Глава 4. Логово Килая

Пройдя с волком изрядное расстояние, Нуртай стал убеждаться в том, что хищник не собирается его убивать, как тех всадников. Однако что же всё-таки происходит? Уж не рехнулся ли он? Ведь такое не может происходить на самом деле. Говорящие волки, средневековые воины… Чушь!

Наверное, это толстуха Райхан во всём виновата. Подсыпала им какой-то дряни в сок или в виски. В «Галиафе» ведь всё в графинчиках подносится. Только зачем? Может, Дула чего лишнего взболтнул по пьяному делу? Может, он на самом деле не здесь, а в какой-нибудь больнице? Лежит себе в чистенькой палате, под системой.

Тогда что это? Рай? Ад? Чистилище?

Когда многочисленные догадки, сменявшие одна другую, стали надоедать, Нуртай решился задать вопрос:

— Куда мы идём?

— За тем холмом — река, — спокойно ответил волк, не оборачиваясь. — Мне нужно смыть с себя кровь.

— А разве ты не умываешься языком?

Волк остановился и повернул морду к человеку:

— Ты думаешь, я буду марать свой язык грязной кровью охотников?

Не дожидаясь ответа, зверь пошёл дальше.

Нуртай прибавил шаг, чтобы поравняться с ним:

— А можно ещё спросить? Почему…

— Нельзя, — отрезал хищник.

Минут через пять они действительно вышли к бурной речке. Мутные воды неслись вдоль холмов по каменистому руслу.

Спустившись, волк смело зашёл в воду по грудь. Он принялся усердно водить мокрой лапой по испачканной кровью морде.

Нуртай решил, что и ему не мешало бы умыться, окунул в воду мизинец — и тут же отдёрнул руку, словно его ошпарили. Вода была ледяной. Но волк, судя по всему, холода не чувствовал. Он увлечённо водил лапой по своей морде, издавая странное фырканье — не то удовлетворённое, не то недовольное.

Закончив, хищник вышел на берег и принялся отряхиваться, разбрызгивая вокруг себя холодные капли. Нуртай выставил ладонь, прикрывая лицо, и отошёл на два шага. Он так и не решился умыться.

Потом волк стал долго чесать задней лапой левое ухо, отчего пару раз едва не потерял равновесие. Когда, наконец, все водные процедуры были завершены, зверь присел на задние лапы, зевнул и заговорил снова. Теперь Нуртай убедился, что загадочный хищник действительно разговаривает, не раскрывая пасти.

— Ты говорил, у тебя есть вопросы ко мне? Можешь задавать их, — разрешил волк.

— Кто ты такой? — первым делом выпалил Нурик.

— Моё имя — Килай. Я — предводитель волков.

— Что за чушь? Кто научил тебя говорить?

— Если бы ты не был чужеземцем, ты бы задал вопрос по-другому: почему ты можешь слышать меня? Обычно алаши глухи к нам и потому решили, что мы не умеем передавать свои мысли. На самом деле это не так. Два волка могут общаться друг с другом так, что находящаяся между ними лань ничего и не услышит. Люди этого делать не умеют.

— Допустим, — предположил человек. — Из-за этого ты хочешь меня кому-то показать?

— Здесь ты не ошибся.

— Тогда кому же я понадобился? И почему именно я? Почему ты не перегрыз мне глотку, как тем людям, которые гнались за мной?

Волк о чём-то вспомнил и поднялся.

— Мы всё ещё в землях Керата, — сказал он. — Нам нужно спешить. К полудню охотники будут здесь.

— В землях кого? — не понял Нуртай.

— Не отставай, человек. Лучше тебе не попадаться на глаза слугам Джина.

— Какого ещё Джина, мать твою! Куда ты меня ведёшь? — Нуртай, спохватившись, прикусил язык. Учитывая пережитое им в том тумане, свойственная ему дерзость сейчас была совсем не к месту.

Но волк не обратил внимания на возгласы человека. К тому времени он успел привести себя в порядок и, не спеша, пошёл вдоль реки, снова давая понять, кто является хозяином положения.

Сначала берег был каменистым, затем началась мелкая галька, на смену которой пришёл песок. Идти стало труднее. Тучи понемногу рассеивались. Впервые за день показалось солнце. На часах Балгина застыли какие-то немыслимые цифры. Если верить им, то сейчас было 88 часов и 62 минуты. Видимо, повредились при падении. Определять время по положению небесного светила Нуртай не умел. Скорее всего, дело шло к полудню.

Спустя какое-то время впереди показались густые заросли камыша. Они легко могли скрыть человека среднего роста, коим и являлся Нуртай. Волк, как выяснилось, направлялся именно туда — в самую гущу.

Нуртай шагал позади хищника и тщетно пытался угадать, куда же всё-таки его ведут. Может, эта огромная псина хочет скормить своим волчатам человека, понимающего речь животных?

Когда волк нырнул в заросли, Балгин остановился в нерешительности. Может быть, действительно не стоит туда идти? Кто знает, что задумал этот хищник? Но как только он об этом подумал, из камышей донеслось:

— Даже не думай сбежать, сын Алаша. Следуй за мной.

Нуртай вздрогнул и, раздвинув стебли, шагнул в заросли. Пробираться было тяжело. Ещё тяжелее — не упустить из виду чёрный хвост местного жителя, который теперь двигался намного увереннее. Наконец они вышли к небольшому пустырю. Он прятался в самой гуще. Нуртай с ужасом понял, что не ошибся. Это действительно было логово волка. Причём не одного, а сразу нескольких волков, представлявших собой маленькую стаю. Все её члены с неподдельным любопытством разглядывали спутника своего предводителя. Вожак остановился перед волками, Нуртай остался позади него. Со всех сторон начали раздаваться вопросы:

— Кто это?

— Это сын Алаша?

— Кого ты привёл, Килай?

Килай едва заметно дёрнул хвостом — и все замолкли.

— Этот человек — тот, кого ждёт сам Ирбис. Его нельзя убивать. Ночью мы пойдём к Седой Горе.

«Ирбис… Где-то я уже слышал это слово», — мысленно подметил Нуртай, но не придал этому большого значения.