Это взаимно

Прошло ещё две недели.

За это время всё окончательно перестало быть «странным». Ландо и Оскар теперь регулярно пересекались после уроков. Иногда просто шли в одну сторону. Иногда заходили в маленький магазин у школы, где Ландо брал энергетик, а Оскар — воду или шоколадку. Иногда Ландо сидел рядом, пока Оскар доделывал домашку на скамейке во дворе, и задавал дурацкие вопросы про физику, на которые Оскар отвечал серьёзно, а Ландо делал вид, что понимает.

Хетти наблюдала за этим со стороны и всё чаще молчала. Один раз только сказала:

— Ты изменился.

Оскар пожал плечами.

— Немного.

В четверг после последних уроков Ландо поймал Оскара у раздевалки.

— Сегодня не уходишь сразу?

— Планировал.

— Передумай. Есть место, которое я ещё не показывал.

Оскар секунду колебался, потом кивнул.

Они снова ушли через дыру в заборе. На этот раз Ландо повёл его дальше — мимо гаражей, через пустырь, к старому железнодорожному мосту, который уже давно не использовали. Снизу шумела редкая трава, сверху скрипели ржавые перила.

Ландо забрался первым и протянул руку. Оскар взялся. Ладонь у Ландо была тёплая и чуть шершавая.

Наверху было ветрено. Отсюда открывался вид на весь район и дальше — на окраину города.

— Нравится? — спросил Ландо, садясь на край и свесив ноги.

— Да.

Они сидели молча. Ветер трепал капюшон Оскара. Ландо достал из кармана жвачку, предложил — Оскар отказался.

— Слушай, — сказал Ландо через несколько минут. — А ты вообще… думал когда-нибудь, почему я начал к тебе цепляться?

Оскар посмотрел на него.

— Потому что тебе было скучно?

— Частично. А ещё потому что ты не пытался мне понравиться. Все вокруг либо боятся, либо подлизываются. А ты просто… существовал. И это бесило. А потом перестало бесить.

Оскар кивнул, глядя вдаль.

— А я думал, что ты просто хочешь доказать что-то сестре.

Ландо хмыкнул.

— Сначала — да. Потом уже нет.

Они просидели на мосту почти час. Когда стали спускаться, солнце уже садилось, и небо стало оранжево-розовым. Ландо шёл чуть впереди, иногда оборачиваясь проверить, идёт ли Оскар.

У дома Оскара они снова остановились.

— Завтра пятница, — сказал Ландо. — После уроков буду у заднего крыльца. Если захочешь.

— Хорошо.

Ландо кивнул и ушёл. Оскар смотрел ему вслед дольше, чем обычно.

В пятницу Ландо действительно ждал. Оскар вышел и сразу заметил, что тот сегодня какой-то другой — менее развязный, более тихий.

— Пойдём к реке, — сказал Ландо. — Там сейчас нормально.

Они дошли пешком. Река была неширокая, берег заросший, почти никого. Ландо скинул куртку на траву и сел. Оскар сел рядом, оставив между ними небольшое расстояние.

— Хетти сегодня спросила, когда ты уже признаешься, что мы друзья, — вдруг сказал Ландо.

Оскар чуть улыбнулся.

— И что ты ответил?

— Что она слишком любопытная.

Они замолчали. Вода тихо плескалась. Где-то далеко лаяла собака.

— А мы друзья? — спросил Оскар тихо.

Ландо повернул голову.

— А ты как думаешь?

Оскар несколько секунд молчал.

— Думаю, да.

— Тогда и я думаю да.

После этого разговора что-то окончательно сдвинулось. Они перестали делать вид, что всё случайно. Ландо теперь мог спокойно подойти к Оскару в столовой и сесть рядом, даже если его компания где-то орала за соседним столом. Оскар перестал шарахаться, когда Ландо внезапно появлялся.

Однажды на переменах Ландо даже отобрал у кого-то из младших тетрадь Оскара, которую тот случайно оставил, и вернул лично.

— Не теряй, ботан.

— Спасибо.

А потом случилась суббота, когда всё чуть не пошло под откос.

Хетти уехала к подруге на весь день. Мама работала. Оскар сидел дома, когда телефон снова завибрировал.

«Выходи. Срочно».

Оскар спустился. Ландо стоял у подъезда с разбитой губой и ссадиной на скуле.

— Что случилось?

— Подрался. Двое из десятого. Старые счёты.

Оскар нахмурился.

— Тебе нужно к врачу?

— Не. Просто… не хотел один сидеть. Можно к тебе?

Оскар кивнул.

В квартире Ландо сел на кухне, пока Оскар доставал аптечку. Молча обработал ссадину. Ландо даже не поморщился.

— Ты часто так? — спросил Оскар.

— Достаточно часто.

— Зачем?

Ландо пожал плечами.

— Иногда просто не получается иначе. Кто-то начинает, я заканчиваю.

Оскар молчал, аккуратно прикладывая пластырь.

— Не надо так, — сказал он тихо.

Ландо посмотрел на него снизу вверх.

— Чего?

— Драться. Если можно не драться.

— А если нельзя?

— Тогда… хотя бы не в одиночку.

Ландо несколько секунд смотрел на него, потом тихо усмехнулся.

— Ты серьёзно сейчас предлагаешь мне компанию в драках?

— Нет. Я предлагаю, чтобы ты хотя бы кому-то говорил, когда идёшь в такие места.

Ландо отвёл взгляд.

— Ладно. Буду иметь в виду.

Они просидели на кухне до вечера. Ландо пил чай, который Оскар заварил (слишком крепкий, но Ландо не жаловался). Разговаривали обо всём подряд — о школе, о музыке, о том, как Ландо в третьем классе разбил окно мячом, а Оскар в том же возрасте уже решал задачи из учебника для старшеклассников.

Когда Ландо уходил, уже совсем стемнело.

— Спасибо, — сказал он у двери. — За… всё это.

— Не за что.

Ландо задержался на секунду дольше обычного, будто хотел что-то ещё сказать, но передумал и просто кивнул.

На следующей неделе в школе уже открыто обсуждали, что Норрис и Пястри теперь «тусуются». Кто-то ржал, кто-то удивлялся, кто-то просто пожимал плечами. Ландо на все комментарии отвечал одним и тем же:

— А вам какое дело?

В среду после уроков они снова сидели на старом мосту. Ландо лежал на спине, глядя в небо, Оскар сидел рядом, обхватив колени.

— Слушай, — сказал Ландо. — А ты никогда не думал, что могло бы быть, если бы в тот раз в парке Хетти всё-таки пришла сама?

Оскар покачал головой.

— Нет. Не думал.

— А я думал. Несколько раз. И каждый раз понимал, что тогда мы бы, наверное, так и не начали нормально разговаривать.

Оскар посмотрел на него.

— Ты жалеешь?

— Нет. Вообще нет.

Ветер усилился. Ландо сел и стряхнул с волос пыль.

— Знаешь, что странно? Я сначала хотел понравиться твоей сестре. А в итоге… — он осёкся.

— В итоге что?

Ландо несколько секунд молчал, глядя вниз, на ржавые рельсы.

— В итоге я больше думаю о том, чтобы тебе было нормально. Чем о ней.

Оскар замер. Сердце стукнуло чуть сильнее.

— Это… плохо?

— Не знаю. Просто факт.

Они снова замолчали. Но тишина теперь была плотной, почти осязаемой.

— Ландо, — тихо сказал Оскар.

— А?

— Мне тоже нормально. С тобой.

Ландо повернул голову. Их взгляды встретились. Несколько долгих секунд они просто смотрели друг на друга.

Потом Ландо чуть улыбнулся — не своей обычной наглой ухмылкой, а чем-то более настоящим.

— Хорошо.

Когда они спускались с моста, уже совсем стемнело. Фонари вдоль дороги горели редко. Ландо шёл рядом, иногда задевая плечом, и Оскар больше не отодвигался.

У дома они остановились, как всегда.

— Завтра снова после уроков? — спросил Ландо.

— Да.

— Тогда до завтра.

— До завтра.

Оскар поднялся, а Ландо ещё долго стоял внизу, глядя на погасшие окна подъезда. Потом сунул руки в карманы и медленно пошёл прочь.

Дома Оскар сел за стол, открыл тетрадь, но так и не смог сосредоточиться. Перед глазами стоял тот взгляд с моста. И слова Ландо.

Хетти пришла поздно. Увидела брата и сразу поняла, что что-то произошло.

— Всё нормально?

— Да. Просто… думаю.

— О нём?

Оскар кивнул.

Хетти села напротив.

— Ты же понимаешь, во что ввязываешься?

— Понимаю.

— И всё равно?

— Всё равно.

Хетти долго смотрела на него, потом тихо вздохнула и просто потрепала по волосам.

— Тогда будь счастлив. Или хотя бы осторожен.

А на следующий день в шко

ле Ландо уже ждал у шкафчиков. Когда увидел Оскара, коротко кивнул и улыбнулся — той самой настоящей улыбкой.

Оскар улыбнулся в ответ.

И в этот момент оба поняли, что точка невозврата давно пройдена.

Осталось только понять, куда именно они теперь идут.

Вместе.