ГЛАВА VII «Маэстро»

Загородное поселение, Люцерн, Керрия 

20 июля, 5:00, четверг 2170 года 

Близилось утро. Мортейр чувствовала, как разлагается ее механическая начинка. В то время как окружающий мир пробуждался, Агему не покидала мысль о загадочной личности — Маэстро. Она вновь и вновь прокручивала в голове события, произошедшие накануне, когда странное сообщение от Маэстро вызвало всеобщую тревогу, особенно у Таку. Маэстро не отвечала на звонки, а прежние способы слежки не работали: ее номер не зарегистрирован нигде, и ни одна из известных баз не выдавала ничего о ее личности. Получив по ушам от Мортейр, Агему опять вынуждена была лечь спать, а она, в свою очередь, села за чтение новых переведенных легенд. И хоть во время чтения пробежала легкая волна успокоения, это не могло затушить её тревогу, возникшую после встречи с Таку. Теперь вся она была занята одной единственной мыслью – новой встречей, которая могла бы вернуть её в Небесные Чертоги.

— Эй, Смоль! — неожиданно окликнула она подросшего кота. — Как ты думаешь, стоит ли игра свеч? Прикончим Маэстро?

Котенок быстро прибежал на зов хозяйки; видимо, он подумал, что его позвали играть. Он схватился за штанину Мортейр и попытался её прокусить. Смоль уже научен не кусать металлический корпус ноги.

— Отлично, Смоль, я поняла тебя, — обрадовалась андроид, вновь погружаясь в свои раздумья. 

Проблема выбора не стояла перед ней — Маэстро уже давно ожидала своей смерти, но дух её, казалось, прочно держался за это мирское тело, и каждый день она оспаривала свою судьбу.

Смерть издалека видела тех, кому предстояло покинуть этот мир, и идти на зов этого манящего аромата было несложно. Они уже виделись один раз у входа в Концерт-холл, и тот аромат она запомнила хорошо. Что касается органов чувств Мортейр, она почти ничего не испытывает: тело не чувствует касаний, рот — вкусов, нос работает слабо, зато компенсирует всё острый слух и зоркий глаз. К тому же глаза обладают диковиной: радужка имеет свойство менять цвет. Мортейр не знает истинную причину добавления этой функции, но она её очень забавляет.

«Маэстро пахнет чем-то… — думала она, шагая к выходу, — чем-то приторно гнилым». Она решительно ступила за дверь.

— Свидимся позже, Агему и Таку.

Никто не ответил, и она закрыла дверь на ключ.

— Кафе?

— Что-нибудь желаете, Александра Арла Хонти? — вежливо спросила Маэстро.

После смерти Олега казалось, мир должен был рухнуть и у тех, и у другой. Но Мортейр имеет удивительную способность, которая позволяет ей всегда оставаться безнаказанной, когда дело касается смертей. А вот Маэстро всё же пришлось сменить место работы.

— Мортейр Дурман, — поправила андроид, добавив: — Ты же работала в Пилате?

Маэстро чуть приоткрыла губы, но её ответ остался невысказанным, словно она была в плену своих собственных размышлений. Она продолжала стойко глядеть на Мортейр, не собираясь отступать от своей линии поведения:

— Любите горячий шоколад? Всего 200 иен за маленький стаканчик.

Усмехнувшись про себя от наглости, она не удержалась, чтобы не выразить на своём лице недовольство.

— Не пью, — прошипела она сквозь сжатые зубы.  

Но её собеседница продолжала улыбаться, словно игнорируя любой намёк.  

— Не слышишь, что ли меня? — нарастала настойчивость в голосе андроида. — Ты знаешь, зачем я здесь.  

— Ты очень напряжена, — мягко произнесла она.  

— Чего мне напрягаться?! — возмутилась та, но её горячие слова внезапно замерли, когда взгляд Мортейр упал на нечто неожиданное. Это «нечто», прикерплённое к шее Маэстро, излучало удивительное, едва уловимое божественное свечение.  

Маэстро даже не заметила, куда устремился обеспокоенный взгляд андроида, её мысли были заняты собственными заботами, пока она не предложила Мортейр уйти, как будто разговаривает с обычным посетителем.  

— Что ты нацепила на себя?  

Маэстро сразу поняла, о чём шла речь. В её глазах мелькнула обеспокоенность, она знала, что распознала в Мортейр нечто большее — Бога, и теперь вырваться из этой ситуации будет сложно. Однако внезапно обстоятельства вмешались, и их диалог был прерван.  

Мортейр закатила глаза, а затем, вдруг ослабев, с громким грохотом повалилась на пол. Звук раздался в тишине кафе, унося с собой все разговоры.

Она пожирающим взглядом вцепилась в темноту вокруг. Теперь она отошла от видений.  

Там, в видении, молодая Мортейр из плоти с живыми, не гниющими органами заперлась в ванной. С ужасом вглядываясь в дверь напротив, молодая девушка отходила назад, но дверь с оглушительным треском прилетела по ней и прижала к холодной плитке. Боли она не почувствовала, животный страх был сильнее. В её тело прилетали удары, и с каждым разом всё сильнее и сильнее, а потом режущая боль от острого оружия прекратилась… и она очнулась.  

Темнота внезапно отступила, оглушительный вопль замер, и она открыла глаза. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы проверить сенсоры и убедиться, что в комнате действительно нет источников света. После этого Мортейр подсветила радужкой мрачное пространство. Вдруг она поймала знакомый запах машинного масла. Странность заключалась не только в самом запахе, но и в том, что она вообще смогла его почувствовать!  

Встав, она нащупала рубильник. Когда свет вспыхнул, перед ней распахнулась комната, полная обломков металла, а посередине стояла старая кушетка. Заглянув в своё отражение, она ужаснулась: её наспех припаянная рука заменилась новой, ноги слегка укоротились, а пальцы теперь выглядели совершенно иначе. Неприятные ощущения заполнили её тело — она теперь чувствовала прикосновения к своему металлическому корпусу.  

Подумав об этом, Мортейр совершила внезапный ход — попыталась выломать дверь ногой, но вдруг её лицо скосило. На двери образовалась вмятина, но вот её нога заныла от боли. Теперь Мортейр услышала слабый писк, который нарастал с каждой секундой. Сначала она подумала, что это сигнализация, но сигнализация не может издавать такой слабый звук — она взвывает громко и интенсивно. Внезапно писк прекратился, и дверь открылась.

Переплетение судеб

Мортейр, не дожидаясь, пока откроется истинная личность, замерла на месте, стараясь подавить в себе порыв нанести удар. Интуиция подсказывала ей остаться в тени и не вести себя опрометчиво. Вскоре незнакомец вышел из полумрака, его лицо скрывала маска, но одежда, конечно же, выдавала его — «хостес как в дорогом отеле».

— Ты…

— Теперь, наконец, мы можем познакомиться поближе, — проговорила она, приглашая Мортейр углубиться в длинный, будто поглощающий коридор. — Это всего лишь мастерская, ничего необычного.

Мортейр послушно шагнула за ней. Коридор был обшарпан, его стены украшали жирные маслянистые пятна, а воздух был так пропитан маслом, что можно было задохнуться.

— С Трикку я познакомилась еще в детстве, мои родители также были преданными его последователями. Мы молились Греху, чтобы он избавил нашу семью от бесславия, Сангре, чтобы наше оружейное дело процветало, и многим другим Божества, имена которых тебе, быть может, ничего не говорят.

— Забавно, — переваривала Мортейр происходящее.

— Это место моей бывшей работы. Огромные катакомбы. Раньше они такими не были. Ты лежала в операционной номер один: хорошая палата. Прошлый человек, который там работал под моим командованием… Впрочем…

— Ммм, его душа не упокоилась.

— Это верно. Теперь он один из подвидов знамений смерти. 

И вдруг Маэстро отошла от темы.

— Тебя интересует, почему я жива?

— Таку уже высказалась по этому поводу.

— Ох, он тот еще интриган. Что же он сказал? — приподняла бровь Маэстро.

За её спиной всё так же висела маска. Смерть удивилась собственным мыслям. Пока она шла по длинному коридору мастерской, ей казалось, будто время остановилось. Она смотрела за спину Маэстро в глаза зубастой маски и думала: “Демоны… Боги… Твари — она может быть кем угодно”.

И тут Маэстро остановилась и залилась смехом, её звонкий пронзительный рев эхом отходил от стен.

— Ну неужели он что-то настолько плохое сказал?!

Мортейр оцепенела. 

— Нет-нет-нет, я думаю, там куча смешных догадок! Не в обиду твоему небесному брату, но он славится своей одержимостью к тому, чему не следует, наверняка уже сама знаешь.

«Стоит спросить» — отложила Мортейр мысль в голове.

Внезапно она перебила Маэстро:

— Ты в самом деле знаешь о Божествах что-то? О… Грехе что-то известно?

Маэстро, не дожидаясь возражений, ответила с лёгкой усмешкой, продолжая идти всё дальше вглубь:

— Падший. Двести лет назад он потерял свою жену. 

Эта новость показалась Мортейр странной, она выпрямилась:

— Он спокойно ходит по Небесам. Почему не испытывает боли?

— Почему не испытывает? Все Боги страдают одинаково. Нет такого, чтобы один был выше правил, а другой — ниже, — девушка неторопливо пояснила, заметив настороженный взгляд Мортейр.

— Простому смертному не ведомо столько фактов.

— Ну что ж, видимо, Таку действительно высказался на этот счёт.

Пройдя вглубь коридора, Мортейр могла увидеть по сторонам железные двери, но ни одна из них не была столь массивной, как та, которую она пыталась выломать. Обернувшись, чтобы разглядеть опознавательные знаки, она, в свою очередь, попыталась отвести от себя подозрения:

— Простые смертные не одеваются в божественные маски, не блуждают по облезлым катакомбам.

— Эта маска неразрывно связана с этим местом. 

Маэстро сняла её с шеи и надела на себя. Маска плотно прилегала к лицу, будто бы её делали специально для неё.

— Что касается Греха, Боги всё же подчиняются правилам этого мира. Спроси у Астарота.

— А это кто ещё? 

— Господствующий Демон.

Мортейр обдумала эту информацию. Всё её неблагозвучное прошлое подталкивало её к мысли, что ей уже нечего терять. Имя Астарота было ей знакомо до ужаса; она знала, что он ведёт за ней охоту, обещая за её голову хорошее вознаграждение. С сомнением она взглянула на Маэстро, не пытается ли та продать её в руки одного из властителей ада. Ранее Таку предположила, что Маэстро — одна из демониц. Но, как будто предугадав её мысли, Маэстро отрезала:

— На самом деле, Астарот — не лучший выбор для общения с тобой. Мне хватило одной встречи с тобой, чтобы понять, как ничтожны Боги — насколько же слабее тогда демоны.

— Инисы обделили тебя уважением.

Маэстро усмехнулась.

— А знаешь, кто такие Инисы? 

Мортейр покачала головой. Так говорят все, но она никогда не задумывалась всерьез, что это значит.

— Инис — это ты. Всех, кого когда-либо причисляли к пантеону, могут смело называть себя Инисами. Такая особенность у Богов: у них куча имен и чинов. Вот ты — Мортейр, Смерть, Инис и, возможно, кто-то ещё. Когда цивилизация Трикку исчезла, её культурные особенности переползли в другие народы и религии. В Аддории, например, до сих пор говорят: «Да хранят тебя Инисы», а в Диффинбахе: «Да хранят тебя Боги». В некоторых случаях Инисы бывают заменены на слова «демон» и «черт», но позже ты сама узнаешь, почему.

Страны, такие как Керрия, Аддория и Диффинбах, были лишь частью государств, которые распались на осколки, число которых сейчас достигло восьми. Некоторые независимые субъекты объединили свои усилия в одно целое; к примеру, Диффинбах — это союз трёх когда-то независимых республик Южной Кайтаны.

— И какое дело тебе до всего этого? — внезапно спросила Мортейр.

Маэстро остановилась, повернувшись к ней. В её глазах, скрытых за маской, было что-то холодное и телесное одновременно.

— Я не боюсь тебя, — прошипела она и тут же засмеялась.

Ты должна бояться.

— Ты должна бояться, — ответила Маэстро; её голос стал тише, но от этого не менее опасным. — Ты — всего лишь инструмент в руках Богов.

Маэстро повернулась и пошла дальше по коридору, оставив Мортейр на мгновение одну среди омерзительных запахов и облупленной краски.

Она продолжила медленно идти за Маэстро, её металлические шаги эхом раздавались в пустом коридоре.

— И для чего я в этом странном месте?.. — Мортейр до сих пор не принимала странные ощущения в теле.

  Мортейр, ты меня слышишь?

— Мортейр, ты меня слышишь? Не отвечай! Я знаю где ты и рядом с тобой крайне опасное существо. Его что-то сдерживает. 

Андроид сразу же узнала Таку и сжала в руках кольцо. Оно осталось невредимо и Маэстро его не тронула. Это очень смутило Мортейр.

— А, кольцо? — Отозвалась Маэстро. Я его не трогала. Очень опасная штука для тех, кто к нему отношение не имеет. 

— И зачем ты починила меня?

Она о чем-то задумалась, а потом ответила:

— Помогают безвозмездно.

Загородное поселение, Люцерн, Керрия 

20 июля, 18:00, четверг 2170 года 

— Значит, вы тоже ищите Владыку? — приподняла бровь Маэстро.  

— Так точно, — ответила Агему, вытаскивая из своего рюкзака книгу с керрскими матами. — Это должно нам помочь, Таку? — обратилась она к Богу, стоящему рядом.

Теперь они стояли вчетвером.

— Да, пожалуйста, заучи это наизусть, — настаивала Таку, — так мы сможем отгонять от себя мелкую нечисть, которая может нам помешать.

Маэстро, наблюдая за происходящим, с легким презрением обвела взглядом фигуру Мортейр, уже почти полностью игнорируя её: 

— Рерар Хонти, где вы собираетесь её искать? 

— Ох… Ну… — начала Агему, собравшись с мыслями. — Это действительно неудобный вопрос.  

— Ангел пропала двести лет назад, — произнесла Маэстро. — Небеса её не нашли, а ваши общие силы значительно уступают могуществу Богов свыше.

Мортейр с недоумением переспросила:

— Мы ищем… Ангела? 

Маэстро с легким раздражением закатила глаза:

— Неужто ты и о Владыке ничего не знаешь? Такой бездны невежества в деле и не ожидалось. 

— Ну, просвяти, — произнесла Мортейр.  

Маэстро, довольно облокотившись на бампер «АутоРеш», решила приоткрыть завесу тайны:

— Водная Владыка — это не просто ангел, а величественное существо, которое устояло перед первыми искушениями и падением своих собратьев. В отличие от многих, кто поддался искушению и потерял своё святое призвание, она проявила невиданную стойкость, что было крайне редким явлением в Небесных чертогах.

Ангелы, как всем известно, — это небесные помощники, призванные служить как Богам, так и людям, и за свои доблестные дела они получают часть божественных сил в дар. Поскольку Водная Владыка прислуживала в обители Бога Луны и Воды, она унаследовала часть его могущества и обрела своё имя. Однако её история не сводится только к этому. В тот страшный момент второго падения, когда многие ангелы потеряли свой путь под тяжестью искушения, многие считали, что она также пала. Но её свет остался, и храм, воздвигнутый в её честь, всё ещё горит. Он освещает небо, символизируя, что она жива и невредима, а значит, никогда не поддавалась искушению. 

— Всё точно так, — Агему закончила заталкивать вещи в свой рюкзак. — Таку? Всё при тебе?  

— Всё моё с собой. Маэстро… — обратилась она уже к девушке с маской на лице, — если ты не возражаешь…  

В ответ ничего не последовало.  

— Можешь назвать своё настоящее имя?

Катакомбы, Люцерн, Керрия 

20 июля, 14:00, четверг 2170 года 

Мортейр решилась. Огромная стена обломалась, и прямиком в Маэстро полетела огромная балка. Но Мортейр вновь погрузилась во тьму, лишь через мгновение услышав грохот и осознав, что это снова отсутствие света в помещении. Что-то сверху издало свечение — это открылся люк над ней, и снова появился знакомый силуэт — Маэстро!

— Какого Иниса…

— Мортейр! — снова услышала она знакомый голос Таку. — Темная энергия зашкаливает. Если у тебя достаточно сил, чтобы войти в свою обитель, то это выход из ситуации, оно тебя не достанет. 

Мортейр поддалась эмоциям и с грохотом побежала по темному коридору, переходя в свою обитель, но новые ощущения не дали ей это сделать. Теперь её тело, переходя в новое состояние, чувствовало это и отдавало неприятным ощущением, и ей пришлось остановиться. 

— Мортейр! — в этот раз это был жуткий голос Маэстро. — Я ведь хочу помочь!

— Нет! Нет! Нет! Мне не нужна помощь Астарота!

Всё сошлось тонкими нитями в голове Мортейр. Но бежать куда-либо она не могла: впереди стена, собственное тело не даёт ей окунуться в обитель, а в обратной стороне её ждет Маэстро. 

Шаги медленно приближались к ней, божественное свечение становилось всё ярче с приближением нечто в маске.

— Вот оно что! — Таку подняла с земли перышко. 

Маэстро чинно восседала за огромным монитором, сосредоточенно разбираясь с внутренней программной начинкой, когда её внимание привлекло это неожиданное открытие. Немедленно она отозвалась:  

— Граф Раум? 

— Да, я такого же мнения.

В том же просторном помещении, где посреди стояла кушетка, сидели двое.

— С ней всё хорошо?

— Она заражена червём. Дай мне время его устранить.

Таку кивнула, не желая перечить. Она успела познакомиться с Маэстро, и последняя произвела на Бога хорошее впечатление. Внутренний голос Таку уверял её, что Маэстро не сделает ничего плохого, если не захочет обрушить на себя гнев Богов. Как ни посмотри, она могла помочь устранить некоторые дефекты тела Мортейр. Вряд ли кто-то другой был способен и захотел бы чинить живого андроида. Таку нежно положила руку на голову Мортейр, которая лежала на кушетке; её тело было частично вскрыто, открывая внутренности. Таку невольно задумалась: «Что же такого случилось? И что в её голове происходит прямо сейчас?»  

Она поглаживала волосы андроида, чувствуя, как её сердце наполняется сочувствием. Спустя довольно долгое время, когда тишина в комнате стала почти ощутимой, Таку услышала:

— Готово.  

— Правда?!  

— Ну, не совсем. Червь имеет свойство распространяться, я смогла удалить ровно столько, сколько возможно. Вирус спрятан гораздо глубже, не смогу его достать за столь короткое время.  

— Что этот вирус делает? В плане… Что чувствует Мортейр?  

Маэстро положила ногу на ногу и раскинулась на стуле; её поза была расслабленной, но в глазах читалась сосредоточенность:  

— Вероятнее всего, она слышит голоса, а её тело ей не подчиняется. Знала бы раньше, не добавляла бы чувствительные сенсоры по всему телу. — Маэстро вздохнула. — Когда она упала, я предположила, что это моя ошибка, что-то в теле заклинило. Я перепроверила всё тело по новой, когда перетащила на кушетку. Стоило сразу предположить, что её тело контролируют программы. Там от живого человека всего несколько гниющих органов и мозг.  

— Не стоит так говорить, — смутилась Таку.

Загородное поселение, Люцерн, Керрия 

20 июля, 18:00, четверг 2170 года 

Мортейр всё ещё смущена присутствием Маэстро. Когда Таку озвучила вопрос, она немного расслабилась; ей и самой было интересно услышать ответ. 

— Ну, с чего бы начать? — приступила Маэстро. — Начну сначала. Распотрошить моего босса — это было… чересчур… Дело не завели, лишь потому что не нашли труп. Его просто нет. Как и убийства тоже не было. Только выломанная дверь, разбитое окно и, как следствие, пропавший без вести человек. Поэтому Рерар Хонти и вторая числятся как свидетели.  

— Это правда, — воскликнула Агему, — труп не нашли, писали в новостях.  

Мортейр не могла успокоиться:  

— Так как тебя зовут?  

— Предпочтительней будет не знать настоящего имени.  

— Да я из тебя вытащу все органы!  

Внезапно они услышали решительный голос Агему. Когда все повернулись в её сторону, она уже успела прикрыть часть лица чёрной тканевой маской. Она закрывала шею и рот.  

— Я тоже хочу задать вопрос.  

— Для Рерар Хонти отвечу на любой её вопрос.  

— На самом деле их очень много, но мне интересно лишь спросить: не знаешь ли ты что-то о Самигине? — И она вновь достала ту самую фотографию с монолитом. — Я подумала, что ответы на другие вопросы мы узнаем позже. Человек ты или нет — для меня значения не имеет. Но если ты располагаешь нужной информацией, это будет кстати… Вот.  

Маэстро, кажется, тепло встретила эти слова. Она подошла ближе к Агему, закинула руки за спину и, чуть наклонившись, чтобы быть лицом к лицу с ней, заглянула в глаза.  

— Я поняла, Маэстро, спасибо.  

— Всегда рада помочь.  

Таку с Мортейр переглянулись, и Таку, воспользовавшись силой колец, незаметно для этих двух спросила:  

— Ты что-то поняла?  

— Вообще ничего.  

Маэстро и Агему улыбнулись друг другу, и Маэстро неторопливо начала уходить.  

— Ещё свидимся! Я с вами на связи, никуда вы от меня не денетесь!  

Они простояли ещё минуту, и наконец Мортейр спросила:  

— Демон?  

— Сомнений нет.  

Лишь Агему спустя время добавила:  

— Так вот как он изменился спустя время…  

Звуки птиц исчезли вовсе.