EoC: deep sea. Пролог Ⅰ

— Что читаем, дорогуша?

— Книжки свои перебираю. Хочу что-то выкинуть, что-то оставить ребенку.

Высокая мужская тень упала на книгу, полностью загородив свет. Молодая девушка, до этого пролистывавшая страницы старого сборника, возмущенно подняла голову и уставилась на собеседника.

Тот лишь усмехнулся в ответ.

Высокий и худощавый, он выглядел так, словно вернулся после взрыва лаборатории, который сам и устроил. Растрепанные темно-зеленые волосы торчали в разные стороны, а длинные светло-желтые пряди по бокам лица напоминали выгоревшие на солнце ленты водорослей. Лицо с почти белой, слегка голубоватой кожей украшала неизменная хитроватая улыбка, а золотистые глаза смотрели с детской игривостью. Взгляд невольно цеплялся за небрежно сидевшие на макушке защитные очки с желтоватыми стеклами и множеством мелких царапин, переливавшихся в свете ламп.

Одет он был в облегающий рабочий костюм глубокого сине-зеленого цвета с белыми вставками и тонкими золотистыми линиями, тянувшимися вдоль ткани. Высокий воротник закрывал шею, длинные перчатки сливались с рукавами, а многочисленные укрепленные детали и очки на голове выдавали существо, привыкшее работать с техникой и механизмами.

За его спиной раскинулась мастерская, которая одновременно служила кабинетом, библиотекой и складом для всего, что хозяин не смог заставить себя выбросить. Помещение освещалось мягким янтарным светом ламп, заключенных в латунные корпуса. Медные трубы тянулись вдоль стен и потолка, исчезая в переплетении вентилей, манометров и непонятных механизмов. Между ними висели старые карты, схемы, а также множество чертежей круглых зданий.

Огромные круглые окна занимали почти всю дальнюю стену. За толстым стеклом простирались океанские глубины. В темной синеве лениво покачивались заросли водорослей, мелькали серебристые стайки рыб, виднелись такие же дома с необычными окнами. Несмотря на бесконечные тонны воды за стеклом, внутри было абсолютно сухо.

Впрочем, больше всего внимания привлекал царивший вокруг беспорядок. Книги лежали повсюду: на полках, на полу, на столах и даже на подоконниках. Между ними громоздились стопки пожелтевших бумаг, раскрытые блокноты, карандаши, линейки, чернильницы и россыпи мелких предметов для рисования. Некоторые листы были исписаны формулами, другие покрывали быстрые наброски и пометки, смысл которых понимал, вероятно, только сам хозяин комнаты. Казалось, стоило лишь неосторожно задеть один листок — и вся эта бумажная лавина окончательно похоронит помещение под собой.

Мужчина обвел взглядом особенно шаткую башню из книг возле стены и, как ни в чем не бывало, снова посмотрел на девушку.

— Может, просто все новое купишь? Ну, мне бы было лень тратить свои выходные на подобное. Все выкинуть и купить заново было бы куда проще.

— Ну ты, Икечи, у нас самый умный. Деньги мне на это сам выкуешь или обворуешь книжный? — девушка, сидящая перед ним, не на шутку возмутилась. Кажется, еще одно неверное слово от ее друга и книжка прилетит ему в физиономию.

— Да ладно тебе, успокойся уже, Кои, — парень тут же пошел на попятную. — В любом случае, не рано ли? Ребенку три года будет, они еще толком и говорить не умеют, а тут книжки читать…

— Будто бы после получения у меня будет время хоть на что-то, кроме ухода за ребенком.

Кои отложила книжку в стопку. «Сказание о гримпотевтисах» теперь красовалось названием вверх в куче, которую девушка определила как полезные вещи.

Она поднялась из кресла одним плавным движением и начала пробираться сквозь весь устроенный ею бардак. Двигалась размеренно, будто заранее знала, где находится каждая вещь в этом хаосе, не задевая ничего. Длинные волнистые волосы мягкими сиреневыми каскадами спадали почти до талии. Среди фиолетовых локонов то тут, то там мелькали яркие салатовые пряди, словно полосы биолюминесцентных водорослей. Часть волос была собрана наверху в аккуратный пучок, закрепленный тонкой декоративной шпилькой, но большая их часть свободно струилась по плечам и спине.

Светлая кожа отливала нежным розоватым оттенком. Один глаз зеленый, другой фиолетовый. Полуприкрытые тяжелыми веками, они почти всегда смотрели перед собой так, будто ничего не замечали вокруг.

На ней был легкий купальник темно-фиолетового цвета. Приталенный верх сзади украшал бант с длинными ниспадающими полотнищами ткани. Светлые вставки и золотистые элементы подчеркивали плавные линии костюма, а высокий воротник обхватывал шею подобно украшению. На ногах были длинные сапоги розового цвета, плавно переходящие к низу в желтый оттенок, а руки украшали длинные розовые перчатки. Весь ее образ выглядел куда более изящным и ухоженным, чем окружающая обстановка.

Кои осторожно шагнула между двумя стопками книг. Одна из них опасно качнулась, но девушка даже не посмотрела в ее сторону.

— Ну, а как же няни, там, садики, что еще для детей есть, не помню, — Икечи рассеянно почесал затылок, искренне не понимая всей той возни, что устроила его подруга вокруг появления ребенка.

— А они, что ли, круглосуточно работают и им детей тоже не впихнули? Пока я на работе, ребенок под присмотром, либо их, либо твоим.

— Моим? — Икечи удивленно моргнул.

— А чьим еще?

— Кои, я не умею обращаться с детьми.

— Научишься.

— А если я его сломаю?

— Не начинай.

Икечи развел руками и оглядел комнату.

Книги лежали на полу, на кресле, на подоконнике, на столе и даже поверх нескольких закрытых ящиков. Некоторые стопки были такими высокими, что напоминали отдельные предметы мебели.

— Не понимаю, зачем вообще столько вещей.

— Столько это сколько?

— Ну… вот столько. — Икечи обвел рукой комнату.

Кои проследила за его жестом. Девушка хмыкнула и подошла к книжному шкафу.

— И кто в этом виноват? — невозмутимо спросила она.

Мужчина открыл рот, собираясь что-то ответить.

— Неправильный ответ. Между прочим, треть из них подарил мне ты, еще столько же свалил на хранение, ведь у тебя места нет.

— Не надо считать.

— Я считаю.

— Тогда четверть.

— Икечи.

— Хорошо, может быть и больше.

— Вот именно, — девушка обошла заваленный бумагами стол и остановилась возле высокой книжной полки, занимавшей почти всю стену между окнами. За стеклом медленно проплыла стайка сельди, на мгновение рассыпав по комнате мерцающие блики.

Кои скользнула взглядом по корешкам.

— Так… это, еще вот это, это даже трогать не стану…

Она вытянула сразу несколько тяжелых томов, прижала их к груди и задумчиво нахмурилась.

— Ну, ты же в курсе, что и я могу ей книжки читать? Да и годам к пяти уже по слогам научится.

— Конечно, — немедленно ответил мужчина.

— Хорошо.

— Стой, ты уже пол выбрала?

Кои медленно повернула голову.

Несколько секунд в комнате стояла тишина.

— Иногда, — произнесла девушка самым спокойным голосом, на который была способна, — мне кажется, что голова у тебя и вправду дырявая… и без мозгов.

Она закатила глаза и двинулась обратно к креслу, ловко лавируя между стопками книг с новой охапкой литературы в руках. С каждым шагом становилось все очевиднее, что выбросить хоть что-нибудь из этой коллекции ей будет не проще, чем навести здесь порядок хотя бы один раз в жизни.

Следующий день был знаменательным. Впервые вскочив раньше полудня, молодая девушка быстро собралась и скрылась за гермодверью, оставив только проснувшегося друга в полном недоумении.

«Какой угорь ее укусил…», — думал про себя Икечи, впервые за много лет завтракая в одиночестве.

Он не понимал Кои. Впервые в его окружении навязанный государством ребенок был для кого-то радостным и желанным событием, а не обузой. Ни к нему, ни к его «братьям и сестрам» настолько сильно не готовились. В горле встал ком зависти к еще не появившемуся ребенку.

Медная гермодверь открылась с противным скрипом и тут же с грохотом захлопнулась.

— Успе-е-ела! — самодовольно и радостно протянула вернувшаяся Кои. Потянувшись, она уставилась на сидящего за столом молодого человека, недоуменно смотрящего на сие действие.

— …Куда успела?.. — неуверенно уточнил Икечи.

— Забронировать имя.

— Что?

Фиолетоволосая посмотрела на своего друга как на самого законченного человека во всей Суб-Акве. Пару раз хлопнув глазками и поняв, что Икечи точно не шутит, девушка тяжело вздохнула и состроила такое лицо, будто собирается объяснить самую простую истину этого мира.

— Имя ребенку выбрала. И пол. И цвет, предпочтительный. Сегодня первый день подачи заявок был. Я тебе, вроде, говорила. — Кои сложила руки на груди и обиженно уставилась на молодого человека. — Я не хочу, чтобы моему ребенку дали какое-нибудь тупое имя. Например, Икечи.

Хозяин данного имени от неожиданности поперхнулся слюной и уставился на подругу.

— Ну, нихрена себе заявление…

— В любом случае, теперь у нее имя будет красивое, — девушка с гордостью вскинула голову и удалилась из зоны видимости ее сожителя.

— Да как назвала-то? — крикнул вслед Икечи, но ответа так и не получил.

Кои всегда была странной.

Не той странной, которая специально привлекает к себе внимание или нарушает правила ради самого факта нарушения. Наоборот. Иногда Икечи казалось, что она попросту не замечает существования половины негласных законов, по которым живут остальные жители Суб-Аквы.

Другие переживали о карьере, месте в обществе, как о них подумают люди. Кои могла несколько недель подряд носиться по всему городу в поисках материала, чтобы просто повеселиться и посмотреть, что будет, если его соединить с другим. Могла потратить весь выходной на изучение истории давно исчезнувшего вида рыб, а потом искренне удивляться, почему окружающим это не кажется настолько же важным.

Даже ее квартира выглядела скорее как последствие взрыва, чем как жилье нормального человека. Каждый свободный угол был занят книгами, рисунками, записями или очередной идеей, которую она почему-то решила сохранить. При этом сама Кои ориентировалась в этом хаосе лучше, чем большинство жителей в собственных шкафах.

Самым удивительным было другое. Она совершенно не понимала, насколько отличается от окружающих. Будто в ее голове существовал какой-то собственный мир со своими законами, куда остальным разрешалось лишь изредка заглядывать.

Возможно, Икечи и не повезло с опекунами, но ему уж точно повезло сожительствовать с этой ненормальной. Впрочем, наверное, именно поэтому он и не мог от нее оторваться.

Сам Икечи был совершенно другим.

Его опекуны были хорошими людьми. Настолько хорошими, насколько вообще можно было для общества. Они исправно кормили его, следили за учебой, покупали все необходимое и никогда не поднимали на него руку. Государство могло быть довольно их работой. Они любили его оценки. Его достижения. Его успехи на конкурсах и экзаменах.

Каждый высший балл вызывал улыбки и похвалу. Каждая ошибка превращалась в повод для очередной лекции о том, каким должен быть достойный член общества. Его постоянно сравнивали с кем-то, постоянно подталкивали вперед и напоминали, что он способен на большее. Раз государство впихнуло его, значит он должен отработать каждую вложенную в него монету.

Со временем Икечи научился делать именно то, чего от него ждали. Он и сам не заметил, как жизнь превратилась в длинную цепочку одинаковых дней. Один экзамен сменялся другим. Один проект приходил на место предыдущего. Годы проходили, будто кто-то заранее расписал их по пунктам. Иногда ему казалось, что он не живет вовсе, а просто движется по течению, которое выбрали за него другие.

Наверное, поэтому появление Кои когда-то показалось ему чем-то вроде стихийного бедствия. Она ворвалась в его размеренную жизнь внезапно.

Познакомились они на строительстве нового элитного жилого сектора. Проект был крупным, потому именитых специалистов собирали со всей Суб-Аквы. Икечи тогда работал инженером. Он знал, чего от него ждут, знал, как добиться хорошего результата, и не видел причин усложнять себе жизнь. Кои появилась на проекте в качестве приглашенного архитектора и уже в первый день вывела его из себя.

Пока остальные обсуждали расчеты, материалы и сроки, она сидела с отсутствующим видом и что-то рисовала в блокноте. Когда же руководитель наконец обратил на нее внимание и потребовал объяснений, девушка спокойно развернула лист. На нем оказался новый вариант планировки целого жилого блока. Вариант, который оказался лучше утвержденного. Это не произвело на Икечи никакого впечатления. Точнее, произвело, но совсем не то, на которое рассчитывала Кои.

Она постоянно отвлекалась на вещи, которые казались ему совершенно неважными. Могла посреди обсуждения прочности несущих конструкций внезапно начать спорить о том, как будет выглядеть коридор для будущих жильцов, переделывать по сотни раз одни и те же чертежи, а после возвращаться к первому варианту, иногда бросать все на половине и начинать сначала. Для Икечи все это было какой-то бессмысленной брехней. Дом должен был стоять. Место было, по планировке все четко. Большего не нужно. Однако время шло, и постепенно он начал замечать странную деталь. Девушка думала о вещах, которые никто больше не замечал, и именно благодаря им работы Кои и запоминались. Сам того не желая, Икечи начал прислушиваться к ее словам.

Проект затянулся почти на два месяца, и многие вечера они проводили на работе до поздней ночи. Тогда он впервые увидел Кои вне рабочей обстановки. Оказалось, что в обычной жизни она была еще более странной, чем на работе. 

Поначалу Икечи считал ее просто сумасшедшей. Потом начал задавать вопросы о ее жизни. Затем неожиданно для себя стал иногда составлять компанию в ее делах. Так и вышло, что после завершения проекта они продолжили общаться.

Суб-Аква ненавидит одиночек. Жить самостоятельно в этом месте практически невозможно, особенно с детьми, которые могут появиться, потому что настала твоя очередь. Здесь все живут как минимум парой, а то и коммунами, помогая друг другу в быту и воспитании малышей. Так однажды, выселившись из очередной квартиры, где Икечи повздорил с соседями, он пожаловался на это Кои. И та предложила ему жить у нее. Сначала парень отказался. Потом согласился пожить пару месяцев, пока не найдет что-нибудь получше. 

Ничего лучше он так и не нашел, да и не особо искал.

Где-то между бесконечными стопками книг, ночными разговорами, странными идеями Кои и совместными ужинами Икечи впервые почувствовал, что он живой. Наверное, именно тогда он и понял, что эта ненормальная архитекторша успела стать самым близким человеком в его жизни.

— Таки! Будет Таки! — неожиданно прозвучало из комнаты, — И, кстати, я была самой первой в очереди! 

— Да ну, — уже из другого конца квартиры прокричал Икечи, — Есть еще кто-то такой же ненормальный?

— Пять человек, — снова донесся голос с противоположной стороны, — И она будет очень похожа на меня!

— Не сомневаюсь, — улыбаясь, прошептал инженер. 

Может, ему и не повезло с опекунами, но Таки уж точно оказалась счастливицей. И молодой человек сделает все возможное, чтобы принять участие в ее воспитании.