ФАЛЬСТАРТ

«Революционные партии и революционные народы
смогут закалиться и достичь зрелости,
обеспечить себе победу лишь в том случае,
 если они будут постоянно учиться
 на положительном и отрицательном опыте,
сравнивать и сопоставлять.

(Мао Цзэ Дун «Жэньминь жибао» 26 февраля 1965 г).

Год назад в стране состоялась акция «Любовь сильнее страха», а ранее 23.01.21 в Чите на площади Ленина собрались около четырёхсот человек. Вначале народ был разрознен и неорганизован. Мало кто вообще представлял, что и как надо делать. Затем люди стали сбиваться в кучки. Возникло три центра притяжения. В конце концов они слились в единую массу. В дальнейшем с приходяще-уходящими, сочувствующими, в пиковый момент их число доходило до восьми сотен человек, что небывалое количество для Читы наших дней.

Вообще, то событие, как и роль автора этих строк в нём, хорошо описаны в статье Стаса Захарова «Галактическая комедия читинского масштаба», в «Чёрной Газете» (№ 43 февраль 2021). Ну конечно там авторская версия, с примесью художественного вымысла, но в целом фабула изложена верно. Кому интересно почитайте.

Наше же внимание направлено не на последовательность действия и мелкие подробности, а скорей на его глубинные причины и результаты.

Граждане вышли протестовать против ареста А. Навального. За час до Читы вышел Хабаровск и Владивосток, за два часа Магадан, за три Камчатка. Волна протеста катилась с востока на запад, вместе с движением солнца по небу как бы разгоняя мрак и холод бесправия страны путинского стабильного застоя.

В восемь вечера по нашему, когда в столице Забайкалья уже стемнело и задержанных, составив протоколы, отпустили по домам, в Москве и Санкт-Петербурге собрались огромные толпы. По сообщению агентства Рейтер в Москве вышло сорок тысяч человек, по данным ФБК пятьдесят тысяч, в Санкт-Петербурге по разным оценкам было от десяти до двадцати тысяч демонстрантов.

Призыв был выходить на центральные площади городов, принципиально не подавая никаких уведомлений на согласование массовых акций.

На что рассчитывали организаторы протеста? Ответ на этот вопрос затруднителен. Даже теперь год спустя не опубликовано никаких сведений о планах федерального штаба и зарубежного координационного центра (руководители протестов во избежание ареста уже находились в Германии) на тот период. Однако путём анализа можно сделать следующие выводы.

Цель минимум - массовый выход людей на улицы вынуждает власть освободить А. А. Навального. Его персона тем самым приобретает ореол неприкосновенности, основывающийся на народной любви и поддержке. В этом случае происходит то, чего Путин два десятилетия пытался не допустить. Возникает противоположный полюс притяжения, персонифицированный в виде вождя оппозиции, которого часть людей так же любит и поддерживает, как и старого лидера. Обычному человеку ситуация обрисовывается в простом вопросе: «Василь Иваныч ты за Путина, али за Навального». До 2021 г. так спросить было нельзя, поскольку отсутствовала личность для указанной формулы. Официальная пропаганда вдалбливала в головы россиян твёрдую установку: «Альтернативы Путину нет!». Внутри страны поставить рядом, наравне с ним, никого нельзя. Кандидаты в президенты всегда представлялись заведомыми лузерами, допущенным на забег (именно на забег, а не на победу) с чемпионом и рекордсменом. В случае освобождения Навального монополия российского елбасы рушилась.

Цель максимум – протестные действия приводят к полной дестабилизации режима. Толпы людей становятся всё более массовыми. Двести, триста тысяч москвичей выходят на Красную площадь и берут Кремль. Путин низложен, Навальный становится главой государства.

Все прочие, промежуточные варианты, будут укладываться в диапазоне между описанными минимумом и максимумом.

И что же получилось?

Вначале власть как всегда, по тупости своей, попала в ловушку Навального.

По ВУЗам и школам в пожарном порядке пошла политинформация о нежелательности участия в несанкционированных акциях. Тем самым оповещение о месте и времени их проведения было доведено до людей, многие из которых и не слышали до этого ни о чём.

Своевременной реакции на обвинение Путина в стомиллиардной взятке в виде Геленджикского дворца не последовало. Правдоподобной версии никто придумать не мог. Пассаж Соловьёва «Если нашему народу дать волю у Путина будет не один такой дворец. Наш народ любит своего президента» звучала, мягко говоря, неубедительной, фальшивой трелью.

Применение силы против демонстрантов было излишним и неоправданным. Их фактически провоцировали на ответное насилие. Так, Николай Сванидзе (член СПЧ при президенте) заявил: «Не надо было задерживать столько народа, не были бы переполнены и спецприемники. Не надо также запрещать акции, на которые люди имеют полное право в соответствии с Конституцией, а потом хватать всех подряд за нарушение надуманного запрета.» («Голос Америки»  04.02.21).

В итоге акции удались. Вышло 198 городов в России и 95 за рубежом. По подсчётам «МБХ медиа», общее число протестующих в России составило от 110 тыс. человек до 160 тыс. Руководитель региональных штабов ФБК Леонид Волков оценил общую численность протестующих в 250—300 тыс. (Ньюс.Ру 24.01.21)

31 января кремлёвским напомнили их же лозунг «можем повторить!».

По оценке организаторов, т. е. соратников Навального, всего в повторной акции участвовало 200—300 тыс. человек в 140 городах. Количество городов тем самым уменьшилось. По подсчётам «Открытых медиа», только в 42 городах, где акции были наиболее крупными, в них приняли участие от 65 до 100 тыс. человек.

В некоторых городах (например, в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Новосибирске, Краснодаре, Челябинске) на улицу вышло ещё больше людей, чем 23 января. Например, в Новосибирске «Тайга.инфо» сообщила о шести тысячах человек, местный штаб Навального — о 10 тысячах; при этом в акции 23 января принимало участие не более 4 тысяч.

Однако в иных городах (например, в Хабаровске, Владивостоке и Красноярске) число участников, наоборот, снизилось, в ряде городов — в несколько раз (в этом ряду оказалась и Чита). А вот в Магадане состоялся единственный санкционированный митинг, собравший 40 человек. («Ведомости» 31.01.21).

Ответом властей были репрессии. Управление Верховного комиссара ООН по правам человека опубликовало предоставленный российскими властями документ о числе задержанных на зимних акциях в поддержку оппозиционера Алексея Навального. В нем говорится, что всего на протестах задержали около 17,6 тыс. человек («Коммерсант» 12.06.21).

В результате спецприёмники оказались переполненными. Пресс-секретарь президента Песков: «Задержано больше, чем могут обработать изоляторы, задержанных больше, чем можно оформить в сжатые сроки» («Интерфакс» 4.02.21). Задержанные в Москве сообщили о коллапсе в Центре временного содержания иностранных граждан в Сахарово, который полиция использовала как спецприемник для митингующих. Адвокат Федор Сирош сообщил РБК, что в Сахарово в камере на восемь человек разместили 28. Одна из арестованных, Дарья, рассказала РБК: «Мы приехали вчера в 10 вечера и до 5 утра сидели в автобусах, без отопления…. На момент, когда нас — 22 девушки — завели в общую камеру, было еще 3–4 автозака в очереди. Нас не кормили с 6 утра 2 февраля».

31 января, 2 февраля утром в соцсетях и СМИ стало расходиться видеообращение задержанных. Они заявили, что находятся у спецприемника в деревне Сахарово в Новой Москве. По их словам, они были задержаны больше 40 часов тому назад, и за все это время их почти не кормили, им не дают воды и не водят в туалет. Они добавили, что последние девять часов провели в полицейском автобусе стоя, поскольку в спецприемнике нет мест. (Росбалт. 4.02.21). 

В этот момент руководство протеста могло призвать людей оказать поддержку задержанным с лозунгами к примеру: «Нет русской Окрестине», «Сокрушим путинские застенки». Однако решение было другим. 4 февраля глава сети региональных штабов ФБК Леонид Волков заявил о приостановлении массовых акций. Волков при этом пообещал возобновить акции весной.

Понятно, что призыв выходить на несанкционированные митинги это одно, а громить полицейские участки это уже совсем другое. Разница не только между административной и уголовной ответственностью, есть ещё и психологический барьер – совершить действие, после которого пути назад нет.

Революционная ситуация в январе 2021 в стране сложилась, перерастание её в революцию зависело от субъективного фактора. Мальчики с университетскими дипломами не решились повести народ до конца. Между тем сам народ к решительным действиям был готов.

Вот цитата из сообщении сторонников Навального в Улан-Удэ в Telegram: «Но мы не должны падать духом! Мы учтем наши ошибки и вновь выйдем на улицы».

Ведущие политологи рассуждали также. Александр Кынев: «У Навального другого выхода нет, власть не оставила ему выхода сама, сама заставила оппозицию идти по пути эскалации". Кынев был уверен, что силовое давление и жесткие разгоны только выведут больше людей на улицы: "Важно не то, сколько их пришло сразу, а сколько их готово приходить дальше. Это количество будет увеличиваться" (русская служба Би-би-си 01.02.21).

Стоп-сигнал последовал на подъёме энтузиазма демонстрантов и тупиковой ситуации властей – садить людей уже было некуда. Останавливать протест в такой ситуации всё равно, что тормозить катящееся колесо, оно завалится набок.

Их предупреждали. Аббас Галямов: «Сейчас для оппозиции очень важно поддерживать протестную динамику, они задали сегодня достаточно высокую планку. Теперь ниже нее спускаться ни в коем случае нельзя. Не должно быть ощущения, что протест сдулся. Если это случится, упадет протестная явка на думских выборах и никто не пойдет работать наблюдателями на участках — оппозиция проиграет. Поэтому теперь очень важно работать только на повышение такой динамики. Должно быть ощущение, что снежный ком с горы катится — и лишь нарастает».

Однако руководство протеста не имело ни чёткого плана действий, ни должной серьёзности намерений. «Ни власти, ни протестующие не имеют какого-то горизонта планирования в отношении будущего», заявил политолог Ростислав Туровский.

Сам Леонид Волков пояснил Би-би-си следующее: "Наша задумка простая - действовать по ситуации, а оптимальные действия подбирать исходя из того, что нужно делать сейчас, с учетом нашего понимания текущего политического момента и долгосрочной политической стратегии».

Рядовые участники протеста не получали чётких указаний, не знали общего плана (которого судя по всему не было) и были дезориентированы. Вот фрагменты переписки одной моей подзащитной (за эти высказывания она и была осуждена):

15.25 (23.01.21) «Ответьте мы расходимся. Просто менты пришли».

15.33 (23.01.21) – «Просто смысл здесь стоять»

17.27 (23.01.21) - «Если мы не расходимся мы кричим что-то или нет. Смысл стоять. Мы даже без плакатов».

Дальнейшее хорошо известно. Навального не освободили, его штабы и ФБК были признаны экстремистскими и запрещены, тысячи людей осудили по административным статьям, десятки по уголовным. Протестное движение понесло колоссальный урон.

Сейчас, год спустя видно, что основной причиной неудачи была спешка. Слишком поторопились. Ни реалистичного плана действий не выработали, ни должной подготовки не произвели, не успели. А куда спешили? Чем ближе протест был к парламентским выборам, тем больше он мог на них повлиять. По мнению политолога Алексея Макаркина, всплеск протеста при новых поводах возможен весной и точно к лету – во время избирательной кампании.

Одновременно и выборы оказали бы влияние на протест. На столь беспрецедентное насилие и массовые задержания, власть ближе к голосованию не решилась бы.

Доказывает это утверждение факт проведения акции 21 апреля. В случае с акциями 21 апреля власти, впервые с 2017 года, приняли решение не разгонять протестующих. Прошедшие в десятках городов протестные акции не были согласованы с властями и при этом в большинстве случаев не подверглись полицейскому прессингу. В Москве силовики размещали кордоны и оцепления, перекрывая определенные улицы и участки, позволяя многотысячному шествию беспрепятственно передвигаться по всему центру города в течение трех часов («Форбс» 22.04.21).

По данным ресурса «ОВД-инфо», 21.04.21 по состоянию на 22:30 по всей стране было задержано 1000 человек. Для сравнения: 23 января «ОВД-Инфо» сообщала о задержании 3711 человек, а после акций 31 января - о 5750 задержанных. По данным на 22.58 в стране — 1226 человек, в Петербурге — почти 500. Санкт-Петербург дал почти половину задержаний (побои демонстрантов также были в основном там).

Таким образом, момент начала протестов (и возвращения Навального) был выбран крайне неудачно. Недостатком стал и крайне высокий старт антиправительственных акций. Он обязывал к дальнейшему росту и усилению, на что не хватало ресурсов. Преждевременно взятый  старт по английски называется «неправильное начало» —  false start. Таким фальстартом (фальшстартом) и были акции января 2021 г. Фальстарт обусловил протестным группам проигрыш, но только в первом туре.