Глава 12_2

Тейлор высвободился, повернувшись к Уиллу спиной. Уилл наблюдал за быстрым вздыманием и опусканием его широких плеч в бледном лунном свете.

Уилл сжалился над ним.

— Ты уверен, что полиция знает, что мы здесь? Такое чувство, что мы единственные люди во всем этом проклятом лабиринте.

— Они знают. Где-то там нас должна подстраховывать поддержка.

— Куда дальше?

Тейлор повернулся.

— Я мог бы разорвать этот список пополам, и мы могли бы разделиться. Так мы охватили бы гораздо больше территории.

— По отдельности мы плохо справляемся.

Тейлор фыркнул.

— Хватит, Брандт. Я знаю, что тебе жаль. Я не виню тебя. Давай просто пройдем через это. А потом посмотрим, где мы окажемся.

Уилл кивнул. Они оба напряглись при отчетливом звуке приглушенного взрыва, доносящегося сквозь стену деревьев.

— Взрывчатка, — определил Уилл.

— Где? Откуда это?

— Север. — Уилл указал. Они уже бежали, набирая скорость, разделяясь, направляясь к звуку и запаху дыма, все еще витающему в ночном бризе.

Тейлор бежал как олень, с поразительным пренебрежением к низким оградам и могилам. Уилл рванул за ним, но никогда не был таким быстрым, как Тейлор, а сейчас он был медленнее из-за своих многочисленных травм. Его голова пульсировала с каждым шагом, когда он бежал между надгробиями и статуями, которые, казалось, вырастали на его пути, как всплывающие мишени на тренировочной трассе.

Когда Тейлор вырвался вперед — перепрыгивая препятствия, которые Уилл огибал, — Уилл прибавил скорости, чертыхаясь под нос. Это было похоже на то, как Райли несется за кошкой. Ему нужны были гребаные крылья, чтобы догнать его.

Он смотрел, как Тейлор перелезает через невысокую стену и исчезает. Внезапный страх наполнил его.

Стена была украшена длинным рядом вычурных, улыбающихся черепов.

Память разверзлась под его ногами, и Уилл снова оказался в катакомбах, чувствуя дрожь земли, грохот обрушивающегося потолка, крики людей вокруг него, когда погас свет. Его последнее видение: черная и глубокая улыбка пожелтевшего, треснувшего черепа.

И его единственная мысль — последняя мысль: Тейлор.

Отдаленный и отчетливый хлопок отскочил от известняка и мрамора. Адреналин вспыхнул в его венах, и Уилл перепрыгнул через низкую стену с черепами и бросился через мокрую полосу травы. Его ноги глухо ударяли по влажной земле.

Он пересек еще одну булыжную дорожку и оказался перед еще одним кварталом высоких склепов и гробниц. Тишина была жуткой. Где, черт возьми, была охрана кладбища или полиция, которая должна была их подстраховывать?

Сердце колотилось, Уилл вытащил оружие. Он петлял между памятниками, держась поближе к укрытиям, пока не дошел до невысокой лестницы, ведущей к небольшому склепу. Из-за строения размером с сарай донесся скрежет камня о камень.

Уилл прижался спиной к стене, быстро выглянул из-за угла. Его сердце остановилось.

Тейлор лежал лицом вниз на дорожке перед сравнительно простым квадратным известняковым блоком размером с большой диван. Пожилой мужчина в черном энергично орудовал ломом, пытаясь вскрыть лицевую панель гробницы.

Пока Уилл смотрел, Тейлор зашевелился и попытался приподняться. Пожилой мужчина повернулся, издал раздраженный звук и поднял лом, чтобы обрушить его на голову Тейлора.

— Не делайте этого. — Уилл вышел из укрытия и поднял оружие.

Мужчина уставился на него. Он отбросил лом. Тот звякнул о камень и откатился в сторону. Мужчина поднял руки над головой.

Уилл быстро взглянул.

— Макаллистер?

Тейлор что-то пробормотал, звуча обнадеживающе живым и злым.

— Ты в порядке? — Вот это глупый вопрос. Но каким-то образом это было единственным, что имело значение.

Эллоко бесшумно отступил в спасительную тень.

— Ни шагу дальше, — предупредил его Уилл, половина его внимания все еще была сосредоточена на Тейлоре, который снова неуклюже попытался приподняться.

Уилл шагнул вперед, схватил Тейлора за воротник и оттащил подальше от ног и рук Эллоко. Это было нелегко, удерживая при этом пистолет направленным на Эллоко. Эллоко оставался неподвижным и настороженным.

— Давай, Макаллистер. Соберись.

Тейлор пробормотал что-то, что могло быть согласием, а могло и ругательством.

Уилл не сводил глаз с Эллоко. Лунный свет вырисовывал силуэт орлиных черт старика и серебро его волос. Он не произнес ни слова, его черные глаза были такими же пустыми и ничего не выражающими, как любой череп.

— Повернитесь. Руки за голову, — приказал Уилл.

Старик не двигался.

— Делайте.

— Черт… — Тейлор подавил остальное, поднимаясь на колени, одной рукой балансируя, а другой хватаясь за черную кованую ограду ближайшей гробницы.

Уилл проигнорировал его, но Эллоко либо неправильно его понял, либо понял, что у него есть один-единственный шанс, потому что он внезапно схватился за пояс и вытащил блестящий, внушительного вида «Беретту».

Уилл выстрелил в него.

Выстрел его SIG Sauer грохнул среди каменного и железного леса, разносясь эхом между памятниками и статуями.

С такого расстояния промахнуться было невозможно. Эллоко схватился за грудь, отшатнулся и упал через гробницу. Тейлор резко выпрямился, в шоке глядя то на Уилла, то на упавшего Эллоко.

— Господи.

— Он был вооружен. — И Тейлор оказался бы прямо под перекрестным огнем. Уилл не собирался рисковать этим. Он обошел гробницу и посмотрел вниз. Пистолет лежал в нескольких дюймах от вытянутых пальцев Эллоко. Центр его груди блестел в луже расползающейся темноты. Глаза Эллоко были широко открыты. Они неподвижно смотрели на луну. Уилл наблюдал за ним несколько секунд.

— Он мертв? — Тейлор оперся на гробницу, мутно глядя сверху. Он закрыл глаза на мгновение. — Да, он мертв.

— Ты в порядке? Какого черта произошло?

Тейлор медленно опустился на гробницу. Он опустил голову на руки. Его голос был приглушенным.

— Кажется, я споткнулся.

Уилл, пытаясь осторожно осмотреть шишку, выросшую на линии волос Тейлора, замер.

— Ты споткнулся?

Ответ Тейлора был резким.

— Ты споткнулся?

— Заткнись, Брандт.

— Ты как кошка. Я никогда не видел, чтобы ты споты…

— Заткнись, Брандт.

Слышались голоса, приближающиеся к ним, доносящиеся по ночному воздуху. Уилл оторвал взгляд от опущенной головы Тейлора как раз вовремя, чтобы заметить круги света фонариков, прыгающие между деревьями.

— Лучше поздно, чем никогда, — пробормотал Уилл.

Тейлор поднял голову и близоруко всмотрелся в темноту.

— Я их не вижу.

— Они уже идут. Просто расслабься.

Ага. Как же. Это все равно что приказать чертику из коробки успокоиться. Тейлор поднялся на ноги и покачнулся. Уилл протянул руку, чтобы поддержать его.

— Ты можешь посидеть спокойно? У тебя может быть сотрясение, откуда тебе знать.

Тяжелые глаза Тейлора распахнулись. Он наклонился вперед, пристально изучая лицо Уилла.

— Подожди. Подожди…

— Что? В чем дело?

Челюсть Тейлора отвисла. Он пристально посмотрел.

— Я тебя знаю? Ты кто вообще?

Уилл не смог сдержать смех. Он схватил Тейлора и прижался твердым, голодным поцелуем к его изумленному рту.

На большее не было времени. Через минуту-другую французская полиция добралась до них, и начались вопросы. Уилла и Тейлора разделили и попросили дать свои собственные показания, в то время как боковая дверь гробницы была открыта до конца.

Свист и восклицания последовали за обнаружением содержимого гробницы. Уилл и Тейлор присоединились к кругу вокруг отверстия, когда оттуда вытащили тяжелый квадратный сверток, замотанный в холст и веревки.

Последовало короткое обсуждение, стоит ли ждать представителей музея. «Черт возьми, нет!» — звучало одинаково на всех языках. Холст осторожно разорвали и развернули, обнажив портрет улыбающейся женщины в замысловатом напудренном парике и богатых одеждах давно ушедшей империи.

Merveilleux! Fantastique*!

И Уилл был вынужден согласиться.

— Ты понимаешь, что мы теперь никогда не узнаем, что именно заставило Эллоко выйти из укрытия? — пробормотал Тейлор, когда их наконец отпустили. — Мы никогда не узнаем, почему он ушел из «Финистера». Мы никогда не узнаем, был ли у него роман с женой брата. Мы никогда не узнаем…

Уилл представил себе, как Тейлор пытается подняться на ноги прямо на линии огня между ним и Эллоко. Он мягко прервал:

— Я смогу с этим жить.

Он оглянулся. Тейлор остановился у огороженного памятника рядом с гробницей, где Эллоко спрятал пять картин.

— В чем дело?

— Посмотри на это.

Уилл послушно прошел несколько шагов назад и посмотрел, а затем присмотрелся внимательнее.

Под бронзовым медальоном с мужским профилем были четыре каменных таблички. На одной из табличек было имя Жак-Луи Давид.

— Может ли это быть совпадением? — Тейлор, казалось, не мог оторвать взгляд.

И, изучая его профиль, Уилл сказал:

— Я не верю в совпадения. — Он добавил: — Уже нет.

Эйфелева башня была позолочена розово-золотым солнечным светом к тому времени, как они закончили свои телефонные звонки.

Уилл слушал, как Тейлор успокаивает сестру обычной ложью во спасение.

— Нет, никто не пострадал. Я имею в виду, кроме Эллоко. Не знаю почему. Ты же знаешь, как работают новости: им нужно о чем-то говорить, так?

Уилл, лежа на кровати и глядя в окно на восход солнца, закатил глаза.

— Если хочешь поехать на церемонию высадки в Нормандии, конечно. Нет, у нас с Уиллом другие планы. — Тейлор оглянулся через плечо на Уилла.

Уилл кивнул.

У них действительно были планы. Планы, о которых Тейлор еще даже не знал.

— Прощупай его, — сказала Стоун, когда Уилл говорил с ней несколькими минутами ранее. — Он немного нетрадиционен, но у него есть воображение. Он был бы хорошим пополнением для нашей команды, и у нас есть вакансия.

По крайней мере, это стало оправданием для Тейлора. Он рискнул, но в конце концов оказался прав. Так что теперь у него был другой вариант. У них обоих.

Стоун была не первым звонком Уилла. Первый звонок был Дэвиду. Уилл чувствовал, что он в долгу перед ним. Последние несколько дней, вероятно, были не легче для Дэвида, чем для Тейлора.

— Тебе не за что извиняться, — сказал Дэвид, когда Уилл обошелся без оправданий, просто рассказав новости об Эллоко и подтверждении того, что мероприятия, посвященные высадке в Нормандии, могут продолжаться по плану. — Я рад за вас обоих.

Да. Именно поэтому Уиллу так нравился Дэвид. Поэтому когда-то он думал, что они с Дэвидом могут быть вместе.

Но, как обстояли дела, Уилл никогда не забудет выражение лица Тейлора, когда Уилл невольно выпалил: «А как же Дэвид?» Тейлор выглядел менее пострадавшим, когда ему прострелили грудь. Уилл должен был это исправить.

Поэтому он извинился перед Дэвидом, закончил разговор как можно скорее и, как только повесил трубку, подошел к Тейлору, на мгновение уткнувшись лицом в его волосы. Тейлор выглядел удивленным и настороженным, но затем расслабился, дружески толкнув Уилла и велев ему звонить Стоун.

Тейлор наконец попрощался с сестрой. Уилл придержал одеяло, и Тейлор скользнул между простынями, стройный и загорелый от южно-калифорнийского солнца. Он застонал от облегчения, утопая в подушках.

— Мы официально снова в отпуске, — сообщил ему Уилл.

— Спасибо, Господи. — Тейлор закрыл глаза, а затем открыл их. — Ты не сказал. Когда именно к тебе вернулась память?

Уилл повернулся на бок, лицом к нему. Он никогда не был так благодарен за хороший матрас, чистые простыни и превосходное качество европейских обезболивающих.

— Вскоре после того, как ты умчался, как олень, спасающийся от лесного пожара. — Он осторожно убрал волосы с ушибленного лба Тейлора. Тейлор поморщился, но не возражал. — Что у тебя в голове?

Ресницы Тейлора несколько раз дрогнули и опустились.

— М?

Уилл продолжал гладить его волосы.

— Я думал, мы команда? Почему ты не подождал меня?

Тейлор вздохнул, но не ответил.

— Ты засыпаешь?

— Немного… — Ресницы Тейлора не шелохнулись.

Уилл слабо улыбнулся.

— Что ж, не засыпай, пока не выслушаешь меня.

Глаза Тейлора открылись.

— Все в порядке, Уилл. Ты…

— Заткнись, — мягко сказал Уилл.

Тейлор замолчал.

— Я не знаю, почему мой мозг выбрал именно те воспоминания, которые выбрал, но я могу сказать тебе вот что: это не потому, что ты мне безразличен. Я думаю, возможно, все наоборот.

— Я тебе безразличен?

Уилл вздохнул.

— Как сильно ты ударился головой сегодня ночью? Нет. Я имею в виду, возможно, ты слишком много для меня значишь.

Глаза Тейлора сузились.

— Что это значит?

— Примерно то, чего я боялся с самого начала. Если я когда-нибудь отпущу… — Уиллу пришлось остановиться.

Тейлор приподнялся на локте.

— Я не понимаю. Что?

— Это не сложно, — наконец сказал Уилл. — Если с тобой что-то случится, это случится с нами обоими. Потому что я не переживу потерю тебя. Понимаешь, что я имею в виду?

Тейлор молчал. Наконец он опустился на подушки.

— Да. Ладно. Справедливо. Я тоже.

— У меня кое-что для тебя есть.

Улыбка скользнула по губам Тейлора.

— Ты уверен, что в своем ослабленном состоянии — или в моем ослабленном…

— У тебя мысли только об одном.

— Как будто ты направляешься не в ту же сторону? — Но Уилл уже встал с кровати и направился к своему комоду, роясь в нижнем белье. Тейлор звучал сокрушенно. — Может, и нет.

Уилл нашел маленькую синюю бархатную коробочку и бросил ее на кровать.

Тейлор поймал ее одной рукой, садясь. Он уставился на коробочку. Его взгляд поднялся к Уиллу. Он выглядел немного бледным.

— Что это?

Уилл вернулся в кровать и скользнул рядом с ним.

— Запонки. Как ты думаешь, что это?

— Мы никогда…

— Я знаю. Должны были. Нам, черт возьми, нужно было сделать это до того, как я уехал в Париж. Я собирался подарить тебе это на день рождения. Но мы постоянно… Не знаю. Время было неподходящим. Мысль об Ираке сбила меня с толку.

Тейлор смотрел как завороженный на маленькую коробочку. Мышца на его челюсти дернулась.

— Вот в чем дело. — Уилл прочистил горло. — В первый раз я сделал это неправильно, и, вероятно, сделаю неправильно и сейчас. Я не хочу, чтобы ты принимал назначение в Ирак. Не потому, что я думаю, что с тобой случится что-то плохое. Потому что я думаю, что что-то плохое случится со мной. Я думаю, нам придется ждать еще много лет, чтобы быть вместе, а мы уже достаточно ждали.

— Мы уже были в этой точке однажды, знаешь? — Тейлор улыбался, но в этом изгибе губ было что-то, что ранило сердце Уилла.

— Я знаю. Я не ожидал… Парижа. Я позволил своим амбициям встать между нами. Это была моя ошибка. Но это… — Уилл кивнул на синюю коробочку. — Это мой способ попытаться показать тебе, что для меня ничего не изменилось. И никогда не изменится. И я устал ждать. Жизнь слишком коротка. Так что…

— Так что?

— Я серьезно сказал за ужином на днях. Я хочу уволиться. Я хочу, чтобы ты уволился.

Тейлор закрыл глаза.

— Уилл…

— Нет, послушай меня. Я обдумал это. Я думал об этом уже некоторое время, если честно. Я хочу, чтобы мы занялись бизнесом вместе. Я хочу, чтобы мы открыли свою собственную консалтинговую фирму по глобальной безопасности. У нас получится. Ты знаешь, что получится. Мы лучшие в своем деле.

— Этого достаточно, чтобы отказаться от обоих наших…

— Мы могли бы снова быть напарниками. Напарниками во всем.

Тейлор молчал так долго, что сердце Уилла похолодело.

Наконец ресницы Тейлора поднялись. Он серьезно посмотрел на Уилла.

— Ты уверен, Брандт? Ты уверен, что понимаешь, что говоришь?

— Я понимаю, что говорю.

Тейлор сел, его колени коснулись колен Уилла. Он протянул коробочку Уиллу. Уилл медленно взял ее обратно.

Тейлор протянул левую руку. Это была мужская рука. Красивой формы, сильная, устойчивая. К Уиллу пришло понимание. Он открыл крышку коробочки. Кольцо ярко блеснуло. Простое платиновое кольцо — платина с небольшим процентом свинца из пули, которая попала в Тейлора чуть больше года назад. Пули, которая могла бы всё закончить, но каким-то образом стала для них новым началом.

Слегка смущаясь, Уилл взял руку Тейлора в свою.

* Великолепно! Фантастика!