Государства Центральной Азии говорят о сотрудничестве, но интеграция пока остается мечтой
Navbahor Imamova![](/file/b0f3a4d38c60fe70a05f0.png)
📣 Опубликовано каналом: @centralasianow
Лидеры пяти государств Центральной Азии пошли на более тесное сотрудничество, но до интеграции, которая была целью региона на протяжении десятилетий, еще пока далеко. Аналитики говорят, что пятерка все еще должна укреплять взаимное доверие, балансируя при этом между Россией и Китаем.
Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев на саммите в Чолпон-Ате (Кыргызстан) 21 июля подчеркнул позитивные моменты, заявив, что региональный диалог создал конструктивную среду для многостороннего сотрудничества.
«Мы устранили многие барьеры для свободного движения товаров и людей», – сказал он. «Сейчас у нас активные культурные и туристические обмены. Это позволяет нам расширять торговлю и инвестиции» в регионе, где проживает более 77 миллионов человек, большинство из которых моложе 45 лет.
Мирзиёев и президенты Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Туркменистана акцентировали внимание на прогресс, достигнутый в области экономических связей и коммуникаций, климата и зеленой энергетики, туризма, совместного использования водных ресурсов и инвестиций в гидроэнергетику.
Публично умолчав о войне России в Украине и недавних гражданских протестах, переросших в насилие в Казахстане, Таджикистане и Узбекистане, лидеры также договорились о создании сети служб безопасности и разведки. Наблюдатели отмечают, что правительства склонны возлагать вину за кровопролитие на «иностранные элементы».
Президент Таджикистана Эмомали Рахмон, правительство которого беспокоится о возможных «спящих ячейках» в Афганистане, заявил, что пять стран должны работать вместе против «угроз терроризма, экстремизма, наркотиков и торговли оружием, киберпреступности и других форм трансграничной организованной преступности».
Новый лидер Туркменистана Сердар Бердымухамедов высказался в том же духе, заявив: «В условиях крайнего обострения ситуации в мире нам необходимо сохранять единство и солидарность».
Как и его коллеги, он пообещал более тесное партнерство в области транспорта, связи и водных ресурсов.
Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев подчеркнул, что Центральной Азии еще предстоит раскрыть свой транспортный и логистический потенциал. Он сказал, что его правительство намерено развивать транскаспийский коридор, протянувшийся из Китая и Казахстана через Каспийское море в Азербайджан, Грузию, Турцию и части Восточной Европы.
Он сказал, что Казахстан также готов участвовать в строительстве железной дороги от Пешавара на северо-западе Пакистана через Кабул до Мазари-Шарифа на севере Афганистана.
Президент Кыргызстана Садыр Жапаров признал, что его стране еще предстоит решить пограничные споры с Узбекистаном и Таджикистаном.
Жапаров призвал своих коллег подписать предложенный договор о дружбе, добрососедских отношениях и сотрудничестве. «Я надеюсь, что этот договор послужит надежной основой для общего процветания в Центральной Азии».
Но Туркменистан и Таджикистан пока не готовы сделать это и говорят, что все еще изучают документ.
Эксперты по Центральной Азии подозревают, что авторитарные лидеры этих двух стран не хотят быть более решительными, по сравнению с более уверенными в себе президентами Казахстана, Узбекистана и Кыргызстана. Закрытая экономика Туркменистана создает барьеры для сотрудничества.
«Тем не менее, это все равно должно стать отправной точкой», – говорит Темур Умаров, научный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир.
По словам Умарова, активизация дискурса о более тесном сотрудничестве отражают динамизм отношений.
«Политические лидеры заинтересованы, по крайней мере, в том, чтобы вместе подумать о том, каким может быть будущее региона. Несколько лет назад такого не было».
Ученый из Ташкента Фархад Толипов сказал, что лидеры «видят необходимость в более тесном сотрудничестве, и это должно привести к созданию собственных институциональных структур». В настоящее время, по его словам, регион склоняется к блокам, возглавляемым Россией и Китаем.
Умаров считает Узбекистан и Казахстан самыми близкими партнерами в регионе, «и это хорошо, так как было бы гораздо легче добавить другие страны к инициативам существующего сильного партнерства между двумя крупнейшими экономиками Центральной Азии».
Ежегодные консультации между лидерами пяти стран – это «огромный скачок вперед», добавил он. «Это не только прекрасная возможность встретиться исключительно без какого-либо иностранного участия, но и создать нужные связи».
Марлен Лярюэль, директор программы по Центральной Азии в Университете Джорджа Вашингтона, согласна с ним.
«Мы видим тенденции к расширению регионального сотрудничества, но именно сотрудничества, а не интеграции», – сказала она «Голосу Америки». «Создание блока пока нереально. Еще слишком много взаимного недоверия».
По ее словам, препятствиями являются различия в политических подходах и отсутствие восходящего импульса к интеграции.
Токаев предложил включить в состав будущих региональных саммитов представителей России и Китая, но Умаров отметил, что у этих держав уже есть другие площадки для диалога с регионом.
«Это должно быть сделано без ущерба для безопасного пространства, где государства Центральной Азии могут вести открытую дискуссию о чем угодно, включая их политику в отношении Китая и России», – сказала Марлен Лярюэль.
Узбекский аналитик Анвар Назир считает зависимость от Москвы и Пекина еще одним препятствием на пути к более тесной интеграции.
«Пока лидеры боятся этих держав и опираются на них, Центральная Азия не станет независимым регионом», – сказал он.
Несколько таджикских экспертов сказали «Голосу Америки», что они по-прежнему видят глубокое влияние Кремля на политический менталитет в регионе.
Но американские политики видят, что страны Центральной Азии наконец-то действуют в своих собственных интересах.
Помощник госсекретаря США по делам Южной и Центральной Азии Дональд Лу недавно сказал «Голосу Америки», что регион теперь формирует повестку дня диалога C5+1 совместно с Вашингтоном.
«Это именно то, на что мы надеялись: страны Центральной Азии теперь имеют свой собственный голос», – сказал Лу. «Это действительно демонстрирует, что это – суверенные страны с собственными интересами и повесткой дня. Центральноазиатские страны демонстрируют лидерские качества, открыто говоря нам, чего они хотят от этих отношений».