Essie/Edgar

Вечерний Токио медленно облачался в сумерки, окрашивая улицы в глубокие сиреневые и индиговые тона. После утомительного дня, проведенного за учебниками и аналитикой на тренировке Сейрин, Эсси чувствовала себя опустошенной. Шум мегаполиса превратился в приглушенный, едва различимый гул, а прохладный ветер заставлял её плотнее кутаться в куртку.

Улица была почти пустой, когда тишину шагов нарушили двое. Они возникли словно из ниоткуда, преграждая путь у входа в узкий переулок. Это не походило на драматичную сцену из кино — всё было гораздо прозаичнее, неприятнее и «липче». Один из парней, ухмыляясь, бесцеремонно сократил дистанцию, нарушая все границы приличия.

— Эй, ну чего ты такая хмурая? Просто номер дай, — он протянул руку и, прежде чем Эсси успела отпрянуть, намотал на палец длинную изумрудную прядь её волос.

Внутри у неё всё похолодело. Маска «вежливой идеальной ученицы» еще держалась из последних сил, но голос, когда она попыталась высвободиться, предательски дрогнул:

— Отпустите. Я сейчас полицию вызову.

— Ой, какие мы грозные... — парень подошел еще ближе, и Эсси почувствовала, как страх начинает мешаться с удушающей злостью.

— Она сказала: «отпусти», — раздался внезапно спокойный, почти ленивый голос.

Эдгар стоял в нескольких шагах, небрежно засунув руки в карманы. На нем не было ни формы Кайджо, ни баскетбольного мяча в руках, но его рост и тяжелый, прямой взгляд мгновенно изменили атмосферу. Он не вставал в позу героя — он просто смотрел на них так, словно они были досадной помехой, мелким сором на его пути домой.

Парни быстро оценили габариты Эдгара. Он был на голову выше обоих, а его ледяное спокойствие пугало сильнее, чем если бы он начал кричать.

— Да ладно, мы просто шутим, — буркнул тот, что держал Эсси, и торопливо убрал руку. — Психи какие-то.

Когда они скрылись в тени, Эсси резко выдохнула, чувствуя, как запоздало начинают дрожать руки. Она судорожно поправила сумку и пригладила растрепавшиеся волосы, ожидая, что Эдгар сейчас начнет привычно подкалывать её за беспомощность или читать нотации о безопасности. Но он молчал. Он просто подошел ближе и остановился, давая ей время прийти в себя.

— Ты как? — спросил он наконец. Просто, без лишних метафор и привычного пафоса.

Эсси шмыгнула носом, поправляя очки, которые чуть сползли.

— Нормально. Я бы... я бы и сама справилась, наверное. Просто неожиданно.

— Угу, — Эдгар кивнул, не пытаясь спорить. Он встал рядом, загораживая её от порывов ветра своей широкой спиной. — Пошли. Провожу тебя до дома.

Они пошли по тротуару в тишине. Фонари зажигались один за другим, выхватывая из темноты блестящие после недавнего дождя лужи. В этой тишине не было места графикам, процентам или «битам». Были только их шаги, звучащие в унисон. Эсси постепенно успокаивалась, осознавая удивительную вещь: ей больше не нужно изображать «идеальную Эсси» перед этим парнем. Он видел её разной, видел её настоящей, и это странным образом дарило комфорт.

— Спасибо, — тихо произнесла она, когда они подошли к перекрестку.

— Забей, — Эдгар мельком взглянул на неё и едва заметно улыбнулся краем губ.

Эсси невольно улыбнулась в ответ. Напряжение окончательно исчезло. Эдгар шел рядом, намеренно подстроившись под её неспешный шаг. Его присутствие ощущалось как нечто массивное и надежное — от него исходило едва уловимое тепло и запах свежести.

— Ты сегодня какая-то тихая, — нарушил он молчание, когда они свернули на её улицу. Его голос в вечернем воздухе звучал мягче. — Даже не ворчишь, что я иду слишком близко.

Эсси бросила на него быстрый взгляд. В свете редких фонарей её длинные волосы казались почти черными, а фиолетовые глаза — глубокими, как ночное небо. Она плотнее запахнула куртку.

— Я просто думаю, — отозвалась она, и её голос прозвучал непривычно нежно. — В школе я одна, дома — другая, в клубе — третья. Это утомляет. А сегодня... сегодня мне показалось, что всё это вообще не имеет значения.

Они остановились у ворот её дома, увитых плющом. В окнах горел уютный желтый свет. Эдгар замер напротив. В этот миг он не был грозным асом Кайджо — он был просто подростком, который видел за фарфоровой маской отличницы обычную девчонку.

— Знаешь, — Эдгар сделал шаг ближе, сокращая расстояние. — Мне плевать на твои маски. Та, что спорит со мной на площадке, и та, что сейчас дрожит от холода — это один и тот же человек. И обе они мне... интересны.

Эсси затаила дыхание. Сердце застучало где-то в горле. Она смотрела на его лицо, на резкие линии челюсти, и чувствовала, как вся её аналитическая броня рассыпается в пыль.

Эдгар медленно протянул руку и почти невесомо заправил выбившуюся прядь её изумрудных волос за ухо. Его пальцы на мгновение коснулись кожи, и Эсси показалось, что через неё прошел электрический разряд. Он не стал её обнимать — это было бы слишком громко для этой ночи. Вместо этого он чуть наклонился. Эсси невольно зажмурилась, чувствуя его дыхание.

Мгновение спустя она ощутила короткое, невероятно нежное прикосновение его губ к своему лбу. В этом жесте не было напора — только защита и обещание того, что теперь она не одна. Поцелуй был теплым и пах так же, как он сам — уверенностью.

— Иди отдыхать, — прошептал он, отстраняясь, но всё еще придерживая её за плечо. — И не смей завтра анализировать этот момент в своем блокноте. Просто... запомни его.

Эсси стояла, прижав ладонь к тому месту на лбу, где всё еще тлело тепло его губ. Она смотрела, как он уходит, растворяясь в огнях города, и впервые в жизни ей не хотелось ничего считать. Ей хотелось только, чтобы этот вечер не заканчивался.

​Утро Эсси началось с бесконечной уборки в ресторане матери. Она пыталась сосредоточиться на протирании столиков, но телефон в кармане фартука вибрировал, отвлекая от реальности.

​Эдгар (12:14): «Я слышал, в районе Сейрин сегодня завезли партию редкого бразильского кофе. Говорят, помогает от излишней ворчливости. Не знаешь, где искать?»

​Эсси замерла с тряпкой в руках. Она знала, что за этим «кофе» стоит нечто иное.

​Эсси (12:17): «Япония — страна дисциплины, Коллинз. Редкий кофе не спасёт того, кто путает префектуры ради прогулки. Тебе ехать полтора часа. Уроки японского уже выучил?»

​Эдгар (12:20): «Выучил слово "встреча". Буду у твоего дома к семи. Надеюсь, твой блокнот для аналитики останется дома. Я хочу видеть Эсси, а не менеджера Сейрин».

Вечерний Токио встретил Эдгара прохладным бризом и неоновым маревом, которое, казалось, можно было потрогать руками. Он вышел из электрички, чувствуя на плечах приятную усталость после утренней тренировки в Кайджо. На нем была черная толстовка и кожаная куртка, а в руках он сжимал небольшой бумажный пакет из пекарни — он знал, что Эсси любит сладости, хотя и скрывает это за строгими таблицами калорий.

Эсси ждала его у того самого забора с плющом. На этот раз её волосы были распущены и мягкими волнами спадали на плечи, переливаясь изумрудом в свете фонарей. На ней было светлое пальто, а на щеках играл естественный румянец — не то от вечернего холода, не то от ожидания.

Когда высокая фигура Эдгара возникла из темноты, сердце Эсси привычно пропустило такт. Он шел своей расслабленной, «ритмичной» походкой, и в этом огромном городе он казался единственным четким силуэтом на фоне размытых огней.

— Ты всё-таки приехал, — тихо произнесла она, когда он остановился рядом. В воздухе между ними снова возникло то самое напряжение, которое невозможно было оцифровать.

— Я же сказал: я учусь быть последовательным в своем японском, — Эдгар едва заметно улыбнулся и протянул ей пакет. — Это к чаю. Только не считай в них углеводы, сегодня официальный выходной от твоих графиков.

Эсси приняла пакет, ощущая тепло свежей выпечки.

— Ты невозможен, Коллинз. Приехать из другой префектуры ради булочек и... — она запнулась, глядя в его карие, непривычно глубокие глаза.

— И ради того, чтобы убедиться, что твой лоб всё еще такой же холодный, — Эдгар сделал шаг ближе. Он нежно взял её за подбородок, заставляя поднять голову.

В этот момент шум города словно стих. Остались только они двое под тусклым светом фонаря. Эсси почувствовала, как её аналитический ум окончательно сдается. Она больше не искала «ошибки в тайминге» или «неверные векторы». Она просто чувствовала тепло его пальцев и видела, как в его глазах отражается её собственное смятение.

— Знаешь, — прошептала она, — сегодня все заметили, что я... не в себе.

— Хорошо, — выдохнул Эдгар, склоняясь к ней. — Значит, мой "аванс" сработал.

Он снова прикоснулся губами к её лбу — долго, неспешно, словно ставя невидимую печать. Эсси невольно прикрыла глаза, наслаждаясь этим моментом абсолютной безопасности. Ей хотелось сказать что-то колкое, вернуть свою маску «строгой отличницы», но вместо этого она просто прислонилась головой к его плечу.

— Ты пахнешь дождем и Канагавой, — пробормотала она, вдыхая аромат его куртки.

— А ты пахнешь Токио и тем самым кофе, который я так и не нашел, — он обнял её одной рукой, прижимая к себе. — Но, кажется, я нашел кое-что получше.

Они стояли так долго, игнорируя проходящих мимо людей и редкие гудки машин. Два подростка из разных миров, из разных школ, чьи жизни внезапно столкнулись и переплелись в этом странном, рваном ритме большого города.

Токио в субботу напоминал живой, пульсирующий организм. Тысячи огней рекламных вывесок Сибуи отражались в стеклах витрин, а шум толпы сливался в бесконечный гул, который Эдгар привычно игнорировал. Для него существовал лишь один ритм — негромкий стук каблуков Эсси по тротуару и шорох её пальто.

Они шли по узким улочкам, подальше от главных магистралей, где воздух был прохладнее, а свет фонарей — мягче. Эдгар шел чуть позади, позволяя ей вести его за собой. Он наблюдал, как её длинные изумрудные волосы колышутся при каждом шаге, и как она то и дело поправляет очки, стараясь не смотреть на него слишком долго.

— Ты так и не сказала, куда мы идем, — наконец произнес он, сокращая дистанцию и вставая плечом к плечу. Его рука как бы невзначай задела её ладонь, и Эсси тут же отпрянула, пряча пальцы в рукавах.

— Я... я просто знаю одно место. Там варят кофе, который ты искал, — буркнула она, утыкаясь носом в высокий воротник. — И не смотри на меня так. Как будто я — экспонат в музее.

— А разве нет? — Эдгар усмехнулся, его низкий голос вибрировал совсем рядом с её ухом. — Идеальная ученица Сейрин, которая втайне от всех гуляет с игроком Кайджо. Это тянет на сенсацию.

— Замолчи, Коллинз, — она смешно наморщила носик, и на её щеках в свете неоновой вывески вновь проступили веснушки. — Если тренер узнает, она заставит меня делать в три раза больше отчетов. И тебя, кстати, тоже проанализирует до костей.

— Она не найдет там ничего, кроме тебя, — просто ответил он.

Эсси запнулась о неровность тротуара. Эдгар мгновенно подхватил её под локоть, удерживая. Его ладонь была горячей даже через ткань пальто. На секунду они замерли. Эсси подняла на него глаза — в их фиолетовой глубине сейчас не было ни капли логики, только чистое, детское смущение и тот самый «огонек», о котором он догадывался с их первой встречи.

— Ты невозможный... — прошептала она, но руку не убрала, позволяя ему вести её дальше.

Они зашли в крошечную кофейню, где пахло обжаренными зернами и старой бумагой. Эсси заказала два латте, и пока они ждали, она нежно, почти незаметно ворчала на него за то, что он приехал без предупреждения.

— Это нерационально, Эдгар. Полтора часа туда, полтора обратно... Ты должен был отдыхать перед игрой. Твои мышцы...

— Мои мышцы чувствуют себя отлично, когда я вижу, как ты злишься, — он перехватил её ладонь на деревянном столе и мягко сжал её пальцы. — Твой голос успокаивает лучше, чем любой спортивный массаж.

Эсси замолчала, густо покраснев. Она сделала вид, что очень заинтересована пенкой на своем кофе, но на самом деле она просто наслаждалась тем, как его большая ладонь накрывает её руку. В этот момент она была не «мозгом Сейрин», а просто нежной девушкой, которой до безумия нравилось это внимание.

Когда они вышли обратно на улицу, Токио уже окончательно погрузился в ночь. Они дошли до станции, где Эдгару нужно было садиться на обратную электричку. Платформа была почти пустой.

— Ну вот, — Эсси остановилась у желтой линии, глядя на табло. — Твой поезд через три минуты.

Эдгар повернулся к ней. В свете люминесцентных ламп вокзала он казался еще выше. Он видел, как она переминается с ножки на ножку, как её пальцы судорожно сжимают пустой стакан из-под кофе. Она выглядела такой милой в этом своем неловком желании не прощаться.

— Эсси, — позвал он тихо.

Она подняла голову, собираясь сказать очередную колкость про его «американскую пунктуальность», но слова застряли в горле. Эдгар шагнул к ней, лишая последнего личного пространства. Он обхватил её лицо ладонями, зарываясь пальцами в её длинные, пахнущие дождем и ванилью волосы.

— В следующий раз приеду я, — выдохнула она, пытаясь сохранить остатки боевого духа, но её голос сорвался на шепот.

Эдгар не ответил. Он медленно наклонился, и на этот раз его целью не был её лоб. Эсси почувствовала, как её сердце делает безумный кульбит и затихает.

Поцелуй был мягким, почти осторожным вначале, словно он спрашивал разрешения. Но стоило ей ответить — робко, едва касаясь его губ своими, — как он стал глубже и увереннее. В нем был вкус горького кофе, аромат токийской ночи и всё то напряжение, что копилось между ними с первой встречи на площадке. Эсси почувствовала, как кружится голова, и невольно ухватилась за его куртку, сминая кожу пальцами.

Когда он отстранился, тяжело дыша, на его губах играла та самая победная улыбка, которую она так ненавидела и любила одновременно.

— До связи, хакер, — прошептал он, касаясь своим носом её носа.

Эдгар заскочил в закрывающиеся двери вагона. Эсси стояла на платформе, прижав пальцы к губам, которые всё еще горели. Она смотрела вслед уходящему поезду, и в её голове впервые за долгое время не было ни одного графика.

«Черт бы тебя побрал, Коллинз», — подумала она, улыбаясь самой себе. — «Ты всё-таки сбил мой ритм».