«Ещё не так раскорячишься…»

«Ещё не так раскорячишься…»

Николай Колядко


Чем интересны боевые документы, так это тем, что там на каждом шагу встре­ча­ются эпизоды, до которых ни один ваятель фантастики или там боевичков в жизни не додумается. А если и додумается, то постесняется эту ересь пуб­ли­ко­вать, ибо ни одна собака всё равно не поверит.

А вот, например, в рапорте командира 6-й разведовательной эскадрильи ави­а­но­сца «Энтерпрайз» капитан-лей­те­нанта У. Е. Галлахера от 20 июня 1942 г. о сра­жении при Мидуэе мы запросто читаем вот такое:

5. При входе в пикирование со­рва­лась с турели спаренная пулемётная ус­та­но­в­ка самолёта 6-S-8. Стрелок-радист АД­КИНС, Флойд Дэлберт, л/н 382-13-76, AMM2c [помощник авиамеханика, стар­ши­на 2-й статьи], удержал пулемёты на коленях во время пи­ки­ро­ва­ния и на­столь­ко успешно вёл из них огонь после выхода, перемещая их вручную, что смог сбить по­хо­жий на «Ме­с­сер­шмитт» истребитель, атаковавший их самолёт не­мед­лен­но после вы­хо­да из нижней точки пикирования.

В своей книге «Невозможная победа» Уолтер Лорд добавляет драматизма:

Никто так и не понял, как ему это удалось: пулемёты весили почти 80 кг, и худощавый Адкинс даже не смог приподнять их после возвращения на «Эн­те­р­п­райз».

Хотя с весом спарки он пе­ре­брал минимум вдвое – «чистый» вес каждого из об­легчённых авиационных 7,62-мм пулемётов «Браунинг» AN-M2 в кон­фи­гу­ра­ции для ту­рель­ных установок составлял 10,5 кг, спаренного станка Mark 2 Mod 3 – 6-9 кг (в зависимости от наличия или от­сут­ствия 12,7-мм бронещитков). Та­к что об­щий вес спарки не превышал 30 кг. Но даже это очень много, когда сна­ча­ла тре­буется не дать ей вывалиться из пикирующего самолёта, а затем, сразу же после перегрузки в 5-6 G, вести огонь из этой громоздкой же­ле­зяки с темпом стрельбы 1000-1350 выстрелов в минуту на каждый ствол. Пусть и не совсем «с рук», а опе­рев на борт кокпита – обе руки ведь за­ня­ты на ручках управления.

Что касается сбитого истребителя, то в течении решающего получаса сражения при Мидуэе над Первым Мобильным соединением по японским дан­ным было сбито 11 А6М2 «Зеро», из которых как минимум 4 – стрелкáми американских пи­кировщиков и тор­пе­до­нос­цев. Ко­ли­че­ство по­вреж­дён­ных неизвестно, но и оно было сильно не нулевым – вынужденных посадок на воду там тоже хватало. Во­з­можно, один из них был сбит или по­вреж­дён име­н­но Ад­кин­сом, а возможно он «всего лишь» отогнал «Зеро» от хвоста своего «До­н­т­лесса», что тоже немало.

Не стóит также удив­лять­ся «по­хо­же­му на „Мес­сер­шмитт”» вражескому самолё­ту. В тот период эти «Мессершмитты» мерещились американскому лёт­но­му со­ставу с завидным по­сто­ян­ством. Причиной тому было слабое знание матчасти про­ти­в­ника и слухи о том, что япон­цев вооружает Гер­ма­ния – а откуда ещё у «узко­гла­зых» могли взяться такие хорошие самолёты?!! Впрочем, везде­сущие «Ферди­на­н­ды» на со­вет­ско-германском фронте – примерно из той же оперы.

Строго говоря, один самолёт, хотя бы отдалённо напоминающий «Мессер», в Мидуэе всё-таки участвовал. Это был предсерийный пикировщик «Йокосука» D4Y1-С «Суйсэй», ещё с двигателем жидкостного охлаждения (причём таким же, что был на «Мессершмиттах» серии Е). Но в тот момент он гарантированно находился далеко от места боя.

Безвозвратные потери 6-й разведовательной эскадрильи в этом вылете соста­ви­ли 44% – из 16 машин на «Энтерпрайз» вер­ну­лось лишь 9, ещё два экипажа смо­гли дотянуть серьёзно повреждённые самолёты до своих кораблей и совер­шить по­сад­ку на воду. Из девяти вернувшихся, две машины из-за полученных боевых повреждений оказались небоеспособны. Одной из них был «Донтлесс» 6-S-8 Ад­кинса, получивший многочисленные пулевые пробоины.

Cтандартной практикой японских пилотов-истребителей была предвари­тель­ная «пристрелка» из 7,7-мм пулемётов перед добивающей очередью из 20-мм пушек, их ма­лый боезапас (60 снарядов на ствол теоретически, 55 – на прак­ти­ке) выну­ж­дал к подобной экономии. Судя по всему, старшина 2-й статьи Адкинс открыл огонь из своей спарки крайне вовремя. В очередной боевой вылет, сос­то­явший­ся на следующий день, Ф. Д. Адкинс и его пилот лейтенант У. Е. Пит­т­ман отпра­вились уже на другом самолёте с тактическим номером 6-S-16.

Другой подырявленный «Донтлесс» на палубе «Энтерпрайза».

В общем, один из маленьких кусочков большого сражения. Как говорится: «жи­ть захочешь – ещё не так раскорячишься». А теперь представим, что этот доку­ментально подтверждённый – и вполне правдоподобный – эпизод появится в ка­ком-либо художественном фильме или книжке. Мне сразу видится толпа спе­циалистов по всему на свете и авиации в частности, с ум­ным ви­дом рассуждаю­щая о «нелепом пафосе», и вообще «так не бывает».

Но вот старшине уже 1-й статьи Ф. Д. Адкинсу, я уверен, было бы глубоко напле­вать на мнение диванных экспертов. За «героизм, проявленный в воздушном бою в качестве стрелка [...] в ходе сражения при Мидуэе» он был до­сроч­но по­вы­­шен в зва­нии, на­граж­дён «Крестом за лётные за­слу­ги» (Distinguished Flying Cross) – и положенной за эту награду прибавкой в два доллара к зарплате :)


Подкинуть автору на кофе и сигареты можно здесь.

Другие статьи автора на канале Pacific War



Report Page