Гашиш купить Алёшки
Гашиш купить АлёшкиГашиш купить Алёшки
• • • • • • • • • • • • • • • • •
Гашиш купить Алёшки
• • • • • • • • • • • • • • • • •
📍 Проверенный магазин!
📍 Отзывы и Гарантии!
• • • • • • • • • • • • • • • • •
▼ Наши контакты (Telegram) ▼
• • • • • • • • • • • • • • • • •
⛔ ВНИМАНИЕ! ⛔
📍 ИСПОЛЬЗУЙТЕ ВПН (VPN), ЕСЛИ ССЫЛКА НЕ ОТКРЫВАЕТСЯ!
📍 В Телеграм переходить только по ссылке что выше! В поиске тг фейки!
Гашиш купить Алёшки
• • • • • • • • • • • • • • • • •
Гашиш купить Алёшки
Гашиш, анаша, травка дурь, товар, план — как ни назови, но, похоже, в Порт-Ветровске знали чудесные свойства выдержанной пыльцы индийской конопли задолго до основания города царем Петром. Понятно, рукой подать до тысячелетнего Дербента, Тегеран и Багдад ближе Москвы, если смотреть по карте. Конопля и опийный мак и в Южном Дадастане набирали свою волшебную силу. Пусть не такую, как в Чуйской долине, Бадахшане или Кандагаре, но вполне ощутимую. В шестидесятые годы цены на подобный товар в Порт-Ветровске были божеские: баш — шарик гашиша величиной с крупную горошину — стоил пятьдесят копеек по цене билета в кино на вечерний сеанс. Алешка приобщился к дури в шестом классе. Энергичный армянский подросток Гамо полное имя — Гамлет организовал копеечную складчину и принес две толстые папиросы «Казбек», закрученные на конце. Забитые, значит. По иронии судьбы действо разворачивалось на ступеньках районного военкомата. Тут важен ритуал: папиросу положено было раскуривать самому авторитетному конечно, Гамо , смачивая слюной для равномерного горения, держать двумя пальцами снизу и стараться не ронять пепел. У кого столбик упал — свободен! И что? Да ничего, кроме рвотного кашля и сухости во рту, Алешка не испытал. То ли Гамо принес сущую туфту, по своей природной хитрости, то ли организм у Алешки был такой — ведь засыпал он на ходу, стоило ему выпить даже ячменного кофе. Об анашистах ходили самые грозные слухи, дескать, мозги у них высыхают и превращаются в серый порошок, детей они иметь не могут и прочее. Алешка, однако, критически подходил к таким оценкам. У соседа Ярыги, который анашу ел как халву, запивая чаем, было четверо шустрых, пухлощеких наследников, красивая еврейка Сусанна «дошабилась» до бронзовой кожи и успешно училась в медицинском институте. Но видел Алешка и другое — у большинства «плановых» был свой мир, ему непонятный и до опасного скучный. Первый приход — волну кайфа — Алешка испытал в неполные шестнадцать лет в месте опять же приличном — в школе. Правда, это была уже СШРМ — средняя школа рабочей молодежи, вечерка. Оставленный за двойку по немецкому языку на второй год в девятом классе школы «имени Героев Космоса», Алешка влился в ряды рабочей молодежи, поступив в ремесленное училище, где мастер потребовал от него посещения вечерней школы. Дело было в конце мая. Отписав раньше других четвертную контрольную работу по алгебре, Алешка и его соученик, двухметровый кузнец Тахир, гордо вышли из класса в пустынный коридор. Тахир с признательностью сжал в своей мозолистой лопате Алешкину ладонь за бескорыстную помощь не только в решении примеров, но и переписывании работы набело. Затем, очевидно в порыве благодарности, кудлатый гигант вынул из нагрудного карманчика папиросу с хвостиком и после двух глубоких, с паузой, затяжек предложил косячок Алешке. Вот это был товар! Откашлявшись в воротник, Алешка понял, что мир изменился в лучшую сторону. Май, бархатное небо, крупные, дрожащие звезды, сиреневые холмы под окном. Тахир взял папиросу огоньком в рот, выдул густую голубоватую струю, и Алешка вдохнул ее, а потом всеми фибрами души почувствовал аромат весны и свободы. Что уж такое сказал Тахир — неважно, но что-то очень смешное, и друзья сначала потихоньку, а потом во весь голос принялись смеяться. Доржались они до того, что не заметили, как к ним подкрался Нос — директор вечерней школы. Этого тщедушного еврея с огромным носом и пугающе-черными глазами боялись хулиганы всех мастей — исключительной смелости был человек! Друзьям бы уняться и ретироваться, но добрый «товар» сыграл с ними злую шутку. На низеньком столике увидел Алешка «парадный» фаянсовый чайник, пеструю смесь сухих фруктов и леденцов на расписном глиняном лягане, опаловые кристаллы сахара-наваба, две пиалы. Выходит, ждал его старик. А я вот своим табачком балуюсь. Астманов повел глазами за движением руки старика и разглядел в густой тени под окном небольшой кальян. Когда-то он служил советнику последнего эмира благословенной Бухары…. Астманов завороженно смотрел на золотистый крутобокий сосуд, по которому вился сложный орнамент куфы — особого начертания арабских букв. Разве место имени Создателя на сосуде забавы? Это работа старых персидских мастеров. И слова здесь не арабские…. Я не святой и не стал шахидом… Только вот когда мечешься по пустыне и все предают тебя, когда ни воды, ни пищи — это лекарство помогает. Уставшему — вторая жизнь, старику — утеха. А мне дважды простится. Помнишь, как ты меня в машину взял? Я тогда из больницы возвращался. Еле вырвался. Грозили, что найдут с милицией. Вот, смотри… — Старик скинул чапан с левого плеча, и Астманов увидел жгуты толщиной в мизинец, расползающиеся от ключицы к предплечью и груди. Давно уже меня ест этот змей. А как он называется: «каньсер», «сары-кома» — это разве важно… А вот скажи, ты запретное ешь и пьешь? С голоду сдохнуть можно. Сейчас даже так говорят: какой же мусульманин не любит сало? Этот яд сильнее в тысячу раз, чем гашиш. Может быть, потому русские сильнее нас, как дивана сумасшедший сильнее обычного человека. А если вы еще курите гашиш, то — совсем сходите с ума. Я это видел не раз. Затем, довольно сощурившись, подсыпал несколько комочков гашиша и не торопясь раскурил кальян. Почудился Астманову запах сандала и розы, и когда Ширали протянул ему мундштук, рука сама взяла упругий шелковичный чубук. Дым свободно, в полный вдох, вошел в легкие…. Я для ваших — басмач, так они всех стариков за глаза называют. Иногда не ошибаются… Вот эта кибитка — пристанище пастухов моего отца… Здесь я свой путь закончу. Это правильно. Долго терпела меня земля. Все мои друзья умерли, детей по свету разбросало. Имя чужое у меня… А настоящее, кроме горя, ничего не принесет… Думаю, и твоя жизнь нелегкой будет. Своевольная кровь в тебе. Будешь жить по голосу крови. Хочу помочь тебе и боюсь. Сам вот тоже, не успел или боялся? Ты меня слышишь, Алиша? Она всегда там была. Кто ее строил, не помнили и старики, когда я такой, как ты, был. Если вечером выйти, то до полудня можно добраться. Никого с собой не бери… Пойдешь, Алиша? Не знаю и теперь, на добро или зло тебя посылаю…. В это время каждый год вспоминаю, а ведь сорок лет минуло. Да ведь знай, что память — это и есть жизнь… А доживешь до моих лет — ничего иного не останется. Конечно, если будет что вспоминать. Так вот, в тот год мы переправили свои семьи кто в Афганистан, кто к персам. Там жили наши родичи. А сами вернулись. Были здесь и дела, и старые долги следовало взыскать, кровные долги, Алиша… И еще, один влиятельный человек, наш покровитель из родственников Аманулло-хана, поклялся выполнить все наши просьбы, если мы проведем в Мерв, по-вашему — Мары, двух русских офицеров. Это было опасно, так далеко уходить, но афганские власти могли нас попросту выдать пограничникам-комиссарам, ограбить, отнять последнее. У них тоже было тогда неспокойно. Эти офицеры были не такие, как у вас теперь. Они знали наш язык, а между собой говорили как инглизы, хорошо держались в седле и все тропы знали лучше нас. Где переправляться, где остановиться на дневку — мы слушали их… От Мазари-Шарифа мы двинулись на Тахта-базар, а потом по пескам в Мерв. Там уже много чужого народа было, копали большой арык от Мургаба к Аму…. Астманов, забыв про кальян, впитывал каждое слово Ширали, понимая, что старик оставляет ему завещание, приобщая к тайне, обладание которой слаще самого крепкого гашиша. Ликовала душа, в которую вселился Дух пустыни…. Если сейчас поехать, я вспомню дом, куда они зашли. Часа они не провели под его крышей… Вышли, как хозяева, спокойно. Только я заметил на их обуви следы глины, и еще у того, что постарше, рукава рубашки были мокрые, будто застиранные. Потом, когда пришла пора уходить, они сказали, что будут добираться по железной дороге в Казанджик… Я вызвался идти с ними и помочь собрать верных людей на обратный путь. Не мое было дело спрашивать, почему они решили уходить в Иран, дорогу на Гомбеде-Кабус я знал. Все шло хорошо, но под Уллу-Кала наткнулись на кзыл-аскеров, не простых, а настоящих барсов пустыни. Были и такие, Алиша. Отбивались мы, да что толку! У них пулеметы, горная пушка, без счета гранат… Что последнее видел — у восточной стены офицеры стояли на коленях. Думал, молятся перед смертью. Нет, Алиша, они прятали то, за чем шли с нами в Мерв и Казанджик. Потом снаряды стали рваться ближе к нам… Очнулся я уже в Кизил-Арвате, в зиндане. Знаешь, о чем меня спрашивали? Куда и зачем ходили эти русские офицеры. Но если бы кожу с меня содрали — не сказал бы. Знаешь, почему? Там, где меня спрашивали, били сапогами и плетью, на стене, перед смертью, мой брат имя свое написал. Я хотел уйти к нему в этом же месте… Там было много имен…. Что прятали офицеры? Ширали отогнул край ветхого паласа, поддел узкую доску пола и, запустив руку по локоть в черную дыру, вынул сверток. На изумрудном иранском шелке тускло блеснули старинный перстень, ажурный шарик и причудливая массивная серьга. Особняком в этой «коллекции» лежал потемневший винтовочный патрон. На камне что-то вырезано… Голова быка? Или льва… Нет, определенно быка. Почему в нем сквозное отверстие и что за странный узор… Украшение? Что в этой компании делает патрон? Старик протянул перед собой ладони, приглашая к действию. Астманов потянул медное жало и вытряхнул из гильзы свернутый в трубочку клочок бумаги. Старик довольно засмеялся:. Я долго не мог понять, что здесь делает патрон, какая ему цена… Хочу, чтобы ты знал: там было еще два десятка царских червонцев, но они без лица… Деньги и есть деньги. Астманов поднес клочок коричневатой бумаги к лампе. След графита уже осыпался, но по бороздкам, напрягая зрение, можно было прочитать слова: «Балх. Тилля т. А вот Тилля-тепа — Золотых холмов там много. Где найдут парочку сережек или кольцо — тот и «золотой». Вот, смотри, не в Балхе, здесь найдено, — старик поглубже запустил руку в тайничок. На коричневой сморщенной ладони словно ожила под зыбким светом миниатюрная женщина. Обнаженная грудь, гордо поднятая голова с короткой прической, манящий изгиб бедер. За спиной то ли крылья, то ли разлет накидки. Черты лица поразили Астманова. Круглый, детский овал, полные губы и большие глаза… Как будто звала к себе. Астманов безотчетно поглаживал изгибы фигурки, ловя себя на том, что не ощущает прохлады металла. Потому Всевышний запретил мастерить себе подобных из камня, золота и прочего… Ты лучше ответь на мой вопрос: вот то, что ты увидел, стоило прятать перед смертью? Нет, так давай скажу: ради этого стоило рисковать жизнью? Горстка золота. Этой же ночью после отбоя Астманов ушел в пустыню. По его расчетам, до крепости было не более сорока километров — восемь часов хода. Двадцать до Узбоя — соленого ручья, а потом от старой кошары на юго-восток. Недалеко от кошары, у засыпанного колодца, Астманов уже бывал. Там, словно мираж среди бурых песков и чешуйчатого такыра, цвели в эту пору павлиньи хвосты. Нет, не цвели — горели золотисто-розовым, жемчужным огнем. Исполосовать бы его худую задницу за экипировку, с которой вышел он в пески, да некому было. Три фляги, раздутые холостыми выстрелами, наполненные по горлышко отваром янтака — верблюжьей колючки, горсточка соли, лепешка, полпачки зеленого чая, комок нутряного бараньего жира, две коробки спичек, три пачки махорочных сигарет «Донские», простыня, саперная лопатка, заточенная по всей кромке не хуже ножа, компас и артиллерийский бинокль. И восемьдесят километров песков и такыра в пустыне Кызылкум в середине мая. Восемьдесят, если туда и обратно идти по линеечке…. Посмотри с вершины бархана на пенящийся вдали поток. Посмотри, взывает Дух пустыни, — это не мираж… Глянешь, и прибавляется сил втрое. Чудо: белопенная речушка в пустыне. И рванешь к ней из последних сил, тем более что розовым огнем горят на ее берегах деревья. Но чем ближе белые кружева, тем тревожней на душе…Что-то не так. И только когда глаз различает, что буруны стоят на месте, вдруг со страхом чувствуешь тишину. Узбой — горько-соленая, тяжелая, как ртуть, вода. И не пена на берегах потока, а застывшая горькая соль. Не дай бог сделать глоток или положить щепотку соли на язык — последнюю воду безудержным поносом вытащит из тела. Это ловушка для чужаков. Или для тех, кто еще не покорился Духу пустыни, презирающему саму суть надежды…. Алешка спорым шагом вышел к Узбою на рассвете. Половина пути к цели пройдена. У развалин кошары, нарубив сухой колючки, развел костерок и вскипятил красный отвар из фляги в жестяном чайнике, оставленном пастухами неведомо в какие времена. В кипяток засыпал щепоть зеленого чая и, подождав, пока развернутся листья, добавил соль и комочек бараньего жира. Прихлебывая солоноватый, пахучий чай, известный ему с детства под названием «калмыцкого», Астманов посматривал на полоску рассвета за Копетдагом. Ничего хорошего этот день не обещал: в мутно-красном ореоле всходило солнце. Он пытался припомнить, каким был вчерашний закат… Если грянет «афганец», лучше сейчас поворачивать в батальон. Солнце красно поутру — моряку не по нутру». Морские пословицы-приметы и в песках верны! Но чай и табак — два демона. И если тебе двадцать лет, то утро, начатое с «калмыцкого» чая и махорочной сигареты, может вскружить голову. Пыльные бури здесь обычно набирали силу к двум часам пополудни, и Алешка решил, что до красной мглы вернется к Узбою. А там, хоть вслепую, дорога одна: по узкой полосе такыра можно выйти к грунтовке в часе ходьбы от городка. Тихий шорох сзади заставил напрячься, рука скользнула к саперной лопатке. Не вставая, резко, всем корпусом Алешка крутанулся на песке. Рука, поднятая для удара, застыла над головой. Метрах в пяти, опираясь на кривые мощные лапы, угрожающе разинул пасть метровый варан. Обычно эсдерха — «крокодилы пустыни» — улепетывали от человека. И чем крупнее, тем пугливее, осторожнее они были. А этот сипел и раздувался, прогоняя чужака. Какая хватка у этой крупной рептилии, Алешка уже знал. Месяц назад, изловив такого же «крокодила», солдаты додумались посадить его перед казармой в нишу, накрытую тяжелой железной решеткой для чистки подошв от глины. Естественно, уселись в курилке и катались от смеха, наблюдая за реакцией входящих. Астманов «удачно» наступил на арматуру и, только когда что-то сильно дернуло его за каблук, увидел пленника. Каблук остался в пасти рептилии. Старый способ — метни варана на веревке к соседу во двор, он мертвой хваткой уцепится за первый попавшийся предмет, и тащи добычу. Алешку смутило бесстрашие ящерицы. В чем дело? Он осторожно подтянул к себе имущество, разложенное на простыне, и, не вставая с колен, отодвинулся подальше от костерка. Все прояснилось позже, когда он, взяв курс на Уллу-кала, обогнул развалины кошары. Варан осторожно наметал ребристым хвостом песок на желтоватые шарики. Самка, — с облегчением рассмеялся Астманов. Теперь понятно, почему на него разозлился варан…. К Уллу-кала он вышел к полудню, когда половина неба была уже затянута желтой пеленой. На гребне бархана сориентировался. Вот этот оплывший вал — восточная стена. Измерив дважды шагами длину стены, Астманов остановился на середине и начал разгребать лопаткой слой наметенного песка. Когда же лезвие зацепило твердый грунт, расстелил простыню и стал ссыпать на нее суглинок из траншейки. Через час белый лоскут был засыпан слоем суглинка, а наградой за труды стали три позеленевшие гильзы от трехлинейки, источенное ржавчиной кольцо и обрывки задубевшей сыромятной кожи. Сущая свалка…. Бежать, бегом бежать отсюда — заметет заживо. По трое суток, бывает, висит красная мгла. Ну, ладно, попробуем поближе к стене. Лопата вошла в грунт и едва слышно царапнула по твердому. Опять гильза? Не врал старик, жаркое здесь было дело. Нет, крупнее… Заинтересованный, Алешка запустил руку в раскоп. Так, перекрестье какое-то… Расширяя пальцами пространство вокруг неведомой находки, он вздрогнул от резкой боли. Выдернул руку и, сдерживая накат тошноты, увидел глубокие порезы на подушечках указательного и безымянного пальцев. Гибельная смесь злости, разочарования и тревоги заполнила все его существо. Все одно к одному! Стряхнув землю с простыни, Алешка оторвал полоску ткани, наскоро перетянул кисть выше сустава. Затем, поеживаясь от боли, помочился на порезы. Не то чтобы отвара янтака было жалко, но своя моча сродни хорошему дезинфицирующему раствору в таких вот случаях. И ведь полегчало! На смену злости и отчаянью пришел безудержный смех. Алешка вспомнил, как в детстве муж его двоюродной бабки, Любови Ивановны, старый еврей Исай Львович, равнодушно-мудро советовал, видя затруднения пацана: «Сходи, поссы…». А смех был сродни припадку. Это за собой Алешка знал — в самый неподходящий момент открывался ему неведомый другим юмор ситуации. И вот с этим смехом он вцепился в лопатку и яростно стал долбить серую глину Уллу-кала, намереваясь извлечь чертов предмет. После серии ударов что-то вновь скрежетнуло, и Алешка увидел внушительную зазубрину на кромке лопатки. Правую руку в раскоп он запускал уже куда осторожней. Пальцы вновь нащупали перекрестье, и на свет появился странный, пепельного цвета предмет — крест, наподобие того, что носят священники на рясе. Такой, да не совсем! Концы креста были плавно изогнуты. Один конец креста был наполовину обломан. Какие фашисты здесь в тридцатых годах. А вот где фюрер взял символ — это точнее… Индия. Циклоида в кольце…». Астманов осторожно провел по излому ногтем, ощущая его бритвенную остроту. Можно было и без пальцев остаться! Излом посверкивал каплей росы на рассвете. Сталь не бывает такой теплой и полупрозрачной в тонком слое. Но крест был явно литой, да еще ромбического сечения. Алешка прижал излом к лопатке и с силой провел им по стали. Поползла тонкая кудряшка металлической стружки…. Дальнейшие действия Астманова можно назвать автоматическими. Он бросил гильзы и ржавое кольцо в раскоп и тщательно замаскировал следы поисков. Саперную лопатку присыпал у стены с обратной стороны. Находку обернул носовым платком и спрятал во внутренний карман гимнастерки…. Можно идти назад. Кто это сказал? Конечно, Дух пустыни. Иди, ходок, уноси неведомую тебе драгоценность. Уноси, если сможешь… Нет для нее стражей. Она сама хранит себя. Эх, сглупил Астманов — рванул, как беглец, как начинающий щипач от обворованного фраера, прижимая к груди добычу. На вершине бархана, в километре от крепости, попытался сориентироваться. Бесполезно: видимость нулевая, и компас странно заплясал. А сзади, подвывая, накатывалась бурая мгла. Алешка машинально шагнул по направлению к Узбою, как ему казалось, и едва устоял под мощным ударом ветра. Заплясал песок, закрутились песчаные змеи… А в голове только звенящая пустота. Закрой глаза — и увидишь свинцовую рябь и груду белых костей с клочками рыжей шерсти… Вторым накатом шквала Алешку сбросило с гребня… Последнее, что он достоверно видел, — свои следы, ведущие в Уллу-кала. Алешка, пригибаясь, побрел к крепости. Хватило сил добраться до западной стены. А там — простыню на голову, флягу на грудь и стань, как мертвый. Кто ты перед вечностью песка? Каждая крупинка здесь старше всего живого на земле. Пусть засыпает тебя прах тысячелетий. Этого хочет Дух пустыни…. В январе года Астманов, студент первого курса зоотехнического факультета Дадастанского сельхозинститута, сдавал первую сессию. Отбившись с козырей на «Истории КПСС», он, с чувством выполненного долга, намылился к двоюродному брату. У того собиралась интересная компания, и красного вина было всегда в достатке. На проходной, к своему немалому удивлению, он увидел сущего монгола в новенькой парадной шинели и в погонах лейтенанта. У ног офицера стоял внушительных размеров коричневый «дипломат» с золотистыми застежками и новшеством тех времен — наборным замком. Место службы Кизил-Арват, — лейтенант сделал предупреждающий жест. Я выполняю последнюю просьбу известного вам человека. Назовите его имя и место, где вы его увидели впервые. Автобусная остановка за полком? Будете смотреть? Бери целиком, и с дипломатом. Хвала Создателю, что от него избавляюсь. Офицеру неприлично носить в руках такие коробки. Шифр замка ноль шесть ноль. Всего доброго. Даст бог, встретимся в лучшие времена. Алешка автоматически отметил, что непрост связист — сапоги шитые, звездочки шелком вытканы, да и шинель из генеральского сукна, явно из ателье. Щеголь, а «дипломат» ему, видите ли, не к лицу! В зеленом шелковом платке покоился кальян. Отвинтив чашечку, Астманов осторожно вынул переложенные ватой перстень, серьгу, узорчатый шарик со сквозным отверстием и фигурку крылатой богини. Последним на свет появился патрон. Алешка, как и полгода назад, выдернул пулю и легонько выбил коричневый клочок бумаги. Те же буквы и цифры… Последним он взял копеечный солдатский конверт: «Алиша! Ты нашел то, что стоит спрятать перед смертью. На хранителе — особая печать. Имя находки — дорджи. Остальное — за афганским Кашгузаром. Две тропы к Сары-тепа. Если зайдешь от Айваджа, правая твоя. Не спеши, сынок. Дорджи сам позовет тебя». Война затишья не любит Текст. Автор: Алескендер Рамазанов. Зарегистрируйтесь и читайте книгу бесплатно:. Бесплатно по подписке. Фрагмент Отложить. Читать фрагмент Добавить в корзину. Отметить прочитанной. Текст Война затишья не любит. Узнать больше. Оплачивая абонемент, я принимаю условия оплаты и её автоматического продления, указанные в оферте. Оплатить Отмена. О книге Отзывы 1 Читать онлайн. Шрифт: Меньше Аа Больше Аа. Слаще банджа в кальяне моем… Май, г. Можно, Ширали? Садись… На низеньком столике увидел Алешка «парадный» фаянсовый чайник, пеструю смесь сухих фруктов и леденцов на расписном глиняном лягане, опаловые кристаллы сахара-наваба, две пиалы. Когда-то он служил советнику последнего эмира благословенной Бухары… Астманов завороженно смотрел на золотистый крутобокий сосуд, по которому вился сложный орнамент куфы — особого начертания арабских букв. Глаза старика весело блеснули: — Молодец, Алиша! И слова здесь не арабские… — Ширали, а это не грех для правоверного? Дым свободно, в полный вдох, вошел в легкие… — Я, Алиша, знаю, скоро ты уедешь, — доносился издалека ровный голос Ширали. Что там я увижу, кроме старой глины? Там уже много чужого народа было, копали большой арык от Мургаба к Аму… Астманов, забыв про кальян, впитывал каждое слово Ширали, понимая, что старик оставляет ему завещание, приобщая к тайне, обладание которой слаще самого крепкого гашиша. Ликовала душа, в которую вселился Дух пустыни… — В Мерве все прошло спокойно, они взяли меня одного. С этой книгой читают:. Елена Вавилова. Нетворкинг для разведчиков. Как извлечь пользу из любого знакомства. Серж Винтеркей. Книга Пушистая хранительница его высочества. Ольга Гусейнова. Истинное наказание. Убийства и кексики. Детективное агентство «Благотворительный магазин». Я переиграю тебя. Алекс Ключевской Лёха. Незаконный наследник. Остаться при своём. Сергей Лукьяненко. Любовь со смертью. Другие книги автора:. Алескендер Рамазанов. Последний легион империи. Зачем мы вернулись, братишка? Родная афганская пыль. Трагедия в ущелье Шаеста. Дивизия цвета хаки. Читайте эту книгу бесплатно. После регистрации ссылка на книгу будет отправлена на указанный Вами e-mail. Читай где угодно и на чем угодно. Как слушать читать электронную книгу на телефоне, планшете. Доступно для чтения. Установить приложение. Откройте « » и найдите приложение ЛитРес «Читай! Установите бесплатное приложение «Читай! Войдите под своей учетной записью Литрес или Зарегистрируйтесь или войдите под аккаунтом социальной сети Забытый пароль можно восстановить. В главном меню в «Мои книги» находятся ваши книги для чтения. Вы можете читать купленные книги и в других приложениях-читалках. Скачайте с сайта ЛитРес файл купленной книги в формате, поддерживаемом вашим приложением. Загрузите этот файл в свое устройство и откройте его в приложении. Форматы - Для устройств. Для компьютеров. Найти Пожалуйста, введите три или более символа. Полная версия сайта Контакты Служба поддержки Публичная оферта Техническая документация. Мы используем куки-файлы , чтобы вы могли быстрее и удобнее пользоваться сайтом. Подробнее OK. Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок! Условия акции. Чтобы воспользоваться акцией, добавьте 3 книги в корзину:. Не показывать это сообщение.
В Германии разрешат курить «траву». Но не всем и не везде
Гашиш купить Алёшки
Читать онлайн «Война затишья не любит», Алескендер Рамазанов – Литрес, страница 5
Гашиш купить Алёшки
УРА! | Сергей Шаргунов
Гашиш купить Алёшки
УРА! | Сергей Шаргунов
Гашиш купить Алёшки
УРА! | Сергей Шаргунов
Гашиш купить Алёшки
Читать онлайн «Война затишья не любит», Алескендер Рамазанов – Литрес, страница 5
Правительство ФРГ утвердило законопроект, частично легализующий в стране выращивание, хранение и сбыт каннабиса. Среди планов, о которых после выборов года договорились при формировании правящей коалиции немецкие социал-демократы, «зеленые» и либералы, было зафиксировано и намерение разрешить продажу каннабиса взрослым жителям страны «в целях получения наслаждения». По медицинским показаниям марихуану отпускают в немецких аптеках уже сейчас. От щедрого обещания в законопроекте Минздрава, утвержденном 16 августа на заседании правительства ФРГ, осталось немного. Речь идет о весьма облегченном варианте легализации «травы», которую, согласно исследованиям, достаточно регулярно покуривают, покупая у дилеров на черном рынке, примерно 4,5 млн жителей Германии. Представляя в этот день свой законопроект на пресс-конференции в Берлине, министр здравоохранения ФРГ Карл Лаутербах Karl Lauterbach назвал три нерешенные проблемы, которые делают необходимым частичную легализацию каннабиса. Во-первых, рост его потребления - в том числе подростками и молодыми людьми. Во-вторых, это обширная и также растущая преступность в сфере наркоторговли. А третьей проблемой министр назвал очень емкий черный рынок, на котором, по его словам, к наркотикам все чаще подмешивают токсичные вещества или продают товар с очень высокой концентрацией тетрагидроканнабинола ТГК. На первых порах, согласно законопроекту, будет узаконено хранение взрослым человеком 25 граммов каннабиса - либо марихуаны, либо гашиша в чистом виде. Кроме того, будет разрешено выращивать для личных целей на своем частном огороде до трех кустов конопли. Правда, для этого надо прежде объединиться с другими садоводами в своего рода «клуб любителей каннабиса» и получить разрешение местных властей - и на разведение конопли, и на хранение самого наркотика. Клубы будут организованы по принципу товарищества или кооператива, не ориентированных на извлечение прибыли. То есть, члены такого союза фактически будут покупать траву или гашиш сами у себя. Законопроект испещрен всевозможными правилами и детальными ограничениями. Так, предельная месячная норма урожая для личного потребления на одного члена клуба не может превышать 50 граммов, для лиц моложе 21 года - 30 граммов, а содержание ТГК - 10 процентов. Численный состав одного клуба не может быть более человек. В каждом таком союзе должны быть прошедшие соответствующее платное обучение уполномоченные по превентивной работе и по работе с молодежью. Клубы любителей каннабиса не смогут сами себя рекламировать, а также разрешать курить «траву» на своей территории например, в клубном зале и в радиусе метров от входа в него. Такой же запрет действует вблизи школ, детских садов, игровых площадок, молодежных и спортивных учреждений. Чтобы такие клубы не расплодились в Германии, как грибы после дождя, властям федеральных земель поручается установить над ними строгий контроль и ограничить выдачу соответствующих разрешений. В качестве ориентировочной величины назван максимум один клуб на местного населения. Учитывая, однако, тот факт, что правительства некоторых федеральных земель выступают против какой бы то ни было легализации каннабиса, можно ожидать, что, например, в Баварии местные власти будут в этом отношении особенно придирчивыми и медлительными. Сохраняются и наказания за злоупотребления. Тюремное наказание сроком до трех лет или денежные штрафы грозят тем, у кого обнаружат более 25 граммов марихуаны или более трех кустов конопли в саду. В особо тяжелых случаях, если будет доказан факт торговли «излишками» наркотика, могут посадить и на пять лет. Вместе с тем лица, осужденные в прошлом за деяния, которые по новому закону не будут считаться преступлением, могут рассчитывать на реабилитацию и исключение их судимости из центрального уголовного регистра Германии. Что же касается обещанной в коалиционном соглашении свободной продажи - пусть и в специализированных и сертифицированных магазинах - каннабиса «в целях получения наслаждения», то ее введение откладывается. Она предусмотрена только на втором этапе - и не повсеместно, а в отдельных регионах в виде тестовой научной фазы. По прошествии пяти лет ученые должны будут подвести итог: эксперимент оправдался или нет. Несколько немецких городов уже заявили о своем желании стать подопытной площадкой. Среди них Франкфурт-на-Майне, Бремен, а также Мюнхен, мэр которого, в отличие от консервативного премьер-министра Баварии, социал-демократ. Разработка законопроекта сопровождалась в Германии острыми спорами между сторонниками и противниками легализации каннабиса. Они приводили финансовые аргументы: налоги с легальной торговли каннабисом вкупе с экономией на мерах по пресечению торговли им обеспечили бы, по их подсчетам, ежегодную прибавку бюджета в 4,7 млрд евро. Кроме того, по их оценкам, легализация каннабиса неизбежно приведет к повышению качества товара, падению наркопреступности и уменьшению масштабов черного рынка, на котором часто продают марихуану с опасными для здоровья примесями. Категорически против плана правительства выступали союз немецких врачей, объединение педиатров, профсоюз полицейских и судейский союз. Медики обращали внимание на опасность для умственного развития особенно молодежи в возрасте до 25 лет, на риск перехода от мягких к жестким наркотикам. Судьи и полицейские, в свою очередь, говорили, что придуманная в Минздраве модель легализации каннабиса им никакого снижения нагрузки не даст. Ведь и дальше надо будет следить за соблюдением огромного числа всевозможный бюрократических правил и преследовать нарушителей. Сам министр Лаутербах, однако, уверен в преимуществах именно немецкого пути борьбы с ростом потребления марихуаны и гашиша, называет будущий закон «поворотным моментом» в политике правительства по борьбе с наркоманией и наркопреступностью. Министр считает, что его модель позволит как минимум остановить рост потребления каннабиса в Германии, а, может быть, даже приведет к его сокращению. Вт, За рубежом. В Германии разрешат курить «траву». Но не всем и не везде. Deutsche Welle. Три проблемы министра здравоохранения. Немецкая педантичность. Аргументы «за» и «против» легализации.
Алёшки купить Мефедрон, Скорость Альфа-пвп
Кокаин, Бошки, Шишки Норильск купить
Гашиш, Экстази, Марихуана купить Дубровник
Соль, альфа пвп купить Чандидаса