Fleurs de vie, «Собрание»

В помещении разносятся крики, визг и смех. Маленькое пространство в углу помещения огорожено прозрачным заборчиком, достигающим полуметра в высоту, а прямо на полу постелен огромный матрас, позволяющий не мёрзнуть на холодном паркете. Здесь сидят семеро детей, во главе которых парень по имени Винсент. Большая часть ребятни сползлась к нему, и каждый хочет поговорить с «классным» дядей, который так просто нашёл с новыми знакомыми общий язык.

Один из мальчиков, светясь красным, поднимается в воздух и усаживается к Винсенту на плечо, победно вздёрнув нос. Это Накахара Чуя.

— Съел, Дадзай?!

— Я сейчас тоже залезу!

Ребята галдят, не стесняясь перебивать друг друга и дёргать своего надсмотрщика за одежду. «Благо, не добрались до волос» – думает Винсент, окликая всех и предлагая посмотреть мультики. К нему под бок забирается светловолосый комочек с янтарными глазами, к низу радужки переходящими в сиреневый – оборотня зовут Атсуши. Руки того были обращены в тигриные лапы – лапки – трансформацию которых ребёнок плохо контролировал и сильно этого стыдился.

Обгоняя ползущего по предплечью Дадзая мальчик с гетерохромией – Микола – использует способность и свешивает ножки на грудь Винсента.

— Нечестно!

— Всё честно!

Двое из всех принципиально держались подальше от всех. Первый прячет руки в карманах свободной толстовки, волком смотрит вокруг и шипит, стоит задеть плечом или как-то иначе ненароком коснуться – это Фёдор. Неподалёку от него, вжимаясь в заборчик, сидит второй малыш с двухцветными волосами, Сигма, и кутается в сиреневый плед. Он тоже не решается заговорить, хоть улыбка того же Винсента кажется добродушной.

— Слезай-й! – произносит Рюноскэ, хмуря куцые брови.

Именно он направляет серую драконью голову с красной пастью на Миколу, сжульничевшего телепортацией. Однако, дар загорается голубым и растворяется в воздухе под завилистый смех Дадзая, повинного в этом – он лишь коснулся, и бац, страшная штука пропала!

— Тихо-тихо, шебутня, давайте мы посмотрим мультик!.. Он про кота и мышку. Очень интересный, вам понравится. Кто будет сидеть тише всех – тот победил!

Во второй части помещения атмосфера совсем иная. Между взрослыми, сидящими за столом для переговоров, царит гробовая тишина. Они разглядывают досье этих детей и не могут поверить, что такое существует. Одно дело видеть взрослого Верлена, на словах зная, что тот был подвержен подобному, а совсем другое – видеть мальчика-тигра со шрамами на теле, повелителя гравитации с хмурыми карими карими глазами, который со страхом смотрит на взрослых, антиэспера с пустым взглядом и я-убью-тебя-пальцем-уйди-прочь, который прячет ладони в карманах, боясь на них смотреть. Остальные, благо, ещё не успели ощутить на шкуре того же, что Атсуши, Чуя, Дадзай и Фёдор, но один лишь факт похищения из родных семей вызывает жалость.

— Мы тут не для того чтобы обсуждать их прошлое, – тихо произносит Мори Огай, и его союзники с промедлением кивают. – Мы здесь чтобы определить их будущее.

— Огай, их нельзя отправлять в детский дом. Одна лишь голова дракона разрушит половину здания без должного контроля, и это я не говорю о рыжем с гравитацией, – произносит Татсухико.

С этим Мори согласен.

— Их способности будут полезны для Портовой мафии, – добавляет Виктор, задумчиво глядящий в сторону «загона» для ребят.

— А содержать их кто будет? – восклицает Рэмбо, всплеснув руками.

Половина глаз с надеждой переводится на единственную женщину в помещении – Озаки Коё – но та отрицательно качает головой. Одна она уж точно не поднимет на ноги семерых.

— И что вы предлагаете?

Верлен, долго смотрящий в одну точку – точкой являлся рыжий мальчишка на плече Винсента – наконец отрывается от наблюдения и поднимается со стула, поклонившись Огаю под вопросительный взгляд Рэмбо.

— Я хочу... Помочь ему. – приглушённо произносит. – Я хочу дать ему то, чего не было у меня, хочу чтобы он вырос человеком вдали от этой грязи.

В эти слова вложено до неприличия много чувств, что казалось несовместимым с тем, кто говорит. Схватившись за руку Поля, Артюр ощущает как у того дрожат кончики пальцев – он не против взять этого ребёнка под свою опеку, потому что видит стремление своего возлюбленного и хочет помочь, а в мальчике замечает всё больше и больше отголосков Верлена, из-за чего сомнений нет – это решение правильное. Рэмбо тянет того обратно, заставляя сесть на стул и немного успокоиться, чтобы не пугать детей.

Когда что-то затрагивало запретную тему, на Поля было страшно смотреть.

— Мальчик-тигр. – внезапно откликается Татсухико, сделав глубокий вздох носом. – Я чувствую в нём родство.

У них был месяц на размышления. Ровно месяц назад была разграблена лаборатория, в которой проводились эксперименты над маленькими эсперами. Заходя в помещение, где по всем признакам находились подопытные, группа мафиози и Фукучи Оочи ожидали увидеть всё что угодно, но никак не детей, забившихся в угол. Каждый из малышей смотрел с открытым ужасом, лишь смелый Чуя скалил зубы и горел красным, становясь вперёд своих друзей и собираясь защищать – и им всем от трёх до шести лет!

Когда-нибудь этот маленький щеночек может стать лучшим в мафии. Лучшим, как каждый из исполнителей, сидящих здесь. Или любой из этих детей может претендовать на место присутствующих, даже самого Огая – упускать такой шанс было глупо.

— Вы уверены? – Мори смотрит на Верлена с Рэмбо и медленно переводит взгляд на Татсухико. – Надеюсь вы понимаете, на что идёте.

Все трое отзываются молчаливыми кивками. Виктор смотрит на Винсента, сидящего в толпе детей, и тот, словно чувствуя взгляд между лопаток, оборачивается, по лицу Виктора понимая, что дела плохи. Он достаёт из кармана телефон, не решаясь отвлекать детей от мультфильма – иначе снова поднимется шум, – и быстро вбивает текст в строку сообщения, нажимая на кнопку отправления.

я, 14:54: ну? что там?

Прелесть 💖, 14:56: Я бы сказал что очень плохо. Даже... ужасно. С тем мальчиком в углу всё хорошо? У которого волосы пепельно-сиреневые.

я, 14:56: да, он просто боится меня. что у него по способности?

Прелесть 💖, 14:57: «Обмен информацией»

я, 14:57: многообещающе...

Прелесть 💖, 14:58: Мы можем?..

Винсент поднимает голову, смотря Виктору в глаза и, вздыхая, ободряюще улыбается – они могут всё, уж бок о бок справятся.

— Мы приютим Сигму.

Остальных никто брать не спешил. Мори задумчиво постукивает по краю стола, опускает взор на открытое досье Дадзая Осаму и в очередной раз напарывается на слишком взрослый для пятилетнего ребёнка взгляд. Дети этот месяц провели в стенах его штаба, и наблюдений удалось провести немало. Маленький Рюноскэ дрался с Дадзаем ежедневно, потому что тот заставлял Расёмон исчезать, но каждый раз, когда Мори пытался их разделить – цеплялся и хныкал, отказываясь отпускать, а Дадзай смотрел так, что поджилки тряслись. В итоге пришлось сдаться – если этих двоих отдавать, то только вместе.

Конечно, было глупо раздавать детей-эсперов как котят, но выбора нет. Их нужно приютить, и приютить так, чтобы они остались в пределах Портовой мафии.

Фукучи, до этого сидящий почти без движений и раздумывающий, поднимает взгляд. Он не является членом мафии, и встреча с ним у той лаборатории была случайной – Ищейки пришли за тем же, за чем мафиози. Присутствовать на собрании – его требование, и так как в той мисии Фукучи участвовал, он имел на это право и тоже может сделать выбор.

— Мальчики-крысёныши уйдут со мной.

Мори вопросительно поднимает взгляд. Крысёныши?

— Фёдор и Николай, – подглядывая в досье, поправляет себя.

Вздыхая, Огай со скрипом соглашается – отдавать сразу двух детей чужой организации ему не по нраву, учитывая, что каждый из тех силён. Не жалко конечно, но убывает.

Остались лишь двое неразлучников, на которых босс Портовой мафии долго и утомляюще смотрит, неожиданно встречаясь взглядом с несговорчивым Дадзаем, который будто понимал, о чём они говорят.

— Остальные пока побудут в штабе. Я постараюсь найти им дом.

Абсурд. Портовая мафия, которая спасает и находит приют абсолютно чужим детям. В корыстных, отчасти, целях, но всё-таки...