Её воспоминания — 2 глава.

После выпуска мы не потеряли нашу связь, нет, хоть и пошли по совершенно разным путям. Он устроился работать в больницу, с его причудой «зоркий глаз», это вполне очевидно, я же пошла на стажировку в одно геройское агентство.

Я помню, как мы ходили по ресторанам, как он платил за меня, хоть я и получала на тот момент большее жалование. Я помню, как он твердил, в каких кафе кофе делают отвратительно и в каких изумительно. Я помню, как он всегда интересовался мной, как всегда обязательно спрашивал, как мои дела, как всегда вечером уточнял, звонил или писал, как я добралась до дома. Он был ласковым. Он был искренним, и я любила его все больше и больше. Рядом с ним я ощущала себя принцессой в какой-то диснеевской сказке. Я помню нашу лавочку в парке. Я помню нашу лавку с мороженым, помню наше секретное место с детства — заброшенный завод. Да, там иногда были герои, но я всегда узнавала о них заранее, за минимум пять минут до их прихода. Мы успевали спрятаться или же убежать. Я никогда не хотела втягивать его в битву. Я бы никогда не сделала этого, честное слово. То, что произошло в тот день, была ошибка. Идиотское совпадение… честно.

А в какой-то момент Хиро открыл свою больницу, он стал успешным и прославленным врачом. Я же начала заниматься самостоятельной деятельностью. Моё геройское имя — Мысль, знали практически все. Я была популярна, ведь я всегда справлялась со своей работой. В этот период времени мы с ним поженились. Смогли купить общую трёхкомнатную квартиру. Почему трёх? Потому что я была беременна. Мы уже любили её. На УЗИ сказали, что это девочка. Господи, хирургинду было видеть в тот момент. Он мечтал о девочке, мечтал, чтобы та была похожей на меня. Он всегда был таким забавным и любящим. Поэтому я не понимаю, как могло произойти это.

Родилась Рэйко, наша дочь. Я сильно переживала, какую причуду она унаследует. Я глупо надеялась, что она возьмёт полностью причуду своего отца. Ментальные причуды, такие как мои, часто опасны не только для других, но и в первую очередь для своего владельца. Ей будет одиноко с моей причудой. Ей будет слишком тяжело, слишком опасно. Я не хотела ей того же тернистого пути к успеху, через который пришлось пройти мне. Я помню, как были митинги против меня. Помню, как люди кричали: «Ей нельзя доверять!», «Она явно на стороне злодеев!», «Она узнает все ваши тайны, лишь посмотрев!». О нет, нет, нет, нет, я не хочу этой судьбы своей дочери. Я люблю её. Люблю её больше своей жизни.

К сожалению, мои опасения оправдались. Моя дочка в 3 года умела читать эмоции и взаимосвязи людей с разными людьми. Рэй не заслуживала того ужаса, что её ждал.

Она была милой, ласковой девочкой. Она радовалась всему, она всегда была искренней, она обожала людей. Она вела себя громко, и в детском саду у неё было очень много друзей. Дети любили её открытость, а Рэйко старалась держать язык за зубами, как её учила мама. Настало время, когда Рэйко пошла в школу. Время пролетело незаметно, одноклассники начали задирать её. Рэйко молчала. Но она закрылась. Я видела это, видела её страдания, читая мысли. Однажды я поговорила с ней. Я объяснила ей, что необязательно нравиться всем людям. Что есть действительно жестокие сверстники, которые завидуют ей, которые не могут заполучить ту же любовь, что и она, от своих родителей. Её родители безумно, до одурения, любили свою дочь, иногда даже немного баловали. Нет, Рэйко не была избалованным ребёнком, никогда, она была безумно добрым и сострадательным маленьким существом. Поэтому отпускать её на улицы города одну — категорически запрещалось. Она легко могла подойти и просто обнять кого-то. У меня останавливалось сердце при мысли, что она однажды обнимет злодея, а тот в ту же секунду убьёт её. Но после того инцидента она изменилась. После того инцидента изменилась я.