Глава 19

— Мы могли бы позавтракать в постели, — мечтательно сказал Джейсон спустя некоторое время.

Сэм смотрел в потолок. Он повернулся к Джейсону.

— Ты бы хотел?

— Ты в отпуске. Я технически на больничном. Я могу позвонить Дрейфус и сказать, чтобы она не беспокоилась и не заезжала за мной. Я приду позже.

— Тебе вообще не нужно приходить. В этом, собственно, и смысл больничного.

Джейсон поморщился.

— Верно.

— Но?

— Почему бы мне не рассказать тебе всё, пока мы готовим завтрак?

Готовить завтрак вместе. Впервые. Такая простая вещь казалась почти роскошью — спорить, что лучше — болтунья или глазунья, искать табаско и просто быть рядом. 

И хотя Сэм сказал: «Эта кухня слишком маленькая для нас двоих», когда Джейсон во второй раз столкнулся с ним, он улыбался, и в его глазах была дразнящая теплота.

— Мы хорошая команда, — сказал Джейсон, когда они отнесли свои тарелки с яичницей-болтуньей, индюшачьим беконом и картофельными хешбраунами обратно в спальню.

— Неплохо, — признал Сэм. — Но бекон я бы поджарил посильнее. 

Джейсон пошутил:

— Это должно быть двусмысленным намёком?

Улыбка Сэма была кривой.

— Нет. Думаю, мой бекон и так достаточно прожарен.

Джейсон рассмеялся, но затем посерьёзнел. Он съел несколько кусочков яйца и картофеля, потом отодвинул тарелку и сказал:

— Насчёт моей консультации с филиалом в Шайенне.

Сэм проглотил глоток кофе и вопросительно поднял брови.

— Возможно, я расширил или, скажем так, слегка вышел за рамки своей компетенции.

Сэм сказал:

— Мне это не понравится, да. — Это не был вопрос.

— Нет, — признал Джейсон. — Для протокола: я отчаянно сопротивлялся, чтобы меня не втянули в расследование убийства.

Сэм поставил чашку и отодвинул тарелку с завтраком.

— Ладно. Давай послушаем.

Джейсон рассказал ему всё, что произошло с тех пор, как Сэм уехал в Колорадо во вторник утром.

Когда он закончил, Сэм сказал:

— Позволь мне проверить, правильно ли я понял. Ты считаешь, что кража коллекции Майкла Хана никак не связана с его убийством? Что убийство Хана связано с более ранней смертью — возможно, самоубийством, возможно, убийством — человека по имени Матео Сантос? 

— Да, — не удержался Джейсон. — Я так думаю.

Сэм поднял бровь, но оставил это без комментариев.

— Ты считаешь, что восстановить коллекцию Хана невозможно, потому что — и здесь я немного теряюсь — подозреваешь, что группа местных фокусников украла коллекцию, чтобы распределить предметы среди членов магического сообщества, которые съехались в Шайенн на магическую конференцию. Это люди, которым Майкл Хан причинил вред: разрушил их номера, обворовал их или просто сделал им что-то плохое.

Джейсон прочистил горло.

— Если так сформулировать, это звучит немного... маловероятно.

— Я бы не сказал «немного», — сказал Сэм. — Я бы сказал «крайне маловероятно».

Джейсон нахмурился.

— Возможно, но воры точно были одеты как фокусники. И это объяснило бы, как они вошли через парадную дверь, ничего не взламывая.

— Магические способности? — предположил Сэм.

— Нет, умник. Многие фокусники носят с собой отмычки.

— Понятно. Ладно. — Сэм поднял кружку с кофе и задумчиво отпил. — Если не считать фокусников-взломщиков, это очень много предположений за раз.

— Я знаю.

— Твоим единственным доказательством, похоже, является запись с камер наблюдения, и ты сказал, что преступников на видео невозможно узнать.

— Это не значит, что никто не сможет их опознать. Просто я не могу. Кроме того, запись с камер не обработана. Возможно, изображения можно улучшить и увеличить.

— Верно. У тебя есть теория, кем могут быть эти магические преступники?

— Да. — Джейсон глубоко вздохнул. — Опять же, это может звучать немного... фантастически.

— Тебя это никогда не останавливало, Уэст.

Джейсон неохотно рассмеялся.

— Ну, для начала нужно начать с жертвы — Майкла Хана. Похоже, в магическом сообществе Шайенна его ненавидели все без исключения. Я имею в виду, мы не встретили ни одного человека, который был бы расстроен его убийством. Или хотя бы удивлён. Общая картина такова: он лгал, жульничал и воровал у своих коллег — либо разрушая их номера, раскрывая секреты магии, либо просто в открытую похищая и присваивая произведения искусства и памятные вещи. 

— Нехороший парень. Понял.

— Его коллекция была особенно болезненной темой для многих, и чтобы понять, почему это важно, нужно понять, какую роль играют традиции и история в магическом сообществе. Это немного отличается от остального мира искусства, потому что сама магия — это искусство.

— Ты начинаешь меня терять. — Сэм указал на кружку Джейсона. — Хочешь добавки?

Джейсон покачал головой.

— Я всё ещё слушаю. — Сэм встал и пошёл на кухню. Джейсон последовал за ним, продолжая говорить.

— Основной рынок для произведений искусства, реквизита и костюмов, как в коллекции Хана, — это другие фокусники, которые склонны считать себя хранителями...

— Только не говори «магических артефактов». — Сэм снова наполнил свою чашку, добавил сливки и сахар и прислонился к кухонной стойке, глядя на Джейсона.

— Очевидно, не магических артефактов, но ценных реликвий. Предметов культурного и исторического значения для маленького, тесно сплочённого сообщества. Поэтому, когда стало известно, что Ханы разводятся и что Минерва Хан хочет получить свою долю коллекции, я думаю, люди начали беспокоиться о судьбе этих предметов. Особенно учитывая, что многие всё ещё считали себя законными владельцами вещей, за которые Хан либо не заплатил, либо получил их нечестным, а возможно, даже незаконным путём. 

Сэм сказал:

— Ты убедительно доказываешь мотив ограбления Майкла Хана. Что у тебя есть помимо этого? Я предполагаю, ты думаешь, что знаешь, кто стоял за кражей.

— Да. Я думаю, что налёт организовала женщина по имени Элль Даймонд. Один из её сообщников подсознательно выдал её, когда упомянул имя Затанны Затары.

Сэм открыл рот, и Джейсон поспешно продолжил:

— Неважно. На заднем дворе её ранчо стоит грузовик, подходящий под описание того, что был припаркован у дома Ханов. У неё есть несколько амбаров, сараев и складских помещений, которые идеально подошли бы для хранения более тысячи предметов, составляющих эту коллекцию. И она была первой и единственной подозреваемой, которая заговорила об ордерах на обыск.

Сэм хмыкнул.

— В ночь ограбления прошла поминальная служба по Матео Сантосу. Я считаю, что его коллеги воспользовались этой возможностью, чтобы отпраздновать жизнь и творчество великого фокусника, совершив высший акт ловкости рук — и заодно свести счёты и вернуть коллекцию. Это было идеальное время, потому что многие жертвы Хана будут в городе на выходных из-за конференции.

Сэм задумчиво отпил кофе.

— Тебе понадобится гораздо больше, чтобы получить ордер на обыск.

— Я знаю.

Сэм наклонил голову, словно посмотрел на Джейсона под другим углом.

— Я что-то упускаю? Ты не хочешь получать ордер на обыск?

— Я... не уверен.

— Я определённо что-то упускаю.

Джейсон сказал:

— Сэм, в этой коллекции есть действительно ценные предметы. Редкие. Невосполнимые. Некоторые литографии стоят столько же, сколько многие картины в музеях. Они стоят гораздо больше, чем, скажем, работы Гранвилла Редмонда.

— «Предметы культурного и исторического значения», — процитировал Сэм. — Ты несколько раз это повторил. И что?

— И что, допустим, мы с Дрейфус получим ордер и найдём коллекцию на ранчо Даймонд. Есть несколько возможных сценариев, и почти ни один из них не связан с сохранением...

— Ладно, остановись, — сказал Сэм, и по его голосу было ясно: он действительно хотел, чтобы Джейсон остановился. — Ты не имеешь права принимать такое решение. Судьба этой коллекции не зависит от тебя. Твоя работа — не решать, кто лучше всего сможет сохранить эти произведения искусства. Твоя работа — найти их и вернуть законному владельцу. А если ты не можешь этого сделать... 

— Возможно, они даже не попадут к законному владельцу. Учитывая количество претензий, которые люди предъявляли Хану... Вся коллекция может годами лежать в хранилище улик, пока суды пытаются во всём разобраться, а ты знаешь, что такое камеры хранения улик. Вещи теряются, повреждаются. Там нет климат-контроля или...

— Джейсон, остановись.

Джейсон остановился.

— Ты сотрудник правоохранительных органов.

— Да.

— Я сотрудник правоохранительных органов.

— Я знаю. — Он внезапно понял, что только что поставил Сэма в очень неудобное положение. — Прости.

— Дело не в этом... Ты не твой дед, который спасает мировое культурное наследие от нацистов. Это просто куча сценического реквизита, костюмов и постеров — и да, я понимаю, что некоторые из этих литографий чрезвычайно ценны, — но это вопрос для судов.

Джейсон встретил взгляд Сэма и кивнул.

— В лучшем случае это самосуд.

Джейсон не ответил.

— Это ты ещё в грёбаном детском саду должен был понять. То, что кто-то поступает неправильно, не даёт тебе права делать то же самое. 

Ой. Джейсон кивнул.

Сэм покачал головой, отвернулся и поставил кружку в раковину. Он включил воду, ополоснул чашку. Выключил воду. Затем взглянул на Джейсона.

— Ты даже официально не участвуешь в этом деле, так что если ты... Не знаю. В состоянии этического конфликта? Скомпрометирован? Лучшее, что можно сделать, — отойти в сторону. Ты понимаешь, что я говорю?

— Да.

— Если ты не можешь выполнять свою работу, нужно отойти в сторону.

Джейсон отрывисто сказал:

— Я слышал. Я понимаю.

— Ты делился своей теорией с Дрейфус?

— Пока нет.

Сэм ничего не сказал, но Джейсон чувствовал его взгляд.

Сэм наконец сказал:

— Ты можешь ошибаться. По сути, это инстинкт и догадки. У тебя пока нет доказательств.

Джейсон кивнул.

— Верно.

Сэм снова замолчал. Затем сказал обычным тоном:

— Я приму душ.

— Хорошо.

Сэм заколебался. Затем легко сказал:

— Хочешь присоединиться?

Джейсон оценил смысл, стоящий за приглашением. Он выдавил улыбку.

— Давай позже. Думаю, мне стоит позвонить Дрейфус.

— Конечно. — Сэм тоже улыбнулся. В его глазах мелькнула тень сочувствия, но для Сэма эта ситуация была чёрно-белой, без оттенков серого. — Когда я выйду, ты объяснишь мне, почему считаешь, что серийный убийца охотится на магическое сообщество Шайенна.

Джейсон скривился.

— Не говори, что ты уже не слышал от начальника Рейнольдса о такой возможности.

— Я хочу услышать это от тебя.

— Это тоже инстинкт и догадки.

— Но, видишь ли, я доверяю твоей интуиции, — сказал Сэм.

Да. Ну что ж.

Сэм исчез в ванной. Джейсон сел на кровать и включил ноутбук, рассеянно прислушиваясь к шуму воды, пока проверял почту.

Было короткое сообщение от Шейна Донована из Северной Калифорнии о том, что он поговорил с Урсулой Мартин, и она сообщила ему, что достигла внесудебного соглашения с «Флетчер-Дюран».

— Чёрт возьми, — пробормотал Джейсон. Это не было сюрпризом. Но всё равно разочаровало. После измены Мартин их дело теперь было официально мёртво и похоронено.

С другой стороны, это устраняло любой мотив у кого-либо, связанного с «Флетчер-Дюран», избавиться от него.

Кстати, он заметил письмо от Джонни с вложением.

Джейсон открыл письмо.

Привет, Джейсон,

Надеюсь, ты уже чувствуешь себя лучше. Сэм попросил меня переслать тебе эти фотографии доктора Джереми Кайзера с конференции по судебной психологии в Торонто.

Качество не самое лучшее, но человек на снимках действительно похож на того, кто изображён на обложках книг Кайзера и на его удостоверении. Дай знать, что думаешь.

Дж.

Джейсон открыл первое вложение — фотографию людей, присутствующих на каком-то банкете. Они выглядели так же воодушевлённо, как всегда выглядят люди перед вечером, полным длинных речей и еды из конференц-отеля.

Сначала он даже не смог найти Кайзера среди множества учёных лиц. Наконец он заметил его за столиком в глубине зала. Как и сказала Джонни, фотография была не очень качественной, но с такого расстояния мужчина действительно был похож на Джереми Кайзера. Прошёл почти год с тех пор, как Джейсон видел Кайзера, — и видел он его всего один раз, не больше нескольких минут, — так что да, ему казалось, что это Кайзер.

Он бы не стал ставить на это свою жизнь.

Он открыл следующую фотографию. Это был официальный групповой снимок, и головы всех присутствующих были размером с дырочку от дырокола. На этой фотографии было как минимум три человека с безумными волосами, сумасшедшими глазами и напряжённым взглядом, которые могли оказаться Кайзером. Джейсон не мог поручиться ни за одного из них.

Но он также не мог поклясться, что это не Кайзер.

Он услышал, как в ванной открыли кран, а затем шум воды прекратился. Послышался щелчок стеклянной двери душевой.

Он открыл третье и последнее вложение.

Это была любительская фотография, сделанная в коридоре. Снимок был гораздо ближе. На нём было несколько человек с бейджами, бесцельно слоняющихся по коридору, как обычно делают люди между секциями конференции. Они несли чашки кофе, выпечку, ноутбуки, визитницы, блокноты и зарядные устройства — и все выглядели слегка неловко, беззвучно прогоняя в голове свои короткие самопрезентации, — все, кроме одного. 

Кайзер стоял ближе всего к двери конференц-зала и приветствовал двух коллег улыбкой, которую лучше всего можно было описать как безумную. Джейсон нахмурился, глядя на эту маниакальную улыбку и широко распахнутые глаза.

В целом... мужчина выглядел так, как Джейсон его запомнил. Высокий и костлявый, с пушистой массой седых волос, обрамляющей худое, вытянутое лицо. Он не мог видеть цвет глаз объекта, но они казались тёмными, так что это совпадало. Всё выглядело правильно. Всё соответствовало тому, что он помнил о той короткой встрече.

И всё же... что-то в мужчине на фотографии казалось Джейсону неправильным. Фальшивым. Словно это была подделка.

Проблема заключалась в том, что его воспоминание о Кайзере со временем поблекло, а просмотр этих изображений людей, похожих на Кайзера, только сильнее всё запутывал.

Дверь ванной открылась, и наружу вырвался поток тёплого воздуха, пахнущего мылом.

— Всё твоё, — сказал Сэм.

— М-м-м.

Что было не так? Или ему просто казалось?

Он снова начал изучать эту слишком широкую улыбку и настороженные глаза.

Настороженные глаза...

— Что-то не так? — спросил Сэм.

— М-м?

Чего так боялся этот человек, Кайзер?

Джейсон внимательнее всмотрелся в людей, которые приветствовали Кайзера. Это было похоже на изучение всех фигур на одной из тех переполненных итальянских картин эпохи Возрождения. Как в «Весне» Боттичелли или «Афинской школе» Рафаэля, иногда можно узнать больше о происходящем, если смотреть не на главных героев, а на второстепенных персонажей.

И эти двое неизвестных учёных, приветствующих своего коллегу, доктора Джереми Кайзера? Один выглядел удивлённым. Другой — озадаченным.

«Они думают, что знают тебя, но они не знают».

Джейсон снова посмотрел на лицо Кайзера.

«А ты знаешь, что они не знают».

Он вздрогнул, когда Сэм положил руку ему на обнажённое плечо.

— Ты в порядке, Уэст?

Джейсон посмотрел на него.

Брови Сэма нахмурились.

— Джейсон, что случилось?

— Это не он, — сказал Джейсон. — Его не было на конференции. Это не Джереми Кайзер.