Глава 44. После битвы

Странные чувства одолевали Жеку. За неполные двое суток он убил или покалечил сумасшедшее количество людей. И вроде все оправдано. Война поощряет массовые убийства. Но что-то было не так. Одно дело – мочить фрагов в виртуальном мире, и совсем другое – лишать жизни живых существ. Или все-таки нет? Может, это действительно страшный сон, и он скоро проснется? Может, этот мир нереален? Ведь то, что происходило сейчас, не поддавалось никакой логике. В душе царила черная пустота. Но больше всего Жеку угнетало то, что он чувствовал себя всего лишь винтиком в каком-то жутком механизме. Деталью. Не самой важной. Такой, которую всегда можно заменить. Ему дали ружье, и он начал стрелять. Иногда прицельно, чаще – наугад. В ушах сих пор стоял грохот ружейных залпов.

Жека устало разлегся прямо на земле, закинув руки за голову.

– Кури-ить охо-ота... – протянул он, стараясь заглушить шум в голове.

– И не говори, – звонко отозвался Максат, ложась рядом.

– Понимаю, что глупо, но все же…– Жека повернул голову к другу. – Тут никто не курит?

– Вряд ли…

Повисла пауза. Жека лег на левый бок, подперев голову рукой, чтоб было удобнее смотреть на друга. Свободной рукой он вытянул из-за спины ружье и положил рядом с собой.

– Завтра железками будем махать?

Макс непонимающе нахмурил брови. Пришлось объяснить:

– Рухлядь эта стрелять больше не может. Нечем! Дальше на саблях будем рубиться.

Макс разговор не поддержал. Он смотрел куда-то мимо. Жека обернулся и не поверил своим глазам. Мирас! К этому парню Жека проникся особой симпатией. Тихий, спокойный. Что-то в нем было особенное. Пожалуй, искренность. Вот чем он притягивал к себе. И эту черту можно было разглядеть в нем, даже не вникая в то, о чем он говорит.

Мирас тоже заметил друзей, растянув губы в добродушной, но какой-то измученной улыбке.

– Как дела, друг? – спросил Жека по-казахски. Это была одна из немногочисленных фраз, которую он мог произнести без ошибок.

Все трое обменялись рукопожатиями, после чего Мирас заговорил, но Жека, естественно, ничего не понял. Дальнейшими расспросами занялся Макс, и чем больше он получал ответов, тем сильнее менялось выражение его лица.

Жека забеспокоился.

– Что он говорит?

– Плохо дело. Снаряды кончились не только у нас. А еще сегодня мы потеряли больше двухсот человек убитыми.

– Это я и так понял, – перебил Жека. – А как с подкреплением? Ты же говорил, что кто-то должен к нам присоединиться.

Опять последовала серия вопросов и ответов, из которых Жека пытался выхватить хоть какое-нибудь знакомое слово.

– Сам не знает, – сообщил наконец Макс. – Он, оказывается, в плену был.

Вытянувшееся лицо друга вынудило Максата продолжить:

– Сегодня ночью сбежал. Здоровяка помнишь, с которым он дрался? Амантая? В общем, это он Мираса спас.

– А сейчас он где? – Жеку начинала раздражать манера друга выдавать информацию порциями.

– Убили, видимо, – равнодушно предположил Макс. – Он решил в лагере джунгар в Рэмбо поиграть: главного хана завалить.

– Мужи-ик!.. – одобрительно протянул Жека.

Его интересовали подробности, и на их выяснение ушел остаток вечера.

Разбитое на мелкие группы казахское войско наслаждалось ночным покоем. То там, то здесь аппетитно потрескивали костры, выпуская в темноту ночи снопы искр. Некоторые сарбазы уже спали. Другие перевязывали свои раны. Третьи, как и трое друзей, о чем-то беседовали.

Внезапно лагерь оживился. Сарбазы повставали с мест. От одной группы к другой передавалась неожиданная новость: ойраты прислали переговорщиков!