Эмпауэрмент и мизогиния женского самиздата

Эмпауэрмент и мизогиния женского самиздата

Елизавета Пономарева

Я давно хочу поговорить о лырах* (*любовно-эротических романах), которые пишут преимущественно женщины и распространяют, преимущественно, через интернет. Вставлю скриншот с сайта литнет, чтобы было еще понятнее.

Это обильный литературный сегмент, и он растет, потому что тут водятся деньги. В англоязычных лырах ходят легенды о женщинах, заработавших миллионы (например, Аманда Хокинг), в рунете – о женщинах, которые пишут для своего удовольствия и этим зарабатывают на жизнь, что тоже неплохо. Также известно, что зарубежом писательница романов, порой, может вложить тысячи долларов в рекламную кампанию, и отбить ее, у нас уже не редкость, например, платные отзывы.


Подсчитать число авторок и произведений непросто. В рунете такие романы проще всего найти на сайтах литнет, фейсовет, либ.ру, автор.тудей, ридеро, продаман. Конечно, это не все. Некоторые писательницы заводят себе личные сайты. Или, например, идут на амазон. К тому же сайты часто связаны с издательствами, и некоторые писательницы переходят с бумаги в сеть, а некоторые выходят из сети на бумагу. Сайты – точнее писательские платформы – как правило, не любят кроссплатформенность* и борются с ней (*кроссплаформенность здесь – выкладка произведений сразу в нескольких местах), а вот писательницам, напротив, это выгодно. Наконец, многие пишут под псевдонимами, и не одним. А за какими-то именами стоят авторские коллективы или писательницы-призраки.


И, как, наверное, уже понятно по примерам, которые я привела, это не чисто русскоязычное явление. Напротив, в англоязычном интернете этот сегмент старше, крупнее, более диверсифицирован и по нему можно отслеживать некоторые тренды, которые нас еще ожидают. Но об этом позже.


Лыры кажутся мне интересными как социальный и культурный феномен.


«Творческим личностям, склонным к самовыражению, в данной теме делать нечего. Мы тут пытаемся с помощью обложек тексты продавать (под продажей я подразумеваю продвижение товара, а платный он или бесплатный дело десятое)»


Социальное явление


Писательницы-одиночки в этом жанре скорее исключение. ЛЫР – коллективное явление. И у этого коллектива есть особенности. (Надо сказать, есть и мужские сегменты, например, литРПГ, которое еще ждет своего отважного исследователя). Женский самиздат отличается, например, от тусовок мейнстримных писателей или поэтов, или фантастов с их конвентами и ролевыми играми.


Положительные стороны


- Меньше токсичности. Буквально полчаса назад я прочитала новость о том, что какой-то отечественный писатель эротических романов подозревается в изнасиловании жены и ребенка. Ладно, даже если не брать такие ужасы, все мои попытки общаться с признанными писателями и поэтами ИРЛ были не очень. И когда начался флэшмоб «я не боюсь сказать» меня не просто не удивили знакомые фамилии, а удивило, что их не больше. Наше литературное сообщество также отличает некий элитизм, который заставляет некоторых его представителей считать, что музы им положены по умолчанию. Всякое бывает, но, думаю, риск подвергнуться страстным домогательствам на тусовке женщин, пишущих романы о страстных домогательствах, несколько ниже. Кстати, в США проводится конференция Romance Authors of America, и очевидцы отмечают удивительное для издательского мира дружелюбие. Наконец, на сайтах, где выкладываются проды* (*новые главы произведений, продолжения) лыров не принят негатив, и комментарии, в массе своей поддерживающие и заинтересованные.


- Меньше элитарности – нет пропасти между писательницей и читательницей. Первые часто бывают вторыми и наоборот. Тесна связь не только с читательницами, но с художницами, иллюстраторшами. Критикессы также не сидят в отдельной башне, часто сами являются частью коллектива. Среда демократичная. Куда меньше претензий на революционность, философское творчество, попыток шокировать, меньше поклонения литературным гуру. Писательницы чаще признают, что пишут для развлечения и удовольствия читательниц.


- Творчески стимулирующая среда. Вытекает из демократичности. Тут легко втянуться, самой начать писать, рисовать, создавать рецензии. Тебя скорее всего поддержат (особенно любимы всеми артерши. Найти женщину, которая нарисует тебе красивую обложку или иллюстрацию – это просто счастье).


- Самореализация (очевидный пункт). Шанс издаться на бумаге для тех, кому это важно, получить лайки и комментарии для тех, кому важно это, что-то заработать – тоже неплохо.


Негативные стороны


- Не место для интроверток. По всему вышесказанному понятно, что если вы не очень сильны в общении с комментаторками, в умении начинать и поддерживать дискуссию, завлекать и развелкать, вы можете остаться незамеченной, даже если у вас весьма приличные тексты. Тут надо быть немного тамадой, немного маркетологом и немного SMMщицей.


- Самоцензура. Естественно, если все сидят на одном поле, то тут не только нельзя писать рецензии в стиле раззудись плечо, размахнись рука, но даже где-то когда-то немного резко высказаться под замком у подруги в комментариях может быть опасно. Явление «кукушка хвалит петуха» тоже присутствует (впрочем, оно и в большой литературе встречается – погуглите ради интереса отзывы Быкова на Устинову, например).


- Конкуренция. Пул читательниц, а значит и денег, ограничен. По сути, если кто-то читает Машу, они в это время не читают Свету, Коралину и Марго, и те не зарабатывают деньги. При всем дружелюбии амбиции и денежные интересы иногда приводят к подковерной борьбе.


- Качество против пиара. Опять-таки вопрос конкуренции. Вам надо выделиться на фоне сотен женщин, выкладывающих новые проды очень похожих произведений. Как это сделать?

- Писать лучше?

- Писать быстрее?

- Заигрывать с читательницами?

- Заплатить за рекламу?


Я думаю, все, кому на работе предлагали за те же деньги в рабочее время еще и «немножко позаниматься SMM» сейчас прекрасно меня поняли.


Наконец, среда эта не феминистская. Я не могу выделить это как недостаток – у нас и интернет не феминистский. Но упомяну. Скажем, при всей любви к фанарту, обычная писательница скорее всего будет в ужасе, если на основе ее романа напишут слэшный фанфик. Тут, правда, можно отметить волну авторок с дайри, которые как раз принесли в мир ЛЫРов слэш, хотя, на мой вкус, пока очень старомодный* (*что такое старомодный слэш? Гомосексуальные отношения, где все делятся на «активных» и «пассивных» партнеров, и, по сути описываются слабо замаскированные гетеросексуальные штампы).


Культурное явление


Суть любовного романа проста. Это роман, в котором герой/героиня находит свою истинную любовь. Эта основа, которая ничего не говорит о качестве романа. Заранее предполагать, что все любовные романы ужасны – несправедливо.


Но если возвращаться с небес на землю, то лыр – это роман, в котором героиню выдают замуж и выдают ей деточек, чтобы она нюхала их нежные пяточки. А до того пишут порно, желательно с насилием (отсюда выражение «изнасявки»). Процесс можно растягивать на бесконечные тома, добавляя всевозможные фантастические детали и альтернативную анатомию.


Типичные черты лыра


- Героиня прекрасна. Во всем. Несмотря на то, что слова «Мэри Сью» считаются ругательством, я вижу в лыре запрос именно на Мэри Сью. Читательницам не нравятся глупые героини, некрасивые героини, аморальные героини и так далее. Это не сразу бросается в глаза. Словами героини авторка может говорить: «Ах, я такая глупенькая» или «Ах, какая я некрасивая по сравнению с другими». Но потом окажется, что некрасивая – это слишком худая со слишком светлыми волосами. А глупенькая будет рулить какими-нибудь демонами-деканами. Недостатки надо как бы подделывать. Скажем, героиня может называться толстой, но на самом деле, она будет страстной аппетитной пышечкой.


- Странная этика. Если считывать происходящее в лырах буквально, героиня может оказаться совершенно отмороженной женщиной, убийцей, воровкой. Частое явление – ненависть и презрение героини ко всем, кого она встречает (особенно другим женщинам). Это может быть прописано, но не отмечаться как недостаток. Тег "сильная героиня" обычно, увы, означает "хамка, которой сходит с рук неадекватное поведение".


- Героиня не виновата. Но есть некоторые вещи, которых героини никогда не совершают. Она никогда не должна быть виноватой в изнасиловании. То есть сюжет строится так, чтобы у читательниц ни на секунду не возникло чувство «самавиновата». Если героиня окажется пьяной на вечеринке в мини-юбке, то ее скорее всего туда насильно закинули враги, выкрав из монастыря и опоив ее и героя зельем непреодолимого либидо. Или у героини какой-то фантастический запах, который буквально сводит мужчин с ума. Или ее насильно выдали замуж. Или ее перенесло в чужое тело, которым как раз кто-то овладевал. По своей воле оказаться в рискованной ситуации или просто проявлять инициативу скорее может отрицательная персонажка. И ее за это нередко не только насилуют, но и убивают, на что всем наплевать. То есть тут у нас слатшейминг.


- Девственница – секс-террористка. Отсюда очень популярный ход с супер-невинной героиней, которая вообще не знает, что у нее там между ног, может, шуруповерт? Опытный герой обучит ее сексу и после обязательно очень болезненного лишения невинности последуют сплошные оргазмы и быстрый перебор типового порно-набора.


- О герое. «Властный герой» - тоже популярный запрос. Тут мы имеем стандартного фантастического мудака, доминанта, который обычно красив, богат, умен, силен, демонически холоден, агрессивен, малоадекватен, жесток и насильник. Но солдат ребенка не обидит. Это, видимо, табу. Если в сюжете появляются деточки, то герой становится прекрасным отцом (не факт, что он что-то делает, он просто будет таким заявлен).


В этом месте очень легко сказать, что лыры пропагандируют насилие. Но обратите внимание на следующий пункт!


- Оргазмы. Героине всегда хорошо. Даже если плохо, даже если ей выпишут сюжет с изнасилованием в начале (какими-нибудь злодеями), дальше оно быстро забудется и начнутся оргазмы. Надо отметить, что доминант в лыре находится под полным женским контролем. Под контролем писательницы.


Это интересный момент, потому что он опровергает популярную версию, что эти романы женщины пишут, потому что хотят, чтобы их домогались, насиловали и так далее. У литературного мачо нет шанса не доставить женщине удовольствие. Словно авторки берут стереотип о том, что женщины «любят, когда жестко», но в отличие от реальной жизни, где с насилием куда лучше, чем с удовольствием, делают так, чтобы героиням и правда всегда нравилось. Обещание стереотипа в лыре всегда сбывается.


Моя личная теория - лыр о насилии - это, на самом деле, омегаверс, то есть мир, в котором буквально работает инстинкт размножения, но это тема для отдельной статьи.


- Богачества. Сбывается и второе обещание стереотипа о женщинах, которые любят покруче, а потом на шее сидят. Доминант героиню, конечно, начинает осыпать всяческими дарами. Здесь есть свои штампы, типа непременного платья, которое будет ждать героиню на кровати перед балом, эльфийского гарнитура и сырной тарелки, или, скажем, момент, когда герой заносит героиню на руках в ванную.


- Бедность. Часть реальности, которая болезненно просвечивает через ткань романа. Иногда любовному перечислению даров авторки уделяют куда больше внимания, чем, собственно, обещанному сексу. Тут же часто заметно, что реального опыта богатства у людей нет, и колдовские дворцы описываются как благоустроенные трешки, если не как посиделки в общаге, когда родители прислали харчей. (И тут вампир принес героине на выбор изысканные пакетики чая Гринфилд – вполне реальный эпизод). Это очень грустно, когда героиня переносится в мир волшебства, подвигов, пророчеств, она избранная, она на звездолете, она лиса-оборотень в мире змеелюдов… и у нее есть сырная тарелка.


Для меня, конечно, остается открытым вопросом – что на что больше влияет: мир на творчество или творчество на мир – и можно ли разорвать этот цикл и, например, начать писать нечто новое и повести мир за собой?


— Что же ты за баба такая, Аня? — склонил голову, будто изучая меня. — И хочу тебя, не могу, и убить бы тебя, — прижал меня к стене и накрыл ладонью мою шею. — Удавить, как змею неверную. За то, что сбежать посмела. Что ребенка моего забрала. Да не могу. Смотрю на тебя и не могу.
Поцеловал. Властно. Жестко. Впился в мой рот поцелуем, не давая возможности ни оттолкнуть его, ни пошевелиться.


Будущее лыров


Теперь больше об англоязычном мире. В нем происходит, во-первых, инфляция эротического романа. Во-вторых, его уберизация.


Уберизация, прекариат и война с алгоритмом


Около 85% самиздата захватил Амазон, точнее Kindle Unlimited. В чем суть – вы платите около 10 долларов и можете скачать столько самиздата, сколько сердце прикажет. А авторам выплачивается некая доля из образовавшегося пула денег. Тут еще более очевидна проблема конечности ресурсов – если все скачивают книгу Джейн, они, вероятно, не скачивают Мэри. Более того, чем больше скачивают книг Джейн, тем меньше денег останется для того, чтобы поделить между всеми остальными.


Сначала Амазон считал по скачиваниям. И авторы стали писать очень короткие книги. Зато много. 100 книг по 6 страниц. Амазон это заметил, и стал считать страницы, пролистанные читателем. Авторы стали искать инструменты раздувания книг. Это стало профессией. Трюков было много. Скажем, перевести свою книгу гугл-транслейтом на 10 языков и все это впихнуть в файл. Таким образом, большая часть энергии писательниц стала уходить на исследование и борьбу с алгоритмом.


(Например, Кассандру Ди, прославившуюся компиляцией «Беременна от босса» на 1000 страниц, на Амазоне забанили).


Еще одна проблема – спустя 30 дней после публикации на платформе, книга исчезает из новинок, то есть авторка падает в пропасть забвения. Выход – писать, скажем, книг по 18 в год. А еще Амазон забирает 30% роялти. Амазон не отвечает за плагиат, разве что может удалить книгу плагиатора, и то не слишком быстро, деньги вы уже можете потерять.


Поэтому, хотя и ходят легенды о возможности заработать миллионы, 75% писательниц с Амазона не могут творчеством заработать просто на проживание. Это уберизация.


Интересное последствие – писательницы объединяются. Существуют группы, где авторки делятся инструментами, лишними текстами и прочей помощью. В частности, авторки договариваются о трендах. Например, пусть у нас будет месяц секса с морпехами. Или месяц горячих горцев. Это привело к знаменитому скандалу «кокигейт». Авторки было дело договорились писать романы со словом «дерзкий» (cocky) в заглавии, но одна участница запатентовала дизайн и название серии и стала судиться со всеми, кто использовал это слово. Скандал породил прекрасный мем. Авторка романа «Дерзкий ковбой», получив угрозу судом, переименовала свой роман в «Самый дерзкий ковбой, который когда-либо дерзил» и прославилась. (Да, зачинщица суд проиграла, кстати).


Отмечу, что в рунете тоже существуют волны и тренды определенных тем. Раньше, например, это были магические академии, а теперь все хором беременеют от боссов. Плюс тренда в том, что, если писать в тему, на тебя скорее обратят внимание. Читательницы, как ни странно, хотят еще и еще боссов, а не ищут змеелюдов, когда все пишут о сексе с другом папы. Это, кстати, заметно и в сегменте фанфикшн. Если человеку нравится «старбакс ау»* (*романтическая история о встрече в кофейне), то он захочет прочитать еще десять вариаций на тему от разных авторов.


Еще один способ борьбы с алгоритмом - игры с жанрами и тегами. Скажем, в более узком жанре проще выделиться. Поэтому случались ситуции, когда человек публиковался в жанре "межрасовые отношения", мотивируя это тем, что оборотень-то у нас чистокровный немец! На российских платформах тоже пытаются манипулировать категориями, к которым можно отнести роман.


Еще один интересный тренд – за деньгами потянулись мужчины. Одна из самых наглых писательниц, боровшихся с алгоритмом Амазона, оказалась мужчиной. (Он публиковал очень много романов с завлекательными аннотациями, но на первой странице оказывалось объявление, что те, кто долистают полученный трэш до конца, получат ссылку на другой бесплатный роман + шанс выиграть ювелирку от Тиффани). Одной из крупных плагиаторш также оказался мужчина.


Цензура и усталость от эротики


После принятия в США закона SESTA-FOSTA под удар попали и лыры. Apple, в принципе, не пускает ничего сексуального, другие сайты стали загонять весь 18+ в позорные загончики, Амазон перебанил массу книг по подозрению (иногда необоснованному) в упоминании инцеста, зоофилии, педофилии, изнасилования как развлечения (titillation). Из комичного (и мизогиничного) – знаете, почему на обложках так много manchest – властных кубиков? Потому что за женское обнаженное тело (даже просто голый пупок) могут запросто забанить, особенно, если вы пытаетесь рекламировать книгу, а мужская грудь считается приличной. Под удар попали даже слова типа «табу» или «секс» в названиях.


Но, с другой стороны, отмечают, что и спрос на «изнасявки» падает. Новая аудитория – более молодая, технически подкованная – хочет, в частности, больше диверсити и больше консента. Разнообразия и согласия. Да, пусть герой будет альфачом, но пусть спрашивает разрешения.


PS Наконец, хочу порекомендовать вот это симпатичное исследование на ту же тему:

http://mor.yasher.net/2019/11/23/setevaya-literatura-romfant-litneta-1/