Escort Services Review
👉🏻👉🏻👉🏻 ALL INFORMATION CLICK HERE 👈🏻👈🏻👈🏻
Яндекс.Браузер с защищённым режимом и быстрой загрузкой сайтов и видео
Установить
Закрыть
0+
Реклама
718 просмотров. Уникальные посетители страницы.
268 дочитываний, 37%. Пользователи, дочитавшие до конца.
4 мин. Среднее время дочитывания публикации.
Почему женщины идут в эту профессию, сколько они зарабатывают, получают ли удовольствие от работы? Мы привыкли, что эротическая фотография сражает своей сексуальной энергией, а мне хотелось избежать этого эффекта.
Работы Джулии Фуллертон-Баттен хорошо известны за пределами Великобритании. В новом проекте «Действо» автор фокусируется на тех, кто добровольно стал частью секс-индустрии. В театральных декорациях, которые команда фотографа выстроила для проекта, девушек легко перепутать с нарисованными персонажами. Публикуем интервью фотографа для издания Bird in Flight.
— В начале проекта мне хотелось понять, почему женщины идут в эту профессию, сколько они зарабатывают, получают ли удовольствие от работы. Мы привыкли, что эротическая фотография с ходу сражает своей сексуальной энергией, а мне хотелось избежать этого эффекта, — говорит Фуллертон-Баттен.
— Идея поставить героинь на импровизированную сцену вдохновит зрителя увидеть что-то большее, чем обнаженное тело. Когда работаешь с такими моделями, всегда есть риск перейти черту порнографии. Но контекст проекта помог перенести их в плоскость искусства.
Моделей для проекта Джулия искала с помощью кастинг-агентов. В итоге долгих переговоров были отобраны пятнадцать сюжетов. После публикации снимками Фуллертон-Баттен заинтересовалось издательство, благодаря чему проект вышел в виде книги. Помимо снимков в печатную версию «Действа» вошли откровенные диалоги фотографа с секс-работницами.
Я поработала с порнозвездами, стриптизершами, девушками из эскорта, вебкам-моделями, доминатрикс, двумя секс-рабами и участницей пинг-понг-шоу.
— Во время кастингов я поговорила с каждой из девушек, а всего их было около ста, — вспоминает Джулия.
— Мне пришлось исключить уличных проституток, потому что главный критерий проекта — добровольное участие в секс-индустрии. Зато я поработала с девушками из эскорта, порнозведами, стриптизершами, вебкам-моделями, доминатрикс, двумя секс-рабами и участницей пинг-понг-шоу (популярные эротические шоу, когда девушка выталкивает из влагалища различные предметы, в том числе и мячи для пинг-понга). Модели из моего проекта оказались высокообразованными, многие из них — с учеными степенями (кандидаты и доктора наук). Но они сознательно отказались от «нормальности» в пользу секс-индустрии. Каждая из них понимает, что рискует социальным положением и одобрением со стороны близких. Я не могу сказать, есть ли в ДНК ген, который побуждает их работать в секс-индустрии.
В рамках проекта Джулия Фуллертон-Баттен провела серию интервью: девушки рассказали, как оказались в индустрии и что думают о своей профессии. Мы публикуем выдержки из их рассказов.
Эскорт — такая же услуга, как прием у стоматолога.
— Раньше я работала на ресепшене в эскорт-агентстве. Мужчины часто предлагали мне провести время вместе, но я всегда отказывалась. А потом решила: почему бы не попробовать, если я все равно люблю секс и чужие фантазии.
Эскорт — такая же услуга, как прием у стоматолога. Вы же не осуждаете врача за то, что он берет с вас деньги за свои навыки. Люди часто называют меня шлюхой, но между уличной проституцией и эскортом есть разница. Уличная проститутка прыгнет в машину и за 15 фунтов пойдет на все. Девушки из эскорта работают с охраной и под камерами, а во время полового акта используется контрацепция. Если клиент кажется мне неадекватным, то я от него отказываюсь. Один из таких как-то пытался заказать меня на 100 часов, хотя первый час стоит 150 фунтов, второй — 250, третий — 350, а вся ночь обойдется в 1 500 фунтов.
Мне постоянно казалось, что я недавно вышла из тюрьмы и безуспешно пытаюсь вернуться к нормальной жизни.
— До переезда в Лондон у меня было несколько съемок топлес. В Лондоне у меня быстро закончились деньги, и я попала в порно.
Секс с незнакомцами не вызывает у меня стеснения и неприятных эмоций. Встретились, поболтали, отснялись, разошлись. Все, что потом красиво выглядит на экране, во время съемок часто вызывает неприятные или болезненные ощущения. Порноактрисы идут на любые жертвы ради красивой картинки. За съемочный день девушки зарабатывают больше парней. Мне кажется, что парни идут в порноиндустрию не ради денег, а чтобы просто потусоваться и потрахаться.
Семья знает о моей работе; пару лет назад моя мать даже пыталась продать дом, чтобы вытянуть меня из профессии. С годами родные смирились, но все равно не поддерживают мое решение работать в секс-индустрии.
Два года назад я перестала сниматься в жестком порно и начала работать вебкам-моделью. Клиенты бывают разные: одни говорят с тобой агрессивно, другие ласково, некоторые настолько увлекаются разговором, что забывают попросить раздеться. Я работаю не выходя из дома и могу хоть целый день ходить в пижаме.
Раньше я получала неплохие деньги, но из-за обилия бесплатного контента люди больше не платят вебкам-моделям. Когда денег стало меньше, я даже пыталась найти работу вне индустрии, но во время поисков мне постоянно казалось, что я недавно вышла из тюрьмы и безуспешно пытаюсь вернуться к нормальной жизни.
Визуально меня привлекает женское порно, но с точки зрения техники секс с мужчинами лучше.
— Я работала топлес-моделью, пока мой бойфренд не привел меня в порноиндустрию. В первых фильмах мы даже снимались с ним вместе. Индустрия устроена так, что чем больше ты совершенствуешь свое тело, тем больше денег получаешь. В 16 лет я увеличила грудь и дальше тоже планирую делать пластические операции.
Визуально меня привлекает женское порно, но с точки зрения техники секс с мужчинами лучше. С ними я каждый раз испытываю оргазм. Дважды в месяц порноактрисы должны проходить полный медосмотр.
Степень усталости от работы напрямую зависит от размера члена твоего партнера: чем он больше, тем быстрее ты устанешь. За одну съемку я получаю около 700 фунтов.
Да, у меня все еще есть член, и сейчас я не готова к операции.
— Шесть лет назад я начала гормональную терапию и даже попала в список претендентов на операцию по смене пола. Чтобы тебя прооперировали, нужно быть абсолютно уверенным в своем желании, чего я не могу сказать о себе. Да, у меня все еще есть член, и сейчас я не готова к операции. Мне нравится моя внешность, и еще не пришло время что-нибудь менять.
Работа в фешен-индустрии приносит мне удовольствие, но вряд ли моя карьера сложилась бы так же успешно, выбери я банковскую сферу. Я сотрудничала с Calvin Klein, разрабатывала помаду для альтернативного мейкапа и участвовала в создании капсульной коллекции бренда Boy London, которая благодаря Рианне стала сенсацией.
Теперь нашу с Эллой жизнь полностью контролирует доминатрикс.
Хлоя: Со своей доминатрикс Лизой я познакомилась в 2012 году. От обычных разговоров мы плавно перешли к доминированию, садизму, мазохизму и подчинению. Несколько лет назад к нам присоединилась Элла, и нас стало трое. Теперь нашу с Эллой жизнь полностью контролирует доминатрикс. Она всегда знает, где мы и с кем, что едим и какую одежду покупаем.
Сексуальное рабство — что-то большее, чем просто секс. Мы так живем, это наш образ жизни, хотя у людей складывается впечатление, что рабство присутствует только в постели. Удовольствие, которое мы получаем от секса, — дополнительный бонус, а не самоцель. Лиза спит с нами обеими. Во время наших игр мы с Эллой бываем подвешены к потолку таким образом, что любое движение одной из нас может доставить сильную боль другой. В такие моменты и проявляется забота друг о друге.
В отношениях мы обходимся без стоп-слов, потому что Лиза знает наши пределы. В своей ориентации я пансексуальна, то есть при выборе партнера я не руководствуюсь его полом. Хотя сейчас меня больше привлекают женщины. Еще я мать двоих детей, но они ничего не знают о моей личной жизни.
Элла: такие отношения приносят мне удовольствие, хотя людям трудно принять подобную модель. Благодаря в чем-то болезненному опыту я открыла себя заново. В наших отношениях есть доверие, понимание, забота и любовь. Вместе нам одинаково комфортно и в постели, и в клетке, и на полу. Мы живем без рутины и подчиняемся, потому что нам это нравится.
За выступление я получаю 250-300 фунтов, и мне приятно, что семья не осуждает мой выбор.
— Чаще всего девушки, танцующие бурлеск, не считают себя секс-работницами. Для меня бурлеск — не стриптиз, а настоящее театральное представление. За выступление я получаю 250-300 фунтов, и мне приятно, что семья не осуждает мой выбор. Бурлеск — не балет, ты можешь танцевать хоть до ста лет, что я и собираюсь делать.
Если я возбуждаю их в баре или на улице, то почему бы не получать за это неплохие деньги?
— С 7 лет я профессионально занималась балетом. Мне нравится танцевать, а стриптиз дает почувствовать себя желанной. Я вижу, какие чувства испытывают мужчины, глядя на меня. Если я возбуждаю их в баре или на улице, то почему бы не получать за это неплохие деньги? Я люблю менять представления клиентов о сексуальности: если мужчина уверен, что блондинки возбуждают его сильнее, то после нашей встречи его вкусы меняются.
Во многих странах стриптиз-клубы считаются борделями: люди думают, что стоит заплатить девушке немного больше, и она с тобой переспит.
Мои родители по-прежнему не знают о моей работе.
У меня нет серьезных отношений: я боюсь, что мужчина не сможет принять контраст между мной на сцене и мной в обычной жизни.
— В подростковом возрасте меня восхитило выступление украинских полденсеров (pole dance — танцы на пилоне, или шесте). Много лет спустя я вспомнила о них, когда мой бойфренд назвал меня скучной. Я поставила дома пилон и начала тренироваться. Мои танцы вызывают восторг у публики, но одновременно люди недоумевают, как хрупкая девчонка все это вытворяет.
Пока у меня нет серьезных отношений: я боюсь, что мужчина не сможет принять контраст между мной на сцене и мной в обычной жизни.
Многие мужчины ходят в клубы как к себе домой и заказывают одних и тех же девушек.
— Пару лет назад я работала хостес в баре, где должна была разводить клиентов на выпивку. Я наблюдала за танцовщицами в этом же баре и со временем сама начала танцевать приваты. У клиентов есть иллюзия недоступности танцовщиц, а чтобы выйти за рамки допустимого, они готовы платить большие деньги за секс с девушками из привата. Некоторые танцовщицы могут спать с клиентами, но только по своему желанию. Многие мужчины ходят в клубы как к себе домой и заказывают одних и тех же девушек.
Потом я забеременела и взяла небольшой перерыв. Сидеть дома с ребенком было тяжело и казалось, что жизнь проходит мимо. Мне хотелось скорее вернуться на работу, и сейчас я снова в строю.
Подписывайтесь и читайте продолжение!
Самое Пикантное Что такое эскорт: в чем его отличие от проституции?
Уже более 7 лет в журналистике. Из них половина - в качестве редактора. Моя слабость - проводить мини-расследования на новые темы.
Как устроен этот бизнес и действительно ли жизнь эскортниц так гламурна и беззаботна? На откровенные вопросы нам ответит девушка, которая знает об изнанке эскорта не понаслышке.
Escort в переводе с английского означает «сопровождение», «провожатый». Все прилично и в рамках закона. Почему же слово «эскортница» у многих вызывает презрение и ассоциируется с чем-то грязным?
Во многом потому, что люди просто не желают разбираться в вопросе и мешают все в одну кучу. «Проституция, эскорт – одна фигня», – отмахивается большинство.
Услугами девушек-эскортниц пользуются люди состоятельные. Мужчины, которым нужна не секс-кукла на одну ночь, а прекрасная спутница, с которой не стыдно показаться в обществе. Элитные эскортницы получают за свои услуги большие деньги потому, что вкладывают большую часть средств в себя. Ухоженная, холеная внешность, грамотная речь и умение поддержать диалог на любую тему – без этих качеств здесь делать нечего.
А вот здесь не все так однозначно. Все зависит от самой девушки и от ее начальства, если у нее таковое имеется. Сказать, что абсолютно все девушки в эскорте подрабатывают «в ночную смену» – грубая и непростительная ошибка. Но и утверждать, что этим никто не промышляет тоже нельзя.
Приятная беседа на светском рауте может перерасти в нечто большее, но необязательно.
Эскорт – это приятное времяпрепровождение. Светские рауты, высокодуховные беседы – обсуждение политики, искусства и всего того, что любят обсуждать влиятельные мира сего, пока находятся в приличном обществе. К эскортнице предъявляется масса требований. Она должна выглядеть дорого, быть образованной, интересной, начитанной.
Проституция – это про секс. Любовь на продажу. Красивые лица и стройные фигуры здесь, разумеется, в почете. Начитанная и образованная проститутка, которая может обсудить Мураками, Маска и теорию струн – это здорово, конечно. Клиенты точно будут в отпаде. Но от проститутки этого не требуется. Ее задача – сексуально удовлетворить клиента. Вызвать желание и утолить его, продемонстрировав свои навыки на ложе продажной любви.
Эскортница продает свою компанию, проститутка – тело. Эскортница может не быть хорошей любовницей, но обязана иметь хорошие манеры и уметь вести себя в обществе. Проститутке не нужно знать, что происходит сейчас на мировой политической арене. Она может быть ужасно скучной собеседницей, главное, чтобы она была хороша в постели.
А почему вебкамщицы позируют перед веб-камерой, всячески задабривая своих клиентов и пытаясь их удержать? Почему альфонс готов встречаться с женщиной, которая не вызывает у него даже сексуального желания, но зато щедро снабжает его подарками? Почему вообще миллионы людей во всем мире держатся за работу, которая изматывает физически и морально, вгоняет в депрессию и заставляет ненавидеть себя и свою жизнь?
Эскорт – это бизнес, в котором крутятся большие деньги. И это – главная причина, по которой девушки идут на это. Многие решаются стать эскортницами для того, чтобы накопить денег на учебу или помочь родителям. «Решу все свои проблемы и уйду. Никто не узнает», – успокаивают они себя.
Уйти в пустоту, когда все складывается ужасно – страшно. Уйти в пустоту, когда все складывается ужасно, но приносит тебе большие деньги – страшно вдвойне. Девушки привыкают к красивой жизни. К другой еде, другой одежде и другому кругу общения. Променять роскошную жизнь на высокодуховную, но бедную очень сложно.
Одним девушкам работа в эскорт-агенстве дается тяжело. Их мучает моральная сторона вопроса. Они испытывают стыд перед родителями, которые не знают, чем занимается дочь. Обещают себе завязать, но каждый раз затея с треском проваливается.
Другие же не видят в своей профессии ничего плохого. Они наслаждаются возможностями, которыми их осыпает жизнь и не планируют менять свою жизнь на бедное и посредственное существование.
Если речь идет об эскортницах, предоставляющих также секс-услуги, то ответ очевиден – им просто хочется заняться сексом не с дешевой проституткой, а с роскошной женщиной. Которая даже может поддержать беседу и составить компанию на корпоративе.
Если мы говорим о другой касте девушек, которые предоставляют исключительно свою компанию, здесь все иначе. Порой влиятельные мира сего бывают куда более одинокими и несчастными, чем кажется людям со средним достатком. Вечер с красивой дамой – отдушина и попытка убежать от тягостных мыслей в пустом пентхаусе с роскошным видом.
Сюда же – мужчины, которых просто не устраивает качество или количество секса в браке или долгосрочных отношениях.
Из откровений одной эскортницы: «Мои клиенты порой были действительно симпатичными и обходительными. Порой даже хотелось им понравиться. Но они ставили меня на место. А мне приходилось слушать их рассказы об удивительных женщинах, в которых они были влюблены без памяти».
Приятная компания, возможность выпендриться красоткой-спутницей перед коллегами по бизнесу, секс и побег от одиночества или разбитого сердца – вот основные причины, по которым мужчины пользуются услугами эскортниц.
«Как ты стала эскортницей и что об этом говорят твои родные?»
Мои родители не знают ничего ни о моей работе, ни о моей сексуальной жизни в принципе. Я работала программистом до того, как пришла в этот бизнес. Отношений у меня не было, я встречалась с разными людьми с популярных сайтов знакомств. Было сложно найти кого-то «особенного», но мне попадались хорошие парни.
Я выросла в маленьком городе и пыталась найти гармонию со своей сексуальностью. Я не придавала особое значение девственности и идее моногамии, но все равно еще не осуществила многое из своих желаний. Я встречала абсолютно разных людей. Общение с ними разрушало все те стереотипы, что засели в моей голове. Мне было немного за двадцать, и у меня была насыщенная сексуальная жизнь.
Я решила попробовать себя в эскорте, дала объявление. Посыпались отклики. В итоге договорилась встретиться в отеле с одним дантистом. Это было вообще не так гламурно и чувственно, как я себе представляла.
Я вдруг поняла, что если я буду делать это раз в месяц, смогу закрыть кредит на машину и даже останутся деньги на личные траты. И я выбрала эту профессию. Я ушла из программирования еще и потому, что мне требовалось больше свободного времени – я ухаживала за членом семьи, который был очень болен. Деньги и время – вот что мне было нужно тогда.
«А моральная сторона вопроса тебя беспокоила?»
Пока все безопасно и по обоюдному согласию, проблемы я здесь не вижу. Хотя, конечно, я переживала как это все может сказаться на моем будущем и на моих близких. Я говорю про общественное мнение и законность этого.
Белые, женатые, лет сорок-пятьдесят, зарабатывают от ста тысяч долларов в год и выше. Доктора, юристы и бизнесмены, которые выкраивают пару часов среди дня.
Почти все. Процентов девяносто точно. Я не пытаюсь оправдать себя, но хочу сказать, что большинство из них ищут компанию. Они легко могли бы завести роман, но им просто нужны свидания без обязательств. Они хотят сохранить свой брак, свою семейную жизнь.
Не могу сказать обо всех – у меня просто нет такой возможности. Но я виделась с парами несколько раз, так что, думаю, многие весьма спокойно к этому относятся.
«Знаешь реальные имена своих клиентов?»
Да. Всегда. Я настаиваю на том, чтобы они говорили свои полные имена и место работы. Кроме того, эскорт-агенства занимаются проверкой и идентификацией клиентов.
Клиенты забиваются в базу и потом, если все окей, им не нужно проходить проверку. А я могу заплатить и узнать, не доставлял ли тот или иной клиент каких-либо проблем другим девушкам.
Это дало мне столько возможностей. Я совсем не уверена, что у меня было бы это все без эскорта.
В то же время я думаю, что нормальные отношения при такой работе невозможны. Жизнь может быть одинокой. А скрывать свой род деятельности от друзей и семьи очень проблематично.
«Как бы изменился секс-бизнес, если бы проституцию легализовали? Как бы ты отнеслась, если бы твой ребенок пошел работать в этот бизнес?»
Если бы ушло социальное осуждение и юридически все было законно, это бы стало похоже на прием у психотерапевта. И те и другие продают свои навыки за почасовую оплату.
Психотерапевт, впервые встречаясь с человеком, ничего о нем не знает. Все приватно и исключительно секретно. Мне кажется, что психотерапевты тоже могут испытывать симпатию или неприязнь к клиентам. Возможно, что доход психотерапевта растет, если клиент чувствует расположение с его стороны.
Я не имею в виду, что обладаю навыками квалифицированного терапевта или каким-либо образом унижаю то, что они делают. Я просто наблюдаю некоторые очевидные сходства. Если бы у меня был ребенок, я бы хотела, чтобы у него была возможность заниматься тем, что ему по душе. И чтобы он был в ладу со своей сексуальностью.
Однако у этой работы есть свои минусы, и она может сильно повлиять на человека. Я знаю, что это сделало многие аспекты моей жизни и моих отношений более трудными. Поэтому, как и любой родитель, я бы хотела для своего ребенка больше благ, чем для себя.
«Короче го
First, What Is an Escort Service?
Родители не в курсе ... откровения девушек с эскорт-агентств | Яндекс Дзен
Что такое эскорт: в чем его отличие от проституции?
Как устроен рынок дорогих эскорт-услуг в Москве: рассказывает девушка
В Сети появился агрегатор эскорт-услуг - МК
Best Country For Escorts
Florida Escort Reviews
Atlanta Call Girl
Escort Services Review
