающий удар?

— Думаешь, здесь есть горничные?

Стук повторился. Тихий. Почти украдкой.

Уилл поднялся с кровати, подошёл к окну, приоткрыл шторы на сантиметр и выглянул. Напряжение ушло из его тела.

— Ты не поверишь. — Он оглянулся на Тейлора. — Это кузен Деннис.

— Что? Он здесь? — Тейлор вскочил с кровати и направился к двери. — Я сам его убью.

Уилл перехватил его.

— Сначала выслушаем, что он скажет. — Он добавил: — А потом я убью его за тебя.