Эмиль Ахмедов, ФОПФ'95

Эмиль Тофикович Ахмедов окончил ФОПФ в 1995 году. Защитил кандидатскую диссертацию в 1998 году, докторскую — в 2009. С 1994 по 2016 год основным местом работы был Институт теоретической и экспериментальной физики (ИТЭФ) им. Алиханова. Эмиль Тофикович — ведущий научный сотрудник лаборатории физики высоких энергий МФТИ, в которой возглавляет теоретическую группу, и профессор кафедры теоретической физики МФТИ. В частности, читает курсы теории поля и квантовой механики студентам ФОПФ.

Не так давно Эмиля Тофиковича избрали заведующим кафедры теоретической физики МФТИ.

Кем Вы мечтали стать, когда были ребенком? Могли ли представить тогда, что станете известным ученым?

Помню, как на день рождения мне в два года подарили ракету. С тех пор всегда хотел быть космонавтом или заниматься всем, что связано с космосом. Я думаю, никем себя кроме как знаменитым ученым и не представлял. Только ученый и космонавт (исследователь космоса) были в моем понимании одним и тем же. Помню, как лет в 12 спрашивал отца про то, кто более знаменитый и важный ученый: Королев или Эйнштейн.

Как Вы выбирали МФТИ? Что давалось во время учебы сложнее всего? Как справлялись со стрессом?

Помню, как увидев ГЗ МГУ лет в 6, спросил у отца, это ли лучшее место для учебы? Отец ответил, что лучшее место — МФТИ. Он утверждает, что я ответил, что там и буду учиться.

В первом семестре сначала мне все предметы тяжело давались. Получил двойку за коллоквиум по матанализу.

Со стрессом справлялся методом блуждающей боли – ухаживая за девушками.

Как можно отличить физика-теоретика от других ученых?

По проницательному взгляду…

А что отличает Вас от других теоретиков?

Еще более проницательный взгляд… Или влачащийся сзади парашют…

У Вас был цикл лекций на ПостНауке. Не искажает ли популярное объяснение науки, в частности физики, реальное представление о ней?

Искажает: «Мысль изреченная есть ложь».

Как Вы встретились со своим научными руководителем? Как принимали решение переходить в другую область исследований, менять подход, руководителя. Что для Вас было определяющим фактором в научной работе?

В ИТЭФ мне посоветовал пойти Семен Соломонович Герштейн. С ним меня и Максима Чернодуба познакомил Сергей Павлович Алиллуев. Я был на втором курсе и сдал теорпол и квантовую механику. Максим был на первом и сдал только квантовую механику. Я сначала пошел в ИФВЭ, но потом перешел в ИТЭФ. Максим Чернодуб сразу пошел в ИТЭФ.

Когда я перешел в ИТЭФ, то сдал сначала теорминимум по квантовой механике Михаилу Васильевичу Терентьеву и Владимиру Степановичу Попову, а потом теорминимум по квантовой теории поля (КЭД, Стандартную Модель и КХД) Виктору Александровичу Новикову, Михаилу Иосифовичу Высоцкому и Михаилу Васильевичу Терентьеву. После сдачи теорминимума Максим Чернодуб познакомил меня со своим научным руководителем — Михаилом Игоревичем Поликарповым.

С Михаилом Игоревичем и Максимом мы занимались решеточной квантовой теорией поля. Я опубликовал несколько статей по этой тематике и ушел в теорию струн, которой я занимался в группе Алексея Юрьевича Морозова. Научный контакт с Поликарповым я сохранил и защитил кандидатскую диссертацию по связанной теме. В группе Морозова моим основным наставником был Антон Герасимов. Хотя в этой, довольно большой, группе основным плюсом была возможность общаться с большим количеством молодых активных ученых по самым разным направлениям современной теоретической физики.

На темы, связанные с теорией струн, я опубликовал пару десятков статей и защитил докторскую диссертацию. Где-то в это же время я начал медленно менять свои интересы в сторону квантовой теории поля в ранней Вселенной и на фоне черных дыр. Эти темы меня интересовали всегда, но статей про них я не писал до поры до времени.

Всеми темами, которыми когда-то занимался, я интересуюсь до сих пор. И у меня остаются задачи из тех, моих старых, областей. Определяющим фактором в выборе темы всегда были собственные вопросы, которые выкристализовывались по мере углубления понимания предмета.

Как Вы сейчас работаете со студентами? Они сильно отличаются от Вас в их возрасте? Чего в них «не хватает», а чему Вы удивляетесь?

Со студентами я сейчас работаю достаточно интенсивно. И надеюсь, что буду продолжать это делать по крайней мере еще несколько десятилетий.

Мои студенты не очень сильно отличаются от меня. Может быть, они немного менее самостоятельные, но возможно это потому, что я с ними начинаю работать по научным вопросам раньше, чем это начали делать со мной.

Мне не хватает только студентов. Много вопросов, на которые хочется получить ответ…

Физтех — еще тот?

Он другой. Процент мотивированных студентов меньше. Но в общем я больших проблем не вижу. Надо работать, и все получится.

Эмиль Тофикович, сейчас Вы возглавляете теор. группу лаборатории физики высоких энергий МФТИ. Когда Вам предстоят такие решения как научное руководство студента или даже целой группой, что Вы анализируете в первую очередь? Трудности берете на себя или стараетесь работать с командой?

Все определяют люди. Я обращаю внимание на людей и на черты их характера прежде всего. Трудностей я не боюсь, но для всех лучше, если мы будем решать их командой.

Вы член Совета ФОПФ, нам очень приятно иметь такого человека в команде, разделяющего общие идеи. Правда ли, ФОПФы другие? Что Вы любите в них больше всего, а что, может быть, раздражает? Кто такой абитуриент ФОПФ в трех словах?

Я не знал, что являюсь членом Совета ФОПФ… У меня много студентов с других факультетов и даже университетов. Да, большая их часть теперь уже перевелась на ФОПФ. Особых плюсов у ФОПФ я не вижу, если не считать превосходства в начальных данных при поступлении. Но это преимущество проходит ко второму или третьему курсу. Сам я начинал учиться на ФМХФ, а потом перевелся на ФОПФ и поступил в теоргруппу ИТЭФ.

Раздражает меня гонор некоторых первокурсников МФТИ, основанный на высоких баллах при поступлении. А заканчивается все нередко лишь успешной торговлей на рынке по окончании МФТИ. Ученый – это стайер, а не спринтер. Ничего плохого в торговле нет, но только причем здесь успешность в познании природы и Физтех?

Известно, что МФТИ — сильнейшая база научных кадров. Чем определяется, по-вашему, успешность в науке? Учат ли на ФОПФе быть успешным?

Успешность в науке определяется умением решать задачи, но лучш — это умение задавать собственные вопросы и получать на них ответы.

Да, кстати, еще меня раздражает переоцененность умения вычитывать чужие ответы на чужие вопросы в чужих книгах и статьях… и вопросы про успешность.

Спасибо, что нашли время! Ваши пожелания студентам и абитуриентам?

Не лгите себе.