Глава 5/1
FebruaryДжаред заснул под утро, с переполненной мыслями головой, кружащейся от счастья.
«Я встречаюсь с Ником».
«Ну, вроде того».
Они пока не называли это отношениями, но договорились попробовать снова быть вместе. Они начали переписываться ещё перед тем, как уснули той ночью, и продолжили, проснувшись. Было забавно делать это из соседних больничных палат, и Джареду казалось, будто они снова стали детьми.
Впрочем, чувственный прощальный поцелуй, который Ник подарил ему перед выпиской, был вполне себе с рейтингом R.
Пока семья Ника ждала его, а Оуэн и Саймон собирались забрать Джареда, Ник сказал, что хочет поговорить с ним наедине. В итоге вместо разговора он прижал Джареда к двери изнутри палаты и целовал, пока они оба не начали задыхаться. Поцелуй длился недолго, но был страстным и полным обещаний.
Однако всё это происходило за закрытой дверью. Стоило им выйти в коридор, как они снова изображали просто близких друзей.
Оуэн и Саймон уже знали о Джареде и Нике, и теперь оставался вопрос: должны ли Эрин и Джек тоже знать? Они горячо спорили об этом, когда Оуэн отвёз Джареда к себе домой, чтобы тот восстановился после выписки. Джаред сам поднял эту тему: Оуэн не хотел скрывать что-то от своего жениха, но Джаред не хотел ещё сильнее подводить Ника.
— Как это вообще может быть предательством? Ты просто рассказал друзьям о своих чувствах, — возразил Оуэн.
— Да, но я только что сказал, что никому не расскажу. А ты хочешь, чтобы я нарушил своё обещание в первый же день? Уже плохо, что я рассказал тебе всё это ещё до того, как пообещал никому не говорить.
В конце концов Оуэн согласился держать язык за зубами, пока Джаред не сможет поговорить с Ником, после чего они ещё раз всё обсудят.
— Но ты согласен, что пока это должно оставаться в тайне? — Оуэн поставил чашку кофе, которую приготовил Джареду, на столик рядом с креслом-качалкой, где тот сидел, завернувшись в плед. — Похоже, тебя больше всего беспокоит именно это.
Джаред отпил кофе:
— Меня больше волнует, как всё это устроить. Мой дом отпадает: я живу один, и все сразу заметят. Его тоже не вариант, потому что он живёт с семьёй.
— Я, если честно, всегда задавался вопросом. Почему, чёрт возьми, генеральный директор больницы живёт с матерью, бабушкой и сестрой? Не то чтобы ему не хватало денег снять собственное жильё.
— Ну… — Джаред потёр шею. — Это только мои догадки, имей в виду. Но судя по тому, что я слышал, и если сопоставить это с тем, насколько всё было плохо после смерти его отца, думаю, Ник взвалил на себя значительную часть семейных долгов. Помнишь, бизнес Коллина Беккерта пошёл ко дну после того, как эти придурки из правления решили, что им нужно отомстить? А после его смерти Аниях взяла всё на себя. Думаю, у Эрина здесь информации больше: они с Ником были близки в колледже. Но, насколько я понимаю, Ник всегда отправлял деньги домой — начиная с подработок ещё в школе и заканчивая работой после выпуска. У него была полная стипендия в университете, но он всё равно работал не покладая рук и хватался за любую возможность заработать.
— Откуда ты вообще всё это знаешь? Я думал, вы с ним давно не общались.
Джаред небрежно махнул рукой:
— Люди говорят. Я слушаю.
Оуэн рассмеялся.
— В любом случае, думаю, сейчас у Беккертов всё гораздо стабильнее, но они очень близки. Возможно, он переехал к ним, когда вернулся в Коппер-Пойнт, чтобы накопить на собственное жильё. А может, просто хотел быть рядом с людьми, которые его любят, пока разбирался с этими псами из правления. Или он вообще домосед. Я не знаю. Но его дом не подходит, и мой тоже. Если его машину заметят припаркованной у меня на ночь, об этом напишут в «Людях Коппер-Пойнт» ещё до того, как мы успеем забраться под одно одеяло.
— Напоминает мне те времена, когда мы тайком приводили Джека к нам, пока он встречался с Саймоном.
— Сейчас ещё хуже. Тогда оставался хоть какой-то повод для отговорок. Когда Джек приходил к Саймону, все могли решить, что он просто навещает нас. А теперь он будет приходить только ко мне. Это уже слишком очевидно. Все решат, что мы спим вместе.
— Будем надеяться, что так и будет. — Оуэн покачал головой и поудобнее устроился на диване. — Я никогда не перестану удивляться тому, как маленькие городки неизменно превращаются в декорации для романа Джорджетт Хейер*.
Джаред приподнял бровь:
— Ты читаешь Хейер?
— Ага. В мединституте я проглотил кучу любовных романов. После тяжёлого дня они были лучшим способом отвлечься. Иногда даже слушаю их в аудиоформате, когда тренируюсь. — Он многозначительно пошевелил бровями. — Есть такие и для нас. Гей-романы. Особенно люблю лесбийские детективы. Кэтрин постоянно подкидывает мне что-нибудь стоящее.
Джаред понятия не имел, что в его друге скрывается такая сторона.
— Оуэн Ганьон, а ты, оказывается, человек со множеством граней.
К счастью, с Эрином проблем не возникло просто потому, что Джаред его не видел. После отъезда Ника Эрин фактически взял на себя обязанности генерального директора, а авария и необходимость перенаправлять пациентов обеспечили его работой даже в воскресенье. Оуэну вечером пришлось уйти принимать роды, поэтому посидеть с Джаредом пришли Саймон и Джек.
Как выяснилось, Саймон уже всё рассказал своему жениху, хотя Джек и сам многое понял из того, что Ник говорил в лифте. Джаред, наверное, должен был на него за это злиться, но не мог заставить себя отчитать Саймона: в конце концов, всё это только играло ему на руку. Пока Джек готовил ужин, Джаред расспрашивал их обоих о том, как они справлялись со своими отношениями, когда им приходилось скрывать их из-за прежнего правила больницы, запрещавшего отношения между сотрудниками.
— Это было тяжело, — признался Саймон. — Мы просто хотели, чтобы все знали, но не могли им сказать. Приходилось следить за каждым движением, каждым жестом, каждым взглядом. Из-за этого я чувствовал себя каким-то ничтожеством.
— Мне тоже это не нравилось, но, думаю, Саймону было тяжелее. — Джек помешивал пасту на сковороде. — В то время я знакомился с другими людьми, да и вообще я более замкнутый, чем он. А для него это, наверное, ощущалось как ложь людям, которых он знал и любил всю жизнь. А он не хотел им лгать.
Саймон слегка толкнул Джареда ногой:
— Вы с Ником встречаетесь и скрываете это?
Можно ли ему об этом говорить? Джаред решил, что не сможет держать их отношения в такой тайне, чтобы не поделиться хотя бы с самыми близкими друзьями. Придётся убедить Ника и извиниться за то, что он поторопился.
— Да. И… да.
Рот Саймона приоткрылся, но Джек лишь улыбнулся, обернувшись через плечо:
— Поздравляю. Похоже, вы давно к этому шли.
— Спасибо. — Джаред провёл рукой по волосам. — Меня немного пугает необходимость всё скрывать, но я полон решимости заставить это работать. Не знаю, как именно, но… разберёмся.
— Ты сегодня с ним связывался? — спросил Джек.
— Немного. Он почти всё время спал, а его семья, разумеется, хотела побыть с ним. Не хочу им мешать.
Вместо этого они занялись ужином, который получился великолепным, а потом посмотрели серию одной из новых любимых корейских драм Саймона на Netflix. Разумеется, сначала Саймон устроил привычные десять минут траура по DramaFever — любимому источнику азиатских сериалов, который недавно внезапно закрылся. Целую неделю он буквально плакал, то и дело вспоминая сериалы, которые больше никогда не сможет посмотреть или которые так и не успел досмотреть. Он всё ещё расстраивался, вспоминая о DramaFever, но теперь хотя бы мог говорить об этом без слёз.
После одной серии Джаред начал уставать, но они не спешили уходить, а только уговаривали его отправиться в постель.
— Мы подождём, пока вернётся Оуэн или Эрин, — сказал Саймон.
— Ребята, со мной всё в порядке, правда, — настаивал Джаред.
— А нам от этого не легче. — Джек махнул ему в сторону лестницы. — Иди спать.
Когда Джаред улёгся, он написал Нику:
«Я ложусь спать. Надеюсь, день у тебя прошёл хорошо».
Он закусил губу, опасаясь, что сообщение получилось глупым, но вскоре получил ответ:
«Не жалуюсь. Меня весь день баловали три прекрасные женщины. А тебя?»
«Меня баловали друзья. Они не дают мне ни минуты покоя».
«У меня то же самое». Пауза. «Ты завтра на работу?»
«Нет, но во вторник придётся. Ты тоже остаёшься дома, правда?»
«М-м-м».
Джаред ахнул и тут же набрал:
«Ты ведь не думаешь, что уже пора возвращаться на работу?»
«Я работал весь день, кроме тех случаев, когда они отбирали у меня телефон и компьютер. Завтра снова буду работать из дома, но думаю, во вторник уже придётся появиться».
Джаред немного подумал, набрал несколько вариантов ответа и наконец остановился на:
«Если всё-таки пойдёшь, дай мне знать. Если буду свободен, хочу хотя бы поздороваться».
«Тебе лучше сделать больше, чем просто поздороваться».
Ухмыляясь, Джаред уютнее устроился под одеялом.
Ник написал ещё одно сообщение:
«Но кто знает. Может, я сам тебя первым найду».
Джаред уже давно не улыбался так широко и глупо. Улыбка никак не хотела сходить с его лица.
«Думаю, тебе лучше так и сделать».
* Джорджетт Хейер (Georgette Heyer, 1902–1974) — английская писательница, известная прежде всего историческими любовными романами, особенно романами о британской аристократии эпохи Регентства.