Фейзэ Яндере

Тихое фырканье. Лютое напряжение. Запах крови. Мозэ даже не потрудился, забирая, осмотреть труп. Это был типичный сопляк, пристающий к его генералу. Надоели. Такие глупые и пустые люди, одурманенные властью и красотой Фейсяо. Они даже не стараются, лишь дарят вонючие цветы и конфеты. Генерал не заслуживает таких людей.

Мозэ вздыхает, поддерживая до сих пор тёплое тело на своём плече холодными руками. Парень не мог сказать, что он - идеальный кандидат в партнëры для Фейсяо. Они так и останутся слугой и хозяином. Это никак не изменить. Мозэ, пусть и самый приближенный к генералу Яоцин, может только защищать. Но защищать не только от явной, но и от потенциальной опасности, являющейся теми ублюдками, виляющими хвостиками вокруг его генерала. Его генерала, да. Единственная женщина, которая когда-либо привлекала его. Единственная женщина, ради которой он готов пожертвовать не только собой, но и населением Лофу. Односторонняя, жестокая любовь. Мозэ ведь даже не привлекательный, по его же мнению. Да и как он привлечёт женщину, тем более такую мощную и горячую, будучи убийцей? Но надежда до сих пор не покидала его.

Теневой стражник выходит из невидимости и сбрасывает труп в специальную яму, посмотрев презрительным взглядом на мёртвого. Очередная помеха на пути. Очередной мудак у ног его любимой.

Вернувшись к своему генералу, Мозэ выслушал все беспокойные вопросы Фейсяо, отвечая на них максимально сухо.

— Мозэ, всë точно хорошо? — Фейсяо положила руки в боки.

Мозэ медленно кивнул, скрестив руки на груди и смотря вниз. — Было бы плохо, я бы вам рассказал. Я не могу скрывать от вас совершенно ничего. — солгал убийца.

Генерал Яоцин неспеша изучила лицо Мозэ прищуренным взглядом, после чего улыбнулась.

— Ну чего ты такой хмурый? Я знала, что ты так ответишь! Напыщенный как Ауруматон. —

Мозэ промолчал, но чувствовал лёгкую дрожь в сердце. Любовь. Обман. Он обманул свою любовь. Но обманул ради блага, так ведь? Фейсяо будет плохо, если она узнает о всех злодеяниях Мозэ.

Так что пусть их любовь останется чистой снаружи, и нездоровой внутри.