ГЛАВНЫЙ БОГ ДРЕВНЕСЛАВЯНСКОГО ПАНТЕОНА - ПЕРУН
ГЛАВНЫЙ БОГ ДРЕВНЕСЛАВЯНСКОГО ПАНТЕОНА - ПЕРУН
(Компиляция двух статей)
СЛОВО Перун производят от корня пар-пь (е) р-и суффикса ун и сопоставляют с греческим (гром, молния, громовой удар), а также с прозванием индийского божества Индры-Parjanya-Parganya (молниеносная туча от корни prg (prc) разсекать, окроплять, прыскать. Литовский глагол perieti (наст. вр. periu) означает: производить посредством теплоты, высиживать, рождать, творить. Слово это стоит в родстве с лат. pario и русским областным парить, высиживать яйца; парунья-наседка. В санскрите корень par сохранился в двух производных словах: partr-хранитель и paru-солнце, огонь, теплота; рус. – пар, парить (о томительном знойном воздухе перед грозою), преть; парунь-жара, зной. Полагают, что от этого корня произошло две формы: одна действительная Пер-ун, т. е. производитель, творец; другая страдательная – парень, т. е. произведённый, рождённый, сын. Акад. Корш нашего Перуна сближает с албанским именем божества перынди, т. е. говоря по – латыни, Perunus deus. “Литовское Prcunas, очевидно, родственное албанскому (и, вероятно, иллирскому) и русскому имени этого бога, но фонетически не соединимое ни с тем, ни с другим, должно объясняться народной этимологией. – О славянском происхождении имени Перун теперь не может быть речи”, говорит Корш. Корш не говорил, каким образом из Албании Перун попал на Русь и оказался зарегистрированным нашей Начальной летописью в числе русских богов.
Память о Перуне осталась в языке у славян. По белорусскому преданию, Перун в левой руке носит колчан стрел, а в правой лук. В Псковской губернии и Белоруссии и теперь ещё слышатся клятвы “Сбей тебя Перун”, “Коб цябе Перун узяв”, или “треснув”. По белорусскому преданию Перун разъезжает по небу в огненной колеснице и бросает с огненного лука стрелы – молнии. В других местностях эти действия приписываются Илье – пророку. Очевидно, Илья пророк смешивается с языческим Перуном. В одном причитании Илья изображается распорядителем грозовых сил природы и прямо называется “громовым”. Иногда слова – гром и Перун являются синонимами:”Перун стрела в тебя”, говорят словаки; а чехи эту мысль выражают так: “Гром в тебя”. Слово Перун в современной живой речи нам не приходилось слышать. Но слово переть – употребляется и в настоящее время. По современному слово – употреблению переть – значит: 1) медленно надвигаться, лезть, напирать (куда лезешь, куда прёшь?); 2)грубо обладать, оплодотворять, спаривать, спариваться, оттуда пара – двое, пар – теплота; 3) мыть, стирать, собственно колотить бельё на реке вальком; в Смоленской губернии существует слово пральник; в Харьковской – пранык – валек. От глагола переть происходит слово пар – испарение; в жаркий день от сырой земли заметно для глаза струится пар, испарение; пар в бане от обливания водой горячей каменки (“поддай пару”). Словом “ пареня “ в Смоленской губернии называют поле, на которое вывезён навоз, чтобы он, перепрев, удобрил ниву. Глагол парить – означает подвергать одновременно теплу и влаге (оттуда подопревать), парить, париться в бане веником; спаривать животных. По литовский ka paperieje? – кого она родила?. По древни славянский перу – я ударяю; Перун, следственно тот, кто ударяет. Принимая во внимание вышеизложенное, можно признать, что в Перуне олицетворялась быстро надвигающаяся на землю грозовая туча, несущая дождь и оплодотворяющая землю. Известно, сто урожай у нас зависит от количества дождя, выпадающего весною и летом. Чем больше тёплых дождей, от действия которых земля парится, т. е. делается сырой и влажной, тем лучше и урожай. Но туча несёт с собой не один дождь: из неё вьётся ослепительная, нередко разящая молния; туча издаёт устрашающий и таинственный гром. Случаи пожаров и смерти от молнии не редки. И потому Перун был божеством не только благодетельным, но и грозным. Не даром Новгородский Перун держал в руках палицу. В договорах русских с греками, русские клялись Перуном и оружием; Перун, следовательно, был богом войны. Грозовая туча с дождём и молнией – предмет конкретный, не требующий абстрактного напряжения мысли; а потому Перуна легко было представить в конкретных формах. Скульптурное (из дерева) изображение Перуна, вместе с изображением Велеса, бога стад принадлежало к древнейшим; и поклонение этим богам было наиболее распространено, что видно из договоров русских с греками. Итак, Перун олицетворял собою гром и молнию, вообще тучу; к нему, как к Зевсу, наиболее идут эпитеты – туче гонитель и громовержец. Не даром в древнеславянском переводе греческого сказания об Александре Македонском вместо Зевса поставлен Перун.
С введением в России христианства древние верования в Перуна смешались с новыми христианскими: многие черты Перуна были перенесены на Илью пророка. Смешение Перуна с Ильёй обусловливалось с одной стороны тем, что празднование последнему (20июля) бывает в пору наибольшего напряжения тепла; к тому же в эту пору часто бывают грозы. В "Ильин день" в деревне никто не станет работать. "Илья мал праздник, но вреден", говорят крестьяне в Смоленской губернии. Главная же причина смешения Ильи с Перуном заключается в библейском разсказе: по молитве пророка Ильи спал с неба огонь и попалил жертву; по молитве же пророка было разрешено небо и напоена водою земля. В апостольском чтении на Ильин день и в молитве во время бездождья также упоминается, что пророк Илья своей молитвой посылал на землю бездождие и открывал дождь. Наконец, о пр. Илье повествуется, что он был взят на небо в огненной колеснице. В народном сознании даже и в настоящее время Илья пророк представляется скорее языческим божеством, чем христианским святым. Когда из надвигающейся тучи гремит гром и сверкает молния, и теперь ещё (например, в Смоленской губернии) говорят: “ Илья пророк едет в огненной колеснице по небу и мечет свои стрелы в нечистого (беса)”. Дожиная ниву, благочестивая крестьянка оставляет пучёк несжатых колосьев, и это называется: ” оставить Илье на бороду”, - память о некогда приносимых жертвах. Победитель дракона св. Георгий Победоносец (Егорий Храбрый) также носит на себе многие языческие черты, перенесенные на него, вероятно в Перуна. Св. Георгий, победитель змея, считается покровителем стад и вообще животных. Но это сближает его, скорее с Велесом.
Таким образом, языческий элемент сказался в народных легендах об Илье пророке и Георгии Победоносце. Но древние наши книжники игнорировали древне устное творчество, а потому в обличительной древнерусской литературе мы не знаем особых произведений, которые бы затрагивали вопрос о неправильном веровании в пр. Илью и св. Георгия. Причиной этого, вероятно, было то обстоятельство, что народные верования в этих святых не отражались заметным образом на внешнем культе.
Е. В. Аничков полагает, что Перун не был богом славян; культ Перуна – дружинно-княжеский культ киевских Игоревичей. Сначала идол Перуна стоял в самом теремном дворе Игоревичей, или в другой какой-нибудь местности, где Игоревичи владели своей собственной священной рощей; когда же князь и его дружина стали политической властью, Перун был поставлен "вне двора теремнаго", не холм, окружённый сонмом других богов; Владимир объявил свой военно-дружинный культ общим культом. Аничков склонен сближать слово Перун с fergunia — холм, ferguni — земля. Но мы имеем ясные указания, что Перун был, почитаем простым народом. В слове св. Григория сообщается, что Перуну долго ещё молились по украйнам, т. е. когда уже в городах язычество было совершенно оставлено и забыто. Долгую память о Перуне подтверждает и Христолюбец. Из этого видно, что Перун был божеством не аристократии, а простонародья. Таким образом, сам собою падает и вопрос, где раньше стоял Перун, прежде чем Владимир поставил его вне своего двора.
Гальковский Н.М. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси. 1916 г
* * *
ПИСЬМЕННЫЕ ИСТОЧНИКИ О ПЕРУНЕ
"ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ" разных списков:
"И если кто с русской стороны помыслит разрушить такую любовь… то некрещёные да не получат помощи ни от Бога, ни от Перуна, да не защитятся щитами своими, и да погибнут они от мечей своих, от стрел и от иного своего оружия, и да будут рабами в этой жизни и в загробной" ("И иже помыслять отъ страны Русьскыя раздрушити таку любъвь... елико ихъ есть не крьщено, да не имуть помощи отъ Бога, ни отъ Перуна, да не ущитяться щиты своими, и да посѣчени будуть мечи своими и отъ стрѣлъ и отъ иного оружия своего, и да будуть раби въ сь вѣкъ и въ будущии");
"И наутрия призва Игорь слы и приде на холм, кде стояше Перун, и покладоша оружие свое и щиты и злато; и ходи Игорь роте и людие его, елико поганых руси";
"А если выше сказанного не выполним…, да будем прокляты Богом, в которого веруем, Перуном и Волосом, скотьим богом, да будем желты, как золото, и да будем посечены своим оружием." ("Аще ли тѣхъ самѣхъ преже реченыхъ не съхранимъ... да имѣемъ клятву отъ Бога, в ньже вѣруемъ, отъ Перуна и отъ Волоса, скотия бога, и да будем злати, якоже злато се, и своимь оружиемь да исѣчени будемъ.");
"И начал княжить Владимир в Киеве один, и поставил идолы на холме, вне теремного двора: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, Хорса Дажьбога, Стрибога, Симаргла и Мокошь." ("И нача къняжити Володимеръ въ Кыевѣ единъ, и постави кумиры на хълмѣ вънѣ двора теремьнаго, Перуна древяна, а главу его сьребряну, а усъ златъ, и Хърса Дажьбога и Стрибога и Сѣмарьгла и Мокошь.");
"и пришед Добрыня к Новугороду, постави Перуна кумира над рекою Волховом, и жряхуть ему людье новгородьстии акы Богу";
"вошёл бес в (идол) Перуна и начал кричать: «О горе мне! Достался немилостивым сим рукам!». И скинули его в Волхов. Он же, проплывая под большим мостом, бросил палицу на мост и сказал: «На этом да поминают меня новгородцы». Безумные дерутся ею и ныне, творя утеху бесам." ("вшелъ бѣаше бѣсъ въ Перуна и нача кричати: «О горѣ! Охъ мнѣ! Достахся немилостивымъ симъ рукамъ». И вринуша его въ Волховъ. Онъ же поплове сквозѣ Велии мостъ, верже палицю свою на мостъ и рече: «На семъ мя поминаютъ Новгородьскыя дѣти». Еюже нынѣ безумнiи убивающиеся утѣху творять бѣсом. И заповѣда нiкомуже нигдѣже не переяти его.").
"СЛОВО НЕКОЕГО ХРИСТОЛЮБЦА" XI в. (в сборнике XIV в. "Золотая цепь"):
"Тaко и сей не могa терпети хрьстьян двоеверно живущих. И верують в Перунa, и в Хорсa... и в Мокошь... и огневе моляться же ся, зовуще его Свaрожичьм...".
"ХОЖДЕНИЕ БОГОРОДИЦЫ ПО МУКАМ " XII в.:
" То они все боги прозваша: сълнце и месяц, отъ камени ту устроя Трояна Хърса, Велеса, Перуна" ("В "Хождении Богородицы по мукам", которое известно было в переводе в греческого в XII столетье, имеется вставка, обещающая злые муки верующим в богов Трояна, Хорса, Велеса и Перуна ( "то они все боги прозваша: сълнце и месяц, отъ камени ту устроя трояна хърса, велеса, перуна"). Это русская вставка; в позднейших списках Хождение этой приписки нет, потому что с течением времени память о языческих славянских богах утрачивалась, а потому упоминание о них, как ненужное и непонятное, было излишне.").
"СЛОВО ОБ ИДОЛАХ" Григория Богослова (полное название: "Слово Григория изобретено в толцех о том, како первое погани суще языци кланялися идолом", XIII в.):
"По святем же крещеньи Перунa отринушa, a по Христa богa нaшего яшaся. Но и ноне по укрaинaм молятся ему, проклятому богу Перуну... и то творят отaи".
"СЛОВО И ОТКРОВЕНИЕ СВЯТЫХ АПОСТОЛОВ" XVI в.:
"мняще богы многы Перуна, Хорса, Дыя и Трояна и инии мнози".
"БЕСЕДА ТРЁХ СВЯТИТЕЛЕЙ" XVI в.:
"Два ангела громная есть, елленскій старецъ Перунъ и Хорсъ жидовинъ, два еста ангела молніина." ("Беседа" интересна тем, что русский книжник заменил имена, которые были в греческом оригинале ("Перуну соответствует Аполлон (греческое, «эллинское» божество), а Хорсу — Нахор, ветхозаветный, «иудейский» персонаж")").
Составитель: Карнач
_______________________
Источники: посты группы "Кудеса"
vk.com/wall-135778904_96498...
vk.com/wall-135778904_12118...
Следующий пост о Перуне (про его атрибуты): vk.com/wall-185792303_592
#Перун #мифология #древние #славяне #история #традиция #язычество #родноверие #Русь #kyddeda
АТРИБУТЫ ПЕРУНА
Прошлый пост о Перуне: vk.com/wall-185792303_591
* * *
У восточных славян наиболее сохранившимися остатки культа Перуна предстают в Белоруссии. Хорошо зафиксированы современные (второй половины XX в.) наблюдения в Вороновском районе Гродненской области, на стыке с Литвой (Судник 1979). В деревне Пеляса и соседних с ней терминология грозы такова (авторскую фонетическую транскрипцию транслитерирую в стандартную белорусскую): «блюкавща» «молния», «грымот(ы)» «гром», «пярун» «удар молнии», и мифический персонаж — тоже Пярун. Орудия Перуна — каменые топоры и стрелки. По поверьям, они при ударе молнии уходят глубоко в землю, а через некоторое время выходят на поверхность. Как уже отмечалось в начале книги, обычно это оказываются неолитические кремневые наконечники стрел и каменные боевые топоры. «Перуновыя камеш» или на местном диалекте «скалю» (займете, с литовского) обнаруживаются на полях нередко. «Пярун скалкай у камянь юня; поуныя паля скалкау, эта Пярун настраляушы, эта з яго стрэлау». Особенным почитанием пользуются камни с природным отверстием — «скалю з дзюркай — казалi ат таго, што Пярун у руках патрымау (подержал), Пяруновыя камеш — дзюрачю як ямачю на jix». Таким камням приписывалась магическая сила — с их помощью можно обнаруживать чёрта в вихре, они служат оберегами скота от сглаза или от ведьмы. Погибший от удара молнии человек — блаженный, ибо взят Перуном: им «забiты чолавек шчаслiвы, бог яго rpaxi прасщу — ен ужо ня устане на суд» (имеется в виду: в Судный день).
Вера в могущество Перуна и в кару за его неуважение отражена в быличке, записанной в 1975 г. от 80-летнего жителя дер. Лелюши Доминика Ракутиса. Он рассказывал о временах крепостного права. Когда барин по имени Норкун гнал баб на барщину в поле, надвинулась большая туча. Надменный барин крикнул богу: «Ты Перун, я Норкун», — и выстрелил в нее из ружья. Тотчас грянули гром и молния и его конь был убит. Барин очень испугался, прекратил бить своих крепостных плетью и учредил праздник Перуна (Судник 1979: 230).
Похоже, что это местное этиологическое объяснение какого- то праздника, о котором было известно, что его совершали в честь Перуна. Праздник этот явно был весной или летом (в период гроз).
Перун выступает как грозный бог, который гоняет чертей: «чарта Пярун страну; як Пярун стрэлщь, то ета чорт схавауся (чёрт спрятался); дрэннага (плохого) бье Пярун».
Конечно, христианизация сильно ослабила этот культ и наложила на него свой отпечаток. Облик Перуна уже не столь ясен для крестьян, Перун уже не мыслится богом, он стал более похож на злую силу, на чёрта. На вопрос о том, кто такой Перун, отвечают: «Пярун... хто ж яго ведая, пэуна чорт таю» (наверное, чёрт такой). О гибели лихого человека говорят: «ен с Пяруном жыу, чорт яго i 3a6iy».
Но в целом наблюдения Судник показывают, что те остатки культа Перуна в Белоруссии, которыми изобилует собрание Афанасьева, живут и поныне.
Естественно, основными атрибутами Громовержца служат явления, связанные с его функциями: производство дождя и управление им, насылание и убирание туч, манипуляции грозой (соответственно грозный характер), владение громом и молнией. Отсюда и обладание некоторыми орудиями, которые связаны с этими функциями: топоры, стрелы. О древности образа говорит то, что эти орудия мыслятся каменными («громовые топоры», «Перуновы топоры»), кремневыми («громовые стрелки»). От владения погодой зависят производные функции — влияние на урожай, на плодородие полей, а отсюда и связь с предметами, имеющими отношение к злакам (мельница) и хлебу. Связь с урожаем, с хлебом, отразилась в причастности мельников и мельниц к культу громовержца. А поскольку в глубокой древности земледелием занимались в основном женщины, культ Громовержца у ряда народов оказывается в руках женщин. Переход земледелия в руки мужчин с появлением пахоты произошел весьма поздно и не вытеснил женщин из отправления этого культа.
Для защиты от града в Полесье и других местах выставляли хлебную лопату (которой сажают хлеб в печь), отворачивая ее, чтобы отвернуть грозовую тучу. Вместо этого могли выбросить «веко» — крышку от хлебной дежи — или же кочергу, ухват, топор. Чтобы задобрить Громовержца, махали скатерью и возглашали: «Добро пожаловать!» Обычно все это исполняли женщины или дети (Толстые 1982: 54-56).
Связь с плодородием придает образу Громовержца эротический характер: бог мыслится любвеобильным, его изображение приобретает итифаллический характер (у Тора фаллическим мыслится и его орудие — топор).
Надо полагать, что именно с древним применением быков при пахоте связано то, что бык стал культовым животным Перуна у славян. С быком в роли культового животного Громовержца у некоторых других народов соревнуется козел — явно из-за представлений о его особой плодовитости и похотливости. Возможно, идея плодородия и участие женщин сделали число 9 предпочитаемым числом Перуна: это число месяцев беременности.
Грозный характер привел к нередкой узурпации Громовержцем функций бога войны, а кое-где (Греция и, по-видимому, восточные славяне), с учетом и растущей роли земледелия в хозяйстве—также главенства в пантеоне. Представление о могуществе такого бога, видимо, привели к его увязке с самым могучим деревом Европы — дубом.
Так, с моей точки зрения, сложился этот образ. Так видится мне логическая связь известных атрибутов Громовержца.
Вот данные о некоторых его атрибутах.
Бык. В VI в. византиец Прокопий Кесарийский в своей истории «Война с готами» (VII, 14, 23-24) записал об антах и славянах (1950: 297): «Они считают, что один только бог, творец молний, является владыкой над всеми, и ему приносят в жертву быков и совершают другие священные обряды...». Более общо об этом почитании быка пишут арабы — не указывая громовержца. Ибн-Русте сообщает о славянах: все они — почитатели быков. Ал-Гардизи: они чтут крупный рогатый скот (Lowmianski 1986: 88). Как известно, Перуна у восточных славян с христианизацией подменил в роли громовержца Св. Илья. А в день Ильи-пророка повсеместно отмечались Ильинки с пиром и закланием быка.
Дуб. Немецкий церковный автор XIII в. Гельмольд (I, 52, 83, 93) сообщал о западных славянах, что у них были дубы, огражденные и посвященные местному божеству, имя которого он передает как Пров или Провен. В этом имени видят Проне, искаженноеимя Перуна. Об аналогичных данных у южных славян (болгарах) пишет Державин (1929: 18-29; 1932). У сербов дуб называется грм, дубовый лес — грмик (Афанасьев 1868, II: 298). Само слово «Перкун — «Перун» лингвисты (Nagy 1974; Гамкрелидзе и Иванов 1984: 612—615) безукоризненно производят от индоевропейского корня, означающего «дуб» (латинск. quercus с закономерным у славян переходом начального qu- в р-). Поскольку общеславянское «дуб» (domb) не имеет соответствий в других индоевропейских языках, лингвисты считают, что это слово у них — новация, а прежде в праславянском название дуба было регкъ, соответствующее индоевропейскому (Агапкина 1999), отсюда литовское Перкун(ас).
Потебня (1867: 177-178) писал, что у восточных славян прямых свидетельств о связи дуба с громом (и соответственно с Перуном) мало, но это не совсем так. Галицийская грамота 1302 г. упоминает Перунов дуб, стоявший на меже двух владений у Перемышля. Византиец X в Константин Багрянородный сообщает о почитании на острове Св. Григория русскими, плывущими в Константинополь, огромного дуба (Хортица), которому росы (русь) совершают жертвоприношения. Жертвуют живых петухов, кругом втыкают стрелы, а иные приносят куски хлеба, мясо и что имеет каждый (Фаминцын 1885: 101; Топорков 1980). В наше время в Запорожье сфотографирован огромный (6 метров в обхвате) дуб, которому несколько веков (см. фото), и Рыбаков указывает, что так выглядел священный дуб на о. Хортица.
Византийский автор не говорит о том, что это Перунов дуб, однако найденные в Десне и Днепре дубы с вбитыми в ствол челюстями свиньи (находки 1909, 1975 и 1984 гг.) исследователи (Болсуновский 1914; Козловська 1928; Ивакин 1979; 1981; Седов 1982: 264; Забашта 1987; Забашта и Пошивайло 1992) называют «Перуновыми дубами» не без некоторых оснований, хотя и косвенных.
Все эти дубы, однако, молодые. Гваньини и Олеарий, как уже сообщалось выше, писали о новогородцах, что они поклонялись идолу Перуна, что ради него днем и ночью поддерживали костер из дубовых поленьев, и за небрежение этой обязанностью жрец предавался смерти. Позже, после крещения Руси, связь с Перуном уже не всегда ощущалась, но все же ее можно видеть в широко распространенном у славян поверье: при первом весеннем громе нужно прислониться спиной к дубу или чему-нибудь дубовому — чтобы не болела спина. И вне такой привязки во времени: если болит спина, нужно прислониться к дубу во время грома (Толстые 1982: 50).
Почитание дуба сохранялось до недавнего времени. «Духовный регламент» петровского времени порицал суеверие: «Тако ж на ином месте попы с народом молебствуют перед дубом, и ветви оного дуба поп народу раздает на благословение» (Афанасьев 1868, И: 302). По Зеленину (1933: 597), у восточных славян запрещалось пересаживать дуб. У Витебских раскольников было принято увозить девушку по предварительному согласию в лес, где молодой обвозил ее три раза вокруг заветного дуба, вот и все венчание (Терещенко 1848, 2: 28).
Число 9. В одном из двух «Перуновых дубов» число клыков было 9. В современном заговоре, также без приурочения к Перуну, упоминается некий вселенский дуб, на котором располагается престол Господень: «На море на Кияне, на острове Буяне, стоит дуб о девяти вершинах...». В уже цитированных записях из Белоруссии (Судник 1979: 252-253) сообщается, что крестьяне деревни Пеляса в четверг перед праздником, называемым Девятник (это девятое воскресенье после Пасхи), отправлялись в костел святить 9 венков из грымотника (то есть «громовой травы» — лапчатника прямостоящего), который должен был оставаться там в течение 9 дней. Нетрудно рассчитать, что Девятник приходился на разные дни неподалеку от Ивана Купалы.
Л.Клейн, Воскрешение Перуна
На фото: Запорожский дуб — подобие священного дуба древних славян с о. Хортица на Днепре, по Рыбакову.
Челюсти вепря, вбитые в дуб, находки на Днепре. Фрагмент дуба с кабаньими челюстями. По Ивакину 1979,
Реконструкция фрагмента дуба с вставленными кабаньими клыками. По Ивакину 1979.
#Перун #атрибуты #мифология #древние #славяне #Русь #язычество #история #культура #Кудеса