Финал.

План был неплохим, даже отличным, но, как и в любом отличном плане, всё складно только в теории. На практике, как оказалось, провернуть скромную операцию и не развязать полномасштабную войну против целой организации – не как два пальца обоссать. Хотя, наверное, вся проблема заключалась в том, что при своих расчетах гениальный Чон Юнхо не учел одной маленькой детали. Численность штата врага превышала ожидания.

Теперь спланированная диверсия центрального офиса разведки больше напоминала кромешный ад, в котором хотелось хотя бы выжить. Едва Сонхва и Хонджун проникли внутрь здания, по ним сразу открыли шквальный огонь со всех сторон. Уён, прикрывавший периметр, постоянно забивал эфир матом и, кажется, придумал новые способы склонения слова «блять». Описать ситуацию кроме как «полный пиздец» было невозможно. Больше всех, наверное, повезло Юнхо, который окопался в квартирке Минги и руководил операцией удаленно, пока его новый напарник активно пытался взломать систему внутренней безопасности организации и подключиться к камерам видеонаблюдения внутри здания.

— У вас на подходе еще одна группа, — сообщил в наушнике Юнхо, когда на мониторах компьютеров появилась картинка. Теперь у них были «глаза», что облегчало работу Чона как куратора.

— Кто крут? Я крут, детка, — негромко похвалил себя Минги, разминая пальцы. 

Чон по-дружески похлопал его по плечу. Сначала они скептически относились к идее совместной работы друг с другом, но спустя пару часов все же нашли общий язык и, как могло показаться со стороны, даже подружились. Юнхо признавал, что Минги отличный технический специалист, а Минги в свою очередь удивлялся тому, с какой легкостью Юнхо выстраивал стратегии проведения операции.

— Сука, это, конечно, льстит, но ради нас наняли целую армию? — процедил Хонджун, перезаряжая снайперскую винтовку. 

Он занимал позицию на перекрытиях под высоким потолком, чтобы прикрывать Сонхва, который внизу устраивал нечто невообразимое. С пистолетом в руке он выглядел не просто смертоносно, но и до ужаса сексуально. И, конечно, времени полюбоваться супругом у Хонджуна не было, но оценить краем глаза вполне успел. Пак был профессионалом, и то, как он отточенными движениями наносил удары врагу и как уверенно использовал оружие, было потрясающим. Как и его упругая задница, обтянутая штанами.

Отправив последнего противника в нокаут, Сонхва выпрямился, отряхнул одежду от пыли и брезгливо поморщился при виде пятна крови на рукаве. Он сдул с лица выбившуюся прядь волос и плавным движением заправил ее за ухо. На секунду у Кима перехватило дыхание от зрелища, но, поймав на себе самодовольный взгляд, он со вздохом закатил глаза.

— Серьезно? Красуешься?

— Да, нравится? — Сонхва дерзко усмехнулся в ответ и выразительно выгнул бровь.

— Пиздецки, — выдохнул Хонджун с легкой улыбкой.

— Боже, мы вас слышим, — взмолился Сан в наушнике, находившийся снаружи здания, чтобы обеспечить безопасность путей отхода. — Перестаньте флиртовать, здесь и без этого скоро станет жарко.

— Ох, Сан-и, глядя на тебя, мне уже становится жарко, — томным голосом подразнил Уён, рассматривая Чхве в прицел винтовки. — Когда ты сдашься и позовешь меня на свидание, котик?

— Никогда, придурок, — пробормотал Сан, тяжело вздохнув, и показал средний палец туда, где, по его предположению, располагался снайпер. В метре от него в землю ударила пуля. — Какого черта?

— За «придурка», — флегматично отозвался Чон и щелкнул зарядным клапаном.

Их взаимоотношения были сложнее, чем с остальными. Дружба с Уёном вообще штука не из простых: Чон по-своему проявлял свою привязанность и любовь. Часто это граничило с его садистскими наклонностями доводить объекты своей заинтересованности до бешенства. И ему это с легкостью удавалось.

Чхве нахмурился и открыл рот, собираясь достаточно цензурно расписать своему напарнику маршрут, по которому тот должен отправиться после выполнения операции. Но ради своего душевного спокойствия он решил не вестись на провокацию и промолчать.

— Вы закончили выяснять отношения? — без энтузиазма поинтересовался Юнхо, наблюдая, как Минги щелкает по клавиатуре, переключая камеры на объекте. — Кажется, теперь все чисто.

Сонхва оглянулся. Вокруг него лежали трупы охранников, а в помещении стояла тишина. Это было легче, чем ему казалось в самом начале. Но, как известно, не стоит забегать вперед. Едва Пак успел перешагнуть через лежащее на полу тело, как раздался новый выстрел. Пуля ударила в балку рядом с Хонджуном, потом еще одна, но с другой стороны. Третья просвистела совсем близко, зацепив плечо. Отвлекшись на супруга, Ким не сменил позицию, враг вычислил его, и вот теперь он оказался под обстрелом.

— Блять! — вскочив на ноги, Хонджун подхватил винтовку и побежал, стараясь не оступиться на перекрытиях. — Хва, уходи, срочно!

В центре холла на высоте пяти метров прятаться было негде. По Хонджуну непрерывно вели огонь как минимум четыре стрелка. Бронежилет, конечно, давал иллюзию защиты, но то, с какой силой пули врезались в него, было адски больно. Тонкие перекладины опасно шатались под его весом, до лестницы оставалась всего пара метров, но очередной выстрел вывел Кима из равновесия. Нога соскользнула, и он рухнул вниз. Тело реагировало инстинктивно, и, успев сгруппироваться, Хонджун упал на коробки, стоящие внизу. Это смягчило падение, позволяя отделаться лишь вывихом и ушибами.

Ким с болезненным стоном скатился на пол, укрывшись за коробками. Автоматная очередь прошлась рядом, на излете задев картонное укрытие. Перехватив винтовку, Хонджун пальнул в ответ. Один из нападавших упал на пол, поймав пулю в лоб, но его место сразу занял новый, так же стреляющий без остановки. Хонджуна загоняли в угол, отрезая пути отступления. Его взгляд метался по помещению в поисках хоть какого-нибудь укромного места. Он крутился, как белка в колесе, совмещая ближний бой, когда приходилось ломать противнику шею, и дальний, когда нужно было отстреливаться по снайперам.

— Уён! Бросай, нахуй, периметр, мне нужна поддержка! — прорычал Хонджун, рывком ломая сустав одному из наемников.

— Ты, блядь, издеваешься? — проорал Чон в наушнике. — У них тут ебаный танк, Хонджун!

— Что? — застрелив в упор упавшего к ногам врага, Ким спрятался за металлическим контейнером, чтобы переждать очередной обстрел. 

Внезапно снаружи раздался взрыв, и звуковая волна выбила стекла в окнах. Осколки градом посыпались на Хонджуна, которому пришлось закрыться руками.

Во что они, твою мать, ввязались?

Воспользовавшись моментом, он рванул к двери, ведущей в главный офис. Попав в узкий коридор, его застали врасплох. Никто не обещал, что прорваться внутрь будет легко. Хонджун успел снять троих охранников до того, как в винтовке кончились патроны. Услышав пустой щелчок после спуска курка, Ким отбросил оружие в сторону и ушел влево, чтобы укрыться от очередной порции выстрелов за углом. Несколько раз по нему даже попали: пули попали в грудь, заставив задохнуться от боли. Перед глазами потемнело, и, спрятавшись, он с тихим хрипом осел на пол. Вывихнутое простреленное плечо заныло.

Дерьмо. Хонджун зажал рану на руке, поморщился. Признавать не хотелось, но, похоже, положение было хуевым. Ранение сквозное, что неплохо, но с такой рукой он вряд ли сможет оказать достойное сопротивление. Ким откинулся на стену, ударяясь затылком, и вздохнул. У него почти не осталось сил, но смириться с поражением было не в его характере.

Сонхва появился откуда-то сбоку, Хонджун даже не понял. Пак швырнул вперед гранату и, подхватив супруга поперек груди рукой, потащил в обратную сторону. От болевого шока на несколько секунд Ким потерялся в пространстве и очнулся уже в небольшом помещении, похожим на подсобку. Это была маленькая комната с гипсокартонными перегородками, но в ней можно было ненадолго спрятаться, чтобы перевести дух.

— Дыши, Джуни, — Сонхва аккуратно усадил его на пол, придерживая за плечи.

Он кивнул, глотая воздух короткими вдохами. От каждой попытки набрать в легкие кислород грудь сводило от боли. Кажется, у него были сломаны ребра.

— Ты как? — спросил Пак и присел рядом. Он выглядел не лучше Хонджуна: на виске ссадина, разбита нижняя губа, оторванный рукав, которым было туго перевязано бедро, пропитался кровью.

Ким показал ему большой палец и скривился от новой порции боли.

— Прости меня, — Сонхва накрыл его ладонь и осторожно сжал пальцы. — За то, что не сказал тебе о том, что уже был замужем. Я не знаю, почему скрыл это от тебя, но ты много для меня значишь, Хонджун.

Он смотрел ему в глаза, затаив дыхание. Несмотря на все дерьмо, что происходило с ними, Хонджун был рядом. Сонхва подался вперед, лбом прижавшись ко лбу супруга.

— Я люблю тебя, — прошептал он и осторожно коснулся своими губами губ Кима. Это был короткий поцелуй со вкусом отчаяния.

— Хва, — прохрипел Хонджун и дернул его на себя, роняя на пол. Пули изрешетили тонкие стены подсобки, оставив огромные дыры в гипсокартоне – кто-то догадался взять бронебойную винтовку.

— Нас окружили, — выглянув в одно из пулевых отверстий, сказал Пак. Ким цокнул языком. 

У них осталось пара полупустых обойм для глока и одна граната. Слишком мало против бронебоя и десятка наемников: даже и с их отличной подготовкой, их все равно задавят количеством. Но даже зная это, Хонджун не собирался сдаваться, потому что у них с Сонхва все только стало налаживаться в семейной жизни. Так что подыхать было рано.

— Тогда пора заканчивать, — с трудом поднявшись на ноги, он удобнее перехватил в ладони пистолет и усмехнулся. — Как насчет после слетать в Италию?

— В отпуск? 

— Ага, отметим годовщину.

— Я забронирую отель, — Сонхва улыбнулся, а после вздрогнул, когда раздался выстрел, и пуля насквозь пробила стену рядом с ним, едва не задев. Он медленно выдохнул, глядя на Хонджуна, и побледнел, роняя оружие из ослабевших пальцев.

Хонджун нахмурился, опуская взгляд.

— Да блядь, — с разочарованием процедил он, наблюдая, как на одежде растекается кровь, и медленно стал заваливаться на бок.

***

Сонхва продолжал идти лишь потому, что в его венах кипела первобытная ярость, заглушая усталость и боль. Одновременно с тем, как истекающий кровью Хонджун рухнул на пол подсобки, что-то оборвалось в груди, оставив под ребрами пустоту.

Он был беспощаден к системе и к тем, кто к ней причастен, уничтожая всё, что вставало у него на пути. Время перестало существовать. Сонхва был всепоглощающим, всеобъемлющим, как и гнев, сжигающий его изнутри дотла. Пак не испытывал жалости ни к агентам, ни к обычным офисным сотрудникам, оставляя за собой лишь трупы.

Перешагнув через очередное бездыханное тело, Сонхва остановился у двери главного офиса. Он медленно набрал в легкие воздух, пытаясь хоть немного успокоиться, чтобы не пристрелить сразу трусливого ублюдка, засевшего в своем кабинете, как крыса. 

Сжав в руке пистолет, он толкнул дверь.

Внутри его встретил ожидаемо приставленный к виску глок последнего выжившего агента. Зико, сидевший за широким офисным столом, отвлекся от созерцания мониторов и невозмутимо окинул взглядом незваного гостя.

— Давайте без глупостей, господин Пак, — он продемонстрировал радушную улыбку и кивком указал на стоящий перед ним стул. — Присаживайтесь, поговорим.

— Вообще-то господин Ким, — поправил Сонхва и послушно передал оружие агенту, который держал его на прицеле. — Я взял фамилию мужа.

— Занятно. А где ваш супруг?

В ответ повисло молчание, и, хотя на лице Сонхва не дрогнул ни один мускул, хватило одного взгляда.

— Оу, не смог прийти, — Зико непринужденно откинулся в кресле, забавляясь каменным выражением лица напротив. — Что ж, соболезную вашей утрате. Ким Хонджун был лучшим моим агентом.

Он провоцировал Сонхва, выискав уязвимость. Чертов ублюдок.

— Поэтому вы решили пустить его в расход? — равнодушно спросил Сонхва.

— Разве? — Мужчина комично вскинул брови в притворном удивлении. — По официальной информации, шесть лет назад он был завербован агентом другой организации в качестве шпиона. Система приняла решение о ликвидации предателя.

— Вот как. А что ваша система решила насчет нас? — поинтересовался Сонхва, бегло окидывая взглядом помещение.

— Все зависит от того, примите вы мое предложение или нет, господин Пак.

— Я готов выслушать.

Зико немного откатился на кресле назад и вальяжно закинул ноги на рабочий стол.

— Мне нужны люди, такие как ты. Исполнительные и безжалостные, — его тон стал деловым, а взгляд цепким. 

— С чего вы решили, что я предам Идена и стану работать на вас? — с пренебрежением процедил Сонхва, скептически приподняв бровь. Агент, стоящий рядом и прижимающий дуло пистолета к виску, предупреждающе взвел курок. Словно напомнил о своем присутствии и что любое безрассудство будет стоить Сонхва жизни.

— Деньги, — объяснил Зико, как самую очевидную вещь в мире. — Главная причина.

В комнате повисла тишина, и напряжение в воздухе стало ощутимым. Сонхва скосил взгляд, явно что-то обдумывая несколько секунд. Зико был жадным уебком, и, получив господдержку, его организация точно занималась чем-то незаконным. Это и дураку понятно. У него появились связи, покровители и, конечно же, неограниченный доступ к импорту.

— И что вы продаете? Оружие? Наркотики? — наконец поинтересовался Сонхва.

Оскалившись в ухмылке, Зико с довольной рожей цокнул языком, развеяв оставшиеся сомнения.

— А ты не глуп, — похвалил он и продолжил. — Напоминаешь Идена в его лучшие годы. Жаль, что его обостренное чувство справедливости разрушило нашу дружбу.

— Из-за такой мелочи?

Зико вскинул лицо, явно теряя терпение на пустую болтовню.

— Мелочи? Сонхва, ты, кажется, не понял, — скинув ноги со стола, он подался вперед, хмуря брови. — Я нихуя не детские игрушки перевожу, и дяди, которые мне за это отваливают бабки, очень серьезные люди. И они не ведут переговоры, знаешь ли. Зря ты и твой обожаемый Иден сунули нос в это дело. Надо было приказать Хонджуну ликвидировать тебя тогда в Венеции шесть лет назад. 

— Ваш деловой партнер Ли Фанвэй или его племянник Ли Джунён? — догадался Сонхва, наконец складывая пазл в своей голове в цельную картинку. — Джунён поступил на службу в NSI, там вы и познакомились. И он вывел вас на своего дядю, продающего оружие по всей Европе. Я прав? 

Зико смотрел ему прямо в глаза со спокойным выражением лица. Наверное, уверенности ему добавлял тот факт, что он не собирался отпускать Сонхва из своего кабинета живым. А мертвец уже не сможет дать показания в суде. Неторопливо поднявшись с кресла, Зико поправил пиджак.

— Что ж, господин Ким Сонхва, вы абсолютно правы. Надеюсь, вы закончили задавать вопросы?

— Мы закончили, Юнхо? — Сонхва медленно поднял взгляд к камере, что висела в углу кабинета.

— Да, Марс, — ответил в наушнике Чон, и красный светодиод на камере потух. Видеонаблюдение теперь было отключено. — Сейчас тебя вытащим.

Проследив за чужим взглядом, Зико спал с лица. Нескольких секунд заминки хватило, чтобы дверь в кабинет стремительно распахнулась и парой прицельных выстрелов Хонджун уложил и Зико, и его телохранителя.

— Ты как, детка? — спросил он, ногой перевернув тело агента, что еще секунду назад держал на мушке его обожаемого супруга. Ким не позволит какому-то уебку тыкать в красивое лицо мужа своим стволом.

— Хочу в Италию, — устало ответил Сонхва, глядя на Хонджуна, раненного, но живого, и мечтая сейчас затащить его в ближайший отель, чтобы провести пару суток в кровати с хорошим матрасом и румсервисом.

***

— Здравствуйте, господин Пак, господин Ким.

— Здравствуйте, док.

— Давно вы не приходили вместе на сеансы. Как обстоят ваши дела? 

— У нас все просто отлично. Мы теперь чаще разговариваем друг с другом.

— Рад, что ваши отношения стали более открытыми. А что насчет вас, Сонхва?

— О да, мне иногда просто убить его хочется, лишь бы он заткнулся.

— Проявление эмоций всегда способствует укреплению связей.

— Ага, иногда у нас просто феерия.

— Да ладно тебе, Хва, семейная жизнь штука сложная, как выяснилось. Правда, док?

— Вы правы, Хонджун. Скажите, есть у вас какие-то совместные планы?

— Да, мы взяли отпуск. Знаете, хотим провести время вместе, не отвлекаясь на работу.

— Было бы неплохо ремонт в доме закончить, Джуни.

— Вместе и закончим. Ты, между прочим, машину мне разбил.

— Серьезно? Тебе напомнить, во что ты превратил мой любимый сервиз? А его, вообще-то, моя мама нам на свадьбу подарила.

— А с чьей помощью это произошло?

— Тц.

— Что ж, эм, я вижу, вы учитесь преодолевать проблемы. И это отлично, я верю, вы сможете разрешить конфликты вашей семейной жизни, если будете делать это вместе.

— Абсолютно с вами согласен, док. Хва?

— Угу.

— Угу?

— Да, милый, я тоже согласен с доктором.

— Давайте, пожалуй, сменим тему? Как изменения повлияли на другие аспекты вашей жизни? 

— Ох, док. По десятибалльной шкале на все двести. По три раза в день, но это по подходам, а если…

— Хонджун!

— Что? Я думал, нас опять о сексе спрашивают.

— Эм, что ж… Думаю…

— Знаете, доктор, на сегодня, пожалуй, достаточно.

— Да, спасибо. Вы просто супер нам помогли. Наверное, мы заглянем к вам лет через шесть еще раз.

— Хонджун!