Глава 13. Лагерь

Впервые в своей жизни Мирас видел такое количество юрт. Он сбился со счету уже на двадцать пятой или двадцать шестой. Но их было много больше. Особо выделялась среди остальных та, что находилась в центре. Эта юрта была крупнее и богаче остальных. Вход в покои Жангира охраняли два вооруженных сарбаза с длинными копьями.

Каждую группу подъезжающих встречали специальные люди султана. Один из них приблизился и к аргынам. Молодой парень, примерно одного возраста с Мирасом, в просторных штанах и обычной рубахе песочного цвета, надетой под жилетку из грубой ткани. Приветлив и вежлив. Словом, судя по приему, султан рад каждому ополченцу.

Первым на правах старшего представился Кульмагамбет, сообщивший, что привел с собой тринадцать жигитов. Затем настала очередь Баглана. Пока он говорил, порученец султана косился на трех лошадей, поперек которых были перекинуты связанные ойраты. Кульмагамбет угадал его немой вопрос и пояснил, когда каракесек закончил:

– Этих мы взяли еще в землях найманов. Остальные мертвы. – В голосе старейшины чувствовалась гордость. – Правда, и у нас без потерь не обошлось. В бою пал один из наших сарбазов. Я думаю, это лазутчики.

Жигит внимательно выслушал Кульмагамбета и предложил сразу проследовать к султану, который принимал людей с самого утра. Кульмагембет, Жомарт, Таймас и Баглан в сопровождении все того же жигита направились к главной юрте. Остальные решили пока не разбредаться и дожидаться возвращения старейшин вместе. Каракесеки отделяться не стали. Коней оставили в стойлах, а сами расположились неподалеку, так, чтобы видеть вход в главную юрту.

В лагере меж тем кипела жизнь. Женщины (судя по всему, они прибыли из ближайших аулов) готовили еду. Воздух обволакивал дурманящий запах свежей баранины, исходивший от расставленных тут и там огромных казанов.

Люди продолжали прибывать. Когда Мирас и другие сарбазы расселись прямо на траве, к ним подбежал мальчик лет десяти. В руках у него была широкая деревянная пиала, от которой веяло густым дразнящим ароматом. Он протянул чашу тому, кто показался ему самым старшим из аргынов, – Амантаю. Малец исчез так же быстро, как появился. Однако вскоре вернулся. Уже с другой чашей. Она досталась одному из каракесеков. Очень скоро каждый из сарбазов Кульмагамбета шумно втягивал в себя наваристую сорпу, приготовленную в лучших традициях кочевой кухни.

Допив свою порцию, Мирас бросил взгляд в сторону плененных врагов. Удивлены небось силой казахского войска? Оказалось, что нет. Во всяком случае, узкоглазые физиономии пришельцев выражали скорее любопытство, нежели страх или удивление. А один из ойратов даже чему-то улыбался. Надо отдать ему должное. Даже будучи связанным, в окружении врагов, он не терял присутствия духа. Вместо расширенных страхом глаз, Мирас увидел совершенно умиротворенное лицо с чуть приподнятыми уголками губ. Презрение! Вот что читалось во взгляде пленника.

Внезапно молодого каржаса охватило неудержимое желание пнуть по ненавистной физиономии. Причем не просто ткнуть носком сапога, а хорошенько приложиться. Размахнуться как следует и… Мирас постарался унять нахлынувший гнев. Тем более что избиение пленных считалось делом низким.

На пороге главной юрты появился все тот же парень, который встречал их полчаса назад. Он кого-то выискивал взглядом. Когда его черные глаза, обрамленные густыми, сросшимися на переносице бровями, остановились на устроившихся на отдых аргынах, прислужник Жангира уверенной походкой направился в их сторону.

– Кто из вас Амантай? – поинтересовался жигит, когда приблизился.

– Я, – быстро ответил найман, вытирая рукавом рубахи жирные после сорпы губы.

– Султан хочет видеть пленных.

– Всех? – на всякий случай решил уточнить Амантай.

Тот, кому задавался вопрос, отрицательно покачал головой и ткнул пальцем в того самого ойрата, которого только что хотел пнуть Мирас. Лицо лазутчика по-прежнему оставалось невозмутимым. Только уголки губ вернулись на свое привычное место, а брови слегка приподнялись. Было заметно, что ойрат напряженно вслушивается в разговор казахов, чисто интуитивно начиная понимать, о чем идет речь.

С тяжелым кряхтеньем Амантай поднял свое грузное тело. Громко высморкавшись на ходу, он приблизился к пленному, лежавшему все это время на боку. Грубо схватив ойрата за плечо, найман потянул его на себя. С первой попытки поставить чужака на ноги не удалось. Связанный крепкими веревками, он никак не мог удержать равновесие и то и дело валился на землю.

Мирас первым бросился на помощь найману. Он схватил ойрата за другое плечо и рванул его кверху. Объединив усилия, сарбазы Кульмагамбета все же сумели поднять пленника. Несмотря на не самое лучшее знакомство, каржас неплохо поладил с найманским палуаном. Амантай даже как-то попросил его показать несколько приемов, с помощью которых Мирас одержал победу в памятном для обоих поединке.

Вдвоем они поволокли пленного в юрту Жангира. Ойрат даже не думал брыкаться и вел себя довольно смирно. Со стороны казалось, будто он лишился чувств.