Friends?

Был поздний апрель 1992 года. Весна Хогвартс всегда ощущалась по-особенному: по коридорам гулял прохладный ветер с Чёрного озера, в окнах мелькало яркое солнце, а до конца учебного года оставались считанные недели. Для Лиан это время означало почти полную свободу. Она училась на первом курсе, их экзамены заканчивались раньше других, а благодаря тому, что она шла с опережением программы, некоторые занятия могла позволить себе пропустить без страха отстать.

Похожая лёгкость витала и среди второкурсников Слизерина и Когтеврана. Именно там учился Роджер Дэвис — друг Лиан. Они познакомились в начале года, и Роджер сразу заметил в ней живой ум и смелость, не совсем типичные для первокурсницы. С тех пор они стали почти неразлучны: засиживались допоздна в гостиной, бродили по замку, обсуждая всё подряд, а иногда даже устраивали мелкие проделки. Такое поведение больше подошло бы близнецам Уизли из Гриффиндор, чем ученикам младших курсов, но именно это и сблизило их.

Романтики между ними не было — ещё в самом начале они честно договорились, что «между нами ничего нет». Их дружба строилась на доверии: они знали, кто кому нравится, кто кого раздражает, и могли говорить друг с другом абсолютно обо всём. Поэтому Роджер без колебаний решил познакомить Лиан со своими друзьями, впуская её в свой круг как равную.

Помимо своей однофакультетницы, у Роджера был ещё один по-настоящему близкий человек — Эдриан Пьюси. Они познакомились в поезде, когда впервые ехали в Хорвартс. Тогда они ещё не знали, что окажутся на разных факультетах, но разговор завязался сам собой и быстро перерос во что-то большее. У обоих с семьёй было, мягко говоря, непросто; оба обожали квиддич. Со временем Роджер даже умудрился уговорить Эдриана иногда ходить с ним на вечеринки — хотя тот обычно относился к таким затеям скептически.

В школе их дружба только окрепла. На всех совместных уроках Когтеврана и Слизерина они садились вместе, вместе же и прогуливали, а ещё нередко заглядывали в гостиные друг друга, игнорируя косые взгляды окружающих.

В тот день у них стояла трансфигурация — предмет, который ни одному из них нахер не сдался. Роджер с явным энтузиазмом потянул друга в один из внутренних дворов замка, якобы просто «развеяться».

Эдриан заподозрил неладное почти сразу. Обычно у Рода язык не умолкал ни на минуту, а сейчас он лишь стоял с хитрой, почти самодовольной улыбкой и то и дело поглядывал на часы.

— Куда ты всё время смотришь, Дэвис? — прищурился Пьюси.

— Хочу тебя кое с кем познакомить.

Эдриан напрягся.

— С кем?

— С Лиан. Это моя подруга. Тебе она понравится, обещаю. У вас много общего.

Улыбка мгновенно исчезла с лица слизеринца. Он недовольно посмотрел на друга — тот прекрасно знал, насколько скептически Эдриан относится к любым попыткам «знакомств»с девушками, особенно если инициатором выступает кто-то другой

Именно в этот момент за спиной Роджера словно из ниоткуда появилась девочка. Красивая блондинка в короткой юбке и фирменном свитере Когтеврана стремительно подлетела к нему и, не стесняясь, закинула руки ему на шею.

— Род, учти: если причина, по которой ты меня сюда позвал, будет недостойной — я тебе в ебальник вмажу.

Пьюси инстинктивно сделал шаг назад. Он молча наблюдал за происходящим на расстоянии: руки скрещены на груди, губы сжаты в тонкую линию, взгляд холодный и оценивающий. Вся его поза говорила одно — «я здесь случайно и участвовать в этом не собираюсь».

Лиан вскоре заметила, что они не одни. Её взгляд скользнул к слизеринцу — и она, как любая уважающая себя девушка, не могла не отметить, насколько он хорош собой. Она тут же выпрямилась, поправила юбку, пальцем аккуратно стерла слегка размазанный блеск для губ и приняла более сдержанный вид.

— Знакомьтесь. Лиан — это Эдриан, мой лучший друг. Эд, это Ли, я тебе про неё рассказывал, — с довольной улыбкой произнёс Роджер.

Лиан засияла. В то время она была по-настоящему открытой, немного наивной девочкой — в ней ещё не поселился тот холод, который появится позже из-за череды неблагоприятных событий.

— Привет! — она быстро сократила дистанцию и протянула руку вперёд.

Но вместо ожидаемого рукопожатия получила лишь холодный, изучающий взгляд.

Пьюси медленно оглядел её с ног до головы, едва заметно кивнул и тут же отошёл ближе к Дэвису, всем своим видом демонстрируя: «меня трогать не нужно».

Воздух между ними на мгновение стал напряжённым — слишком разные характеры, слишком разные первые впечатления. И Роджер, кажется, только сейчас начал понимать, что его «гениальный» план знакомства может пойти совсем не так, как он рассчитывал.

Ли медленно опустила руку, и её лицо на мгновение приняло растерянное, почти обиженное выражение. Она явно не ожидала такой реакции. Роджер, к своему сожалению, сразу уловил повисшее в воздухе напряжение и поспешил вмешаться.

— А давайте сходим в «Три метлы»! Разузнаем, что да как. Я знаю тайный проход. Всё-таки до официальных походов нам ещё год ждать, а Ли вообще два.

Он нарочно говорил легко и непринуждённо, будто ничего неловкого не произошло.

Оба кивнули — каждый по своим причинам — и двинулись следом за Дэвисом.

Дорога прошла относительно спокойно. Они действительно разговорились, но напряжение никуда не делось, просто стало менее заметным. Лиан и Эдриан шли по обе стороны от Роджера, словно негласно разделяя территорию. Когда им приходилось обращаться друг к другу, они делали это не напрямую, а через что-то нейтральное:

— А вы уже зачёт написали?

— Говорят, задание было несложным.

Никаких личных тем. Никаких прямых вопросов.

О прикосновениях и речи быть не могло. Лиан по своей натуре была очень тактильной — ей было естественно взять человека за руку, слегка коснуться плеча, опереться в разговоре. Но каждый раз, когда она пыталась сократить дистанцию с Эдом, он едва заметно отстранялся. Не резко, не грубо — но достаточно явно, чтобы это чувствовалось.

Однажды их руки случайно соприкоснулись. Эдриан мгновенно вздрогнул, будто его обожгло. Лиан это заметила — слишком внимательной она была, чтобы не заметить. Но ничего не сказала. Лишь чуть тише стала идти и на этот раз оставила между ними несколько лишних сантиметров воздуха.

Прошёл месяц с начала их странного общения. Всё оставалось по-прежнему: официальность, холод, постоянное ощущение неловкости. Роджер уже начинал жалеть, что вообще решил их познакомить — особенно после одного случая.

В тот день он и Пьюси выбрались на поле попрактиковаться в квиддиче. Лиан сидела на траве под раскидистым дубом и наблюдала за ними снизу вверх. С Родом всё было как всегда — смех, подначки, соревнование «кто быстрее» и «кто дальше запустит квоффл». На время даже Эдриан, казалось, забыл о напряжении, которое не отпускало его весь месяц.

Но, как назло, Дэвис по своей беспечности не закрыл плотно ящик с мячами. Один из чёрных тяжёлых шаров — бладжер — вырвался наружу и рванул к ближайшей цели. К Лиан.

Всё произошло за секунды.

Пьюси среагировал мгновенно. Он резко сменил курс, нырнул вниз, ветер растрепал его волосы. В последний момент, когда мяч уже почти врезался бы в хрупкую голову, он мощным ударом биты отбил его в сторону. Раздался глухой свист.

Лиан лишь вздрогнула.

Когда Эдриан опустился на землю и встал перед ней, его глаза всё ещё сверкали от адреналина.

— Она в порядке? — коротко спросил он, обращаясь скорее к Роджеру, чем к самой Лиан.

Но Ли не дала никому ответить. Она даже не успела осмыслить произошедшее — ноги сами подняли её с травы. В пару шагов она оказалась рядом с ним и, не задумываясь, крепко обняла.

— Ты меня спас… — сбивчиво бормотала она, прижимаясь к нему. — Спасибо… правда, спасибо…

Её пальцы сжались на ткани его мантии, а дыхание всё ещё было прерывистым.

И только теперь Эдриан понял, что держит биту так же крепко, как она — его.

Пьюси замер.

Его руки всё так же висели по швам, пальцы всё ещё сжимали биту. Взгляд упёрся в светлую макушку, едва достающую ему до шеи. Лиан прижималась к нему крепко, искренне, не замечая, как под её ладонями его тело становится каменным.

А затем что-то внутри него сломалось.

По спине прошла резкая дрожь. Сильные руки вдруг резко оттолкнули девушку от себя. Лиан пошатнулась, не ожидая такого движения. Эдриан смотрел на неё стеклянными, почти пустыми глазами.

— Блять, не смей меня трогать!

Голос сорвался — не столько злой, сколько надломленный.

Роджер тут же спустился на землю и поспешил к другу, положив руку ему на плечо. Но та в ту же секунду была грубо сброшена.

Дыхание Эдриана стало частым и рваным. Его грудь судорожно поднималась, руки дрожали. Перед глазами мелькали обрывки прошлого — резкие вспышки, чужие прикосновения, тяжёлые голоса. Он будто перестал видеть происходящее вокруг.

Не сказав больше ни слова, он резко развернулся и быстрым шагом направился прочь, почти срываясь на бег.

Роджер растерянно переводил взгляд с одного на другого. Лиан стояла неподвижно, всё ещё не до конца понимая, что произошло.

— Не переживай, Лиан… ты не виновата, — быстро пробормотал он.

И, не дожидаясь ответа, сорвался с места, догоняя лучшего друга, оставляя её одну посреди поля с гулом в ушах и тяжёлым, неприятным осадком в груди.

Ли так и осталась сидеть под старым дубом. Когда шаги мальчиков давно стихли, по её бледным щекам медленно потекли слёзы. В голове снова и снова прокручивался тот момент — его взгляд, резкое движение, крик.

Она злилась. На себя. За то, что не сдержалась. За то, что позволила эмоциям взять верх. За то, что посмела так его огорчить.

Обняв себя за плечи, Ли попыталась успокоиться, но вместо облегчения внутри росла лишь глухая ненависть к себе.

⸻

Вечером следующего дня она выглядела совсем иначе — поникшая, тихая, без привычной живости в глазах. Даже Роджер несколько раз пытался её разговорить, но получал лишь слабую улыбку в ответ.

Как обычно, Ли направилась в библиотеку. Привычка прятаться среди книг казалась сейчас спасением. Она медленно бродила между полками, ища материалы для доклада, но мысли упорно возвращались к произошедшему.

Подойдя к читальному залу, Лиан вдруг заметила знакомый силуэт. Слизеринская форма, тёмные волосы, напряжённая спина.

Эдриан.

Она замерла на несколько секунд, собираясь с силами, а затем медленно подошла ближе. Он оглянулся. Их взгляды встретились.

Несколько долгих секунд они молчали. Ли открывала рот, пытаясь что-то сказать, но слова застревали в горле.

— Эдриан… — наконец выдохнула она. — Извини меня, пожалуйста. Я правда не знала…

Его взгляд заметно смягчился. В нём больше не было того стеклянного холода. И от этого Лиан захотелось плакать ещё сильнее — чувство вины за прошедший день буквально разъедало её изнутри.

Он чуть отвёл глаза и тихо ответил:

— Ничего. Ты не знала. Я… тоже переборщил.

В этих словах не было привычной колкости. Только усталость — и едва заметное сожаление.

Ли стояла, опустив взгляд в пол. Пальцы нервно сжимали край мантии. Эдриан несколько секунд молча смотрел на неё, а затем тихо произнёс:

— Долго будешь стоять?

Он отодвинул стул рядом с собой. Лиан осторожно села, оставляя между ними небольшое расстояние.

— Что читаешь? — спросила она.

Слегка наклонившись, чтобы увидеть обложку, Ли на этот раз не прикоснулась к нему — ни случайно, ни намеренно. Границы были учтены.

— Да так, к ЗОТИ материал ищу, — коротко ответил он.

Ли закатила глаза и откинулась на спинку стула.

— Учитель у нас редкостная гадость. Такой интересный предмет, а нам пересказывают то, что и так все знают. Лучше бы заклинания практиковали.

Эдриан повернулся к ней с искренним удивлением. Хоть кто-то разделял его раздражение. Большинство учеников, включая Роджера, относились к этому проще — мол, зато учиться легче.

На его губах появилась лёгкая улыбка.

— Наконец-то кто-то думает так же. Надеюсь, его заменят.

— Я тоже, — тихо согласилась Ли.

С этого момента разговор пошёл сам собой. Они обсуждали уроки, квиддич, однокурсников, преподавателей. Оказалось, общего у них куда больше, чем казалось сначала: похожие интересы, схожее отношение к людям, одинаковая неприязнь к показной глупости.

Постепенно напряжение растворилось. Ли, расслабившись, уложила подбородок на сложенные на столе руки и посмотрела на него снизу вверх. На этот раз Эдриан не отстранился. Он лишь чуть сдвинулся, давая ей пространство, но без прежней резкости.

В этот момент в библиотеку тихо вошёл Роджер. Заметив их вместе, спокойно разговаривающих, он замер на месте. На его лице появилась мягкая, облегчённая улыбка.

Возможно, всё-таки он не зря их познакомил.