Глава 1
FebruaryТа самая острейшая грань между «до» и «после». Вот что преследовало Уилла.
Та доля секунды между моментом, когда все варианты еще были на столе, когда существовало бесконечное множество исходов, и моментом, когда выбор был сделан, а последствия нахлынули с неумолимостью прилива.
Он не видел этого. В этом была часть проблемы. Его застали врасплох.
И самое смешное, что всё начиналось как совершенно обычный вечер. Никаких признаков того, что ждало впереди. На самом деле, именно эта обыденность и делала его идеальным.
— Почему бы нам не отметить? — сказал он.
Еще не было пяти, но уже почти стемнело, когда они переезжали деревянный мост. Сырые сумерки пахли автомобильными выхлопами, мексиканской едой и, возможно, отдаленно — океаном. Разноцветные огни мигали и мерцали в рваных черных силуэтах окружающих деревьев. В искусственной выемке у испанского торгового центра поле для мини-гольфа было украшено к праздникам искусственным снегом и гирляндами из листьев. Это выглядело как Деревня Санты. Старомодно, мило, коммерциализированно.
Уилл не возражал. Ему даже нравились праздники, хотя они вечно проходили за работой. Но в праздники люди обычно бывают в хорошем расположении духа, а люди в хорошем расположении духа в их деле — огромный плюс. Меньше пуль, больше премиальных.
Тейлор ответил:
— Конечно. Что ты имел в виду?
— Пара стейков. Пара коктейлей. Ранний отбой. — Он многозначительно поиграл бровями.
— Ладно, — рассеянно сказал Тейлор. В сумерках он все равно вряд ли мог разглядеть выражение лица Уилла, но он уже не смотрел на Уилла. Он смотрел вперед, на их офис, последнее помещение в здании, откуда через стеклянную дверь с надписью «American Eagle» вышел блондин в кожаной куртке.
— Он передумал, — прокомментировал Уилл, проследив за взглядом Тейлора. — Не хочет знать, что она изменяет.
Тейлор издал пренебрежительный звук. Они не занимались изменами. Они не были частными детективами. Они были консультантами по безопасности. А после того, как сегодня днем они заполучили контракт с Webster Fidelity, они выходили в высшую лигу — именно то, о чем они говорили с тех пор, как три месяца назад ушли из Дипломатической службы, чтобы начать свое дело.
Мужчина в кожаной куртке секунду колебался, бесцельно позванивая ключами в карманах, а затем направился к мосту. Технически парковка у торгового центра была, но парикмахерская на противоположном конце гарантировала отсутствие свободных мест. Уилл и Тейлор всегда парковались на улице.
В любом случае, даже хорошо, что этот парень уходит. Контракт с Webster означал, что они окончательно подтвердили факт нехватки персонала. Не такой острой, как две недели назад, когда Уилл уговорил Эуфонию Джонс уволиться из DMV и пойти к ним работать. Но впервые за всё время им не нужен был еще один клиент.
Словно читая его мысли, Тейлор сказал:
— Может, он заезжал оставить резюме.
Вряд ли. В этой худощавой, немного небрежной фигуре не чувствовалось ничего от правоохранительных органов.
— Итак. «Аутбек»? «Блэк Ангус»? — Уилл вернулся к более важным вопросам. — «Алоха Стейкхаус»?
— «Алоха», — сказал Тейлор. Без неожиданностей. Он не любил сетевые рестораны. Ну, после Парижа Уилл тоже их недолюбливал.
Блондин уже дошел до начала моста и направлялся к ним. Его одеколон — своеобразная, неприятная смесь мускуса и пачули — что это было? Obsession? — достиг их первым. Тейлор замедлил шаг.
Мужчина тоже, казалось, сбился с шагу и заколебался, всматриваясь, будто пытаясь разглядеть что-то в сумерках. Он неуверенно сказал:
— Тейлор?
Голосом, которого Уилл никогда у него не слышал, Тейлор отозвался:
— Эш?
Он звучал… ну, как будто увидел привидение, хотя это слишком банально. Но на самом деле он звучал так, будто сам был привидением. Призраком прежнего, более молодого себя. Хрипловатый голос Тейлора звучал светлее и неувереннее, и в нём слышалась мальчишеская хрипотца. Это ошеломило Уилла.
Тейлор и Эш зашагали навстречу друг другу и обнялись — вернее, наполовину обнялись, наполовину столкнулись, — прежде чем отступить, чтобы разглядеть друг друга. Или, по крайней мере, рассмотреть столько, сколько было возможно в колеблющихся тенях рождественских огней.
— Тейлор. Это ты, — сказал Эш. — Я думал, что этого не может быть. Что это какой-то другой Тейлор Макаллистер.
— Господи. Сколько лет прошло? Что ты здесь делаешь? — Тейлор уже поворачивался к Уиллу, представляя их. — Уилл, это Эш Деккер. Эш — мой старый друг.
Уилл пожал руку Деккера.
— Приятно познакомиться. — Больше он ничего не мог добавить, потому что до этого момента он никогда не слышал об Эше Деккере.
Тейлор продолжал говорить:
— Эш, познакомься с Уиллом Брандтом. Уилл — мой партнёр. Мы работали вместе в DS.
— Конечно, — сказал Деккер. — Как дела, Уилл? — Его рукопожатие было крепким, хотя рука была ледяной.
— Отлично. — Уилл с любопытством изучал Деккера и чувствовал, что его интерес взаимный.
Деккер был симпатичным парнем. Среднего роста, стройный, с аккуратной щетиной и такой растрепанной стрижкой, которая на самом деле стоит целое состояние. Одежда — дорогая, в стиле кэжуал: дизайнерские джинсы, кожаная куртка, ковбойские сапоги из крокодиловой кожи. Уилл не очень жаловал парней, которые носят ковбойские сапоги как модный аксессуар, но для приятеля Тейлора он был готов сделать исключение.
— Мы с Тейлором вместе учились в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, — сказал Деккер.
— Понятно, — сказал Уилл. Значит, это был очень старый друг, появившийся раньше всех остальных старых друзей Тейлора. Не то чтобы Уилл многих из них встречал, и не то чтобы у Тейлора их было много. — Что привело вас в наши края?
Деккер смущенно рассмеялся.
— Честно говоря, я надеялся нанять вас. Нанять «American Eagle», то есть.
Тейлор сказал:
— Тебе нужны консультационные услуги по безопасности?
— Я не совсем уверен, что мне нужно, — сказал Деккер. — Но мне кажется, кто-то пытается меня убить.
Эуфония запирала входную дверь, когда они прибыли в офис, а с ними вошел Эш Деккер.
— Всё в порядке, мы закроем, — сказал ей Уилл.
— Маляры придут в восемь. Я собиралась съездить домой, поужинать и вернуться. — Эуфония, или Ни для друзей, была миниатюрной чернокожей женщиной с копной бронзово-золотистых кудрей и широкими карими глазами. Годами она была их связной в DMV, поэтому, когда они наконец встретились лично, стало неожиданностью обнаружить, что она действительно девушка. Ей было всего чуть за двадцать.
Несмотря на это, она была образцом эффективности и изобретательности, и в течение первой недели они повысили её с секретарши до офис-менеджера. Не то чтобы это много значило, учитывая, что в «American Eagle» работало всего трое сотрудников.
— У них есть код доступа, — сказал Уилл. — Тебе не нужно сюда снова ехать.
Эуфония улыбнулась улыбкой женщины, которая сделает именно то, что считает нужным. Она взглянула мимо Уилла, заметила Деккера и с удивлением сказала:
— О, ты передумал?
Деккер поморщился.
— Да. Извините, что так загадочно. — Он сказал Тейлору: — Я заходил раньше. Я, э-э, отказался заполнять какие-либо бумаги.
— Ничего страшного. Сначала расскажи нам свою историю, — сказал Тейлор.
— Спасибо, Ни. Твоя машина на улице? — спросил Уилл Эуфонию.
Она вздохнула.
— Нет, агент Брандт. Моя машина припаркована на стоянке, как и было велено.
— Хорошо. И мы больше не федералы.
— Ага. Мальчика можно забрать из агентства, но можно ли забрать агентство из мальчика?
Они всё ещё пытались придумать ответ на это, когда Эуфония выпорхнула в сырую ночь, и быстрый цокот её каблуков затих вдали.
— Она давно ждала, чтобы сказать нам это, — заметил Тейлор, присаживаясь бедром на край пугающе аккуратного стола Эуфонии.
— Я знаю. — Уилл содрал пластик с одного из двух новеньких стульев в приёмной и сказал Деккеру: — Присаживайтесь, Эш.
— Я, наверное, напугал её, — признался Деккер, садясь на стул, на который указал Уилл. — Я не мог перестать мерить шагами комнату.
— Она раньше работала в DMV. Её трудно напугать. — Тейлор рассеянно взял пресс-папье в форме смятой налоговой декларации 1040, поднял брови и поставил обратно.
Деккер смотрел на него. На самом деле, Деккер, казалось, не мог отвести от Тейлора взгляда. Не то чтобы Уилл его винил. С его чёрными волосами, бронзово-зелёными глазами и изящными чертами лица Тейлор был, наверное, любимым предметом для разглядывания Уилла.
Может, Деккер сравнивал того парня из колледжа с мужчиной, которым тот стал. Может, он разглядывал ту поразительную одинокую серебряную прядь в волосах Тейлора — сувенир от его ранения почти два года назад. Может, он смотрел на обручальное кольцо на левой руке Тейлора и гадал, что именно означает «партнёр».
Если последнее — тем лучше, потому что Тейлор был определённо не для Эша Деккера.
Теперь, когда Уилл мог разглядеть Деккера при свете, он пересмотрел своё первоначальное впечатление. Парень был привлекательным, это правда. В нём чувствовалась та энергетика плохого парня, которая раздражала Уилла, но нравилась некоторым людям — может, и Тейлору? Черты его лица были немного слишком резкими, глаза — немного слишком узкими, рот — немного слишком тонким. Выглядел он значительно старше Тейлора, но это могло быть и потому, что он — по крайней мере, Уиллу так показалось — выпивал. На это намекала лёгкая припухлость вокруг бледно-голубых глаз и крошечные лопнувшие капилляры на кончике его в остальном идеального носа. Отец Тейлора любил выпить, так что злоупотребление алкоголем не было чертой, которую он находил привлекательной. Хотя у всех бывают исключения из правил.
Трудно было представить, что этот парень был близок с Тейлором. Настолько близок, что десять лет спустя он почувствовал, что может обратиться к нему, когда у него проблемы.
Возможно, это больше говорит о Тейлоре, чем об их дружбе, потому что о Макаллистере можно сказать одно: он предан. К тому же он не то чтобы общительный парень. У него есть друзья, конечно, несколько хороших ребят, как говорится. И по большей части это отношения, которые тянутся годами.
Уилл снова включился в разговор, услышав, как Деккер говорит:
— Я жил в Европе какое-то время. В общем, после смерти матери я вернулся, чтобы продать пляжный домик, и обнаружил, что там поселились сквоттеры*.
— Сквоттеры, — переспросил Уилл, машинально взглянув на Тейлора.
— Да. Они называют себя семьёй, но если это и семья, то скорее Мэнсоны, чем Брейди Банч.
Сквоттеры? Это была угроза? Это заставило Деккера преодолеть время и обратиться к Тейлору? Уилл не мог не подумать, что это довольно слабое оправдание. Или теперь они должны заниматься вывозом мусора?
— Что ты сделал? — Внимание Тейлора всё ещё было сосредоточено на Деккере.
— Я прошёл все юридические процедуры. Вывесил уведомление за три дня, подал иск о незаконном удержании имущества, проследил, чтобы его вручили…
— Проследил, чтобы вручили кому? — перебил Тейлор. Он не был таким педантом, как Уилл, в вопросах деталей, но предпочитал, чтобы факты были точными.
— Парню по имени Майк Замарион, он, кажется, был главным. Его имя я указал в иске. Он не ответил, так что я получил судебное решение без разбирательства.
— Это продолжается уже какое-то время, я так понимаю? — спросил Уилл.
— Уже около шести месяцев.
Уилл кивнул.
Тейлор сказал:
— А что было потом?
— Я отнёс это решение в офис шерифа, но когда помощники шерифа приехали в пляжный домик, все ушли. Но их вещи остались там, так что я решил, что они просто ошиваются поблизости, следят за домом и ждут возможности вернуться.
— Вероятно, — сказал Уилл. Он начинал задаваться вопросом, почему Деккер передумал и решил обратиться к ним за помощью. Поскольку он, похоже, не осознавал, что это не тот вид услуг, который они предоставляют, дело было не в этом. Но он передумал нанимать их. Он уже был в процессе ухода из их офиса, даже не оставив Эуфонии свои контактные данные. Если бы движение было чуть хуже, они бы разминулись, и всё.
Вот уж вечер лёгкого движения на 101-м шоссе.
— Помощники шерифа всё же сменили замки, хотя, технически, они должны были вывесить только пятидневное уведомление. Вы можете в это поверить? Я нанял компанию, чтобы вычистить дом — который эти ублюдки разгромили — и вывезти их барахло.
— А, — сказал Тейлор, взглянув на Уилла. — Проблематично.
— Ага.
В Калифорнии законы, касающиеся сквоттеров и незаконных захватчиков, немного сложнее, чем в некоторых других частях страны. Незаконное проникновение — это уголовное преступление, которое гораздо проще решить, в то время как, в зависимости от различных факторов, сквоттеры имеют определённые права и защиту. Даже после официального выселения выбрасывание или уничтожение имущества сквоттеров может привести к юридическим проблемам для владельца недвижимости.
К тому же это подло.
Справедливости ради, сквоттерство в большинстве случаев — тоже подло.
— Что ж, теперь я это знаю, — согласился Деккер, — потому что Замарион вернулся и потребовал вернуть их личное имущество, а когда я сказал, что всё было вывезено на свалку, они пригрозили сжечь дом, что и попытались сделать неделю спустя.
— Ты уверен… — Тейлор по природе был скептиком. Это было одно из качеств, которые Уилл в нём ценил.
— Уверен, — с окончательностью сказал Деккер. — Пожарные сказали, что это похоже на поджог.
Всё становилось лучше и лучше.
— Похоже, это дело для офиса шерифа, — сказал Уилл. Возможно, в сотрудничестве со следователями пожарной службы. А возможно, и нет. «Похоже на поджог» — не так уж и убедительно. Но это точно не было похоже на дело для глобальной консалтинговой фирмы по безопасности.
Тейлор бросил на него нечитаемый взгляд.
Деккер сказал:
— Я тоже так думал. Только офис шерифа говорит, что они ничего не могут сделать. Даже после того, как пару ночей назад кто-то пытался столкнуть меня с дороги.
— Подожди минутку. Помедленнее. — Это был Тейлор. — Ты обращался в офис шерифа с заявлением о поджоге? И рассказывал им об угрозах со стороны…
— Замариона. Как я и говорил, он зачинщик. Он заявил, что платил налоги на недвижимость последние два года и имеет законное право на дом. Он сказал, что не получал уведомления о выселении и что менять замки и выбрасывать их имущество было незаконно.
Что, если этот парень, Замарион, говорил правду, было верно.
Уилл сказал:
— Эш, я знаю, тебе не хочется этого слышать, но это гражданское дело, а не уголовное.
На этот раз взгляд, который Тейлор бросил на него, был полон нетерпения. Но Уилл просто называл вещи своими именами. Очевидно, шерифы не были впечатлены заявлением о поджоге, если оно вообще было. Вся эта история была беспорядком и делом для судов. Это уж точно было не тем, во что им нужно ввязываться, хотя если кто-то действительно пытался убить Деккера…
— Замарион платил налоги на недвижимость? — спросил Тейлор.
— Да, но и я тоже. По сути, его платежи были зачтены в счёт будущих счетов, но будущих счетов не будет, потому что я всегда плачу свои налоги. Тот факт, что он платил налоги, усложняет продажу дома. Это безумная ситуация.
— Ты сказал, Замарион угрожал, — сказал Уилл. — Какие именно угрозы?
— Такие, которые принимаешь всерьёз. — Голубые глаза Деккера заблестели от эмоций. — Он пришёл в дом и сказал мне в присутствии свидетелей, что он скорее увидит меня мёртвым, чем позволит выгнать его и его так называемую семью.
— Это уголовно наказуемая угроза. Если он сказал это при свидетелях, ты можешь…
— Отвести его в суд? — Смех Деккера был горьким. — Конечно. Если шерифы смогут его найти. Он без определённого места жительства. У него нет легального адреса. Он использует мой дом как свой почтовый адрес. И если я смогу уговорить маляров дать показания — это ещё одно большое «если», учитывая, что их собственный правовой статус под вопросом. А тем временем Замарион будет продолжать пытаться меня убить.
Тейлор закусил губу и сказал:
— У тебя есть доказательства, что человек, пытавшийся сбросить тебя с дороги, был Замарионом?
— Ты имеешь в виду удобный снимок номера? Чёрта с два! Я чуть не улетел с обрыва. У меня не было времени хвататься за телефон и делать снимки!
— Ладно. — Тейлор был спокоен, его голос нейтрален. — Откуда ты так уверен, что Замарион был за рулём другой машины?
— Конечно, он! Кто же ещё? Он только что угрожал убить меня накануне! Это не совпадение.
Тейлор открыл рот, но Уилл перебил его.
— Макаллистер. Можно тебя на минуту?
— Конечно. — Тон Тейлора был беззаботным, но взгляд, которым он одарил Уилла, был прямым и непреклонным. Очевидно, он уже всё решил.
Что ж, он может и передумать.
Они вышли через дверь приёмной, пересекли коридор, обходя лестницы и банки с краской, и вошли в приглушенно-розовую комнату, которая в конечном итоге должна была стать кабинетом Уилла. Их помещение раньше принадлежало свадебному магазину, и стены были выкрашены в нежные оттенки персикового и розового. Бледные обои с рисунком изображали зонтики (почему зонтики?) и свадебные торты, и воркующих голубков, клюющих золотые кольца. Ничто из этого не создавало подобающего имиджа «ВАША БЕЗОПАСНОСТЬ В НАШИХ РУКАХ!» — и даже, по мнению Уилла, не давало обнадёживающего представления о браке.
Они надеялись закончить ремонт до конца года, но праздники оказались неожиданно напряжённым временем для подрядчиков. Большую часть работ в «American Eagle» приходилось делать в нерабочее время и по двойной цене.
Уилл закрыл дверь в свой кабинет. Он говорил тихо:
— Ладно, послушай. Деккер — твой друг, и я понимаю, что ты хочешь ему помочь, но это явно дело для шерифов.
— Конечно, — ответил Тейлор. — Это не значит, что мы не можем осмотреться, задать пару вопросов.
Уилл не доверял этому рассудительному тону.
— Да. Если ты только об этом и говоришь. Потому что мы должны быть реалистами. Ты знаешь не хуже меня, мы не в том положении, чтобы брать ещё одного клиента.
Тейлор пренебрежительно пожал плечами.
— Если ты не хочешь брать Эша в клиенты, меня это устраивает. Я не планировал выставлять ему счёт. Я займусь этим как одолжением. В свободное время.
Это было именно то, чего опасался Уилл. Тейлор не только всё уже решил, но и уже вовсю прорабатывал детали, прежде чем они успели даже определить, какими эти детали могут быть.
Он изо всех сил старался скрыть своё раздражение.
— Какое свободное время? У тебя нет свободного времени. Ни у кого из нас нет.
— К чему ты клонишь, Уилл? — Тейлор упёр руку в бок и окинул его взглядом холодных зелёных глаз.
Эта — справедливости ради, бессознательная — самоуверенная поза, этот скептический взгляд «да ладно?» были причиной того, почему многие люди через пять секунд после знакомства с Тейлором хотели его ударить. Это не было истинной сутью Тейлора. Или, скорее, да, уверенность, цинизм были гранями его личности, но не главными, и не теми чертами, которые он обычно обращал против Уилла.
Очевидно, это был особый случай, и Уилл должен был это уважать. Что он и пытался делать.
Он сказал:
— Я только говорю, не разумнее ли — не лучше ли для всех нас — направить Деккера обратно в офис шерифа? И если ты считаешь, что этого недостаточно, мы можем порекомендовать ему другого…
Тейлор перебил его:
— Не-а. Мы никуда его не направляем. Эш пришёл ко мне.
— Я знаю. Поэтому я и говорю…
— Я дал Эшу слово, что если ему когда-нибудь понадобится помощь, я буду рядом. Я не сказал: если тебе когда-нибудь понадобится помощь, я порекомендую тебе кое-кого. Я обещал, что буду рядом с ним.
— Я понимаю. — Уилл правда понимал. Было бы неразумно злиться на Тейлора за то, что он давал такие обещания за много лет до их встречи. Он не злился, и уж точно не ревновал — ему так казалось, — но, Господи, каким же упрямым мог быть Тейлор.
— Правда? — Вот оно. Этот намёк на циничную улыбку. — Потому что я слышу не это.
— Ты слышишь, как я пытаюсь понять, что будет лучше для всех нас. Мы не телохранители…
— Мы занимались кучей заданий по охране, так что не надо мне рассказывать. В чём реальная проблема?
— Реальная проблема в том, что мы только что, пару часов назад, получили работу, о которой мечтали с самого ухода из DS, и мы оба знаем, что у нас не хватит людей, чтобы с ней справиться.
— Значит, будем работать на пределе. Нам уже пора привыкнуть.
— Так что брать ещё одну работу — которая, судя по всему, будет отнимать столько же времени и отвлекать, как и эта, — не умно. — Он покачал головой.
— Это займёт день. От силы два.
— Мечтай.
— Чёрта с два. Думаешь, я не смогу выследить этого Замариона?
— Конечно, я так не думаю. Но, давай, ты сам знаешь, чем это обернётся. Погоней за ветром.
— Я знаю.
— Тогда признай, что это неэффективное использование наших ресурсов.
Тейлор открыл рот, и Уилл добавил:
— И раз уж мы заговорили о ресурсах, я думал, ты хочешь как можно скорее вернуть долг Ричарду? Сегодня утром ты сам говорил, как не хочешь быть ему должен. А это лишний повод не браться за бесплатную работу, которая может поставить под угрозу первое наше задание, которое позволит нам начать расплачиваться с этим долгом.
Всё, что говорил Уилл, было правдой, и поэтому было особенно невыносимо видеть, как Тейлор продолжает смотреть на него с этим скептическим выражением, словно… что? Что, по его мнению, на самом деле двигало Уиллом?
— Понятно, — протянул Тейлор. — Если бы Дэвид Брэдли пришёл к нам за помощью, ты бы просто дал ему название хорошей местной фирмы и отправил восвояси?
Уилл почувствовал, как меняет цвет.
— Это не одна и та же ситуация. Дэвид — друг, бывший…
Он замолк, понимая, что вступает на зыбкую почву.
Тейлор мягко сказал, вопросительно изогнув бровь:
— Дэвид — друг, бывший…?
— Дэвид наш друг…
— Он мне не друг.
— …он не из моего далёкого прошлого, просящий об одолжении. И вообще, я бы сказал Дэвиду то же самое, что говорю сейчас тебе. У нас нет ресурсов для этого.
— Чушь.
Тишина, с которой это было произнесено, почему-то резанула сильнее, чем если бы Тейлор закричал на него.
— Если бы гребаный Дэвид Брэдли вошёл в эту дверь и попросил о помощи, ты бы горы свернул, чтобы помочь ему. Мы оба это знаем. И знаешь что? Я это понимаю. Я даже уважаю это. Поэтому я жду, что ты поймешь и станешь уважать мою позицию. Я не прошу тебя работать сверхурочно. Я разберусь с этим сам. И я позабочусь о том, чтобы это не мешало работе с Webster Fidelity. Хорошо? Справедливо?
Нет, это было не «хорошо» и не «справедливо». Это было глупо и непрактично. Но после того, как Тейлор произнёс имя Дэвида, что ещё мог сказать Уилл? Ни за что он не рискнёт спорить с Тейлором о Дэвиде, и, очевидно, к этому направлялся этот разговор.
Уилл отрывисто сказал:
— Справедливо.
Тейлор кивнул, рывком открыл дверь, и они молча вернулись в приёмную. Они застали Эша изучающим стопку фотографий в рамках. Он поднял взгляд — в нём смешались надежда и настороженность — и отложил в сторону семилетнюю фотографию Уилла, получающего знак отличия за меткость.
— Хорошо, — сказал ему Тейлор. — Мы обсудили. Мы берём твоё дело.
— Берёте? — Эш бросил быстрый, сомневающийся взгляд на Уилла.
— Да, — сказал Уилл.
Эш всё ещё, казалось, не был уверен.
— Если это не то, чем вы занимаетесь…
— Мы занимаемся тем, чем нужно, — сказал Тейлор.
— Это наш корпоративный лозунг, — сардонически сказал Уилл. — Мы собираемся напечатать его на кружках.
Тейлор бросил на него невесёлый взгляд, прежде чем сказать Деккеру:
— Где ты остановился?
— В пляжном домике. В Карпинтерии.
— Хорошо, я подъеду туда первым делом завтра утром и осмотрюсь. Ты введёшь меня в курс остального. Начнём с этого и посмотрим, куда нас это приведёт.
— Это… я не знаю, что сказать. Спасибо, — сказал Деккер, снова бросив на Уилла немного неловкий взгляд. — Спасибо вам обоим.
Он действительно выглядел благодарным. Но Уилл не мог не думать, что Деккер казался ещё более напуганным, чем когда впервые вошёл в их офис.
*Сквоттеры — люди, незаконно захватывающие пустующую недвижимость и самовольно в ней проживающие.