Габриэль Гарсиа Маркес: «Встретимся в августе»
![](/file/fb0f21052cca3d0a3667f.jpg)
Габриэль Гарсиа Маркес, которого часто называют современным Сервантесом, – один из самых известных латиноамериканских писателей всех времен. Он получил Нобелевскую премию по литературе в 1982 году и наиболее известен романами «Сто лет одиночества» (1967) и «Любовь во время холеры» (1985). Названия его романов стали своего рода синонимами «магического реализма» — стиля, который был крайне популярен во время латиноамериканского бума в середине прошлого века. Но что такое «магический реализм» и почему «Габо», как ласково называют в Америке Маркеса, использовал такого рода реализм в своих произведениях?
Маркес родился в городе Аракатака в Колумбии 6 марта 1927 года. Он изучал право в Картахенском университете, но бросил данное поприще, чтобы продолжить карьеру журналиста. Вскоре он начал писать художественную литературу и после первого успеха опубликовал книгу под названием «Сто лет одиночества». В ней рассказывается о постепенно мельчавших семи поколениях семьи Буэндиа в вымышленном городе Макондо. Роман считается совершенным эталоном магического реализма, где волшебные элементы вплетены, казалось бы, в самую естественную повседневность.
В «магическом реализме» чудо становится органикой жизни, естественной реальностью текста. Надо сказать, что этот жанр отнюдь не эскапистский: речь идет о магии, чуде, как о неотъемлемых элементах реальной жизни.
Успех данного жанра в Латинской Америке, особенно в 60-е годы, можно обосновать тесной связью и одновременно непримиримым столкновением двух миров на одной территории: встречи современного мира с миром традиционным. Например, на вопрос, почему европейцы не поняли магический реализм, сам Маркес ответил: «Это, конечно, потому что их рационализм не позволяет им увидеть, что реальность не ограничивается ценами на помидоры и яйца». Эту точку зрения разделяет Филип Суонсон, профессор испанского языка в Шеффилдском университете: «По сути, идея состоит в том, что наше восприятие реальности определяется нашими культурными представлениями. Жители Макондо ничего не думают о молодой девушке, возносящейся на небеса, или о священнике, левитирующем после чашки горячего шоколада, но их поражают и сбивают с толку поезда, проигрыватели, фильмы и вставные зубы. Таким образом, наше так называемое видение Первого мира — не единственный способ понимания мира».
Снискав признание и известность в Латинской Америке, магический реализм впоследствии оказал огромное влияние на мировую литературу. Вероятнее всего, это произошло именно в Латинской Америке из-за уже означенного выше противоборства. Кроме того, история власти региона, от колониальной до диктаторской, также может быть еще одним объяснением развития этого жанра в первую очередь в Латинской Америке.
Главный элемент магического реализма Маркеса — это время, а именно замысловатые круги времени, описанные писателем. Например, история романа «Любовь во времена холеры» начинается ближе к концу, а затем возвращается к началу (когда Урбино, Даса и Ариса становятся подростками), а после выходит за пределы того момента, с которого она началась (смерть Урбино). Деконструкция привычной линейной хронологии Гарсиа Маркеса дискредитирует идею линейного исторического «прогресса», указывая на циклический характер исторического процесса. Цикличность и создает чудесность нарратива, побуждая читателя обратить особое внимание на то, что происходит в тексте здесь и сейчас, — потому что это обязательно произойдет снова.
Габриэль Гарсиа Маркес умер десять лет назад, но ранее не публиковавшаяся книга автора, популяризировавшего знаменитый латиноамериканский жанр, неожиданно появилась в книжных магазинах 6 марта в 2024 году, причем в некоторой степени вопреки авторскому желанию. На презентации в Мадриде его сыновья, Гонсало и Родриго Гарсия Барча, представили последний и ранее не публиковавшийся 120-страничный роман Маркеса «Встретимся в августе». По данным издательства Penguin Random House, книга вышла на испанском языке в среду, в день рождения Гарсиа Маркеса. Перед своей смертью в 2014 году в возрасте 87 лет Гарсиа Маркес заявил, что книга бесполезна и ее следует уничтожить, но его сыновья просмотрели различные рукописи и сочли, что они имеют литературную ценность, которую перед своей смертью, возможно, уже не осознавал сам автор: последние годы его жизнь ознаменовалась потерей памяти.