Гекатомба полдня

Бесстыдно, порочно, неистово вилял бедрами этот мужчина

Был он голый, длинное его хозяйство моталось меж ног, бессильное как тряпка

По лицу мужчины текла кровь, неяркая и какая-то игрушечная

Аппликация, а не кровь

Кровь была как макет

Налипла и бугрилась, дерьмовое папье-маше

Мужчина был как пособие для реанимации

День был сизый

Небо сорило снегом

Снег падал на лицо мужчины и застывал пятнами, похожими на морских звезд

Коптелыч посмотрел на камни в руках

Три 

У соседа снизу, Антохи, полная горсть щебня

Антоха - сирота с детдому, ему льготы положены

Антоха лыбился дебильно

Зубы во рту Антохи стояли с большими промежутками

А еще у него глаз косил

Коптелыч ненавидел Антоху

У прочих вроде было честно

По три, ну, четыре камня

А у этого никаких не меньше десятка

Больно Коптелыч завидовал чужим льготам

Коптелыч засунул пальцы в рот и картаво свистнул

Одинаково хрустнули пальцы

Хором хэкнули мужики

Голый танцевал

Выкидывал ноги вперед, семенил, руками поводил, что твое «Лебединое озеро»

• Пидор! - позвал Коптелыч, и мужчина обернулся, резко, точно его на горячем поймали, лицо скривилось, плаксивая пластмассовая мина, Коптелыч и так бы не поверил, а тут и вовсе знал, что учат их, и танцу этому, и рожи вот такие строить, ишь, говна скроил.
• Пидор, ты наших детей ебал?

Мужчина пошел от Коптелыча боком, тискал себя за бока, обхватывал паучьими руками, а маска все дергалась, пугалась, только глаза остались спокойными, холодно смотрели, измеряли

• Пидор, ты нашим пацанам на лицо кончал?

Мужчина уперся плечом в стену и вслепую двинулся вдоль нее, Коптелыч с мужиками шли следом, сопели, Коптелыч чувствовал, как ярость стучит его в шею, раздувается в капюшон

• Пидор, ты наших детей бил?

Мужчина скользнул в щель между древними, проржавевшими насквозь гаражами, протискивался, вскрикивал и полз. Коптелыч полез следом, рвал старое железо, пинками разбивал стены, Антоха как-то оказался впереди него, скакал-подпрыгивал, этого Коптелыч допустить никак не мог и полез на крышу, листы металла гнулись под ним, гаражи дрожали, Коптелыч и двух шагов не прошел, как вся эта столетняя конструкция, шитая-латаная, вареная на сто раз, убитая дождями и туманами, рухнула

Мужчина почему-то не зацепило. Он стоял посреди пустыря, озирался в ужасе, лицо его пошло трещинами, но глаза оставались мертвыми

• ПИДОР! - заревел Коптелыч. - ТЫ ПАЦАНОВ НАШИХ УБИЛ?!

Они лежали там, все семеро, ни лиц, ни одежды было не опознать, засунули тела в покрышки. Мужчина явно собирался их сжечь. Все было подготовлено, вон и канистра, тряпки, лопата

• Пидор, - шквал ветра залепил Коптелычу по морде, хлестнул снегом, посек ледяной крупой, - скажи, что это не они. Умоляю! - Коптелыч с хрустом встал на одно колено, подумал, и подломил второе. Ни перед кем так не вставал, а перед пидором вот, сподобился. - Ты же мужиком был! Ну, не мог ты... Пацаны же! Пацаныыыыы...

Антоха ударил его по затылку, вмял все десять своих камней. Коптелыч упал.

• Пидол! - закричал Антоха по-детски. - Бей пидола!

Мужики ударили залпом. Первыми же камнями превратили в месиво лицо мужчины. Но он стоял. Пытался танцевать. Мужики подобрали доски, обломки кирпичей, надвинулись. Антоха поднял канистру. В глазах мужчины мелькнул интерес. И погас.

Коптелыч очнулся, когда мужчина догорел. 

Ветер прибил языки пламени к самой земле, там они и сплетничали, сплетались

Коптелыч лежал на спине. Одежду с него ободрали. К шее туго, на три витка, примотали фанеру латунной проволокой

Коптелыч подергал, держалась прочно

Коптелыч поднял фанеру

«Я ебал детей» - прочел Коптелыч

Он перевернулся на живот

Перед лицом в углублении в плите скопилась вода, по поверхности растеклись радужные пятна

Обжигая рот, Коптелыч выпил ее досуха

Сел

Огляделся

Тела в покрышках все еще были тут

Минут десят Коптелыч вытаскивал тело

Манекен из «Детского мира»