Эксперимент ли это?
Raven– Ро, что случилось?
Невер подходит к парню и наблюдает как тот яростно наносит удары мечом по манекену. Да так, что иногда щепки в стороны летят. С такими темпами придется делать новый. Все тело напрягается занося меч для нового удара, но тот замирает в воздухе.
– Все… нормально!
Отвечает он нервно и все же клинок летит прямо в цель. Но все далеко не нормально. В голове куча непонятных мыслей, которые с огромной скоростью летят как ураган. Что б его… Джон! Полный придурок! От удара куда-то в сторону отлетает «голова» манекена. Ворон невольно вздрогнул.
– Ты выглядишь совсем не нор-рмально.
– Джон! Он… Идиот,- Лололошка останавливается, тяжело дыша,- черт его дери..
Ну да, черт то его уже побрал.. как иронично. Эта мысль вгоняет парня в жар еще больше, что очень сильно привлекает птицу.
Тремя часами ранее…
– Джон! Где твою рыжую голову….. носит… - Ло заходит в кабинет к Джону и видит невероятную картину. Не в силах что либо сказать и двинуться с места, так и замирает в дверном проеме.
Джон Дейви Харис, собственной персоной, сидел за своим рабочим столом со скрученной купюрой в руках. Белый порошок аккуратно разделен какой-то металлической пластиной на четыре равные полосы; одну из которых он только что втянул носом через эту самую купюру. В секундном «экстазе» от жжения слизистой он запрокидывает голову назад, шумно вдыхая носом. В этот момент он все же замечает свою копию, от чего улыбка тянется на его лице, а глаза прищуриваются, стараясь сфокусироваться.
– Оооо, симпапусик, все же решил зайти ко мне? Как же вовремя. Присоединишься?
И словно Чешир, медленно и осторожно, растягивается на стуле. Только сейчас Дейвисон понял, что тот сидел в одних белых штанах, которые к тому же были расстегнуты.
– Джон, только не говори мне…
– Да, это фен, нет, я сварил его сам, нет, не здесь, и да, я сделал это с помощью Беренгария. Я удовлетворил твою жажду всезнайства?
Но эта манера речи все больше раздражала и приводила в злость Лололошку. Какого черта? Что он творит? Мы пытаемся спасти этот мир от заражения и тотального уничтожения, а этот самодовольный идиот решил тяжелыми наркотиками закинуться? На лице парня начали играть желваки, а в глазах читаться огромная злоба.
– Ой, только давай без нотаций, для меня это даже не наркотик, мы же междумирцы, тем более он помогает мне больше концентрироваться и найти решение наших проблем.
Джон встает, отодвигает стул и садится на стол. Сейчас он выглядел чертовски… сексуально. Разгоряченное тело, тяжелое дыхание, эта чертова улыбка, полу прикрытые глаза и до ужаса расслабленная поза. Ло скользит взглядом по «своему» чужому лицу, шее, груди, прессу, ногам… Нет. О чем он вообще сейчас думает? Какого черта? Почему Джон вызывает в нем эти эмоции? Что это вообще все значит?
Закрыв за собой дверь на замок, Дейвисон подходит ближе. Даже совсем близко. Но резкое движение и он грубо сжимает волосы на затылке Харриса, оттягивая их вниз, заставляя того смотреть на него. Но парень никак не реагирует на это, с вызовом смотря в голубые глаза. Казалось, что они вот-вот полыхнут пламенем.
– Какого черта, Джон? У нас тут апокалипсис на носу, а ты решил устроить здесь вечер расслабления и рефлексии?
– Милый мой Лололошка, как же ты не понимаешь, что амфетамин усиливает выброс дофамина и норадреналина, заставляя транспортеры DAT и VMAT работать в обратном направлении. Это приводит к увеличению концентрации нейромедиаторов в синаптической щели, несмотря на снижение обычного механизма экзоцитоза, что приводит….
– Да мне плевать к чему это приводит, больной ты ублюдок! - парень все так же крепко сжимаешь волосы в кулаке и тянет вниз, от чего тот шипит от удовольствия. Он что, издевается?
– Незачем же так агрессивно,- Харрис незаметно касается руки Ло и надавливает на болевую точку. Еще мгновение, чуточку магии, и он прижимает свою копию к столу, опираясь по обе стороны руками.
– Ты…
Нагло, очень нагло, перебивает поцелуем, жадно впиваясь в «свои» чужие губы, не давая даже опомниться. Горячие пальцы касаются руки, несильно сжимая её. Поцелуй остается невзаимный, но не отступает, напористо давит, прижимаясь всем телом к парню.
Но тот лишь мягко отстраняет его, давя на плечо рукой.
– Джон…
– Что, не понравилось целовать самого себя? Ой, только не говори, что ты не мечтал это сделать, - снова эта чеширская улыбка.
– Заткнись.
И в этот момент Ло сам целует его, вводя этим в ступор самого Джона.
То ли он поцеловал его потому что сам захотел, то ли что бы он заткнулся, не понятно. Но в этот момент он понял одно: внутри что-то переломилось, непонятное чувство начало обретать новый смысл. Но пока что он совершенно не хотел об этом думать. Харрису хватило секунды, что бы прийти в себя, нагло расстегнуть чужой ремень штанов и запустить руки под толстовку.
Они шастали под одеждами, очерчивая пресс, грудь, бока. Все это одновременно и нравилось, и хотелось остановить. Сжав его плечи, он все же прервал этот поцелуй.
– Остановись.
– А теперь ты заткнись.
Через пару мгновений начинает слегка накатывать действие наркотика, заставляя все тело покрыться мелкой дрожью. Внутри разливается ощущение экстаза, зрачки расширяются, а в голове пропадает надоедливый шум от нескончаемого потока мыслей. Казалось, что он слышит даже биение сердца Ло, которое вот-вот выпрыгнет. Движения становятся хаотичными, прерывистыми. Руки предательски дрожат и холодеют, на что реагирует тело под ними.
Снова волосы на затылке сжимают и уже насильно оттягивают, разрывая поцелуй.
– Джон, что ты… творишь.
Ледяные руки касаются груди, останавливаясь на ней. Опьяненные глаза в душу заглядывают, а с губ срывается томный вздох.
– Симпапусик, тебе же нравится.
– Нет..
– А твое тело говорит об обратном, у нас же одинаковые тела.
Харрис нагло касается торса Дейвисона и скользит вниз. Резко спирает воздух, когда он доходит до требующего внимания места. Ткань больно сжимает плоть, а Джон только и довольствуется этим, подтверждая свои слова. Придя в себя от нахлынувших эмоций, Ло прерывает его, убирая руку, и облегчено выдыхает.
Они соприкасаются лбами, напряженно дыша. Никто не хочет нарушать эту тишину, которая много о чем говорит обоим.
– Мне.. нужно идти, - Лололошка отводит взгляд куда-то в сторону, боясь даже думать о том, что только что произошло,- и убери эту дрянь из моего….
Но Джон, словно делал это уже множество раз, цепляет его подбородок пальцем, поддается вперед и оставляет мягкий поцелую на разгоряченных губах, затыкая своего двойника. На удивление, тот отвечает, не отталкивает, но лишь на пару секунд, перед тем как отодвинуться.
– Как скажешь, красотка.
Харрис отходит Ло и оценивающим взглядом смотрит на всю эту прекрасную картину.
– Слишком сексуальный, что бы все вот так прерывать, но твои мозги сейчас явно превратились в кашу. Иди отдохни, я позже к тебе зайду.
Самодовольный индюк! Что это, черт возьми, было? И почему его тело так отвечает на его прикосновения?… В голове слишком шумно, нужно выпустить пар. Лололошка больше не смотрит на Джона, лишь застегивает ремень и быстро выходит из кабинета. Возможно они обсудят это в будущем, но явно не сейчас.