Глава 1.2

В средней школе было полно всевозможных праздников, придуманных лишь для того, чтобы звучать внушительно. Каждый день был каким-то праздником — настолько, что удивляло, как вообще можно было не пропустить ни одного из них. Когда подошло время переходить в старшие классы средней школы, дети начали постепенно открывать для себя противоположный пол, и Тхэёль, с его привлекательной внешностью, вполне мог стать объектом вожделения.

Сначала Доён просто ревновал. Тхэёль получал много подарков, и где бы он ни был, слыша фразу «Ты же дружишь с Квон Тхёлем?», Доён чувствовал себя гордым. Но с какого-то момента вместо ревности у него в животе стало все переворачиваться. Ему было так душно, что хотелось рвать.

Было ли это перед переходом в старшую школу или уже после? В любом случае, когда Квон Тхэёль приносил что-то, раздражение начинало одолевать Доёна, и так кружилась голова, что казалось, он сейчас умрёт. Но Доён считал даже это слегка нелепой ревностью.

— Я начал встречаться с Ли Арым.

— Ли Арым из 8-го класса?

— Ага.

Весной, когда он пошёл во второй класс средней школы, в один из праздничных дней. Тхэёль впервые завел девушку. Это была симпатичная девочка из того же класса, что и Тхэёль. Они так хорошо подходили друг другу, что даже не стоило обсуждать, кому из них повезло больше.

Мы начали встречаться. В тот момент, когда Доён услышал эти слова, у него сердце замерло. Хотя он и не катался на аттракционах, его постоянно тошнило. Глядя на ухмыляющееся лицо Квон Тхэёля, он почувствовал раздражение. Может, он злился?

— Хан Доён. Слышишь, мы решили встречаться, а?

Тхэёль, встретив взгляд Доёна, на лице которого отразилось сложное выражение, улыбнулся. Доён на мгновение так растерялся, что выпалил первое, что пришло ему в голову.

— И что с того?

Доён, прижимая ладонь к щекочущему в груди месту, резко отрезал. Тхэёль

поднял одну бровь, выражая недоумение.

— Почему ты злишься? Тебе что, нравилась Арым?

Тхэёль сказал это с усмешкой. Чепуха. Доён никогда не любил Ли Арым. Он даже ни разу не задумывался об этом. С самого начала он даже не делал вид, что знает её.

— Катись!

Доён ничего не ответил, лишь бросил презрительный взгляд и быстро убежал.

С следующего дня Доён начал обедать вместе с одноклассниками. При виде этого парня у него слезились глаза, по всему телу пробегали мурашки, а в области солнечного сплетения — нет, чуть выше — что-то колюще-резало. Казалось, он заболел. Даже после часа, проведённого в медпункте, состояние не успокаивалось. Это было эгоистично, но избегать этого парня было для Доёна в тот момент лучшим выходом.

— Хан Доён!

— ……

— Ты что, заболел «синдромом второго класса средней школы»?

— Да откуда у меня?

— Почему ты вдруг стал обедать с ними?

Тхэёль был озадачен резкой сменой поведения Доёна. К тому же рядом с ним была Арым. Доён не мог разозлиться — у него даже не было на это права.

— Просто... я тоже хочу завести друзей.

— Друзей? У тебя же есть друзья.

— Не тебя, а одноклассников. Приятного аппетита.

Доён придумывал нелепые оправдания и начал избегать Тхэёля. Сначала Тхэёль, не понимая, чем он провинился, был в растерянности, но потом разозлился на Доёна, который упорно отмалчивался.

И с какого-то момента Тхэёль тоже начал игнорировать Доёна.

Слухи о том, что эти двое, которые с начальной школы всегда были неразлучны, поссорились, разлетелись по всему классу. Одноклассники, с которыми он общался, не стали специально спрашивать о причине. В тот момент Доён был им за это безмерно благодарен.

— Доён, говорят, Квон Тхэёль расстался с Ли Арым.

Прошел примерно месяц, и они расстались. Эту новость ему осторожно сообщил одноклассник. Ли Арым и Квон Тхэёль расстались, но отношения между Тхэёлем и Доёном остались прежними. Это означало, что он по-прежнему делал вид, будто не знает его. Даже сталкиваясь в коридоре, они проходили мимо друг друга, не обмениваясь ни словом. При виде Тхэёля у Доёна по-прежнему портилось настроение, и его чувства бушевали. К тому же, поскольку именно он первым избегал Тхэёля, теперь он не мог нагло пойти к нему.

Весна, лето, осень и зима второго класса средней школы. Так прошли все четыре сезона, казавшиеся такими бессмысленными, и наступили зимние каникулы. До сих пор Доён не мог понять, что именно он испытывал к Тхэёлю. Он думал, что это ревность. И Доён мучился, не в силах признать, что испытывает отвратительную ревность к своему близкому другу Тхэёлю.

Говорили, что кто-то из другого класса снова призналась Квон Тхэёлю в любви. Когда доходили до него такие слухи, его сердце продолжало щемить. Теперь их отношения уже не позволяли называть друг друга друзьями, но и считать, что у него отняли друга, тоже было неловко.

— У нашего сына завтра день рождения, мама должна приготовить ему хотя бы суп с водорослями.

П/П Миёккук (кор. 미역국) или суп из водорослей[1], — это неострый корейский суп, основным ингредиентом которого является миёк (кор. 미역), морские водоросли. Традиционно его подают на день рождения в честь матери, а также женщинам, родившим ребёнка, в течение нескольких месяцев после родов.

Если бы не слова мамы, напевавшей про себя, он бы чуть не забыл, что завтра его день рождения. В этот момент в голове Доёна что-то щёлкнуло. Если завтра мой день рождения, значит, сегодня день рождения Квон Тхэёля. Доён, с сердцем, колотящимся в груди, разблокировал свой аккаунт, который держал в неактивном состоянии, и зашёл в соцсеть Тхэёля.

Они всё ещё были друзьями. Как и следовало ожидать, Квон Тхэёль получал поздравления от множества друзей. Видимо, он прекрасно живёт и без меня.

Не то чтобы я плохо живу, но почему-то чувствую себя обиженным. В тот момент, когда настроение Доёна упало до нуля, его палец, словно сойдя с ума, набрал номер. Доён вскрикнул и быстро нажал кнопку завершения звонка.

Может, пошло на пропущенные звонки? Блядь, наверное, да. Пошло все на хрен. Хотелось бы, чтобы он проигнорировал. Но с другой стороны, если не будет никакого ответа, наверное, будет немного обидно. Сердце подростка колотилось как сумасшедшее.

Но затем потемневший экран телефона вспыхнул в такт музыке, и на нем появилось знакомое имя. Это был Квон Тхэёль. От такого кинематографического поворота событий у него закружилась голова. Что он, черт возьми, себе думает? Пока Доён раздумывал, связь внезапно прервалась. Экран постепенно потемнел, а затем снова ярко загорелся. На этот раз пришло сообщение.

「Я сейчас на детской площадке „Паутина“。」

Можно было просто проигнорировать его. Но пальцы сами по себе набрали ответ.

「И что?」

— .......

Но отправить это сообщение он не смог.

Подумай же, идиот. Ты думаешь, я выйду? Я с тобой больше не разговариваю. А звонок — это просто случайность. Ты думаешь, я спятил и выйду из-за одного твоего сообщения?

— .......

Но вопреки разуму тело Доёна начало натягивать на себя первую попавшуюся одежду. Не желая терять время на ожидание лифта, Доён одним дыханием сбежал с 15-го этажа и, запыхавшись, помчался к детской площадке «Паутина». На улице уже стемнело и стало тихо.

Приблизившись к детской площадке, Доён остановился и привел в порядок учащенное дыхание. Он держался за колени, когда внезапно появилась чёрная фигура. Квон Тхэёль какое-то время молчал. Доён тоже. Первым нарушил длительную тишину Тхэёль.

— Давно не виделись.

— .......

— У тебя же завтра день рождения.

При этом у самого Тхэёля сегодня был день рождения. Доён думал, что тот сейчас весело играет с новыми друзьями, и не мог понять, зачем тот пришёл к нему домой. Доён не мог скрыть своего замешательства. Он надеялся, что Квон Тхэёль не заметил его беспокойно блуждающих глаз.

— Так что вот, съешь это.

Тхэёль протянул коробку с тортом из кондитерской. Доён потерял дар речи. Тхэёль смутился, но затем, с трудом сдерживая себя, взял Доёна за руку и вложил ему в руки торт. Доён по-прежнему молчал. Тхэёль, словно уязвлённый в самолюбии, крепко прикусил губу, хотел было отвернуться, но остановился, то начинал что-то говорить, то снова замолкал. Доён, впервые видя его таким нервным, тем более молчал и только ошеломлённо наблюдал за происходящим.

— А, ты же тоже сразу же вышел, как только получил сообщение!

— …И что?

— Чёрт, блин.

Тхэёль пошевелил губами и глубоко вздохнул.

— …Мне скучно, когда я не развлекаюсь с тобой.

Он пробормотал это, словно его гордость была задета, но он ничего не мог поделать. Позже Тхэйль заявил:

— Я так поступил, потому что я старший, — как бы пригрозив.

— Я не хочу спрашивать, для чего ты это сделал.

— .......

— Не прячься. Если я что-то сделал не так... я исправлюсь.

Доён, с трудом сдерживая рыдания, с трудом проглотил грусть и кивнул. Тхэёль, лицо которого теперь немного разгладилось, улыбнулся, похлопал Доёна по плечу и отвернулся.

Глядя на его спину, Доён выдохнул задержанное дыхание.

Только теперь он понял. Хотя было бы хорошо снова помириться и вернуться к отношениям близких друзей детства, Доён понял, что на самом деле он хотел не этого.

Он хотел стать с Квон Тхэёлем кем-то большим, чем просто друзьями. Но кем именно? Может, как родные братья? Доён, наклонив голову набок, пошёл домой.

Тогда он ещё не понимал до конца, чего именно хотел от Тхэёля.

***

— Вот.

— Что это?

Тхэёль, задыхаясь, протянул маленькую палочку-леденец.

— Это тебе.

Хотелось бы, чтобы этот «Белый день» похоронили раз и навсегда. Он ведь никого не дразнит. Доён нахмурился и жестом приказал ему убираться.

— Не пренебрегай вниманием девчонок. Раз ты это получил, так и съешь всё сам.

— Что ты несешь? Я сам сходил в буфет и купил.

— Купил?

— Ага. Специально для тебя.

В голове пронеслись самые разные догадки. Тхэёль, не догадываясь о мыслях Доёна, усмехнулся.

— Так что теперь действительно перестань злиться. Осталась только со вкусом колы.

Сказав это, Тхэёль развернул обертку и засунул леденец Доёну в рот. Когда Доён, не зная, что делать, начал сосать леденец, Тхэёль только тогда удовлетворённо улыбнулся. Как бы то ни было, Квон Тхэёль всегда заботился о своём единственном друге.

— ...А.

Попробовав языком остаток сладкого привкуса, он облизнул рот и почувствовал слабый привкус железа. Похоже, леденец порезал нежную ткань десны. Он безвольно рассмеялся.

— Вкусно, да?

— …Больно, потому что ты его засунул силой.

Доён слабо улыбнулся и слегка ударил Тхэёля. Точно такой же, как тот, кто его подарил. В общем, псина. …Даже если и дарить что-то, то только такое, как это.

***

— Только что слышала в мини-маркете, что Квон Тхэёль закрутил роман с какой-то первогодкой.

Кто-то когда-то сказал, что зловещие предчувствия сбываются. Доён хотел найти автора этой фразы и поделиться с ним своими переживаниями.

Весь день он был как в тумане, и ничто не доходило до его ушей. Но если слух дошел даже до него, человека, который обычно не интересуется школьными сплетнями, значит, это уже почти факт.

Более того, в самых крайних слухах говорилось, что они уже встречаются, что вчера даже ходили вместе в караоке, и что их выгнали оттуда за интимные ласки.

Конечно, Доён не верил, что Тхэёль мог так поступить. Вчера он ясно видел, как тот зашел домой, да и вообще — это парень, который после уроков сразу же идет с кем-нибудь в интернет-кафе или, жалуясь на жару, замыкается дома — о каком там «флирте» может идти речь?

— ....

Но в наши дни вполне можно общаться по телефону, да и, даже вернувшись домой, можно выйти и пойти на свидание. ...Кто же это? Наверное, та девочка, которая призналась ему в тот «белый день»? Как она с ним связалась?

...В тот день не стоило уходить из столовой первым, из-за раздражения.

Тогда, может, удалось бы не совсем помешать, но хотя бы в какой-то мере понять ситуацию.

— Хан Доён.

— ......

Говорят, даже тигр приходит, если его позовешь. Доён широко раскрыл глаза и посмотрел на Тхэёля. Ему было любопытно, по какому поводу Квон Тхэёль пришёл в класс, и не связано ли это с слухами.

— Дай мне учебник по литературе.

— А твой?

— ...Я не знаю где он.

— Ты его домой забрал? Зачем ты его забрал, раз всё равно не учишься?

— Я тоже учусь. Скорее дай, ладно? До какого места вы в вашем классе дошли?

Услышав это, Доён поспешно достал учебник по литературе вторых классов и стал листать его. Он остановился на странице, исписанной заметками о классической поэзии.

— О, вы довольно быстро продвигаетесь. Одолжи мне его.

— Забирай.

— Вообще-то у меня есть учебник. Но я не сделал домашнее задание, так что хочу притвориться, будто сделал. — сказал Тхэёль, самодовольно ухмыляясь.

— Что? Тогда отдай.

— Эй!

Доён закрыл учебник по литературе и вырвал его из рук Тхэёля. На мгновение на лице Тхэёля отразилось чувство несправедливости. Он всего лишь лишился одной книги, но его жалостливое выражение лица, будто мир рушится, было милым и забавным.

— ...Одолжи его, я не буду в нем рисовать.

Нахмурившись, Тхэёль прищурился, делая вид, что ему жаль. Хотя он и не из тех, кого можно назвать милым, но только что он был немного... нет, очень милым. Тхэёль продолжал повторять, как заклинание, чтобы Доён одолжил ему учебник. Доён, нарочно придавая себе важность, сказал, что одолжит учебник, если Тхэёль ответит хотя бы на один вопрос.

— Иди сюда.

— Зачем?

— Иди, если я говорю. Или не одолжу!

— Что такое?

Доён приблизился к уху Тхэёля и прошептал. И без того ходят слухи, а если говорить громко, то слухи будут разрастаться, и с этим будет трудно справиться.

— Ты... с ней... ты держался за руки?

Когда Доён тихо прошептал ему на ухо, на лице Тхэёля отразилось недоумение.

— Гав-гав, что с собакой? Я же собак не держу?

П/П Игра слов. 걔 (gyae) («тот/та», «он/она») по звучанию очень похоже на 개 (gae) («собака»), вот Тхэёль и услышал другое.

— Не неси чушь. Я всё знаю.

— ......?

Непонятно было, действительно ли он не знал или просто притворялся. Доён молча пристально посмотрел на Тхэёля. Но на лице Тхэёля действительно было написано «не знаю». Как только прозвенел звонок, объявляющий начало урока, Тхэёль выхватил учебник и помчался к входной двери.

— Я возьму его на время! И я вообще не понимаю, о чём ты говоришь. Приходи позже за книгой.

— Сам принеси!

— Не хочу.

Тхэёль даже озорно показал язык и вышел из класса. Каждый день уступать ему — это тоже работа. Нельзя же после начала урока бежать за ним и требовать вернуть книгу. Доён только глубоко вздохнул.

Он осознал, что «влюбился в Квон Тхэёля», когда учился в третьем классе средней школы. Даже после того, как они отдалились друг от друга, и после того, как помирились, поведение и манера речи Тхэёля время от времени заставляли его сердце трепетать. Он не мог понять, почему. Иногда у него болел желудок, и он покупал лекарства, но они не помогали. Было много разных неприятностей.

Доён, не зная, как определить свои чувства, нашел ответ совсем рядом. Даже сейчас, когда он об этом думает, ему кажется, что это было в самом нелепом месте.

Как только закончились выпускные экзамены в средней школе, ученики третьего класса были заняты тем, что весело проводили время. На уроках они смотрели фильмы, а на физкультуре все выбегали на улицу и устраивали снежные бои.

Конечно, были и исключения. Соседка Доёна принесла с собой десяток томов романтической манхвы и читала их. Девочки тоже были в восторге и по очереди перечитывали эти манхвы.

А возвращали их обязательно на парту Доёна. Так что у него не могло не пробудиться любопытство. Как только первый том вернулся на его парту, Доён сразу же начал его листать.

Ежедневно читая только мальчишеские манхвы вроде One Piece, романтические манхвы показались ему чем-то новым, но в то же время вызывали неловкость. «Ты — мой маленький котик», фу, как сентиментально. Когда он подшучивал, что главный герой странный, девочки отвечали, что в этом-то и заключается его очарование. Тем не менее, Доён нашел это интересным и в мгновение ока прочитал следующий том, а затем и следующий за ним.

С четвертого тома отношения двух персонажей, которые раньше были просто друзьями, начали балансировать на грани. С самого начала они называли друг друга «котенком» и так далее, так что было бы странно, если бы между ними не завязался роман, но, в отличие от предыдущих томов, которые он прочитал на одном дыхании, четвертый том Доён читал очень медленно. Он перечитывал прочитанные страницы снова и снова, листал назад и наклонял голову в недоумении. До тех пор, пока одноклассница, прочитавшая предыдущие тома, не схватила его за воротник с криком:

— Хан Доён, быстро отдай мне следующий том!

Что это, почему ему это очень знакомо? Хотя он впервые читает эту манхву, в ней разворачиваются ситуации, которые он уже где-то видел, а в квадратных диалоговых пузырях — очень знакомые описания. Эти ребята действительно странные. Почему их ситуация так похожа на мою...

То он чувствовал себя легко и беззаботно, словно его уносит ветер, а то — от одного чьего-то слова — его настроение мгновенно рушилось, как будто он падал с высоты на землю. Эти эмоции были в точности такими же, как у него.

"— Сонбэ, что это такое? Мне кажется, что я сейчас умру".

"— А что же ещё, дурачок. Ты же влюбился в ту девочку".

“— Да, дааа?! В-влюбился? Это... это же ерунда! Я... я!”

Доён резко захлопнул томик.

— Что это за чушь?

Он больше не мог читать манхву про котят. Потому что, если бы продолжил читать, то, казалось, сам стал бы странным.

Вдруг стало трудно смотреть в глаза Тхэёлю. Но он боялся, что тот начнёт дразнить его, говоря: «У тебя что, снова начался пубертат?». Однако, боясь, что их отношения снова станут натянутыми, он не стал избегать его.

Ночью он то и дело погружался в раздумья и не мог выспаться. После долгих раздумий Доён поискал в интернете ответ на свой вопрос. Может ли парень испытывать «любовные чувства» к другому парню? Я парень, но мне нравится классный руководитель. Оказалось, что в мире довольно много людей, которые мучаются такими же переживаниями, как и он. Сердце Доёна металось из стороны в сторону.

...Так что же, я влюбился в Квон Тхэёля?

Дружба бывает жестокой. Особенно в тех случаях, когда один из друзей испытывает безответную любовь к другому. Было больно жаждать любви, ставя на карту дружбу.

Судя по тому, что у Тхэёля есть девушка, и иногда он вступает в краткосрочные романы, его чувства, наверное, не такие, как у Доёна. Конечно, это невозможно. Но если отношения разорвутся, их уже не будет возможности восстановить. Даже если склеить разбитое стекло, оно останется хрупким, и на нём неизбежно останутся трещины.

Хотелось бы, чтобы ты до самого конца ничего не знал. Когда-нибудь, когда я приму решение, я сам вернусь к роли просто друга. Так что, пожалуйста, оставайся таким, какой ты есть.

***

— Квон Тхэёль…

Подозревал, что так и будет, и не ошибся. Как можно, вместо того чтобы вернуть одолженную книгу, использовать её в качестве подушки и спать?

— Эй.

Тхэёль, раз уснув, просыпался с трудом. Но для Доёна, знакомого с Тхэёлем ещё с тех времён, когда тот даже хангыль как следует не знал, разбудить его было проще простого. Доён крепко зажал Тхэёлю нос. Межбровье Тхэёля задрожало, и он начал стонать. Вскоре его рот приоткрылся. Доён заткнул и его тоже. Раз, два, три, четыре…

П/П Хангыль — корейский алфавит.

— Фуха!

Как и ожидалось, не выдержав и пяти секунд, Тхэёль проснулся. Привстав с красным как рак лицом, он больно дернул Доёна за щеку. В полусонных глазах Тхэёля были заметны глубокие складки век. Прищуренные глаза парня выглядели совершенно невозмутимыми, щеки же покалывали.

— Ай, ай! Больно!

— Эй, я чуть не сдох.

— От такого не сдохнешь! И отдай мой учебник!

— Кто же так будит человека?

— Если не буду так делать, ты будешь продолжать спать! Ты же тоже меня так будил! Даже бил!

— Когда я это делаю, всё нормально. И я тебя не бил.

— Бил! Даже сейчас, ай!

Тхэёль ещё примерно три раза потянул Доёна за щеку и отпустил. Если это не битье, то что же это? Доёну показалось, что щека растянулась, и он бережно прижал её ладонью. Боясь, что его снова схватят и оторвут щеку, Доён схватил учебник и быстро убежал. Но едва он выбежал в коридор, как его схватили за воротник.

— Что еще!

— Хочу ответить на ту чушь, о которой ты спрашивал раньше.

О чём он спрашивал? Доёну даже думать об этом было лень, и он отпарировал вопросом.

— А я что спрашивал?

— Спросил, держался ли я за руку с собакой.

— ...Ты же сказал, что не держишь собак.

Доён резко отвернулся. Тхэёль потянул его за ухо.

— Ай!

Доён вскрикнул от внезапной боли, но Тхэёль не обратил на это внимания. Не так уж и больно, а он так переигрывает. Когда низкий голос прозвучал прямо у его уха, по всему телу пробежал озноб.

— Этот слух...

Доён навострил уши. Да, тот слух.

— Тот ублюдок, который пустил этот слух… знаешь, кто это?

— ......?

—Если знаешь, говори. Сейчас же. Пойду и убью его.

— Что?

Встречаемся, не встречаемся. Это был ответ, не соответствующий ни одному из двух ожидаемых вариантов. Тхэёль отпустил ухо Доёна и снова выпрямился. Доён задумчиво покачал головой. Убить того, кто пустил слух? Значит, этот слух…

— Теперь, если у меня появится человек, который мне по-настоящему понравится, я буду с ним встречаться. Потому что, если отношения неясные, это изматывает. …Так было и с Ли Арым, и мне надоело, что меня постоянно считают плохим парнем. Так что не связывайся с каким-то парнем, которого даже не знаешь, а лучше займись учебой.

— …Ты не знаешь, кто это?

— Не знаю. Откуда мне знать имя собаки, которую я даже не вырастил?

Тхэёль пошутил и засмеялся. Это был смех, который Доён любил больше всего на свете.

— Я не об этом говорил.

От этой пустяковой фразы ему стало легче на душе. Как хорошо, что между ними ничего нет. Хотя он и пытался привести свои мысли в порядок, было очевидно, что если у Квон Тхэёля действительно появится кто-то, кто ему понравится, его повседневная жизнь полностью выйдет из колеи.

Поэтому, хотя это и было несколько эгоистично и, возможно, проявлением собственной жадности, Доён про себя подумал, что хотел бы, чтобы он пока ни с кем не встречался.

— Звонок прозвенел. Иди. А, сегодня после уроков подожди меня. У меня дежурство.

Это означало, что он хотел, чтобы он подождал.

— Не хочу.

— Ага, подожди.

Тхэёль крепко прижал голову Доёна и вошёл в класс. Там, где коснулась рука Тхэёля, у Доёна защекотало. Только после того, как Тхэёль вошёл в класс, Доён смог выдохнуть.

Что же делать? Раз он до сих пор так реагирует, то о сдаче не может быть и речи — до этого ещё далеко. Сегодня Доён снова про себя повторял признание, которое не мог высказать самому Тхэёлю.

Примечание переводчика:

Хотелось бы уточнить за распределение по классам.

В классах Кореи нет распределения на А, Б, В и тд. как в многих странах бывшего СССР, у них 1-1, 1-2, 1-3 — первой цифрой указан год обучения, а второй параллель. То-есть, когда в тексте написано, что человек из 6 класса или 1, то говорится именно за параллель, если речь не идёт о первогодке/первоклашке, тогда говорится прямо, какой это год обучения.

Также школы поделены на начальную (6-12 лет), среднюю (13-15 лет) и старшую (16-18 лет), так что год обучения считается именно так: 1 год старшей школы, или, например, как в этой главе, 2 и 3 год средней школы, ака 14-15 лет героям в воспоминаниях Доёна.

Это была заметка для тех, кто не в курсе. В прошлой части я забыла этот момент прояснить и поэтому уточняю сейчас.

Надеюсь ясно донесла мысль.