Fifth (pt 1)
soderiiНоябрь наступил почти незаметно.
После той самой ночи в студии время словно снова ускорилось. Дни складывались в привычную цепочку из репетиций, записей, встреч с продюсерами и бесконечных часов за ноутбуком, а календарь всё чаще напоминал Юнсо, что с момента её возвращения в индустрию прошло уже несколько месяцев. Иногда ей казалось, что ещё совсем недавно она только переступила порог HYBE, сжимая в руках временный пропуск и не до конца понимая, действительно ли готова начать всё сначала. Теперь же сотрудники всё чаще здоровались с ней по имени, администраторы перестали каждый раз уточнять, в какую студию ей нужно попасть, а охранник на первом этаже уже несколько недель неизменно желал ей хорошего дня, стоило ей войти в здание.
Она постепенно переставала чувствовать себя человеком, который случайно оказался здесь. Новая компания больше не казалась чужой.
Конечно, она всё ещё не могла назвать её домом, вндь для этого прошло слишком мало времени, но здесь было удивительно спокойно. Никто не заставлял её работать до изнеможения, никто не торопил с песнями только потому, что график уже утверждён, а любые обсуждения музыки действительно оставались обсуждениями, а не формальностью, которую нужно было пережить перед тем, как решение всё равно примут без неё.
Наверное, именно к этому привыкнуть оказалось сложнее всего.
За столько лет в Silverline она почти перестала верить, что мнение артиста действительно может что-то изменить. Здесь же продюсеры спокойно спорили друг с другом из-за нескольких секунд инструментального проигрыша, меняли уже готовые партии, если кто-то находил более удачное решение, и без сожаления откладывали релиз песни, если чувствовали, что ей нужно ещё немного времени.
Именно поэтому последние несколько недель Юнсо почти жила в студии. До завершения альбома оставалась всего одна песня. Самая последняя. Та, которую она почему-то никак не могла отпустить.
Она уже несколько раз переписывала припев, меняла темп, убирала инструменты, возвращала их обратно, переставляла местами вокальные партии и каждый раз убеждала себя, что вот теперь всё звучит именно так, как нужно. Но проходило полчаса, и она снова открывала проект, находя новую мелочь, которая переставала её устраивать.
Ноутбук стоял перед ней уже почти три часа. На столе медленно остывал горячий чай, который она так и не успела допить, а из колонок снова и снова звучали последние сорок секунд композиции.
Юнсо привычным движением остановила воспроизведение. Несколько секунд сидела молча, потом снова нажала пробел.
За это время многое успело измениться. Она постепенно познакомилась с людьми, которых раньше видела только мельком в коридорах. Несколько продюсеров неожиданно оказались такими же увлечёнными музыкой, как и она сама, поэтому обычные обсуждения аранжировок нередко превращались в получасовые разговоры о любимых альбомах, старых рок-группах или необычных сочетаниях инструментов. Иногда после записи кто-нибудь предлагал вместе поужинать, кто-то присоединялся уже по дороге.
С Мартином они тоже виделись ещё несколько раз, не так часто, как могло показаться со стороны.
Их расписания редко совпадали полностью, поэтому чаще всего они пересекались во время работы над песнями или случайно сталкивались в студиях поздним вечером, когда большая часть здания уже постепенно пустела. Иногда они спорили о каких-то совсем незначительных деталях аранжировки, иногда обменивались новыми демо, а однажды почти сорок минут пытались понять, почему один единственный аккорд звучит «почти правильно», но всё равно будто бы не на своём месте.
Каждая встреча заканчивалась удивительно просто.
— До завтра.
Или:
— Напиши, если всё-таки найдёшь нормальную партию ударных. Так вообще говорят?
После чего каждый снова уходил к своим делам. И, наверное, именно поэтому их общение не ощущалось чем-то особенным.
Оно просто постепенно становилось привычной частью жизни.
За это же время Юнсо несколько раз пересекалась и с остальными участниками группы. Чаще всего это были короткие разговоры в коридорах или возле автоматов с кофе. Джухун как-то в шутку показал ей фотографию странного десерта, который случайно заказал ему Сонхен по ошибке, Джеймс несколько минут жаловался, что кто-то снова выпил весь кофе в студии раньше него, а Конхо однажды совершенно серьёзно попросил её послушать небольшой фрагмент мелодии, над которым он возился уже несколько дней.
Никто не вёл себя так, будто её знакомство с Мартином было чем-то неожиданным. Юнсо почти сразу перестала обращать на это внимание.
***
— Нет, подожди… — Джеймс даже поднял ладонь, словно пытался остановить разговор, — то есть ты сейчас серьёзно?
— Что? — Мартин непонимающе посмотрел на него.
— Ты познакомился с Мэй.
— Ну… да…
На несколько секунд в комнате повисла тишина.
Первым её нарушил Конхо.
— И ты молчал?!
— Да что такого-то? — Мартин пожал плечами, искренне не понимая, из-за чего все вдруг так всполошились, — мы просто познакомились.
— Просто познакомились? — Джеймс недоверчиво рассмеялся, — Мартин, ты последние несколько лет при каждом удобном случае рассказывал, как сильно любишь её музыку. Мы столько раз слышали имя Мэй, что могли бы уже сами половину её дискографии наизусть выучить.
— А потом, — подхватил Джухун, едва сдерживая улыбку, — она проходит мимо, вы спокойно здороваетесь друг с другом, будто это происходит каждый день, а ты даже не думаешь сказать нам об этом?
— Я правда не видел в этом ничего особенного.
— Конечно, не видел, — театрально кивнул Джеймс, — подумаешь, встретил человека, из за которого ты стал писать музыку…
Конхо тихо прыснул в кулак.
— Если бы я познакомился со своим кумиром, вы бы узнали об этом раньше, чем я домой доехал.
— Вот именно! — Джеймс ткнул пальцем в его сторону, — наконец-то в этой комнате есть здравомыслящий человек. А… это Конхо сказал… тогда сомнительно.
Мартин только закатил глаза и устало усмехнулся.
— Вы драматизируете.
— Нет, — Сонхён впервые подал голос, спокойно посмотрев на него поверх кружки, — мы просто удивлены, что ты умудрился целую неделю делать вид, будто ничего не произошло, хотя эта встреча была буквально твоей мечтой!
— Ладно… может быть, я действительно забыл рассказать, — на лице Мартина мелькнула виноватая улыбка.
Гораздо сильнее её беспокоило совсем другое.
Дата дебюта снова переносилась. В первый раз всё выглядело вполне логично.
Практически перед самым утверждением трек-листа в сети неожиданно начали обсуждать рабочее название одной из песен. Информация быстро разошлась по фанатским аккаунтам, хотя композиция ещё даже не была официально зарегистрирована. Продюсеры без особых эмоций приняли решение заменить название и немного изменить концепцию трека. Никто особенно не переживал — подобные вещи иногда действительно случались.
Через неделю произошло ещё одно совпадение.
Во время внутреннего собрания обсуждали возможную дату выхода первого тизера. Решение окончательно так и не приняли, разговор получился коротким, и казалось, что об этом моменте все забудут уже через несколько минут.
Но уже следующим утром несколько крупных фанатских аккаунтов уверенно писали именно об этой дате, будто информация давно была известна. Тизер снова перенесли.
Потом пришлось полностью переделывать оформление одного из концептов. Кто-то заранее слишком точно описал цветовую палитру будущих фотографий. Затем неожиданно выяснилось, что часть сотрудников получила письма с неверной версией внутреннего расписания, из-за чего съёмки пришлось переносить практически в последний момент.
Каждый раз объяснение находилось. И всё же постепенно складывалось ощущение, будто кто-то постоянно оказывается на один шаг впереди.
Юнсо старалась не придавать этому большого значения.
В подобных проектах работали десятки людей. Продюсеры, дизайнеры, фотографы, стилисты, менеджеры, координаторы… Информация неизбежно проходила через огромное количество рук, поэтому небольшие утечки казались почти неизбежными.
И всё-таки странных совпадений становилось слишком много.
Самое удивительное заключалось в том, что происходило это почти всегда с теми решениями, которые принимались буквально за день или два до официального утверждения.
Из-за этого дебют снова сдвигался.
Сначала на неделю. Потом ещё на несколько дней. После этого — ещё раз.
Официально никто не называл происходящее проблемой. Наоборот, руководство спокойно объясняло, что компания не хочет торопиться и предпочитает выпустить альбом именно тогда, когда всё будет готово.
Наверное, именно поэтому напряжение ощущалось сильнее. Все продолжали улыбаться, говорили, что ничего страшного не происходит.
Но в разговорах сотрудников всё чаще мелькало одно и то же слово.
«Опять»
***
В начале декабря ситуация наконец сдвинулась с мёртвой точки.
После очередного переноса руководство всё же утвердило окончательную дату дебюта — шестое декабря. На этот раз никто не говорил осторожных «если всё пройдёт хорошо» или «скорее всего». Наоборот, уже на следующий день началась подготовка к промоушену. Расписания постепенно заполнялись съёмками, интервью и репетициями, а Юнсо всё чаще ловила себя на мысли, что теперь времени на то, чтобы просто посидеть в студии, почти не останется.
За несколько дней до первых съёмок менеджер попросил её ненадолго зайти в небольшую переговорную на четвёртом этаже.
Когда Юнсо вошла внутрь, за длинным столом уже сидели несколько человек. Часть из них она знала по предыдущим встречам, остальных видела впервые.
— Раз уж мы официально выходим на этап промоушена, думаю, самое время вас познакомить, — с улыбкой произнёс менеджер, — ближайшие полтора месяца именно эти люди будут отвечать за организацию большей части твоего расписания.
Знакомство прошло довольно быстро. Ей представили менеджеров, отвечающих за логистику, человека, который координировал съёмочные группы, специалиста по работе с зарубежными расписаниями и ещё нескольких сотрудников, чьи должности Юнсо, честно говоря, запомнила далеко не сразу.
— И ещё один человек, — менеджер повернулся к мужчине, сидевшему ближе к окну, — это Минджэ. Он внештатный координатор, поэтому в офисе бывает не каждый день, но именно он будет сопровождать тебя во время дебюта и всего периода промоушена. Если возникнут вопросы по расписанию, перемещениям или организации съёмок, можешь обращаться напрямую к нему.
Мужчина спокойно поднялся со своего места и слегка поклонился.
— Приятно познакомиться.
Юнсо уже собиралась ответить тем же, как вдруг на мгновение замерла.
Она уже видела его. Только не сразу поняла, где именно.
Перед глазами неожиданно всплыл вечер двухмесячной давности. Коридор студийного корпуса, Мартин, торопливо убирающий телефон в карман, и мужчина, который прошёл мимо них, коротко кивнув в знак приветствия.
Тогда это показалось совершенно незначительной встречей.
«Точно…»
Но почти сразу вслед за этим пришло другое воспоминание. Совсем не о HYBE. Другие коридоры, здание, гораздо более строгие лица сотрудников. И человек, который так же спокойно сверял расписания перед концертами Silverline, проверял машины перед выездами и иногда сопровождал их на крупных мероприятиях. Юнсо нахмурилась почти незаметно.
Неужели…
Мужчина спокойно встретился с ней взглядом. Никакого удивления или узнавания.
Будто они действительно видели друг друга впервые.
— Рад сотрудничеству, — произнёс он тем же ровным голосом.
Юнсо на секунду замешкалась, а затем всё же улыбнулась в ответ.
— Взаимно.
Может быть, она просто ошиблась. За столько лет лица действительно могли стереться из памяти, да и координаторов в крупных компаниях всегда было много.
Хотя мужчина выглядел почти так же, как тогда, лишь немного старше. Ладно, возможно, ей просто показалось.
Через несколько минут знакомство продолжилось, и разговор незаметно перешёл к расписанию первых недель после дебюта. А тема Минджэ растворилась сама собой.
По крайней мере, для Юнсо.
***
Вечером студийный этаж постепенно пустел. За окнами уже давно стемнело, а часы на экране ноутбука показывали начало шестого. Юнсо устало сняла наушники, потерев переносицу. До дебюта оставалось всего несколько дней, и последние несколько часов они с Мартином пытались окончательно разобраться с аранжировкой одной из песен, но сейчас оба уже понимали, что дальше работать бессмысленно — слишком устали.
В студии повисла привычная тишина.
Мартин первым закрыл проект и, откинувшись на спинку кресла, несколько секунд молча смотрел в потолок.
— Слушай… — наконец произнёс он, повернувшись к Юнсо, — у тебя ведь сегодня вечером ничего нет?
— Да вроде нет, — она удивлённо посмотрела на него.
— Тогда… — он ненадолго запнулся, словно подбирая слова, — мы там сегодня собираемся немного погулять. Просто большой компанией, ничего особенного.
— Кто «мы»? — Юнсо вопросительно приподняла брови.
— Все мои ребята из группы. Мока, Вонхи и Ироха из ILLIT тоже придут… И, кажется, девочки из LE SSERAFIM обещали заглянуть, если успеют освободиться, но тоже не все, — он слегка улыбнулся, — подумал… может, ты тоже захочешь.
Юнсо ненадолго замолчала.
Мысль казалась неожиданной.
— Не знаю… — честно призналась она, — я же мало знакома с ними...
— Поэтому и предлагаю, — спокойно ответил Мартин, — до твоего дебюта осталось совсем немного. Мне кажется, тебе сейчас полезно хоть ненадолго отвлечься от студий и расписаний, сама же знаешь, что потом у тебя уже будет не так много времени. Тебе нужно хоть немного отдохнуть…
Он помолчал, а потом, уже чуть тише, добавил:
— И познакомиться со всеми поближе.
Юнсо невольно улыбнулась. Предложение было таким простым, что отказаться почему-то становилось сложнее.
— А остальные точно не будут против?
— Против? Юнхо, ты серьезно?— Мартин даже тихо рассмеялся, — если честно, после того как я сказал, что хочу тебя позвать, все сразу начали спрашивать, согласишься ли ты, — он почти сразу понял, что сказал лишнее, и неловко отвёл взгляд, — в смысле… все просто будут рады.
Несколько секунд Юнсо молча смотрела на него. Почему-то от мысли, что он не забыл о ней и специально предложил провести вечер вместе с остальными, внутри стало неожиданно тепло.
— Хорошо, — наконец кивнула она, — думаю… можно.
— Правда? — Мартин заметно оживился.
— Ты сейчас выглядишь так, будто ожидал совершенно другого ответа, — она тихо усмехнулась.
— Если честно… немного.
Юнсо покачала головой, пряча улыбку.
— Тогда постараюсь не пожалеть о своём решении.
— Не пожалеешь, — почти сразу ответил он, поднимаясь с кресла, — обещаю.
Они задержались в студии ещё почти на сорок минут.
К тому времени остальные уже успели закончить свои дела и постепенно расходились. В только созданный, общий чат почти сразу пришло сообщение, что все собираются возле круглосуточного магазина в паре минут от здания HYBE.
Так было проще, ведь если выходить всей компанией одновременно, шанс привлечь к себе лишнее внимание становился слишком большим.
Юнсо и Мартин вышли последними. Автоматические двери за их спинами тихо закрылись, отрезая привычный шум здания. На улице уже окончательно стемнело. Воздух оказался заметно холоднее, чем казался через окна студии.
Несколько метров они прошли разговаривая не о чем. А потом Юнсо вдруг негромко произнесла:
— Кстати… напомни мне потом чай купить.
— Чай? — Мартин повернул голову.
— Угу.
Она на секунду опустила взгляд на свои руки.
— Я сегодня перчатки дома оставила. Думаю, минут через десять начну жалеть об этом.
— Хорошо. Напомню, — он коротко усмехнулся.
После этого разговор сам собой снова перешёл на какую-то совершенно незначительную тему. Они обсуждали последние приготовления к дебюту, спорили о том, действительно ли декабрь в этом году холоднее обычного, и почти незаметно дошли до места встречи.
Остальные уже были там.
Первой Юнсо заметила Моку.
— Юнсо!
Та сразу оживилась и, почти не раздумывая, крепко обняла её. Следом подошли Вонхи и Ироха, радостно здороваясь и тут же начиная перебивать друг друга вопросами о том, как проходит подготовка к дебюту.
Чуть поодаль стояли Кадзуха и Ынчэ, которые тоже тепло поприветствовали Юнсо, а рядом с ними уже о чём-то оживлённо спорили ребята из CORTIS.
Почему-то всё оказалось намного проще, чем она представляла. Никто не смотрел на неё как на незнакомку, не заставлял чувствовать себя лишней. Словно она уже какое-то время была частью этой компании.
— Кстати….
Юнсо обернулась на знакомый голос.
— Ты же просила напомнить про чай, — Мартин кивнул в сторону ярко освещённого входа в магазин.
— А, точно, — Юнсо тихо хлопнула себя ладонью по лбу и улыбнулась, —спасибо. Я быстро.
Она уже собиралась зайти внутрь, как вдруг обернулась к остальным.
— Никому ничего не купить?
— Мне американо! — почти сразу откликнулся Джеймс.
— И мне возьмите что нибудь теплое, только без сахара, — добавил Конхо.
— Возьми мне какао, если не сложно, — негромко сказала Ынчэ.
— Я с тобой, — тут же произнесла Мока, — всё равно хотела что-нибудь взять.
— И я! — Ироха почти сразу шагнула следом.
Внутри магазина оказалось неожиданно тепло. Пока Юнсо ждала свой чай, девушки успели разговориться о предстоящем дебюте, зимних концептах и о том, как быстро в этом году наступили холода. Разговор получался настолько лёгким, что она почти перестала замечать, как быстро проходит время.
Когда они вышли обратно, остальные уже успели начать какие то дебаты, но почти сразу успокоились и уже все вместе медленно двинулись к торговой улице.
А Юнсо неожиданно остановилась рядом с Мартином и протянула ему бумажный стаканчик.
— Это тебе.
Он удивлённо посмотрел сначала на напиток, потом на неё.
— Я же ничего не просил.
— Знаю, — она едва заметно улыбнулась, — поэтому и взяла. Ты каждый раз покупаешь одно и то же.
На несколько секунд Мартин растерянно замер, а потом тихо усмехнулся, принимая стаканчик.
— Спасибо.
— Не за что.
И только после этого они вместе догнали остальных, которые уже неторопливо сворачивали в сторону освещённых вечерними гирляндами улиц.
Компания решила не оставаться возле HYBE и направилась в сторону Сондон. Вечером этот район выглядел совсем иначе, чем днём. Небольшие переулки были красиво украшены, витрины ещё работали, а из кофеен доносились приглушённые разговоры и запах свежей выпечки.
На улице было достаточно людно, чтобы никто особенно не обращал внимания на ещё одну компанию молодых людей в длинных пальто, шарфах и масках.
Они шли медленно, постоянно меняясь местами.
То Джеймс начинал спорить с Джухуном о каком-то фильме, который, по его мнению, был сильно переоценён. То Ынчэ пыталась доказать Моке, что горячий шоколад всё-таки лучше любого кофе.
В какой-то момент Конхо неожиданно предложил всем угадать, кто первым забудет текст собственной песни во время следующей репетиции.
— Сто процентов Джеймс, — уверенно заявил Джухун.
— Почему сразу я?
— Потому что ты однажды уже начал петь вообще не ту песню.
— Это было один раз!
— Два.
— Ну и ладно… придурок…
Компания одновременно рассмеялась. Юнсо даже не заметила, в какой момент сама начала смеяться вместе со всеми.
Через некоторое время с неба медленно начали падать первые снежинки, сначала их было совсем немного. Потом снег стал гуще, мягко оседая на тёмных волосах, шарфах и плечах, и уже через пару минут кто-то предложил сделать несколько фотографий.
Сначала девочки, смеясь, долго пытались выбрать, с какой стороны снег ложится красивее, пока парни терпеливо ждали в стороне. Потом, наконец, настала очередь общей фотографии — её удалось сделать только с третьей попытки, потому что Джеймс каждый раз успевал скорчить такую гримасу, что остальные начинали смеяться ещё до щелчка камеры.
После общей фотографии никто уже не убирал телефоны. До самого конца прогулки то и дело появлялись новые снимки: весёлые селфи девочек, кадр, на котором Юнсо и Сонхён с совершенно серьёзными лицами уже несколько минут спорили, какой вкус напитка всё-таки лучше, пока остальные смеялись за кадром, и нелепая фотография с Мартином, где оба по просьбе Джеймса одновременно изобразили самое милое выражение лица, на которое только были способны. Следующий снимок получился уже через секунду — никто не выдержал, они одновременно изобразили отвращение и рассмеялись, окончательно испортив всю «эгье концепцию».
Спустя время Юнсо настолько увлеклась разговором с Мокой и Кадзухой, что совершенно забыла о своих перчатках.
— Юнсо.
Она обернулась. Рядом оказался Мартин.
— С руками всё нормально?
Юнсо машинально посмотрела вниз и улыбнулась.
— Да. Всё хорошо.
Она слегка пошевелила пальцами.
— Пока ещё не замёрзли.
— Хорошо, — Мартин коротко кивнул.
И так же спокойно вернулся к разговору с остальными.
Спустя ещё минут сорок компания всё так же неспешно бродила по вечерним улицам, перескакивая с одной темы на другую.
— Нет, я всё равно считаю, что маленькие стаканчики — это издевательство, — возмущался Джеймс, рассматривая почти пустой кофе в своей руке, — заканчивается за три глотка.
— Потому что ты пьёшь его так, будто участвуешь в соревновании, — спокойно заметил Сонхён.
— Это неправда.
— Правда, — одновременно ответили Вонхи и Джухун.
— Предатели…
Все рассмеялись.
Юнсо покрутила в руках свой стаканчик с чаем и с улыбкой покачала головой.
— Мне тоже не нравятся они, — она подняла стаканчик чуть выше.
— Почему? — удивилась Ынче.
— Пока одна рука греется, вторая уже успевает замёрзнуть.
— Так поменяй, — предложил Джухун.
— Тогда замёрзнет первая.
— А… ну да, — усмехнулся он.
Компания снова переключилась на другую тему. Кто-то впереди уже начал спорить о том, куда идти дальше, и все постепенно растянулись по улице небольшими группами.
Через несколько минут Юнсо и Мартин сами собой оказались рядом.
Она всё так же держала чай в одной руке, а вторую машинально пыталась спрятать в рукав пальто.
Мартин мельком посмотрел на неё, затем без лишних слов взял её свободную руку в свою.
Юнсо удивлённо повернула голову.
— Ты чего?
— Чтобы не мёрзла.
Она тихо усмехнулась.
— А у тебя руки не мерзнут?
— Нет.
— Вообще…?
— Неа…
Юнсо несколько секунд молча смотрела на него, а потом не смогла сдержать улыбку.
— Это несправедливо….
— Ха-ха, не завидуй только, — дразня ответил он.
Она тихо покачала головой, но руку не убрала.
Впереди снова раздался громкий смех Конхо, который, судя по всему, опять проиграл какой-то бессмысленный спор, и уже через секунду они оба снова влились в общий разговор, продолжая идти рядом, словно ничего необычного не произошло.