Изобретательный боевик с многофигурными погонями, качественным саспенсом под прикрытием, киногеничными локациями Макао, неленивым экшеном и ожесточенной схваткой заслуженных пожилых джентльменов – выписанного с пенсии Джеки Чана и инфернального пенсионера Тони Люна Кафая
14. Супер счастливы навсегда (Кохэй Игараси)
Чуткий и красивый фильм о горевании молодого реставратора, внезапно потерявшего жену: легкое кино на тяжелую тему, разметка картографии любовного настроения через цепочку совпадений и иллюстрация знаковой эротической формулы "когда это кончилось, оказалось, что оно было навсегда"
13. Моё солнышко (Хироси Окуяма)
Трогательный зимний фильм о выходе из детства и фигурном катании (очень красиво снятом), спортивная драма наоборот, высвечивающая щедрым солнечным светом юношескую дезориентацию и смутность желаний
12. Долгий путь домой (Чжэн Сюсун)
Человеколюбивая и стоическая документалистика о трагических обстоятельствах и резистентности деревенского пролетариата с винокурни близ Чунцина во время пандемии: неунывающий Пань Чжаодэ с двумя веселыми дочерьми – герой нашего времени и новый этический ориентир
11. Что эта природа говорит тебе (Хон Сан Су)
"Знакомство с родителями" по Хон Сан Су – снятая в оптике близорукости горькая алко-комедия про структурированность классом и сыновьей почтительностью, которая особенно видна, когда пытаешься от нее отречься. Эта природа нам что-то говорит, но мы не умеем увидеть
10. Метод исключения (Пак Чхан Ук)
Остросюжетный марксизм, мрачная комедия о том, что капитализм не шутка, безжалостно точный портрет мужчины среднего класса и среднего возраста – и всё это упаковано в фирменное органическое барокко Пака с виртуозными ритмами, углами и склейками
9. Мир любви (Юн Га Ын)
Проникновенная гуманистическая драма с потрясающей дебютанткой Со Су Бин в сложной главной роли о мужестве корейской старшеклассницы не зависать в состоянии жертвы и, критически пострадав от мира, не отказываться от мирского со-бытия. Фильм, который не столько демонстрирует, сколько вызывает и смех, и слёзы, и сочувствие, и восхищение
8. Незаконченный фильм (Лоу Е)
Возможно, лучшее из снятого о ковиде; приближенный к уханьскому эпицентру докуфикшн о кино как школе храбрости и хаосе как истине войны (с вирусом); достижение неразличимости искусства и жизни и эволюция в анти-фильм, реальный, потому что вымышленный
7. Глаза незнакомца (Крис Ео)
Сингапурский криминальный триллер, сворачивающий в меланхоличную рефлексию о судьбе вуайеризма в обществе тотального и взаимного наблюдения: чем больше каждый смотрит за каждым, тем менее видимым себя ощущает. Наблюдение за наблюдающими наблюдателей не только предписывает и произвольно меняет социальные роли, но и подменяет сам процесс субъективации
6. Национальное достояние (Ли Сан Иль)
Сага эпического масштаба и старого стиля о взлетах и падениях людей, живущих кабуки; драматизация драматизации; увлекательное исследование мономаникальности и вариация на тему "Крестного отца" в контексте уникальной красоты конкретного мастерства
5. Отдел кадров (Навапон Тамронграттанарит)
Офисная меланхолия мусорного времени истории, рифмующая горсть праха с результатами МРТ беременной эйчарщицы, а печь крематория с выездом с автомойки; Навапон приближается к Эдварду Яну и снимает свой самый трезвый и взрослый фильм о запустении субъекта и депрессивном безразличии жизненного цикла
4. Два сезона, два незнакомца (Сё Миякэ)
Искусство легких касаний; ода тонизирующему незнакомству, контингетным столкновениям с миром и случайным встречам, не обязанным перерастать в нечто большее, чтобы помочь с придавленностью духом тяжести и сцепленностью тревогой, печалью и скукой от бедности повседневного опыта. Снято с заботой о каждом кадре и аранжировано отменным саундтреком
3. Полезный призрак (Ратчапум Бунбунчачоке)
Каурисмяки встречает Гироди в Таиланде, и оба теряют приличия: дикая, откровенная комедия на грани о влюбленном призраке, вселяющемся в пылесос, по ходу дела перерастает в драйвовое политическое, если не сказать революционное, кино. Роскошно стилизованный полнометражный дебют одинаково успешен в репрезентации эротических приключений бытовой техники и освободительного потенциала коммунизма призраков
2. Лука в дороге (Сюндзи Иваи)
Перемонтированный и значительно расширенный до пяти с половиной часов и десяти эпизодов фильм "Песня Кириэ"; чувственный трибьют уличным музыкантам, подростковой сентиментальности и женской дружбе; самое музыкальное кино года, если не десятилетия. Девушка Лука, скитающаяся без дома и голоса, как самая человечная метафора современных человеческих условий снабжает светлой печалью, вдохновением и слабой надеждой
1. Воскрешение (Би Гань)
Грандиозные похороны кино, персонализированного в фигуре измученного кино-монстра и совпадающего с диким двадцатым веком со всей его страстью к реальному; распутывание шести корней чань-буддизма в странных и перекликающихся историях на разных киноязыках, включая фирменную получасовую сцену без склеек; упрямое сопротивление бессмертию; мистический ритуал в восковом кинотеатре и еще десять тысяч когда-то твердых вещей, безвозвратно растворяющихся в воздухе
