Глава 29

Глава 29

— Эй, — сказала я, уже стоя, прежде чем Бастиан вошел в спальню Гэвина. Я почувствовала, как он приближается, — осознание того, где он находится, становилось все более явным побочным эффектом нашей связи.

Бастиан замер в дверном проеме и оглядел личное пространство Гэвина — встроенные книжные полки, простую, но крепкую деревянную мебель, суровые произведения искусства, огромную кровать с балдахином на четырех столбах, — прежде чем его взгляд остановился на мне.

— Ты в порядке? — спросил он, закрывая дверь и пересекая комнату, чтобы встать прямо передо мной.

Он поднял руку, проведя костяшками пальцев по моей щеке.

— Это было интенсивно.

Я закрыла глаза, подаваясь в его прикосновение, и издала прерывистый смешок.

— С ним всегда интенсивно.

— А со мной нет?

Вздохнув, я открыла глаза. Я подозревала, что управление физической стороной моего личного гарема не станет самой сложной частью этой договоренности. Сейчас ко мне было привязано всего двое бессмертных — трое, если считать Ксавьера, но кто знал, увижу ли я его когда-нибудь снова, — и я уже с трудом справлялась с эмоциональными хитросплетениями. Как я буду управляться с семью бессмертными? Как я буду балансировать все их желания и потребности? Как я буду следить, чтобы каждый получил ту долю внимания, которую заслуживает такое грандиозное обязательство, как кровавая связь?

— Нет, — сказала я Бастиану, вставая на цыпочки, чтобы прижаться губами к его губам. Честность и открытость, вероятно, были хорошим началом.

Губы Бастиана приоткрылись от малейшего поощрения, и наши языки сплелись в чувственном, многообещающем поцелуе.

Я прервала поцелуй и посмотрела ему в глаза.

— С тобой легко, — сказала я. — Мне не нужно стараться, когда я с тобой. Просто чувствуется правильно.

— Мм… — Руки Бастиана обвились вокруг меня, напряжение ушло из его янтарных глаз. — Ты знаешь все нужные слова.

Я обвила руками его плечи, перебирая короткие, слегка вьющиеся волосы на затылке.

— Я говорила серьезно. — Я прижалась губами к его губам, но на этот раз поцелуй был лишь быстрым, потому что я чувствовала приближение Гэвина.

Я посмотрела на дверь.

— Он идет.

Бастиан отпустил меня и отступил в сторону, вставая за мной, пока я поворачивалась к двери.

Гэвин толкнул дверь и замер на пороге, рука все еще сжимала дверную ручку. Его темные волосы были влажными, и на нем был халат, слишком шикарный, чтобы называться банным. В каждом люксе была ванная, так что я решила, что он, должно быть, помылся там, где жила Дейзи, вместо того чтобы вернуться сюда. Его халат больше походил на старомодный домашний халат из грифельно-серого шелка, с черной внутренней подкладкой и тонким поясом, небрежно завязанным на талии. Он оглядел Бастиана, затем сосредоточился на мне.

Теперь, когда они оба были в комнате со мной, я почувствовала еще одного, кто был связан со мной, — ощущение далекое и неясное по сравнению с ними. Это был Ксавьер? Я не чувствовала его раньше, по крайней мере пока мои силы были подавлены.

— Я чувствую тебя, когда мы врозь, — выпалила я Гэвину. — Я знала, что ты идешь сюда, до того, как ты вошел.

Гэвин сжал губы и отпустил дверную ручку, оставляя дверь открытой.

— Это кровавая связь, — сказал он, подходя к двери в смежной стене и открывая ее, чтобы показать гардеробную.

— Верно, — сказала я, шагая вдоль кровати. — Но это не только ты и Бастиан. — Я подняла руку, чтобы погрызть ноготь большого пальца. — Есть еще один — не знаю, как это назвать, — но он слабее, дальше? — Я покачала головой. — Не знаю. Трудно описать. — Я остановилась и повернулась к Гэвину. — Это может быть Ксавьер?

Сердце сжалось от возможности, что он жив. Он был не просто моим опекуном, не просто другом. Он был моим якорем, моим безопасным убежищем в перевернутом мире. И теперь, когда возможность его выживания витала в воздухе, надежда вспыхнула в груди.

— Возможно, — сказал Гэвин, входя в гардеробную, не включая свет, но все равно легко находя нужные вещи. — Хотя, думаю, скорее ты чувствуешь Тейна.

Я кивнула сама себе. Я хотела, чтобы это был Ксавьер, но Тейн был неплохим утешительным призом. В идеале мы могли бы спасти обоих.

Гэвин вышел из гардеробной в одних темно-синих боксерах-брифах, неся несколько вешалок с выбранной одеждой за крючки. Он повесил их на бронзовую ручку, прикрепленную к внутренней стороне двери гардеробной, и осторожно снял пару сшитых на заказ темно-серых брюк с одной вешалки. Мышцы живота и рук напряглись, когда он наклонился, чтобы вступить в брюки.

Я облизнула губы, вспоминая, как дико он взял меня меньше получаса назад. Мое лоно пульсировало от вспомненного удовольствия и обновленного желания, пока я представляла, как он выглядел, когда трахал меня. Он отпустил все ограничения, выпустив себя полностью.

Гэвин замер на середине застегивания брюк. Он сжал челюсть и посмотрел на меня, не поднимая головы. Я чувствовала, как его собственное желание поднимается навстречу моему, и позади меня Бастиан тоже отреагировал. Дерьмо, дерьмо, дерьмо...

Я прочистила горло и молча продекламировала подклассы системы классификации Библиотеки Конгресса, начиная с A.

AC: Коллекции, серии, собрания сочинений

AE: Энциклопедии

AG: Словари и другие общие справочные работы

Мало что было настолько несексуальным, как усыпляющая система классификации, и перечисление быстро сделало свое дело, укротив мое либидо.

— Прости, — выдохнула я, благодарная, что Гэвин и Бастиан могут чувствовать лишь очертания моих эмоций, а не видеть мои непристойные мысли. — Я… — Я облизнула губы. — Ты правда думаешь, что я чувствую Тейна?

Гэвин кивнул один раз.

— Ты должна чувствовать его несколько недель, связь будет слабеть, пока последние остатки его крови не покинут твою систему полностью.

— Значит, он жив, — сказала я с облегчением. — И если я чувствую его, значит, могу помочь Эшу найти его.

Гэвин продел ремень через петли брюк.

— Что именно ты предлагаешь?

— Я должна пойти с Эшем и его командой, — сказала я.

Бастиан схватил меня за руку.

— Соф…

— Исключено, — отрезал Гэвин.

— Они могут не найти его без меня, — сказала я, вырывая руку из хватки Бастиана. — Если Эш хочет моей помощи, я ее дам.

Оставив ремень висеть незастегнутым, Гэвин снял белую рубашку на пуговицах с другой вешалки на двери и продел руки в рукава.

— Не с твоими силами, искалеченными, как они есть.

— Тогда почини их, — сказала я, делая шаг к нему. — Ты сказал, что можешь исправить настойку в своих лабораториях, так сделай это.

Гэвин застегнул рубашку и заправил ее в пояс брюк резкими движениями.

— Ты не пойдешь, — сказал Гэвин, и его голос звенел всей мощью его воли, пока он шагал ко мне. Его воля была сильна, и я осознавала ее влияние, но она больше на меня не действовала.

— Стой, Гэвин, — сказала я, и моя собственная воля резонировала в голосе.

Стиснув зубы, Гэвин замер на полпути, все его тело дрожало от борьбы с приказом.

Я была дочерью Верховной Королевы Дианы, потомком Верховной Королевы Мене, которую Селена благословила своей милостью.

— Ты не командуешь мной, — сказала я ему. — Я командую тобой.

Глаза Гэвина сузились в вызове, и мы смотрели друг на друга долгий миг.

— У меня уже есть люди, работающие над настойкой, — сказал он сквозь стиснутые зубы. — По крайней мере, подожди, пока у нас не будет чистого образца. Нам нужно проверить эффективность чистой настойки, чтобы убедиться, что она стабилизирует твои силы.

— Ладно, — сказала я, столь же жаждущая освободиться от неутолимых потребностей своего тела.

— И, — сказал Гэвин, застегивая ремень с чрезмерной точностью и контролем. — Ты свяжешь Эша, прежде чем предпримешь какие-либо действия для поисков Тейна.

Мои глаза расширились, рот приоткрылся.

— Что?

Гэвин заправил кончик ремня в петлю.

— Тебе нужно быть как можно сильнее, если ты собираешься покинуть безопасность Лунного Убежища.

Я сверлила его взглядом. Он дразнил меня, проверял мою решимость. Но Тейн пожертвовал собой, чтобы спасти нас. Чтобы спасти меня. Если спасение его требовало жертвы с моей стороны, да будет так. И это не то чтобы меня отталкивала мысль о связи с Эшем. Я не была уверена, что обменялась хоть единым словом с этим огромным вампиром-викингом, но меня влекло к нему, так же как влекло к Тейну.

— Если чистая настойка сработает и твои силы стабилизируются, тогда ты проведешь полное причастие со всеми троими, и тогда сможешь помочь с поисками Тейна.

Моя челюсть отвисла снова.

— Со всеми троими — одновременно? — Несмотря на мой непристойный, возможно, пророческий сон той ночью, я все еще не была уверена в механике причастия — я не понимала, почему они просто не называют это оргией, потому что это ею и было, независимо от элемента обмена кровью, — с тремя мужчинами, не говоря уже о полном гареме из семи.

Это будет свободное действие для всех отверстий? Мои бессмертные будут драться друг с другом, чтобы добраться до меня? В конце концов, отверстий только три. А медлительным придется ждать на обочине и смотреть? Или, может, они выстроятся в очередь?

Я подавила неуместный смешок.

Гэвин сжал и разжал челюсть — тик, который, как я быстро поняла, выдавал его раздражение на всеобщее обозрение. Он глубоко вдохнул, выпуская воздух через нос.

— Что тут смешного? Потому что уверяю тебя, твой уход из безопасности Убежища на охоту за человеком — не повод для смеха.

— Я, эм… — Я снова прочистила горло, щеки пылали. — Я просто пыталась представить, как это будет работать. — Я глянула через плечо на Бастиана, потом вернула внимание к Гэвину. — С троими из вас.

— Ну, — сказал Гэвин, и уголки его рта напряглись в лукавой улыбке. — Если ты добьешься своего, тебе не придется долго ждать, чтобы узнать.