Глава 2

— Я думала, эту модель уже сняли с производства, — заметила офицер за стойкой регистратуры, когда Джейсон вышел вслед за Кеннеди из оперативного штаба. На её бейдже значилось: Э. Кортни.

Кеннеди, идущий на несколько шагов впереди, уже исчезал за стеклянными дверями. Он говорил тихо, но голос у него был такой, что слышно даже издали. Или, может, у офицера Э. Кортни уши как у летучей мыши.

Джейсон сказал:

— Двигатель ещё работает. А вот запчасти для этого карбюратора мы уже ни за что не найдём.

Она фыркнула с усмешкой, но все следы веселья исчезли, когда зазвонил телефон, и она потянулась к трубке.

— Нет. Новостей нет, — говорила она, пока Джейсон выходил вслед за Кеннеди на улицу.

Джейсон ничуть не удивился бы, обнаружив, что Кеннеди уехал без него из полицейского участка, но нет. Чёрно-белая полицейская машина стояла с работающим двигателем перед портиком, выбрасывая выхлопные газы в душный летний воздух.

Джейсон забрался на заднее сиденье за решётку перегородки — туда, где, по мнению Кеннеди, ему, вероятно, и место. Внутри, несмотря на духоту, пахло пьяницами и собаками. Или, возможно, пьяными собаками.

Как бы то ни было, им с Кеннеди нужно было проработать вместе достаточно долго, чтобы вернуть этого ребёнка домой живым и невредимым, и тогда ему больше никогда не придётся иметь дело с Кеннеди. Джейсон не был уверен, кто бесил его больше: Кеннеди, спецагент Мэннинг, который уговорил Джейсона на это, или он сам, согласившись участвовать в расследовании, где он не мог принести ни черта полезного. Комментарий про «красавчика» задел сильнее, чем ему хотелось бы признавать.

Бокснер повесил рацию на место и тронул машину с места.

— Ребекка — девочка с характером, но она не стала бы сбегать посреди собственной вечеринки. Во-первых, на ней был только купальник. Её машина стоит в гараже. Домработница говорит, что ни одной вещи из одежды не пропало. Кошелёк всё ещё в доме. Телефон она оставила на столике на террасе.

Кеннеди издал неопределённый звук, который мог означать и «да», и «нет», и «не разговаривай, когда я пытаюсь думать».

Джейсон спросил:

— Насколько «с характером»?

Бокснер пожал плечами. Его тёмные глаза снова смотрели на Джейсона в зеркало заднего вида, как будто пытаясь вспомнить, кто это. В отличие от Бокснера, который почти не изменился, Джейсон за эти шестнадцать лет стал совсем другим. Он возмужал, избавился от брекетов и остриг свои когда-то длинные, до плеч, тёмные волосы. Никто из знавших его тогда не ожидал бы, что он будет работать на ФБР. Включая самого Джейсона.

— Ничего, за что дают срок.

Мэдиганы были богатой местной семьёй, так что это на самом деле означало? Имело ли это значение? В большинстве случаев характер жертвы определяет начальный фокус и направление расследования. Если девушка Мэдиган была случайной жертвой психопата — а именно этого подозревали Кеннеди и все остальные здесь, — то характер не имеет значения. Виктимология несущественна. Ребекка — всего лишь пешка в гротескной шахматной партии.

— Мэдиганы давно здесь живут? — Джейсон не узнал эту фамилию.

— Они переехали сюда из Нью-Йорка около четырёх лет назад. Мистер Мэдиган — крупная шишка в коммерческой недвижимости.

Значит, Ребекка переехала в Кингсфилд как раз тогда, когда пошла в старшую школу. Новая социальная динамика. Новые друзья. Новые враги.

— Как Ребекка вписалась?

— Нормально вписалась.

— Она единственный ребёнок?

— Нет. Есть младший брат. Он в летнем лагере. Они оба нормально вписались. Её проблема — слишком много денег.

— Не такая уж плохая проблема.

— Нет. Это точно не плохая, — с чувством сказал Бокснер.

Места преступлений всегда хаотичны, но добровольцы за жилым комплексом «Нью Доминион» случайно потревожили осиное гнездо, что только добавило суматохи. Рой жалящих насекомых нёсся по неровному полю, как маленький и разъярённый торнадо, и искатели временно отступили в машины и на крыльца соседних домов.

Кеннеди понаблюдал за ситуацией со своим обычным бесстрастным выражением лица и пошёл разыскивать начальника полиции. Судя по разнообразию формы, в поисках участвовали полицейские как минимум из двух других городков, а также сотрудники полиции штата. 

Вид стольких собравшихся людей — столько напряжённых и усталых лиц — напомнил Джейсону о поисках Хани шестнадцать лет назад. Он пытался забыть, но теперь всё возвращалось. Конечно, они с Кеннеди должны были быть здесь. Им нужно было понять масштаб того, с чем они имеют дело. И если они могли увидеть и прочувствовать всех участников, это давало им дополнительное преимущество. Возможно, ему стоило держать рот на замке ещё в участке. Если уж сцепляться рогами с Кеннеди, то по действительно важному поводу.

Он окинул взглядом ряд дорогих новых домов, которых не существовало шестнадцать лет назад. Они все были из «школы архитектуры МакМэншенов» — чрезмерно огромные и искажённые дома в колониальном стиле или в стиле бесконечных «каса дель…»*. 

Между домами тянулись аккуратные полоски зелени, достаточно широкие, чтобы создать иллюзию уединения, но без потери слишком большой площади. За рядом домов к востоку простирался большой пустой луг, а затем лес. Кингсфилд был окружён как государственными парками, так и дикими территориями, и, несмотря на аристократические замашки «Нью Доминион», это была сельская местность Массачусетса, где десять процентов населения живёт за чертой бедности. Некоторые люди в этих отдалённых районах проводят целые недели, не видя ни души. Глубокие леса были домом для оленей, рысей, выдр, енотов, а иногда и более крупных зверей, таких как медведи и лоси. Джейсон даже помнил истории о том, как один местный охотник однажды осенью добыл русского кабана.

Настоящий хищник, обитавший в этих лесах, не был четвероногим.

— Шеф Джервез, — позвал Кеннеди.

Человек в форме — среднего роста, подтянутый и спортивный, как профессиональный военный — повернулся от круга украшенных значками мужчин, с которыми разговаривал. На мгновение его усталое, напряжённое лицо расслабилось и уступило место удивлённому облегчению.

— Спецагент Кеннеди. Вы приехали.

До этого момента единственным знакомым лицом для Джейсона был Бокснер, но начальника полиции Джервеза он помнил.

Тогда он был офицером Джервезом, а не начальником. Тогдашний начальник Кингсфилда, Руди Ковальски, был грузным, цветущего вида мужчиной, хорошо подходившим для ублажения городских отцов и обуздания буйных подростков. Он совершенно не знал, что делать, когда началась бойня. Но это случилось позже. Когда убили Хани, все считали, что это удар молнии. Это не могло случиться дважды.

Затем убили Терезу Нолан. Затем Джинни Чапин и Джоди Эскобар. Все продолжалось. Семь девушек. Насколько понимал Джейсон, Ковальски ушёл в отставку по собственному желанию, и городской совет незамедлительно поставил на его место способного и амбициозного офицера Джервеза. Шестнадцать лет спустя Джервез был хорошо сохранившимся шестидесятилетним мужчиной, с нетерпением ожидающим собственного выхода на пенсию. У него были серые глаза, аккуратная эспаньолка и вечный загар человека, который много времени проводит на свежем воздухе.

Он направился к ним, протягивая руку.

— Рад тебя видеть, Кеннеди. — Он добавил с иронией: — Господи, ты ни капли не изменился.

— Жаль, что обстоятельства такие. — Кеннеди был деловит и несентиментален. Учитывая его специальность в расследованиях, возможно, иначе и нельзя было оставаться в здравом уме. — Это агент Уэст.

— Агент Уэст. — Джервез коротко пожал руку и вежливо кивнул. — Ценю помощь.

— Шеф.

Шеф отмахнулся от заблудившейся осы и сказал Кеннеди:

— Вы видите, с чем мы имеем дело. Пруд Эден на востоке, лес на западе. Мы закончили поквартирный обход и обыск ближайших окрестностей, но нам всё ещё предстоит покрыть чёртову уйму территории, а девушки Мэдиган нет. Ничего. Как будто она сгинула с лица земли. — Его голос был ровным, когда он добавил: — Как и в прошлый раз.

Это было не совсем как в прошлый раз. Ни одну из предыдущих жертв не забирали из людных мест или мест скопления людей. Хани похитили из пруда Холиок рано утром. Терезу Нолан схватили на пустынной парковке школы, когда она поздно вечером уходила с тренировки по плаванию. Всех жертв забирали из одинаково изолированных или уединённых мест, где не было потенциальных свидетелей и никто не мог поднять тревогу, пока не становилось слишком поздно.

Уже допустив ту оплошность по поводу места преступления, Джейсон был полон решимости смотреть и слушать. Его враждебность к ситуации — и к Кеннеди — окрашивала его реакции, а это было нехорошо. Нехорошо для всех.

— Можете ввести нас в курс дела? — спросил Кеннеди.

Джервез кивнул, но его прервало приближение бесстрастного вида командира полиции штата. Кингсфилд был маленьким полицейским управлением. Без детективного отдела и менее чем с двадцатью офицерами, включая начальника. То, что привлекут полицию штата, было само собой разумеющимся.

Последовали новые представления.

— Я думал, мы всё это оставили позади, — сказал командир Свенсон. Джейсону показалось, что в его тоне прозвучал намёк на обвинение.

Кеннеди ответил:

— Скоро узнаем.

Учитывая подтекст — что он, возможно, возглавлял арест и заключение под стражу не того человека, — Джейсон должен был отдать Кеннеди должное за такую выдержку под огнём.

Или, может, Кеннеди просто не понимал, что слухи уже начали расползаться.

Справедливости ради, ФБР было не единственным правоохранительным органом, участвовавшим в поимке Охотника. Да, Бюро — и Кеннеди — получили большую часть признания за задержание Мартина Пинка. Арест произвела местная полиция, и местный судья и присяжные определили вину Пинка и его окончательную судьбу.

Джервез говорил:

— У меня есть внучки примерно того же возраста, что и Ребекка. Одна чуть старше, одна чуть младше. Если это начинается снова… — Он покачал головой. — Я не собираюсь притворяться, что у нас сейчас больше ресурсов, чтобы справиться с таким, чем десять лет назад.

— По крайней мере, у вас тут полно помощников, — заметил Джейсон, когда машина шерифа графства Вустер припарковалась рядом с одной из патрульных машин Кингсфилда.

Джервез скривился.

— Это уж точно. Даже курсанты из Академии полиции штата помогают. И тогда они тоже были. Поэтому я и прошу помощи спецагента Кеннеди.

Кеннеди изучал колышущееся коричневое облако насекомых, носящихся туда-сюда над длинным пустым простором травы и полевых цветов, который служил зелёным пропуском в лес.

— Вы её получите, — сказал он почти рассеянно. Мол, конечно, им нужна его помощь, и, конечно, он её предоставит.

Это было на удивление обнадёживающе — или, по крайней мере, Джервезу показалось именно так.

Не менее обнадёживающей была хладнокровная, чёткая компетентность, с которой Кеннеди собрал и резюмировал ключевую информацию от начальника.

Вечеринка началась накануне вечером в половине десятого, а к одиннадцати часам там был уже каждый ребёнок в округе, осушающий винный погреб Мэдиганов до дна. В одиннадцать пятнадцать соседи пожаловались на шум, и офицер Бокснер заехал и переговорил с Ребеккой, которая согласилась «сделать потише».

Около половины двенадцатого у Ребекки произошла какая-то ссора с её лучшей подругой Патрицией Дуглас, но все согласились, что эта размолвка ничего не значила и её почти сразу же загладили. И, по факту, именно Патриция первой заметила около часу ночи, что Ребекка исчезла.

Нетрезвые гости, которые к тому моменту остались, немедленно устроили спонтанные поиски Ребекки, но прекратили их, когда решили, что она, наверное, ушла к своему парню.

Утром домработница Мэдиганов, Элис Корнуэлл, позвонила парню Ребекки, и тот сказал ей, что не видел Ребекку с тех пор, как ушёл с вечеринки около половины одиннадцатого вечера. После чего миссис Корнуэлл позвонила в полицейский департамент Кингсфилда.

Кеннеди сказал:

— Ребекка планировала тусоваться с несколькими близкими друзьями, но информация просочилась, и на её раут нагрянула толпа… примерная оценка? — В его голосе постоянно звучала циничная нотка, позволявшая ему использовать такие слова, как «раут», не создавая впечатления, что он шутит.

К тому моменту Бокснер уже присоединился к ним. Он ответил:

— От шестидесяти до семидесяти несовершеннолетних. Большинство, но не все, из здешних мест.

— Недостаточно контроля. В этом и проблема с этими детьми, — сказал Джервез. — Если кого и винить, так это родителей.

Кеннеди сказал:

— Если кого и винить, так это социопата, который увёл девочку-подростка с её собственного заднего двора. — Всё так же бесстрастно, всё так же безэмоционально он продолжил: — Парень ушёл в половине одиннадцатого. Рановато для вечера. Похоже, между ними могли быть какие-то проблемы.

Джервез сказал:

— Мы опросили Тони Макэнроу первым же делом сегодня утром. Он сказал, что не видел Ребекку после того, как ушёл с вечеринки. Он отрицал, что у них были какие-то проблемы в отношениях.

— Ещё бы, — сказал Кеннеди. — Офицер Бокснер сказал, вы уже опросили домработницу, соседей и детей, которые были изначально приглашены на вечеринку?

— Стандартная процедура, — сказал Джервез. В его тоне прозвучала нотка надежды, когда он добавил: — Полагаю, вы захотите ознакомиться с их показаниями?

— Мы их просмотрим, — согласился Кеннеди. — Если только мы не обнаружим Ребекку в ближайшие несколько часов.

Это должна была быть чёртова уйма «он сказал, она сказала», которую предстояло отсортировать. Не то чтобы Джейсон имел что-то против бумажной работы. Отслеживание похищенных произведений искусства в основном осуществлялось через интернет-серфинг или тщательное изучение документальных следов. Джейсон был очень хорош в охотах. Разница была в том, что, когда охотился он, ничья жизнь не висела на волоске. Здесь же ставки были почти невыносимо высоки.

Мысли Джейсона прервались, когда Кеннеди повернулся к нему.

— Соображения, агент Уэст? — Его тон был сухим, будто он ждал возражений или дебатов.

— Я, э-э… согласен.

Брови Кеннеди приподнялись, словно это была неожиданная уступка из неожиданного источника. Он снова повернулся к начальнику Джервезу.

— Я так понимаю, вы всё ещё собираете показания с тех, кто нагрянул без приглашения?

Джейсон медленно выдохнул. Ему ещё никогда не приходилось работать с тем, кто так откровенно его ненавидел, как Кеннеди. Не то чтобы он сам был членом фан-клуба Кеннеди, но нужно было уважать этого парня. По сути, когда Кеннеди припер Мартина Пинка к стенке, Джейсон, как и все остальные, считал его героем.

Это было давно.

Джервез отвечал Кеннеди:

— Чтобы отследить всех, потребуется время, особенно учитывая, что некоторые гости не хотят, чтобы их родители знали, где они были.

Джейсон сказал:

— Шеф, можно спросить, почему вы так уверены, что Ребекка — жертва подражателя?

Улыбка Джервеза была усталой. Усталой от жизни. 

— Ты не знаком с «Убийствами в Кингсфилде», да, сынок?

Джейсон не знал, как ответить, и в любом случае Джервез не стал ждать ответа.

— На протяжении шести лет некий местный житель по имени Мартин Пинк похитил и убил семь молодых голубоглазых блондинок из мест у водоёмов по всему округу Вустер. Пресса прозвала его Охотником.

— Я помню это дело. Я…

— Тогда вам известно, что десять лет назад ваш напарник был ответственен за поимку Пинка и отправку его за решётку. Только вот теперь новая голубоглазая блондинка-подросток пропала с вечеринки у бассейна. Я не знаю, как вы, но я считаю, что это чёртово совпадение.

Кеннеди сказал:

— Это может быть совпадением. Наша работа — выяснить наверняка.

Это могло быть совпадением, а могло быть подражанием. Поведение подражателей становится всё более распространённым из-за того, как СМИ освещают насильственные преступления, а также благодаря растущему влиянию социальных сетей, которые дают таким историям ещё больший охват. Джейсон слышал не об одном торговце наркотиками, официально сменившем имя на Уолтера Уайта в честь «Во все тяжкие», а число нападений и убийств, вдохновлённых Джокером из «Тёмного рыцаря», если честно, удручало. Подростки и молодые люди особенно подвержены поведению подражателей. Такова природа этого явления. Однако, в более широком смысле, преступления-подражания относительно редки.

Оставалась, конечно, и третья возможность. Возможность, что Кеннеди посадил за решётку не того человека.

Возможность, что Охотник всё ещё на свободе.

 McMansion — ироничный американский термин. Так называют очень большие, дорогие на вид пригородные дома, которые пытаются выглядеть роскошно, но считаются безвкусными: с мешаниной стилей, непропорциональными фасадами, огромными гаражами, псевдо-элитными деталями. 

 casa del… style — автор насмешливо обрывает фразу. Имеется в виду типичная пафосная псевдо-испанская/средиземноморская вилла с названием вроде Casa del Sol, Casa del Mar и т.п.