Герой

Рейтинг: PG-13

Метки: Романтика, AU

— Быстрее шевелиться было никак? Я чуть не помер, пока вас дождался.

Вечно недовольная физиономия, выговоры и упрёки вместо благодарности. Гарри совершенно не удивился — иначе это был бы не Снейп. Лукавый слуга Волдеморта, мнимый предатель и убийца, виртуозный обманщик, кошмарный профессор, защитник, спаситель, храбрец, самый злющий и ворчливый ангел-хранитель на белом свете.

Ужасно недовольный тем, что Поттер спас его жизнь недостаточно расторопно, хотя единственным следствием этой нерасторопности была пара лишних дней на больничной койке. Гарри тогда не заострил внимания ни на словах, ни на тоне, которым они были сказаны — потрясения последней битвы были ещё слишком свежи, и на их фоне меркло многое.

***

— Что за бред вы несли на суде? У меня уши вяли от ваших словесных оборотов.

Гарри привык прощать Снейпу многое, но это было уже слишком. Про себя Поттер немножко гордился своим выступлением — он сумел пронять публику, иногда в паузах ему даже слышались тихие всхлипы растроганных слушательниц. Возмущение подкатило к горлу, захотелось выдать в ответ что-нибудь обидное, но как, нарочно, Гарри не мог сходу найти, к чему прицепиться. Снейп даже выглядел так, будто собрался на приём в Вестминстер: в безупречно элегантной мантии и с совершенно – да! – нормального вида волосами. С надменной осанкой и гордо задранным носом. И полной уверенностью в непогрешимости своего ценного мнения.

***

— В Академию Авроров – без экзаменов? Они полагают, что ваше беспрецедентное везение заменит вам подготовку? Я бы не радовался так на вашем месте…

Откуда он взялся в разгар дружеской попойки, Гарри не понял. Ясно было только то, что Снейп своими ядовитыми репликами отравил этот день – да и многие последующие дни тоже. Наперекор ему и чтобы доказать себе, что достоин учиться в Академии, Гарри набрасывался на дисциплины остервенело, как на заклятого врага. Его успехи отмечали все вокруг, но мысль, что высокие оценки объясняются лишь тем, что он – Гарри Поттер, уже не давала покоя.

***

— Мечтаете о романтике аврорских будней? И не надейтесь. Вы слишком популярная фигура, а нынешний глава аврората — большой политик. Он не допустит, чтобы вы рисковали своей драгоценной жизнью под его началом. Вам дадут непыльную работёнку, подальше от тёмных существ и зловредных заклятий.

Когда чёртов Снейп с его пророчеством насчёт службы в аврорате оказался прав, Гарри несколько приуныл. Какое-то время он пробовал бороться и протестовать, потом понял бесполезность своих усилий, а избыток энергии стал сбрасывать, играя в квиддич в составе любительской команды, отдаваясь этому занятию со страстью, как в школьные годы. 

Согласно официальной версии, тренер Паддлмир Юнайтед заметил его именно во время игры, совершенно не подозревая, что этот замечательно техничный и удивительно отчаянный игрок и есть тот самый Гарри Поттер.

С не оправдавшим надежд авроратом Гарри распрощался почти без сожалений: впереди была полная трудностей и риска спортивная карьера, и он с воодушевлением смотрел в будущее…

***

— Какая наивность. Вы полагаете, вас берут в команду за то, что вы хороший игрок? Вас собираются использовать как талисман. Вы — символ победы, за которую драться будут другие. В серьёзных матчах вас и не выпустят, не надейтесь.

В этот раз Гарри ощутил явственное желание вылить на голову Снейпа полный бокал сливочного пива. Или, как это в детстве сделала Гермиона, поджечь его мантию заклинанием. Неважно, что, лишь бы лишить его бесстрастное лицо навечно застывшего выражения холодной иронии, достать его, пронять, заставить признать свою неправоту…

«Я ему докажу!» — стучало в голове, когда Гарри выходил из двойной петли в отвесное пике. «Я ему докажу!» — рычал он сквозь зубы, когда сил на тренировках не оставалось уже совсем. «Я ему докажу!» — обещал он каждому пойманному снитчу.

***

— Вам снова повезло. А вот мне — нет. Я болел за «Селькиркских скитальцев».

Глядя на его удаляющуюся чёрную спину, хотелось броситься в погоню, схватить и трясти за грудки, до тех пор, пока он не признает… пока не скажет… Но погоня оказалась абсолютно невозможной — из-за толпы налетевших с восхищённым криками фанатов. Только и оставалось, что проводить упрямца гневным взглядом.

Игры были по преимуществу удачны, гонорары — щедры, а еду и напитки всё строже приходилось проверять на наличие любовных зелий. Всеобщее обожание героя, звезды спорта и просто красивого парня достигло своего пика. Из не взятых вершин оставался лишь чемпионат мира по квиддичу, которого нужно было ждать ещё два года.

Да, только чемпионат, ну и так, по мелочи…

***

— Не жаль вам растрачивать свои лучшие годы на подобную мишуру? Неужели у вас нет ничего за душой, кроме бестолковой погони за крылатым мячиком? Хотя, кому я это говорю…

Эта очередная нечаянная встреча и нечаянный разговор были бы вполне «приемлемыми», но Снейп умудрился всё испортить и на этот раз. 

Почему Гарри Поттер бросил спорт в самый разгар своей карьеры и уехал незнамо куда, не понял никто.

***

Он вернулся через пятнадцать месяцев, в походной одежде, исхудавший, заросший бородой, со странным блеском в глазах и тяжёлым свёртком в руках. Во всём этом великолепии он завалился прямо на порог к Снейпу.

— Вот! — не слишком красноречиво и понятно объявил Гарри, сваливая свою ношу под ноги Снейпа, даже отступившего на шаг от неожиданности.

— Не могли бы вы потрудиться объяснить точнее? Что значит ваше эффектное появление?

— Здесь шкура, — хриплым, словно отвыкшим от разговоров голосом пояснил Поттер. — Шкура полинезийского невидимого ящера. Ты сам сказал, вот… — Поттер замолчал, вытаскивая из заднего кармана штанов во много раз сложенную замусоленную страницу «Вестника зельеварения» и заглядывая в неё, словно в шпаргалку, — сам сказал, что шкура позарез нужна для твоего зелья. И что её уже лет пятьдесят как никто не может добыть. Я и…

Поттер замолк, глядя, как Снейп опускается на колени рядом со свёртком, приподнимая скрывающую шкуру ткань, осторожно касаясь ладонью поверхности ячеистой, переливчатой кожи покойного ящера, задержав дыхание. Затем Снейп шумно выдохнул и разразился неожиданным бурным смехом.

— Что? Что опять не так?

— Поттер, ты, — силясь унять рвущийся из груди смех, выговорил Снейп, — ты самый безмозглый… Ты хоть знаешь, насколько опасен ящер? О чём ты думал, когда помчался его ловить? На что ты рассчитывал? Профессионалы годами — годами! — не могут взять след. А ты, неуч…

— Уделал твоих профессионалов, как котят, — с осторожным торжеством закончил Гарри, опускаясь на пол рядом, добавив доверительно:

— Мне там, в Полинезии, многое пригодилось из того, что я изучал в Академии. И хорошая спортивная форма оказалась нелишней. Так что…

— Что «так что»? — переспросил Снейп, поднимаясь на ноги и возвращая своему лицу привычное невозмутимое выражение. — Отлично, шкуру ты добыл. Снял, конечно, так себе, но даже и в таком плачевном состоянии она стоит баснословных денег. К сожалению, у меня их нет.

— А мне и не надо! — тоже вскочил на ноги Поттер. — Я не ради денег, я просто… 

— Просто? — повторил Снейп. — Какое у тебя ещё «просто»?

— Как подарок…

— Подарок?!

Поттер кивнул, уже понимая, что сейчас пожалеет.

— Я не могу его принять. Он слишком ценный.

Наступившая пауза налилась концентрированным бешенством.

— Всё. Это всё. Хватит. Я грохнул самого могущественного тёмного мага. Окончил Академию. Был звездой спорта. Привёз тебе твою паршивую шкуру для твоего паршивого зелья. Что тебе ещё надо от меня, Снейп? Что тебе на хрен надо? — рявкнул побелевший Поттер, сжимая кулаки.

Снейп остолбенел от такой дерзости, но быстро опомнился и яростно рыкнул в ответ:

— Не смей на меня орать!

Он мог бы многое ещё высказать идиоту-Поттеру о его наглости, самомнении, дрянном воспитании и прочем, и прочем, но его затылок как-то крепко встретился со стеной, а губы оказались грубо захвачены в плен шершавым тёплым ртом. Поттер целовал так, будто хотел сожрать, но боялся, что добычу отберут в любой момент. Он оторвался только тогда лишь, когда начал задыхаться, и отступил, глядя в лицо Снейпа и ужасаясь собственной выходке.

— Дошло. Наконец-то, — устало проговорил Северус и как-то совсем не по-снейповски опустил дрогнувшие ресницы…