Глава 12
FebruaryОблегчение было мгновенным и почти ошеломляющим.
Слава богу. Слава богу. Слава богу.
На мгновение в его голове не осталось ничего, кроме этого чувства свободы и облегчения. У Джейсона подкосились ноги, он чуть не рухнул на стул перед столом, но затем заметил выражение — отсутствие выражения — на лице Сэма, уловил оценивающий взгляд, которым тот смотрел на него.
Сэм, который как никто другой понимал, под каким давлением находится Джейсон и, вероятно, уже составил профессиональное мнение о том, сколько ещё тот сможет выдержать.
Джейсон заговорил тем же бесстрастным тоном, что и Сэм.
— Я так понимаю, ты не считаешь, что это правда.
Сэм сразу ответил:
— Я не знаю, так ли это. Тело слишком сильно повреждено, чтобы установить личность без анализа ДНК, а анализ займёт время.
Джейсон машинально кивнул.
— Что случилось? Как его нашли?
— Похоже, он арендовал лодку под вымышленным именем в Луненбурге, Новая Шотландия.
— Он всё ещё был в Канаде. — Джейсон пытался осмыслить это.
— По-видимому, да.
— Что случилось?
— Расследование продолжается. Лодку обнаружили горящей вчера вечером. Сильно обгоревшее тело нашли в главной каюте вместе с частично обгоревшим паспортом, бумажником и другими предметами, идентифицирующими жертву как Джереми Кайзера.
— Это слишком удобно, — сказал Джейсон.
По-видимому, именно этого вывода Сэм от него и ждал, потому что слегка расслабился.
— Возможно.
— Он заметает следы.
— Возможно. У Кайзера есть стимул исчезнуть, и смерть, при которой тело трудно опознать, как ты и сказал, довольно удобна.
— Что дальше?
Он идёт за мной.
Парализующая мысль пронзила Джейсона. Он сдержался и не произнёс её вслух.
— Из-за особых обстоятельств они постараются ускорить анализ ДНК, а затем мы посмотрим, что у нас есть. — Сэм осторожно добавил: — Это не плохая новость.
— Я не верю — и ты не веришь — что это хорошая новость.
— Мы не знаем, что это. Пока. Мы узнаем.
Джейсон кивнул. Потому что что ещё он мог сделать?
На одну чертовски счастливую секунду он думал, что всё кончено, и облегчение было... почти постыдным. Но это не было концом, и то, что он оказался так близко к освобождению, лишь делало происходящее тяжелее.
Так что он снова кивнул.
— Ладно. Спасибо за предупреждение.
Сэм сделал движение к нему.
— Джейсон...
Джейсон выдавил нервную улыбку и отступил. Он не мог позволить себе принять утешение и сочувствие в этот момент.
— Я в порядке. Будет лучше, если я просто вернусь к работе. Мне нужно сейчас сосредоточиться на чём-то другом.
Понимающее беспокойство во взгляде Сэма почти сломало его. Сэм хрипло, неохотно сказал:
— Ладно, Уэст.
Посещение «Бозвин Дейли Кроникл» оказалось удачной идеей. Только выпуски за 1926 год были оцифрованы и доступны онлайн. Самые ранние годы газеты хранились на микрофильмах, но после 1935 года бюджет или интерес к этому делу, похоже, иссякли. Джейсон провёл несколько часов, изучая подшивки газет, начав поиск с июня 1944 года.
Спустя несколько недель выпусков он наткнулся на золотую жилу: капитан Рой Томпсон писал своим родителям и братьям с сёстрами, описывая высадку в Нормандии.
«Вы не можете представить себе удивительное зрелище этих трассеров, взлетающих в небо. Нижняя часть облаков становилась красной, как тлеющие угли, — море красной смерти для любого самолёта в пределах круга нашего зенитного огня. С нашей точки зрения это было красивое зрелище, но такую красоту может понять только солдат».
Читать слова самого Томпсона было увлекательно и немного тревожно. Джейсон не ожидал, что его вор окажется таким грамотным и поэтичным. Это было нехарактерно для преступников, с которыми он обычно имел дело.
В январе 1945 года Томпсон писал:
«В эти дни на Западном фронте много снега, и местность выглядит как рождественская открытка. Деревья, как старые королевы, сгибаются под тяжестью своих горностаевых мантий. Провода петляют от столба к столбу, как мишура на рождественской ёлке, за исключением тех мест, где тяжесть льда и снега стянула их вниз и связисты их чинят. Снег лежит ровно на склонах холмов — это красиво. Но я также видел достаточно боёв и сыт ими по горло. Тяжело видеть, как твоих приятелей убивают; особенно тех, с кем мы вместе прошли через всё это, ещё со времён учёбы».
Ему не хотелось симпатизировать этому парню, не хотелось чувствовать к нему жалость. То, что сделал Томпсон, было непростительно, а потом он усугубил всё это, впутав в это деда Джейсона. Но не было сомнений, что Томпсон прошёл через ад и был великолепным рассказчиком.
В полдень Джейсон сделал перерыв. Он не был голоден, но глаза уже готовы были вылезти из орбит. Ему нужно было размять ноги и вдохнуть что-то кроме запаха распадающейся бумаги и типографской краски.
Он прошёл к небольшому кафе и купил смузи со льдом, который пил на веранде, проверяя сообщения на телефоне.
От де Хана по-прежнему ничего не было.
Джейсон нажал «Контакты», выбрал имя де Хана и подождал, пока телефон зазвонит. Но ничего не произошло. Не было даже сообщения о том, что де Хан недоступен.
Мёртвая тишина.
Он повесил трубку, попробовал снова и прислушался к этой абсолютной тишине, чувствуя, как в животе нарастает тревога. Какого чёрта телефон де Хана молчал?
Даже если де Хан решил покинуть страну — а он ни за что не сдался бы так легко, — он не стал бы отключаться. Они с Джейсоном регулярно общались больше месяца. Де Хан не улетел бы в гневе и, даже если бы улетел, не перестал бы общаться с Джейсоном, пока в деле столько всего оставалось невыясненным.
Что-то было не так.
Он должен был заметить это раньше, но у него было столько мыслей в голове, что было слишком легко отложить нехарактерное молчание де Хана на потом. Но это была его ошибка, потому что в сочетании с тем странным сброшенным звонком прошлой ночью — звонком, который он счёл случайным набором, — что-то было серьёзно не так.
— Де Хан с тобой связывался?
Джей-Джей, звучавший так, будто вернулся в нормальное состояние, равнодушно сказал:
— Это твой друг по переписке, не мой.
— Я не получал от него никаких сообщений с тех пор, как говорил с ним вчера днём.
— Считай, что тебе повезло.
— Я еду в «Биг Скай Мотел Лодж», чтобы проверить его.
— Если хочешь моего совета, Уэст, не буди спящих голландцев.
— Ага. Я на связи. — Джейсон отключился и пошёл искать свою машину.
Синий компакт де Хана стоял в глубине парковки отеля «Биг Скай Мотел Лодж».
Сердце Джейсона упало, когда он заметил знакомую машину. Это, казалось, подтверждало его худшие подозрения. И всё же его худшие подозрения не имели смысла.
Он припарковался, вышел из машины и направился в кондиционированный холл отеля.
Длинный тощий парень лет двадцати с небольшим, листавший — судя по тому, как он панически щёлкнул мышкой и отпрянул от экрана, — порносайт, поприветствовал его.
— Привет! Добро пожаловать в «Биг Скай Мотел Лодж». Чем могу помочь?
— У вас остановился гость по имени Ханс де Хан?
Веснушчатый лоб парня сморщился.
— Немец?
— Голландец. Он всё ещё здесь?
— Э-э, кажется, да. Я только заступил на смену.
Джейсон показал удостоверение.
— Можете позвонить ему в номер, пожалуйста?
Клерк вытаращился на удостоверение и бросил на Джейсона обеспокоенный взгляд.
— Э-э, конечно. Что он сделал?
— Это просто проверка, всё ли в порядке, — сказал Джейсон так, будто ФБР регулярно проводило такие проверки в рамках своей обычной работы.
— Конечно-конечно. — Парень поднял трубку и набрал номер де Хана. Джейсон слышал гудки на том конце. Он видел, как парень беспокойно взглянул в окно на ряд номеров на верхнем этаже.
— Кажется, его нет, — сказал парень.
— Его машина на парковке.
— О. Ну, может, он... — Парень замолчал, увидев выражение лица Джейсона.
— Думаю, нам стоит проверить его, — сказал Джейсон.
— Правда?
Джейсон кивнул.
Клерк неохотно положил трубку.
— Может, мне позвонить менеджеру.
— Можете позвонить менеджеру после того, как мы проверим вашего гостя.
— Ладно.
— Сейчас было бы самое время, — подхватил Джейсон.
— Да. Хорошо. — Парень выдвинул ящик, достал ключ и пошёл перед Джейсоном в ослепительный солнечный свет. Они пересекли парковку и поднялись по ступенькам на второй этаж.
Джейсон заметил камеру наблюдения под карнизом в конце галереи.
— Она работает? — спросил он.
— Э-э, нет. Она просто должна отпугивать.
— Она бы куда лучше отпугивала, если бы работала.
Клерк не нашёлся с ответом. Они продолжили путь, их шаги глухо отдавались по коридору к номеру 224.
Шторы на окне были задёрнуты. Кондиционер в номере громко гудел. На двери висела табличка «Не беспокоить».
— О, — с надеждой сказал клерк. — Может, он не хочет ни с кем разговаривать.
Джейсон проигнорировал его. Он постучал в обшарпанную оранжевую дверь — чётко и требовательно, как положено стучать в дверь при исполнении. Табличка «Не беспокоить» упала с ручки и приземлилась у их ног.
Из номера де Хана не было ответа, но горничная, убирающая соседний номер, поспешно откатила свою тележку по галерее и с безопасного расстояния нервно наблюдала за ними.
— Может, его там нет, — сказал парень. — Может, он вышел перекусить.
— Возможно. — Джейсон достал телефон и позвонил де Хану.
Он не ожидал ответа. Телефон де Хана, казалось, был мёртв, но пока они стояли в тишине, телефон де Хана начал звонить изнутри номера.
Джейсон тихо выругался. Он взглянул на клерка, который смотрел на него широко раскрытыми глазами.
— Мне нужно, чтобы вы открыли дверь, а затем отошли в сторону.
Парень заколебался, прочитал выражение лица Джейсона и отпер дверь. Его руки дрожали.
— Отлично. Дальше я сам.
Клерк не сдвинулся с места. Джейсон отодвинул его в сторону и толкнул дверь.
— Ханс? — позвал он.
Глазам потребовалась секунда-другая, чтобы привыкнуть к полумраку, но ему не нужно было разглядеть неподвижную фигуру на кровати, чтобы понять худшее. Желудок инстинктивно сжался от запаха, доносившегося из комнаты.
Даже парень знал, что это такое.
Он сглотнул.
— О нет! Он мёртв?
Джейсон кивнул и нашёл в себе силы сказать:
— Да. Звоните в 911.
На мгновение парень просто смотрел на него, тяжело дыша, затем споткнулся и побежал по галерее. Кроссовки почти бесшумно шуршали по полу.
Джейсон откинул голову назад и глубоко вздохнул.
Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.
Какого чёрта... Нет, почему, чёрт возьми, это случилось?
Это не имело смысла.
Никакого смысла.
Если только...
Почему он предполагал, что де Хан стал жертвой преступления? Возможно, это была естественная смерть. Это не было исключено. Де Хан был мужчиной средних лет, находившимся под большим стрессом и любившим стейк-сэндвичи. Возможно, у него был инсульт или сердечный приступ. Такое случается гораздо чаще, чем убийства.
Джейсон нащупал перчатки. Он надел их и шагнул в мрачный интерьер комнаты. Потратил мгновение на то, чтобы окинуть взглядом возможное место преступления, сознательно впитывая первые впечатления.
Телевизор и свет были выключены. Кондиционер работал на полную. Телефон де Хана лежал на столике рядом с кроватью. Он был подключён к зарядке.
Чемодан был открыт на деревянной подставке для багажа, его содержимое аккуратно сложено. Закрытый ноутбук де Хана лежал на столе.
Никаких явных признаков насилия. Никаких явных признаков беспорядка.
Джейсон изучил пол вокруг кровати. На ковре не было ничего, что указывало бы на... что-либо. Пара скомканных носков лежала у подножия тумбочки.
Он подошёл к кровати.
Ханс лежал лицом вверх на аккуратно застеленном покрывале. На нём не было очков, но он был полностью одет, вплоть до обуви и носков. Плечи и передняя часть его рубашки были пропитаны кровью. Кровь была коричневой и полностью высохшей.
— Какого чёрта, Ханс...
Джейсон наклонился. Даже не включая лампу, он мог разглядеть часть ужасной раны на темени де Хана и предположил, что большая часть повреждений была нанесена сзади.
Он коснулся запястья де Хана. Кожа была ледяной, трупное окоченение — полным, трупные пятна — зафиксированными, роговицы глаз — мутными. Джейсон выпрямился, отступил от кровати и задумался.
Не нужно быть экспертом-криминалистом, чтобы сказать, что де Хан был мёртв уже несколько часов — вероятно, от шести до восьми. Он вспомнил вчерашний вечерний звонок, который принял за случайный набор. Это было около одиннадцати, но, учитывая температуру в этой комнате... Да, возможно, нужно быть экспертом-криминалистом.
Но он всё равно мог сделать несколько выводов из этого места, которое не было местом преступления.
Очевидно, де Хан не был в постели, когда на него напали. Никаких попыток инсценировать место смерти не предпринималось. Был ли он вообще в комнате? Весьма сомнительно.
Где же, чёрт возьми, он тогда был?
Джейсон присел на корточки и изучил изношенные подошвы кроссовок де Хана. Похоже, к ранту прилипли кусочки чего-то чёрно-зелёного. Сорняки? Мох? Трава? Опять же, не его область экспертизы.
Лучшим вариантом было бы получить доступ к записям звонков, чтобы проверить, не регистрировался ли телефон де Хана на ближайших вышках, но это потребовало бы времени и судебного ордера. И, несмотря на то, что де Хан был его заявителем, никакого «их» не было. Это не будет делом Джейсона. Убийство перейдёт к местным правоохранительным органам.
Взгляд Джейсона упал на фотографию в овальной розовой рамке — улыбающуюся светловолосую женщину. Это должна была быть Анна, преподавательница искусства, которая ждала, когда Ханс закончит охоту за своим потерянным сокровищем и осядет, чтобы они могли вместе растить ребёнка.
У него скрутило живот. Он нетерпеливо отогнал эту реакцию. Де Хан не боялся рисковать. Если бы он знал возможную цену своих поисков, весьма вероятно, что всё равно продолжил бы. Его не остановила перестрелка на ранчо Томпсона.
И всё же работа историка искусства не должна была быть опасной.
Но была ли смерть де Хана связана с его поисками сокровищ замка Энгельсхофен?
Его ноутбук всё ещё был там. Его телефон всё ещё был там. И теперь, когда федеральное правительство было вовлечено, расследование, которое он начал, не прекратится с его смертью.
Джейсон повернулся, чтобы в последний раз осмотреть комнату, и заметил тонкую полоску света под дверью ванной.
Он выхватил оружие, открыл дверь и, конечно же, обнаружил, что, несмотря на включённый свет, маленькая комната была пуста. Над унитазом было окно — одна из тех старомодных жалюзийных решёток со стеклянными планками, по крайней мере, судя по оставшейся фурнитуре. Планки и металлические полосы были удалены, оставляя идеальный пустой квадрат для входа. Не очень большой вход. Хотя окно было шире, чем обычно в мотельных ванных, оно, вероятно, было недостаточно большим, чтобы протащить через него тело.
Звук приближающихся сирен доносился через дверной проём.
Джейсон бросил последний взгляд на ванную, но там не было ничего примечательного. Раковина, унитаз и ванна выглядели чистыми. Де Хан пользовался детским шампунем, бесплатным мылом и зубной пастой с содой. Полотенца, включая те, что были скомканы на полу, были абсолютно сухими, как и использованная мочалка, висевшая на штанге для шторки душа.
Джейсон вышел из ванной и замер. Чёрный силуэт заполнял дверной проём мотельного номера. Даже при солнечном свете, бьющем в глаза, Джейсон мог разглядеть блеск металлических пуговиц на форме и ствол оружия, направленный на него.
Коп не говорил, и в этой ледяной тишине у Джейсона волосы на затылке встали дыбом. Он знал без тени сомнения, что человек в дверях решает, застрелить ли его. Он также знал без тени сомнения, кто этот человек.
— Серьёзно? — сказал он, и голос его дрожал. Он был так зол, что почти забыл о страхе. — Ты направляешь оружие на брата по оружию? Если целишься в меня, лучше нажимай на спуск, мудак.
— Я видел его значок, — слабо сказал парень со стойки регистрации с лестничной клетки.
После ещё одной секунды, длившейся вечность, коп убрал оружие в кобуру.
— Ты мне не брат, придурок, — сказал начальник полиции Сэндфорд. — Какого чёрта ты здесь делаешь?
— Ты отлично знаешь, какого чёрта я здесь делал, — резко сказал Джейсон. Он всё ещё был на взводе от адреналина и взбешён.
— Я скажу тебе, что я знаю, — сказал Сэндфорд. — У тебя здесь нет никаких дел. Ты отлично знаешь, что должен был дождаться нас, прежде чем войти. Так что, если не хочешь быть арестованным за незаконное проникновение, вмешательство в полицейское расследование, уничтожение улик и всё остальное, что я могу придумать, чтобы на тебя повесить, убирайся с моего места преступления.