Геринг устраивается
Белый шум![](/file/f54c3de62ca4905784e98.jpg)
С замечательной быстротой прогрызли себе национал-социалисты доступ в административный аппарат. Министерства, которые достались официальным членам немецкой национальной партии, представляли собой головы без туловищ. Напротив, из прусского министерства внутренних дел Геринг руководил самым крупным административным аппаратом в Германии. Он немедленно ввёл в аппарат большое число так называемых почётных комиссаров, как, например, вождя особых отрядов Далюеге, далее, своего личного адъютанта Халля и Зомерфельда. В качестве юридического советника он привлёк в прусское министерство внутренних дел адвоката Хитлера, доктора Лютгебруна. Директором отдела полиции Геринг назначил весьма своеобразного кандидата, а именно прокурора в отставке Грауерта, бывшего управляющего делами союза работодателей Северо-запада, самой непримиримой, однобокой и антисоциальной организации германской тяжёлой промышленности. Грауерт уже давно был национал-социалистом и имел большие заслуги по части финансирования своей партии.
Немедленно во всей Пруссии посыпались отставки и новые назначения. Увольнялись или отпускались в длительный отпуск чиновники — от старшего председателя провинции до уголовных комиссаров, — которые были известны как сторонники левых партий. Их преемниками были большей частью национал-социалисты. Это происходило во всех без исключения ведомствах, имевших отношение к полиции. Многочисленные вожди штурмовиков либо национал-социалистские функционеры были назначены полицей-президентами и притом на посты, которые ранее были заняты весьма правыми чиновниками. Так, например, берлинский полицай-президент Мельхер, один из главных помощников Папена в день 20 июля 1932 г., во время переворота в Пруссии был заменён национал-социалистским контр-адмиралом в отставке фон Леветцовом{129}. Ещё до перевыборов райхстага 5 марта в Пруссии было смещено несколько сот политических чиновников. Лишь благодаря такому методу действий Геринг в течение каких-нибудь 4 недель укрепил свои позиции настолько, что дейч-националам трудно было бы овладеть ими даже в случае, если бы позднейшие события протекали медленнее и не носили такого резкого характера.