Формула его внимания

майлапо

романтика/коллеги/от ненависти до любви

Глава 4

Неделя после понимая прошла в состоянии подвешенной реальности. Каждый жест Апо, каждое слово теперь читались по-новому. Но теперь он ждал не просто шифра заботы. Он ждал знака, что та стена, что рухнула в тот вечер, не будет отстроена заново.

И Апо менялся. Менялся с пугающей, ошеломляющей решимостью, будто принял некое внутреннее решение. Вчера он не просто открыл форточку - он, проходя мимо, положил на стол Майла платок, смоченный холодной водой, когда у того разболелась голова от паров реактивов. И не промолчал, а тихо сказал: «Иди подыши, я доделаю за тебя».

А сегодня, когда Майл снова задержался, у двери кабинета химии его ждал не просто взгляд, а прямая, чуть вымученная фраза: «Я жду тебя в моём кабинете, когда закончишь. Если, конечно, ты... свободен». И ушёл, оставив Майла с бьющимся сердцем.

Жгучее любопытство и странная нежность сплелись в комок в груди Майла. Ему нужно было прояснить всё. Но теперь он чувствовал - баланс сил сместился. Апо больше не бежал. Он начал подходить.

Дверь в кабинет физики, как он и предполагал, была приоткрыта. Майл постучал костяшками пальцев по косяку.

«Войдите», — раздался ровный, но чуть напряжённый голос.

Апо стоял не у приборов, а у своего стола. На нём стояли два стаканчика кофе. Один - чёрный. Второй - сладкая, мутная бурда с тройной порцией сиропа. Рядом лежала распечатка графика - того самого, катастрофического, с обрывом и новой, синей линией.

-Я предвосхитил твой мирный жест, — сказал Апо, и это прозвучало не как насмешка, а как тщательно отрепетированная, честная фраза. Он смотрел прямо на Майла. Его взгляд был открытым, без привычной брони, и от этого Майл на миг потерял дар речи.

- Почему, Апо? — всё же выдохнул он, приближаясь.

- Почему всё это? И почему... сейчас всё по-другому?

Апо взял свой чёрный кофе, сделал глоток, будто давая себе время. Но его рука не дрожала.

- Потому что я устал, - сказал он просто. Устал от наблюдения. От составления моделей, которые ты разрушаешь одним своим присутствием. Устал ворчать и прятаться.

Он сделал шаг навстречу.

- Ты был прав. Система того, что я пытался навязать. То есть, что я тебя ненавижу - разрушилась. Катастрофа произошла. И теперь... теперь я изучаю новое явление. Без протокола. Без предварительных гипотез. С прямым вмешательством в процесс.

- Я - твой новый эксперимент? - спросил Майл, чувствуя, как закипает где-то внутри от этих слов.

- Нет, - Апо покачал головой

- Мы - эксперимент. И я намерен быть не просто наблюдателем, а активным участником. Соавтором. Я больше не хочу исправлять твой дистиллятор по ночам тайком. Я хочу приходить и делать это при тебе. И ругать тебя за безалаберность. И слушать, как ты будешь спорить со мной.

Он подошёл ещё ближе.

- Ты спрашиваешь, почему я стал настойчивее? Потому что промедление и утаивание привели лишь к накоплению критической массы. Больше я этого не допущу. Если эта новая система - мы - должна быть устойчивой, её параметры нужно задавать честно. И сразу.

Майл обошёл стол и подошёл к доске. К графику, который Апо уже сам себе распечатал. Он взял мел.

- И какие параметры ты предлагаешь? - спросил он, не оборачиваясь.

Шаги Апо прозвучали чётко. Он встал рядом, плечом к плечу, и взял из рук Майла мел. Его пальцы слегка коснулись пальцев Майла, намеренно, уверенно.

- Параметр первый: прямота, - сказал Апо и подписал под синей линией влечения: «Интенсивность коммуникации». «Никаких больше шифров. Если я что-то хочу или чем-то недоволен — я говорю это. Открыто».

Он протянул мел Майлу. Тот взял, их пальцы снова соприкоснулись.

- Параметр второй: совместность, - сказал Майл и вывел рядом: «Степень соучастия». «Никаких тайных подвигов. Если делаешь что-то для меня — делаешь это со мной. Или хотя бы сообщаешь».

Апо кивнул, и это был твёрдый, деловой кивок учёного, утверждающего условия договора.

- Принято. Параметр третий: физический контакт как необходимое условие стабилизации системы. Он выговорил это сухим, научным тоном, но глаза его горели. Его рука легла на тыльную сторону ладони Майла, твердо и недвусмысленно. «Без него все предыдущие параметры теряют эффективность. Гипотеза требует практической проверки.

Майл рассмеялся. Смех сорвался с его губ, сметая последние остатки напряжения.

- Ты просто невыносимый. Ты даже в отношениях составляешь техническое задание.

- Да, - согласился Апо без тени смущения. И наконец позволил себе улыбнуться — нешироко, но искренне, - Но это моё техническое задание. Для нас. И я намерен следить за его исполнением самым тщательным образом.

Он больше не ждал. Он был инициатором. Его другая рука поднялась и коснулась щеки Майла, пальцы упёрлись в волосы у виска. Движение было решительным, лишённым прежней робости.

- И первая практическая проверка», - прошептал Апо, и его дыхание смешалось с дыханием Майла. - Начинается сейчас.

Этот поцелуй отличался от первого, катастрофического. В нём не было ярости и отчаяния. В нём была уверенность. Точность. Настойчивость исследователя, нашедшего наконец верную формулу. Апо не отступал, не делал пауз для сомнений. Он изучал, владел, утверждал. И Майл отвечал ему с той же полной самоотдачей, позволяя этой новой, странной, безупречно логичной и безумно пылкой настойчивости заполнить себя всего.

Когда они разъединились, лоб Апо остался прижатым к его лбу. Его глаза были ясными, тёмными, бездонными.

- Данные получены, - сказал он тихо, но чётко. - Переходим к следующему этапу?»

- А какой следующий этап? - спросил Майл, ещё не отпуская его.

-Ужин, - ответил Апо без колебаний, отступая на шаг, но не отпуская его руки. - Сегодня. В кафе через дорогу. Я уже посмотрел меню. Там есть твой любимый карамельный чизкейк. И моё любимое тирамису.

Майл мог только снова рассмеяться, чувствуя, как странное, тёплое счастье разливается по груди. Апо не просто стал открытым. Он стал настойчивым. И в этой его новой, бесстрашной прямоте было что-то невероятно притягательное.

- По протоколу? - уточнил он, улыбаясь.

- По нашему протоколу, - твёрдо поправил Апо, ведя его к двери, к их первому, запланированному, абсолютно открытому свиданию.

Доска с графиком и новыми параметрами осталась позади, как карта нового мира, который они только что начали чертить - вместе.