Геополитика льда

 Зачастую фраза «кризис это время возможностей» воспринимается либо как очевидная издёвка, какую обычно говорит начальник уволенному рабочему, предлагая податься в бизнес, либо как констатация роста доходов и активов у особо зажиточных после значительного провала благосостояния у большинства населения. Для этой же небольшой группки климатический кризис — тоже кризис, который также можно использовать в своих интересах. Кроме очевидного выращивания апельсинов на сибирских полях, глобальное потепление несёт за собой и таяние ледников на севере, что открывает некоторые возможности для ряда государств.

Здесь, за одним столом в нелёгкой борьбе за Заполярье соберутся: Россия, с самой протяженной северной границей; США, которые, несмотря на старания новой администрации по дискредитации собственной гегемонии, всё ещё имеют громадное политическое влияние по всему миру; и Китай — современная фабрика мира, с огромными торговыми и производительными силами, в том числе и на строительство масштабных инфраструктурных объектов. На кону природные ресурсы и торговые маршруты. И тут мы остановимся поподробнее.

Природные ресурсы. Арктика богата различными полезными ископаемыми — так, только никеля и титана там более 10% от мировых залежей, а той же платины или палладия — 19%. Более 25% запасов неразведанных углеводородов относится к этому региону, там же — крупные запасы угля и черных металлов. Ранее предпосылками к добыче была безопасность добычи и относительная развитость инфраструктуры, но из-за льдов и вечной мерзлоты извлечение этих богатств было осложнено. Теперь, когда оба эти явления отступают все дальше на север, это препятствие нивелируется. При этом потребность в тех же цветных металлах в мире наоборот, только растёт.

С торговыми маршрутами всё немного интереснее. 10 марта прошло 500 лет с начала освоения Северного Морского Пути (хотя коренные северные народы эти пути уже примерно знали). К дню сегодняшнему, этот путь стал безопаснее за счёт новых технологий и отступления ледников. СМП открывает новые возможности как в торговле между арктическими странами, так и в мировой торговле. Этот момент лучше раскроется в представлении игроков.

Итак, начнем более подробное представление игроков.

Россия: В отличие от Антарктиды, Арктика не совсем нейтральная территория. ООН дозволяет продлевать территорию экономической эксплуатации на 200 миль от берега. В частности подкомиссия этой организации определила 1,2 млн. кв метров вод в область экономической эксплуатации России, где расположены большие запасы нефти и газа (37% от всех российских запасов). С другой стороны, прибрежные территории тоже входят в арктический регион. По запасам цветных металлов она также впереди — 42 месторождения, тогда как в целом по странам Арктики этот показатель не больше 10, а максимально близкий — 22. Кроме того, в Россия обеспечена дешёвой раб. силой, чтобы это обработать.

С другой стороны, СМП (здесь и далее - Северный Морской Путь) может стать потенциально новым торговым маршрутом для международной торговли. Уже сейчас по нему из Китая в Европу плавали суда, правда скорее в экспериментальном варианте. Потенциально этот маршрут может стать альтернативой нынешнему маршруту через Суэцкий канал.

Вот только Россия не способна самостоятельно всё это реализовать. У неё нет должных технологий для добычи, с недавних пор большая часть ресурсов и лучших кадров уходят на обеспечение нужд украинского конфликта, а потом ещё несколько лет уйдут на восстановление. Даже если брать годы до 2022-го, это направление активно развивалось только по сравнению с остальными. На рынке при существующей конъюнктуре цен не было особенно выгодно развивать другие места добычи, поэтому продолжались эксплуатироваться старые. Инициатива с новым путём также не имеет особых шансов. Кроме того, что в этом по факту никто кроме России не заинтересован (об этом позже), здесь уже была возможность проявить свою «альтернативность». В 21 году, когда Суэцкий канал заблокировало судно Ever given, в России запустили... Нет, не СМП, хотя на тот момент экспериментальные суда уже ходили, в целом опыт был и он оказался успешным — время удалось сократить на 15 суток. В качестве альтернативы была предложена ж/д магистраль, по которой запустили очень ограниченную часть грузов и разговоры о такой альтернативе очень быстро закончились, когда проблема с каналом решилась.

В настольных играх есть такой феномен как кингсмейкинг, когда какой-то игрок уже не может победить, но от его действий всё ещё зависит общий результат игры — её итоговый победитель. Россия, имеющая на своей территории обширные запасы полезных ископаемых и географически удобные варианты для альтернативного международного маршрута, сама себя загнала в проигранную позицию. Тем не менее, кажется, что в борьбе за Арктику именно её ресурсы нужны для победы. Чем же это обернётся для населения, то есть для нас с вами — мы уже писали в одном из предыдущих постов. Ресурсы Катара и торговое положение Сингапура — стратегические выгоды, которые можно было бы найти в Арктике, для нас сейчас не релевантны.

США: Арктический регион не ограничивается Россией, сюда так же входят Канада, Дания и Норвегия, союзники США по военному блоку. Сейчас в администрации Трампа капитал действует более открыто, чем в прежних правительствах и эти ресурсы им нужны. Только на своей территории США имеет 19 месторождений, а вместе с Канадой, традиционным торговым партнером — 41. Сюда же укладывается желание аннексии Гренландии — на её территории достаточно цветных и благородных металлов, которые, в отличие от весомой разработанной части арктического бассейна, остаются всё ещё неосвоенными. Например, только диспрозия и неодима, металлов довольно редких, там обнаружено 38,5 млн. тонн (хотя в природе их совокупно только меньше 200). При этом технологии для более эффективной добычи у страны есть.

Сюда же добавляется и политическое влияние. При перечислении стран арктического региона не была названа Исландия, чьи территории очевидно сюда относятся. Не названой она осталась скорее по политической, а не по географической причине — она не входит в арктическую пятерку, союз стран по взаимодействию в рамках этого региона. Формальное членство тут остается и у России, хотя после известных событий по сути остальные члены (включая США) бойкотировали её участие в совместных проектах.

С другой стороны, скандинавские страны, в том числе Гренландия как часть Дании, особенно не стремятся разрабатывать свои ресурсы — оплата труда там довольно высокая, а население представляет, какими экологическими последствиями могут обернуться такие разработки. В той же Гренландии после многочисленных протестов парламент принял закон, запрещающий разведку урана. Поэтому сейчас для жителей острова вопрос аннексии во многом не только вопрос политической свободы, но и экологической безопасности. Кроме того, явное влияние США на эти страны и агрессивные попытки продавить свою повестку (так свойственные новой администрации) могут вызвать отторжение у других участниц союза, что само по себе может поколебать это относительное преимущество. Альтернативой могут послужить ресурсы России — то же Томторское месторождение ниобия, входящее в арктическую зону, уже предлагалось для совместной разработки взамен на получение мира в Украине.

Китай: не самый очевидный игрок этой арены, но тем не менее — самопозиционирование себя как околоарктической державой говорит о серьезных претензиях на регион. У Китая есть ограниченный интерес к развитию добычи полезных ископаемых, что видно по некоторым его инвестиционным проектам. Но новый, более быстрый торговый маршрут может выглядеть для него куда интереснее. Текущий маршрут через Суэц зависит от большого количества сторонних игроков. Вначале вам нужно проплыть через Сингапур, город, не то чтобы настроенный против китайских амбиций, но от которого зависит вся ваша торговля. Потом индийский океан. Сейчас это не особенная проблема, но если у Индии появится свой сильный флот, то придется договариваться ещё и с ней, а это, мягко скажем, страна не дружественная. Потому весомую часть средств следует тратить на поддержку напряженности на её границах с Пакистаном и Тибетом. Далее идет Сомали и арабский полуостров, традиционно славящийся своими вооруженными группировками. И если пиратов ещё удалось победить и сейчас они особо не досаждают, то вот что делать с йеменскими хуситами, которых Иран поддерживает вооружением и деньгами, не совсем ясно (к слову, именно поэтому союз Ирана и Китая выглядит скорее как антизападный фантазм, а не политическая реальность). Их периодические блокады Израиля заставляют многие суда идти в обход, оплывая всю Африку, что длиннее и дороже.

И казалось бы, на фоне всего этого Китай должен быть больше всего заинтересован в развитии альтернативного пути... Но все не так просто. КНР делает долгосрочные инвестиции в свой проект «Один пояс, один путь». И этот один путь не лежит через Арктику, но лишь затрагивает инфраструктуру старого пути через Суэц. Объём грузов, пускаемый по Арктике в чистых цифрах хоть и может расти, но в относительных — всегда минимален. То же самое можно сказать и про добычу полезных ископаемых — у Китая есть куда более зависимые от него страны Африки. Их легче контролировать, но при этом там есть добыча примерно тех же ресурсов.

Вообще, судя по действиям, Китай в Арктике занимается скорее собственным пиаром, заявляя себя как важную страну перед своими полупартнерами-полуколониями из стран третьего мира. Когда же дело касается конкретных поступков, он уходит со сцены. Китай готов содействовать научным экспедициям, но в лучшем случае они ведут только к производству специфического оборудования на продажу. Китай также готов вкладывать небольшие по меркам страны деньги в инфраструктурные проекты, но если они выгорят, китайская администрация про них и не вспомнит. Китаю было важно быть наблюдателем в арктической пятерке, но когда он мог на что-то повлиять во время бойкота России, китайские представители просто обозначили, что это не правильно и удалились в тень.

Итак, какую картину мы видим по итогу? За столом сидят три участника. Один больше всего хотел сыграть в игру, но грубо рискнув, потратил все свои стартовые ресурсы и карты и теперь может своими действиями подыгрывать кому-то другому, не имея шанса на победу и всё больше превращаясь скорее в способ достижения победы, игровую механику, а не игрока. Другой втянулся в процесс лишь недавно, но сходу начал делать такие ходы, которые ведут лишь к его поражению. Третий делает очень нейтральные ходы, в основном смотря в экран телефона, а не на доску и периодически фоткает процесс для соц сетей, мол, смотрите, собрались с ребятами сыграть в настолку. Добро пожаловать в геополитику 21 века, которую мы чем-то заслужили. Скучную спортивную драму без особого развития сюжета... но может оно и к лучшему, что сюжет не развивается, ведь развиваться он будет за счет нас.