EX MACHINA

— Чонхо, проложи маршрут до следующего места назначения, — проговорил Уён, укладывая пакет с едой на пассажирское сиденье. Небольшой подарок тому, кто обеспечивает его хорошим заработком, но настолько сфокусирован на своём деле, что не видит домашней еды почти никогда. 

— Запрос выполнен. Примерное время пути: десять минут, — прозвучало прямиком из динамиков автомобиля. Голос Чонхо — его виртуального персонального ассистента — всегда звучал слишком уж неправдоподобно, с металическим отзвуком, как напоминание о том, что пора бы уже загрузить обновление. С объемом работы руки не доходили, по крайней мере пока.

— И включи на фон что-нибудь повеселее, а то как в гробу.

Пристегнувшись, Уён выехал на оживлённую трассу ночного мегаполиса. Он нечасто осуществлял доставку в вечернее время суток, просто потому что это было менее безопасно, чем передвигаться по улицам днём, но сегодняшний заказ требовал выполнения определённых условий. Если бродяги, снующие по углам, вдруг решат забросать его автомобиль камнями, то плата покроет все расходы. 

Ему же досталось очень даже неплохое место в обществе: будучи рожденным на Земле, этом огромном куске камня, вдоль и поперёк обросшим небоскрёбами, где на улицах почти не было света от того, насколько близко друг к другу стояли здания, он имел привилегии с самого начала. Как минимум мог выбрать род деятельности, в отличие от тех, кому выпала участь вырасти на Марсе. Оттуда вообще мало кто приезжал — Хонджун стал редким примером-исключением, и его неразговорчивость была самым точным проявлением их духа. Пока он проводил день за днём в мастерской, собирая и разбирая роботов любых форм и размеров, Уён разъезжал по городу на автомобиле, перевозя ценный груз — тоже всех форм и размеров. То, что обычно не могли доверить привычным компаниям по доставке, вручали в его крепкие руки, не всегда сообщая о природе содержимого, конечно, но платили сполна. По крайней мере пока что Уён лишь старался не связываться с теми, кто мог сделать заказ на транспортировку чего-то незаконного. 

— Желаете прослушать последние новости? — неожиданно проговорил Чонхо, понизив уровень громкости музыки. 

— Спасибо, но, как только мы закончим с доставкой, я бы хотел поспать спокойно, — усмехнулся Уён. По новостным каналам сейчас всё равно не транслировали ничего интересного, только извещали о крупных событиях и преступлениях. В мире, где великие открытия совершались постоянно, ценность их терялась. 

Музыка снова вернулась к прежней громкости. Уён проехал под одним из полицейских сканеров, совсем не удивляясь тому, что они не уловили ничего подозрительного — пока что у него в кузове не находилось ничего, за что можно было бы устроить допрос. Впрочем, он сомневался, что сканеры за пределами центрального района вообще работали. 

Ещё один плюс местонахождения мастерской Хонджуна. 

Чонхо радостно объявил о прибытии, и Уён завернул на узкую улочку, прямиком на платформу, что позже доставит его автомобиль до парковочного места. Удивительные чудеса современных технологий. 

— Не забудьте забрать контейнеры с едой, — вновь донёсся голос Чонхо, в этот раз из наручных часов. 

— Оставить мастера без еды — неприлично, — отшутился Уён, подбирая пакет и оставляя машину позади. 

Он стоял перед одним из высотных зданий, крышей царапавшим небесное полотно, но путь Уёна лежал не вверх, а вниз, на несколько лестничных пролётов под землю, через пару сканеров сетчатки, один пункт подтверждения личности с помощью голоса, и, на всякий случай, кодового замка на последней двери. Ким Хонджун и его запредельные требования безопасности. 

— Йо! — объявил о своём присутствии Уён, как только наконец попал в стены мастерской. Воздух здесь был тяжёлым, так как система вентиляции еле справлялась с его очищением, а на стенах и полу то и дело хаотично были разбрызганы капли машинного масла, охлаждающей жидкости, и ещё чёрт знает чего: некоторые из веществ, которые Хонджун использовал для того, чтобы приблизить андроидов к ещё более человеческому виду, даже у Уёна вызывали вопросы.

— Добр… рое… — заикнулся Хонджун, пытаясь вспомнить, какое сейчас было время суток, не отвлекаясь от работы, — доброй ночи?

— Всё верно, молодец.

Уён прошёл мимо каких-то ошмётков — он отказывался называть их по-другому — металла, наверняка служивших чьими-то внутренними органами, и оставил пакет с едой неподалёку. Хонджун только мимолётом бросил на него взгляд, пробурчал слова благодарности, а затем вернулся к сложной схеме проводов и плат на затылке какого-то андроида. Сегодняшнего заказа, судя по всему. 

— Добавляю финальные штрихи, — ответил он на не заданный, но подразумевавшийся вопрос. — Для безопасности, сам понимаешь.

— Не забудь оставить на его мозгах свою подпись, — усмехнулся Уён, обходя сидящих мастера и андроида, чтобы посмотреть на второго. Он уже вырос из того возраста, когда его интересовало копошение внутри роботов, напоминавших реальных людей только издалека. 

И всё же тихому звуку восторга удалось сорваться с его губ. Андроид, над которым работал Хонджун, отличался от привычных современных моделей, спроектированных для прислуживания людям. Конечно, внешняя оболочка многих из них делалась под заказ в попытке предать мнимую индивидуальность, но, что же, этот выглядел и правда хорошо. Уён наклонился к его лицу, посмотрел в открытые, но невидящие ничего глаза, в зрачках которых можно было заметить отблеск миниатюрных камер, а на радужке — светодиоды, менявшие цвет а зависимости от режима работы. Кончиками пальцев он прикоснулся к мягким губам, действительно, почти как настоящим, за исключением человеческого тепла. Симулировать его тоже было возможно, но на данный момент андроид находился в режиме сна, а потому этого не требовалось. 

— Чёрт, у него даже родинки есть, — Уён вновь вернул взгляд к глазам робота, присматриваясь к ресницам. — И где ты только откопал такую модель? Наверняка стоит миллиарды кредитов. 

— Ну, не миллиарды, — проворчал Хонджун, подкручивая что-то в голове андроида, — совсем не миллиарды, но стоимость у него внушительная. Половина от военной модели, половина от сервисной, оболочка от какого-то малоизвестного дизайнера, — он вытер пальцы от масла, после подключая один из проводов к ноутбуку, удобно стоящему рядом. 

— Военной? — удивлённо переспросил Уён. — И кто же таких красавцев на границу отправляет? 

Теперь Хонджун улыбался, и Уён мог посчитать это личным маленьким достижением. Что только не сделаешь ради угрюмого человека с Марса. 

— Самое примечательное, что в нём осталось от военной модели, это полное отсутствие восприимчивости к боли. Датчиков не было с самого начала, и меня попросили не заморачиваться с ними. Зато вон там, — Хонджун протянул руку из-за плеча робота, показав на пах, — добавить пришлось многое. Стандартный мужской набор и пара-тройка нововведений. 

Уён вопросительно приподнял бровь, отстраняясь от андроида, и скрестил руки на груди. 

— Разве боль не делает их ближе к идеалу? 

Не то чтобы ему нравилась мысль о чужих страданиях, но системы для обеспечения чувствительности андроидов была введена именно по той причине, что только с ней они становились правдоподобными. Немного более живыми, если можно так выразиться. 

— Делает, но… этой модели не нужно. 

— Не нужно быть человеком? — вновь надавил Уён, пробегаясь взглядом по крепкому телу, пускай и искусственному.

— Не нужно чувствовать боль, — улыбка Хонджуна стала меланхоличной, и он отключил провода, затем захлопнув крышку черепной коробки. — Он отправится к Юнхо.

Оу.

— Оу, — повторил свои мысли вслух Уён. — Это многое объясняет. 

В век продвинутых технологий, когда роботы стали использоваться повсеместно, люди научились применять их в большинстве сфер жизни. Особенно в тех, где работа человека была бы нежелательной либо для его физического здоровья, либо для психики. 

Публичные дома перешли на использование андроидов практически сразу, как только это позволило государство. 

Уён поморщился от неприятных мыслей.

Юнхо не был плохим человеком — он, вероятно, вообще был одним из самых приятных людей, владевших бизнесом по продаже сексуальных услуг, — но стоило только задуматься о том, почему этому андроиду лучше не переживать боль, о том, какую именно боль тот будет испытывать, заставляла Уёна вновь поставить под сомнение, насколько всё это было правильно с точки зрения морали. Его первой доставкой для Юнхо был другой андроид, женская модель, металлический каркас которой был вывихнут до состояния неузнаваемости десятью клиентами за раз. Хорошо, что она тоже не чувствовала боли. 

— Не думай об этом, — предупредил его Хонджун, набирая что-то в программу, запущенную на ноутбуке, — только хуже себе сделаешь. Сан, — обратился он уже явно не к Уёну, — просыпайся. 

В тишине комнаты раздался громкий напряжённый вдох, как будто андроид задыхался всего мгновение до этого, — ещё одна попытка имитировать жизнь, пока все его системы возвращались в рабочее состояние. Никакого дребезжания металлических деталей, никакого жужжания, никакого пиликанья. Только спокойный выдох после. 

Он обратил взгляд на Уёна. Сан, значит.

— Добрый вечер, Чон Уён, — произнёс андроид с улыбкой, и, если бы его взгляд был хоть немного блестящим, то отличить Сана от настоящего человека было бы действительно тяжело. 

— Можешь не запоминать моего имени, — проговорил Уён, вдыхая через рот, чтобы подавить чувство тошноты, подступившее к горлу. И скольких ещё людей Сану придётся называть по имени перед тем, как они превратят его тело в неузнаваемую груду металлолома. — Всё готово? — спросил он у Хонджуна. — Не хочешь немного проехаться с нами? 

— Да и нет, — коротко ответил тот. — Можешь отвозить его, но я, пожалуй, продолжу работать над остальными заказами, — и затем, перейдя на шёпот: — Сонхва переведёт тебе оплату. 

Тот был одним из работников, чудом занявшим позицию менеджера, а не обслуживающего персонала. Настоящая жемчужина в коллекции Юнхо. Настолько дорогостоящий, что никому, даже владельцу, не разрешалось притрагиваться к нему с сексуальными намерениями. Даже Хонджуну, влюбившегося в него с первого взгляда. 

Человек с Марса и андроид класса премиум. Какая красивая история сложилась бы, будь они в сказке. Уён понимал, почему Хонджун не хочет лишний раз возвращаться в это место. 

Он сглотнул стоящий в горле комок, кивая и разворачиваясь в сторону выхода, даже не проверяя, идёт ли Сан за ним. Слова сейчас были излишни. Они молча прошли до парковочной платформы, Уён оплатил стоимость стоянки, уже не задумываясь о том, что следовало бы включить её в стоимость транспортировки. Он сейчас собирается везти андроида на верную смерть, пускай тот и не был живым существом, о каких деньгах вообще может идти речь? 

Наверное, ему стоило бы хорошенько подумать о том, как избавиться от мерзкого чувства вины каждый раз, когда он всего лишь отвозит груз от точки А до точки Б.

— Чонхо, построить маршрут до следующего пункта назначения, — приказал Уён, сразу же добавляя: — И отключи музыку. Мне нужно сфокусироваться на дороге. 

Когда прозвучало подтверждение, и автомобиль был готов к пути, Уён посмотрел на Сана, сидящего рядом с ним. 

— Пристегни ремень, пожалуйста, — произнёс он уже более мягко.

Сан послушался, но чуть наклонил голову, смотря на Уёна в ответ. 

— Почему вы испытываете вину? 

Этот вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Уён только и мог, что несколько раз моргнуть, выезжая на дорогу. Он сжал руль покрепче и напомнил себе, что нужно расслабить плечи и челюсть. 

— Не думал, что ты можешь так хорошо распознавать эмоции и чувства, — прошептал он, осматриваясь по сторонам. После приглушенного света студии Хонджуна огни мегаполиса неприятно били по глазам. 

— Мне стоит отключить данный модуль? — удивительно, насколько по-человечески звучал голос Сана, сильно отличаясь от неровной интонации Чонхо. 

— Нет, — Уёну вновь пришлось пару раз моргнуть, прогоняя мысли о том, что он сейчас делает. — Я не в том положении, чтобы отдавать тебе приказы. Ты ведь знаешь, куда мы едем? 

— Да, знаю, — ответил Сан. — Место моей работы является причиной вашего беспокойства?

Уён бы не назвал это работой. С работы возможно было уйти, сменить род деятельности. Из борделей андроиды попадали прямиком на свалку. 

— Не бери в голову, — сказал он, после формулируя фразу по-другому, чтобы Сану не пришлось тратить энергию на поиск этого выражения в словаре, — не задумывайся об этом. Со мной всё в порядке. 

Сан кивнул, затем отворачиваясь к окошку. Уён не знал, был ли в его взгляде интерес, когда они проезжали мимо красочных городских улиц, наполненных искусственным светом. Со стороны мегаполис мог показаться идеальным местом для жизни, его центральный район — настоящим достижением человечества, но, подумать только, сколько ужасных вещей творится здесь каждую секунду. Преступления, что даже не являются преступлениями, потому что совершаются не над людьми. Всего лишь порча имущества. 

— Я не считаю, что мой род деятельности должен вызывать у вас негативные эмоции. Доставлять людям удовольствие лучше, чем находиться в центре военных действий, — вдруг снова прозвучал спокойный голос Сана. 

Уён поджал губы, не находя, что ответить. Он лишь надеялся, что больше не встретится с тем, кого отвозит на верную смерть. В публичных домах детали андроидов подвергаются физическому износу намного чаще, чем где-либо ещё. 

Когда же Сонхва встретил его внутри хорошо освещённого фиолетовыми лампами зала, Уён старался не смотреть на сумму, переведённую ему за транспортировку. Более того, в этот раз ему не особо хотелось смотреть и на улыбку андроида, когда тот обходил Сана вокруг, удивляясь тому, насколько хорошая модель теперь была у них на руках. Как товар. 

— Всю необходимую документацию Хонджун должен был отправить ещё утром, — Уён увёл взгляд в пол, когда тошнота снова подступила к горлу. 

— Да, сделка официально завершена. Большое спасибо за работу, Уён, — пропел Сонхва, подходя к нему ближе. — Я могу ещё чем-либо помочь? — его голос вновь вернулся к тому звучанию, с которым он обычно обслуживал клиентов. 

— Нет, не думаю, — отмахнулся тот, уже собираясь уходить. Поскорее и подальше. 

— Думаю, Сан будет введён в эксплуатацию с сегодняшнего дня, — как бы невзначай сказал Сонхва. 

Уён остановился. Он обернулся, сразу же встретившись со взглядом Сана, совершенно лишенным блеска жизни. Андроид улыбался, но сейчас Уён прекрасно понимал, насколько эта улыбка была искусственной и жуткой. 

— Спасибо, но я, пожалуй, откажусь, — он неумело улыбнулся в ответ, уходя прочь. 

Он надеялся, что сможет уснуть спокойно, зная, что только что лишил ещё одного робота шанса на достойное существование.