For eternity

— Поверить не могу, что всё это происходит на самом деле, и кажется я вот-вот рухну в обморок от счастья, — Докча неловко посмеивается, крепче сжимая ладони Джунхёка в своих, смотрит ему прямо в глаза, — Честно говоря, я очень старался придумать красивую и трогательную речь, ну знаешь, как в фильмах, чтобы все вокруг рыдали и аплодировали, а мы улыбались как два влюбленных подростка, но вспомнив всё через что мы прошли, я понял, что приторная сладость вовсе не для нас. 

[Форма старшей школы, пустой учебный класс и солнце, медленно уходящее за горизонт. Вновь поругались из-за ерунды, снова сцепились языками как кошка с собакой. 

— Да почему ты вечно так себя ведёшь?? — Бесился Докча, зажатый между стеной и Джунхёком. Джунхёком, у которого венка на лбу вот-вот вздуется. 

— Потому что ты бесишь, — Замолкает всего на секунду, ладонью закроет рот Докчи, когда тот собирается сказать что-то в ответ.

— Меня бесят люди вокруг тебя, бесишь ты, позволяющий им крутиться вокруг себя, и бесит то, что это бесит. Бесит, что я не могу контролировать свои мысли рядом с тобой и бесит то, что я каждый блядский раз хочу поцеловать тебя, когда ты стоишь вот так близко.

Докча стоит с широко распахнутыми глазами, он с силой отнимает чужую ладонь со своего лица.

— Так я тебе нравлюсь?..

— Нет, — Пауза в несколько секунд, которые тянулись вечность, — Я люблю тебя. 

Докча за воротник рубашки притягивает его к себе, касаясь чужих губ своими. Он ведь и не мечтал, что однажды услышит это вслух.]

— Ты моя главная опора, моя первая и единственная любовь, и ты знаешь, когда ты рядом, я чувствую себя так, словно могу свернуть горы, хотя ты всё равно не дашь мне сделать это в одиночку. Ты самый упрямый человек, которого я знаю, и самый надёжный, я не знаю кем бы я был без тебя, да и честно говоря, я даже думать об этом не хочу. 

[Докча думал об этом бесчисленное количество раз, а был ли вообще шанс, хотя бы мизерный, что всё случится иначе, ответ сразу сам всплывал в голове. Конечно нет, он улыбается сам себе, он в Джунхёка навсегда и навечно. Он в Джунхёка всецело душой и сердцем в каждой из существующих Вселенных. Вот только зачем такому как Ю Джунхёк — до безобразия красивому, популярному и преуспевающему во всём, за что бы он ни взялся, такой как Ким Докча — среднячок по всем параметрам, взбалмошный и непостоянный, по скромному мнению самого Докчи и целой толпы фанаток Джунхёка, Докча абсолютно ему не подходил. 

— Эй-эй, Джунхёк-а, да погоди ты, — Дверь пыльной кладовой с грохотом захлопывается, Джунхёк прижимает Докчу к стеллажу, целуя так глубоко, что воздуха в лёгких почти не остаётся, — Эй! 

— Ты опять несёшь какой-то бред, — Губы Джунхёка спускаются к шее, он слегка прикусывает тонкую кожу, тут же зализывая, — Мне плевать что говорят и думают другие, мне не нужен никто, кроме тебя, пойми же это и ты.]

— Я клянусь быть с тобой и в горе, и в радости, делить с тобой все невзгоды, сцеловывать каждую улыбку с твоих губ, быть вместе в богатстве и бедности, хотя второе нам уж точно не грозит, клянусь любить тебя, оберегать и быть рядом до последнего вздоха, ты — это всё, что мне нужно. 

Кажется в зале раздаётся звук аплодисментов, кто-то улюлюкает и свистит, Докча не слышит ничего из этого, перед его глазами только Джунхёк, смотрящий на него с такой нежностью, что Докче кажется он утонет в ней с головой, его ласково целуют в висок, прежде чем начать свою речь. 

— Ким Докча, ты… — Джунхёк глубоко вздыхает собираясь с мыслями, — Я никогда не умел говорить вслух о таких вещах, ты знаешь, слова никогда не были моей сильной стороной. Но рядом с тобой я впервые захотел попытаться, рядом с тобой мне впервые захотелось сказать о чувствах. О чувствах, что доселе были мне незнакомы, и распирали изнутри. 

[Джунхёк убеждён, что у него лихорадка, он простыл, а может у него проблемы с нервной системой, он почти готов спорить с врачами, убеждая их, что он попросту не может быть абсолютно здоровым. Как иначе объяснить беспокойное сердце, которое колотится так, словно хочет выпрыгнуть из грудной клетки, дрожь в теле и ноги, что становятся ватными? Пожилая медсестра качает головой, глядя на взъерошенного подростка, приговаривая что-то про гормоны и влюбленность. Влюблённость?.. Оу. 

Мысли крутятся в голове, путаясь в клубок, Джунхёк устало прикрывает глаза, он в этого поганца? Ким Докча ведь идиот, до смерти красивый и обаятельный идиот, которого по какой-то причине до дрожи хочется обнять, рядом с которым все тревожные мысли затихают, и…чёрт.]

— Ты был тем, кто научил меня любить, я знаю, наши отношения далеки от идеала, мы в этом никогда и не нуждались, но как бы странно ни звучало, я хочу быть идеальным для тебя, хочу уметь всё и иметь возможность сделать всё о чем ты только ни попросишь, хочу просыпаться в твоих объятиях и засыпать, прижимая тебя к себе, хочу слушать как ты бесишься из-за дурацких клише и как ты подпеваешь свои любимые песни, пока устраиваешь погром на кухне. 

[Джунхёк просыпается от звона посуды на кухне, не открывая глаз, шарится рукой по постели, и не найдя Ким Докчу, распахивает глаза. Звон посуды и Ким Докча, проснувшийся раньше него, дело пахнет жареным в прямом и переносном смысле. 

Ким Докча, натянув футболку Джунхека, стоит у плиты, напевая себе под нос мелодию из фильма, который они смотрели вчера вечером. На тарелке уже возвышается гора оладьев, которые сто процентов либо окажутся солеными, либо сырыми. Джунхёк улыбается, подходит совсем тихо и обнимает Докчу со спины, пряча лицо в изгибе его шеи. 

Докча щебечет что-то о перепутанных баночках и необходимости купить новые солонку и сахарницу, Джунхёк только кивает и жует самые вкусные пересоленные оладьи в своей жизни.]

— В этом шумном мире ты стал моей тишиной, ты стал для меня домом, куда я всегда возвращаюсь с улыбкой, и моё единственное желание — быть с тобой до самого конца. Я клянусь быть с тобой и в горе, и в радости, переживать вместе с тобой все взлёты и падения, быть тебе опорой и поддерживать во всех твоих стремлениях, в богатстве и бедности, хотя ты прав, второе нам уж точно не грозит. Клянусь всегда быть рядом, уважать тебя провести вместе всю оставшуюся жизнь. Ты — всё, что мне нужно. 

Поцелуй с привкусом слёз счастья и трепета от столь важных и столь трогательных слов в самый трепетный момент их жизни. Они никогда не были идеальными в рамках общества, но для них самих в мире нет никого совершеннее друг друга. 

Издавна кольцо на безымянном пальце символизирует неразрывную связь, вечную любовь и верность. 

Отныне и вовеки веков.

Клянусь любить лишь тебя одного.

Все печали пройдут, ты улыбки не прячь.

Твой свет изнутри меня греет.

Возьми мою руку, мы вместе всегда.

До последнего вздоха.

Вовеки веков.