Глава 11

После ухода Александры и Юки дом показался странно пустым. Таким, будто Тейлор уже был мёртв. Будто для него уже было слишком поздно.

Нужно было торопиться. Он это знал. Юки вернётся, как только избавится от Александры, и убьёт его. В этом не было сомнений; Тейлор видел это в глазах другого мужчины.

Он понятия не имел, сколько у него времени; нужно было действовать, исходя из предположения, что его очень мало. Он подполз к бутылке сакэ, извиваясь и подтягиваясь. Когда оказался в пределах досягаемости, он подтянул ноги и со всей силы пнул её. Бутылка отлетела, ударилась о стену и разбилась вдребезги, отравленное сакэ забрызгало стену и просыпалось стеклом на бетонный пол.

Тейлор подкатился к осколкам и попытался пододвинуть пару крупных кусков из лужи отравленного вина так, чтобы можно было прислониться к стене и перетирать верёвки, не лёжа на толстом стекле.

Мочевой пузырь, казалось, вот-вот лопнет, и он знал, что придётся смириться с унижением и обмочиться. Это добавило очков его общей ярости — и дискомфорту, — но когда это было сделано, он смог лучше сосредоточиться на текущей задаче.

Буквально, на той, что была под рукой.

И сейчас самое время было благодарить свою подготовку по боевым искусствам. Все эти растяжки и наклоны позволяли ему вытянуть руки достаточно далеко от спины, чтобы неловко, лихорадочно тереть верёвки о тупой кусок разбитой керамики.

Даже так, эта поза быстро стала утомительной, затем болезненной, а затем мучительной. Плечи и спина ныли от напряжения, мышцы горели. Не видя, что происходит за спиной, он не был уверен, что добивается прогресса.

Каждую минуту или около того ему приходилось останавливаться, чтобы дать отдых дрожащим рукам. Это время он использовал, пытаясь освободить ноги, елозя лодыжками, чтобы ослабить верёвки, связывающие нижние конечности. Александра и Юки не рисковали. Верёвка была обмотана вокруг лодыжек четыре раза, но избыток длины верёвки означал, что была слабина, если бы он только мог…

Через некоторое время ему пришлось остановиться и передохнуть. Пришлось. Удар по голове и пинки по рёбрам выматывают. Он отдыхал, тяжело дыша, на прохладном цементе, желая, чтобы мир перестал кружиться, а внутренности — бурлить. Глядя на далёкий потолок, он пытался вычислить время. По отражённым теням он мог сказать, что солнце движется по небу. Как долго это уже длится?

Казалось, прошли часы, но это, наверное, было неправильно.

Даже так, Юки мог уже возвращаться в дом.

Интересно, что делает Уилл? Он пытался угадать, какие шаги Уилл предпринимает, чтобы найти его. Он не сомневался, что Уилл ищет его. Не сомневался, что Уилл найдёт его. Нужно было просто убедиться, что Уилл найдёт его вовремя.

Он снова приподнялся и принялся тереть верёвки на запястьях.

Изящные брови взметнулись вверх. Александра Сугимори очень долго изучала их значки.

Она подняла свой молочно-голубой взгляд к Уиллу.

— Бюро дипломатической безопасности? Давненько я не слышала о Госдепартаменте.

Миссис Сугимори была высокой, стройной женщиной в элегантном шёлковом халате цвета морской волны. Её тёмные волосы были гладко зачёсаны назад и уложены в пучок. Она не могла выглядеть более непохожей на описание женщины, застрелившей Дениз Варгу и участвовавшей в похищении Тейлора, но когда Уилл вгляделся в её бледные глаза, он почувствовал тот предательский зуд на затылке.

— Ваше имя всплыло в связи с делом, которое мы расследуем.

— О да?

Она прозвучала незаинтересованно. Слишком незаинтересованно. Она холодно улыбнулась лейтенанту Рэй, которая — после некоторых дебатов — позволяла Уиллу вести допрос, и сказала:

— Что ж, нам, наверное, будет удобнее присесть.

Она провела их в формальную гостиную, обставленную дорогими азиатскими предметами искусства.

— Могу я предложить вам что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо, — сказала лейтенант Рэй. Она огляделась с невинным интересом туриста в музее. Она кивнула на сервант, где стояла фотография в серебряной рамке — молодой японский мужчина и мальчик. — Это ваш муж?

— Это Нори, да. Он умер семь лет назад. Ровно семь лет назад, завтра. — Она добавила в неловкой тишине: — Мальчик — Юкисигэ, его младший брат.

Уилл спросил:

— Вы поддерживаете связь с семьёй мужа?

— Я поддерживаю связь с Юки. Он решил учиться в Штатах.

— Где он учится? — спросила Рэй.

Бледный взгляд остановился на ней.

— В Стэнфордском университете. Там же, где и мой муж.

— Когда вы в последний раз видели своего шурина? — спросила Рэй в тот самый момент, когда Уилл открыл рот.

Он сдержал нетерпение. У них с Тейлором это было отработано до мелочей. Они не перебивали друг друга, не тратили время и силы зря. Впрочем, Рэй была умным копом, и он думал, что они на одной волне.

Миссис Сугимори не колебалась. Её глаза скосились вправо, когда она задумчиво сказала:

— Мы ужинали вместе две недели назад.

Движение глаз вправо было признаком того, что она визуально вспоминает реальное событие. Тейлор очень полагался на эти визуальные сигналы; он был очень хорош в их чтении. Уилл меньше верил в язык тела и движения глаз, но он заметил, что их подозреваемая держится скованно, убирая за ухо несуществующую прядь волос. Всё это якобы указывало на ложь.

Ложь умалчиванием?

Он предположил, что миссис Сугимори ужинала со своим шурином две недели назад, но видела его и позже.

— Где мы могли бы связаться с Юкисигэ?

Её глаза скосились влево, когда она сказала:

— Через университет, полагаю. Я бы позвонила в его общежитие. Простите за вопрос, но зачем вам с ним разговаривать?

Вместо ответа Уилл сказал:

— Просим прощения за то, что приходится ворошить, без сомнения, болезненные воспоминания, но мы хотели задать вам один-два вопроса о смерти вашего мужа.

— Почему?

Семь лет спустя это было так же остро, как будто случилось только что.

Рэй сказала:

— Убит федеральный агент, и ещё один похищен. Мы полагаем, что эти преступления могут быть как-то связаны со смертью вашего мужа.

— Это нелепо! — Сугимори вскочила на ноги и взволнованно заходила по комнате, держа между собой и ними столы и диваны, заметил Уилл. Это могло указывать на то, что она лжёт, или что она собирается попытаться вытащить оружие из той большой цветочной композиции. — Это безумие. И вы думаете, Юки замешан в этом?

Рэй спросила:

— Он был очень близок со своим братом?

— Да. Они были близки. Но то, что вы предполагаете, нелепо. — Она остановилась. — Зачем Юки ждать семь лет, чтобы отомстить за брата?

Отомстить.

Уилл сказал:

— Ваш свёкор недавно скончался, насколько я понимаю. Мы подумали, что, возможно, тогда всплыла какая-то новая информация. В семьях часто есть секреты.

— Мне не нравится, что вы подразумеваете.

— Мы ничего не подразумеваем, мэм, — сказала Рэй. — Мы просто пытаемся докопаться до истины. Ничего личного.

Может, для Рэй. Что касалось Уилла, пришло время снять белые перчатки. Нужно было расколоть Сугимори, и быстро, потому что если они уйдут из этого дома без нужных ответов, она сделает два звонка: один адвокату, а второй — Юкисигэ Сугимори. Был более чем хороший шанс, что первое, что она скажет младшему брату, — убить Тейлора, если он уже не мёртв.

Уилл отказывался рассматривать эту возможность. Если бы они хотели просто убить Тейлора, они бы пристрелили его на лужайке перед домом Уилла, когда стреляли в Варгу.

— Почему, по-вашему, ваш муж покончил с собой, миссис Сугимори? — осведомился Уилл.

На мгновение бледные губы, казалось, не могли произнести ни слова.

— Он был… подавлен.

— Это само собой разумеется.

Она моргнула, озадаченная внезапной, откровенной агрессией.

— Проблемы в браке? — настаивал Уилл. — Это обычное дело, не так ли?

— Нет!

Он чувствовал взгляд Рэй, но она не пыталась вмешаться.

— Вас не было с ним в Японии. Это могло иметь значение. Почему вас не было с мужем?

Её губы приоткрылись, но слов не последовало.

Рэй вмешалась, столь же холодно:

— У вас случайно нет коричневого «Шевроле», миссис Сугимори?

Бледные глаза расширились, как у загнанного зверя.

— Миссис Сугимори, у вас есть пистолет? — спросил Уилл.

Сколотый край глиняного кувшина, должно быть, был довольно тупым, потому что рука соскальзывала несколько раз, но он не порезался — может, и к лучшему, если содержимое бутылки было отравлено крысиным ядом. Не очень хорошо для перетирания этих грёбаных верёвок.

Господи, как же он устал. Если бы можно было просто отдохнуть несколько минут.

Но прогресс был. Он освободил ноги от верёвок некоторое время назад.

Нужно было всего… ещё несколько… минут…

Хлопнула дверь, удар был громким, как выстрел в пустом здании. Голова Тейлора дёрнулась вверх. Время. Он перекатился на колени, поджал ноги и встал. Спасибо Богу за то, что ноги слушались, иначе он был бы как утка на воде. Он прислонился спиной к стене, борясь с головокружением, пытаясь сдержать дыхание.

Шаги быстро приближались. Югио-тян собирался сделать это быстро.

Тейлор встретил его на входе, врезавшись в него плечом. Юки влетел в противоположную стену и выронил пистолет. Тот с грохотом покатился по бетонному полу. После мимолётной секунды изумлённого осознания Юки нырнул за ним. Тейлор пнул его в челюсть, и Юки отлетел. Он приземлился на спину и довольно ровно вскочил на ноги.

Прекрасно.

Тейлор дёрнул верёвку на запястьях с силой, порождённой отчаянием, и почувствовал, что она поддаётся. Недостаточно, однако, а Юки уже нёсся на него в стиле «Кулаков ярости», разбрасывая удары ногами и руками, как бешеная ветряная мельница. Тейлор увернулся, отбросил пистолет ногой в другую комнату, подальше от места схватки. Он нанёс пару ударов с разворота.

Юки отшатнулся и рассмеялся.

— Думаешь, ты Чак Норрис, чувак?

У Тейлора не было лишнего дыхания. Пот щипал глаза, пропитал спину рубашки. Нужно было делать это быстро, потому что сил на затяжной бой у него не осталось.

Юки снова полетел на него; на этот раз Тейлор отклонился в сторону и позволил парню врезаться в стену. Он врезался в неё, но снова вскочил, смеясь; кулаки и ноги мелькали в воздухе.

О, хорошо быть двадцатилетним грёбаным психом.

Тейлор слишком хорошо осознавал, что если один из этих ударов достигнет цели, для него всё кончено. Он продолжал двигаться, уклоняясь, изворачиваясь, ухитряясь нанести несколько хороших ударов ногами. Его основной стратегией было немного измотать Юки. Проблема была в том, что он тоже выматывался.

Он продолжал возиться с верёвкой на запястье, дёргая и перетирая её, игнорируя боль от сдираемой кожи.

Юки снова понёсся на него, нанося серию показных ударов — «торнадо» и «720». Показуха. Ублюдок играл с ним, как кошка с мышкой. Тейлор сделал ложный шаг к дверному проёму, и когда Юки рванул за ним, свалил его ударом ногой в голову, резко согнув ее в колене. К сожалению, не имея возможности использовать руки для равновесия, Тейлор тоже упал. 

Как перевёрнутая черепаха. Он перекатился, пытаясь встать на ноги. Юки, оглушённый на несколько секунд, снова поднимался, и выражение его глаз говорило, что игры кончились. Он бросился на Тейлора.

Тейлор в последнем отчаянном рывке дёрнул путы на запястьях и почувствовал, что верёвка поддалась. Он нырнул в дверной проём, лихорадочно шаря в поисках пистолета.

— Вы не имеете права намекать на такие вещи! — воскликнула Александра Сугимори. В её лице появился румянец; глаза, казалось, сверкали.

— Вы слышали о Федеральном законе о смертной казни 1994 года? — осведомился Уилл. Он чувствовал, как Рэй вздрогнула, но у него не было времени на это. Время для Тейлора истекало. Он знал это; называйте это инстинктом, интуицией или чутьём. Он знал это так же точно, как то, что стоит здесь. Сейчас или никогда. Сейчас. Он не будет стоять в стороне, пока Тейлор умирает.

— Нет, — вызывающе сказала Сугимори. — Без сомнения, вы мне скажете.

— Это значит, что если вы ответственны за смерть федерального агента Варги, вас тоже ждёт смертная казнь. Но если вы поможете нам спасти жизнь оставшегося агента, это может сильно повлиять на то, что случится с вами. — Это было не совсем точно, но достаточно близко для их целей.

Сугимори, казалось, внутренне боролась. Её лицо дёргалось. Она сказала:

— Я не имею отношения к чьей-либо смерти.

— Чушь.

— Как вы смеете? Как вы смеете приходить в мой дом и обвинять меня в таких вещах?

— Есть простой способ решить это, — сказала Рэй, голос спокойствия среди шторма. — Миссис Сугимори, мы хотели бы попросить вас добровольно проехать с нами в участок и принять участие в опознании.

Сугимори замерла. Наконец она сказала:

— Я никуда с вами не поеду. Я звоню своему адвокату!

Пальцы Тейлора коснулись рукоятки пистолета, когда Юки приземлился на него сверху, выбив воздух из лёгких и отбросив пистолет в сторону. Он сбросил с себя младшего, пополз к оружию. Они были в большой открытой комнате, и неподалёку была раздвижная стеклянная дверь. А за раздвижной стеклянной дверью было… ничего. Пустое небо, а затем бескрайняя синяя гладь океана.

Дом опасно нависал на склоне холма, который неуклонно подмывали волны внизу. Двор, терраса, ступеньки — всё исчезло в океане.

Неудивительно, что Александра была так уверена, что никто его не найдёт.

Юки схватил его за талию, и они оба откатились от пистолета. Тейлор боднул Юки головой, и когда хватка Юки ослабла, он вывернулся и снова потянулся к пистолету.

Юки схватил его за пояс, оттаскивая назад, и Тейлор перевернулся и со всей силы пнул его в грудь. Юки отшатнулся назад и вылетел через стеклянную дверь, с криком исчезнув из виду.

Дрожа, хватая ртом воздух, Тейлор лежал на полу, глядя на пролом размером с человека в разбитом стекле, на зияющую дыру в небе. Он почти ожидал, что окровавленные руки Юки появятся над острыми осколками в дверном проёме, увидит, как Юки, неуязвимый, как злодеи в кино, втаскивает себя обратно.

Ничего не случилось. Он слышал грохот прибоя, чувствовал, как он бьётся о скалы внизу. Холодный, солёный воздух врывался через разбитую дверь и охлаждал его потное лицо. Он слышал крики чаек, кружащих за стеклянной дверью.

Он прижался лбом к цементу.

Наконец он поднялся на ноги, подобрал упавший пистолет и подошёл к разбитой двери. Он посмотрел вниз на головокружительный отвесный обрыв из скал и бурлящей воды. Никаких следов Юки. Если он не попал на скалы и умел плавать, он мог выжить при падении. Вероятно, нет. Тейлор надеялся, что нет. Это было за Варгу.

Далеко в голубой, сверкающей алмазами воде, под ярким жёлтым солнцем, он видел парусники. Он вспомнил открытку, которую Уилл подарил ему на день рождения. Внезапно все силы, казалось, покинули его. Он медленно, осторожно сел, словно ему было тысяча лет.

Александра Сугимори была крепче, чем казалась. Из какого-то скрытого резерва силы она нашла в себе волю игнорировать их угрозы и отвергать их предложения. Наконец она вообще отказалась отвечать, сидя и глядя в пустоту, лицо её было таким же отрешённым, как у одной из тех синтоистских богинь.

— Мы не можем бесконечно отказывать ей в доступе к адвокату, — тихо предупредила Рэй Уилла, когда они взяли паузу, долбя стены подозреваемой. — Даже если вы — федеральное правительство.

— Ни за что эта стерва не позвонит кому-то без нашего ведома о том, кому и какие инструкции она даёт.

Рэй открыла рот, но зазвонил её телефон. Она отошла ответить. Уилл взглянул на неё, затем на Сугимори. Та смотрела на него с холодной ненавистью. Он смотрел в ответ.

Рэй вдруг издала обескураживающе девчачий визг.

— Вы нашли частичный отпечаток на запале? Да? — Её глаза встретились с глазами Уилла. — Юкисигэ Сугимори. Брат.

В то же время зазвонил телефон Уилла. Он схватил его. Неизвестный абонент. Если это какой-то придурок пытается ему что-то продать, он влепит ему федеральное обвинение так быстро, что у того голова закружится.

— Брандт.

— Это я, — сказал далёкий голос Тейлора.

Сердце Уилла, казалось, остановилось, а затем подпрыгнуло, как олень.

— Ты в порядке? Господи. Я думал… Где ты?

— Не уверен. — Голос Тейлора смазался, когда он отвернулся, чтобы с кем-то поговорить. Столь же приглушённый голос ответил. Тейлор снова заговорил в трубку. — Я на прибрежной дороге между Серф-Бич и Касмалией. В заброшенной придорожной гостинице под названием Richardson’s. Не пропустишь. Это та, что окружена полицейскими машинами. — Он звучал очень устало. — Я в порядке, Брандт. Ты можешь приехать за мной?

— Я уже еду.

Тейлор быстро сказал:

— Брандт? Оформи ордер на арест Александры Сугимори.

— Сделано. — Его голос смягчился; он не мог сдержаться. — Держись, Макаллистер.

— Держусь, — сказал Тейлор и отключился.