Эксперимент ли это?

Raven

Казалось, что сейчас летняя жаркая и знойная ночь. Вот-вот взойдет солнце, осветив прекрасные просторы и леса Архея. Птицы начнут тихо петь свои трели, животные просыпаться от сладкого сна, а жизнь продолжит идти своим чередом. Все существа снова продолжат жить, словно ничего не происходило. Но это лишь сладкая и непостижимая сказка. Может, когда нибудь, все же так оно и будет. Снова будет спокойствие, безопасность и простая жизнь существ без страха за жизнь.

Белоснежные волосы медленно колышутся от теплого ветра. Сайрисса, словно кошка, аккуратными и медленными шагами подбирается ближе к Джону. Шаг за шагом и она уже почти рядом с ним. Руки плавно развязывают мешочек, касаясь мягкого порошка пальцами, сгребая его в ладонь. Лололошка почти не смотрит на нее, лишь ощущая энергию рядом. Такая теплая и яркая. Все в порядке, Харрис увлечен только ним, не обращая внимания на девушку. 

Но это только казалось таковым… Совершенно не ожидая, он резко поворачивается к эльфийке, чуть ли не дыша ей в лицо. Глаза, полные боли и ярости, холодят душу. Рот кривится в подобии ироничной улыбки. Слышно как скинт скрипит на зубах…

— Вы… думали, что я.. не чувствую тебя?

Это говорит явно не он. Отец был сильнее. Слишком много сил Джона он поглотил.

Изуродованная рука поднимается вверх, намереваясь нанести удар. Порошок летит прямо в лицо, попадает в легкие, опаляет кожу, глаза. Громкий и болезненный рев заставляет всех птиц по близости улетать от страха и внезапности. Плоть начинает меняться, скинт падает на землю, разбиваясь, а кости снова деформируются с противным скрежетом.

Она не успела увернуться. Огромная рваная рана зияет на плече, а на лице гримаса беззвучной боли. Не удержав равновесие, падает на землю, хватаясь за плечо.

Все происходит в один момент. Ступор, страх, оцепенение, что делать, кого спасать…

Осознание приходит почти мгновенно. Ноги рывком сами несут его к Сайриссе. Джон лежит на спине, тяжело дыша в окружении кровавого скинта. Сознание медленно возвращается к нему, как и силы. Красное свечение рвется изнутри его груди, а золотые частицы медленно кружат вокруг. Сангвимантия и его искра сами исцеляют тело, принося долгожданное расслабление и спокойствие. Дыхание восстанавливается, сердце перестает бить в бешеном темпе, а боль больше не сковывает тело в болезненном спазме.

— Сильно задел? 

Дейвисон зажимает ладонью рану, пытаясь остановить кровотечение. Девушка лишь кивает, пытаясь совладать с болью и не шевелиться, что бы не усугублять и без того тяжелое положение. 

— Сейчас, я что-то придумаю.

Аккуратно разорвав край своей куртки, прижимает эту ткань к открытой ране. Она быстро окрашивается в красный, но это помогает. Облегченный вздох радует. В подсумке как раз лежат бинты, о чем собственно и вспоминает Ло. Его движения приносили боль эльфийке, но она стойко держится. На плече оказывается рука, ощутимо сжимая. Внутри все замирает. 

С ним все хорошо. Он жив.

Ло порывисто поворачивается и встречается взглядом с Джоном. Он, словно кот, улыбается. Внутри все взрывается счастьем, от чего дышать становится тяжелее. Сердцебиение участилось, как и желание обнять сводит его с ума.  

— Я помогу. 

Он аккуратно садится рядом. 

— Нет, ты сам еще слаб. 

Но конечно же его никто не слушает. Достав бинты и аккуратно приподняв Сайриссу, они вместе бинтуют рану. И,  конечно же, наш прекрасный, всеми любимый и самый умный ученый, Джон Дейви Харрис, решает использовать магию. Ума и самоуверенности «хоть отбавляй», но трезвого понимания его положения и оценки своих возможностей в дефиците. Лололошка не успевает среагировать, как красные искорки загораются на кончиках пальцев парня, заставляя скрючиться от боли. 

— Джон! 

Первый хватает его за руку, пытаясь остановить. Но что-то явно идет не так. Точнее, не так, как он ожидал. Внутри разрастается бурлящее ощущение магии, которое медленно перетекает в Харриса. Он питается его искрой? Хитрец. Эмоция боли сменяется спокойствием, а огоньки усиливают свое свечение. Сайрисса потихоньку начинает обмякать в руках Ло, медленно засыпая.

Он все еще сжимает руку своего альтер эго, боясь отпустить, словно Джон снова исчезнет. 

— Не исчезну, обещаю. 

Ах да, совсем забылось то, что после их слияния, они могут ощущать эмоции и мысли друг друга. Сплошные плюсы. 

— Я посажу тебя на цепь, и ты больше никогда от меня не уйдешь, защитник хренов. 

Сайрисса тихо посапывала в своей кровати, бережно и аккуратно укрытая одеялом. Лололошка сидит на краю, рассматривая ее лицо. Бледная, почти белая кожа сливается с волосами, заплетенными в косы. Много крови она потеряла, но сил выкарабкаться хватит. Белоснежные ресницы подрагивают ото сна, появляются морщинки. Даже в таком состоянии хмурится. Характерная. Прекрасная представительница своего рода. 

Джон тихо подходит и так же начинает рассматривать эльфийку. 

— Красивая, но палец в рот не клади, по локоть откусит. 

Ло хмыкает и улыбает. Прав подлец. Хотя он был таким же. 

— Прямо как ты. 

И слышит такой же смешок. Только сейчас он может спокойно выдохнуть. Словно огромный груз исчезает, больше не гложет внутри, ничего не давит сердце. Хоть и более глобальная проблема все еще осталась неразрешенной. 

— И долго ты будешь вот так нагло и бессовестно рассматривать её? 

Тихий голос вырывает из собственных мыслей, заставляя вернуться в реальность.

— Нет.. просто задумался. 

Дейвисон все же отводит взгляд и уже смотрит в глаза Харриса. 

— Дай угадаю, ты снова задумался о бытие, как решить чужие проблемы, а свои снова затолкать поглубже и забить на них? 

— Что? Нет.. 

— А мне кажется да. 

Играет нечестно. Считывает его как открытую книгу, чувствуя все, благодаря их связи. Теперь все самые потаенные секреты перестанут быть секретами, а все мысли будут как на ладони. Возможно… так даже и легче. Ничего не придется объяснять, подбирать слова и пытаться донести так, что бы не обидеть. Но… что же чувствует сам Джон? Почему так старательно пытается закрыться от него и скрыть свои чувства? 

— Почему ты можешь почувствовать и понять меня, а я нет? - Ло встает и подходит совсем близко. Интимно близко,- закрываешься, блокируешь свои эмоции и мысли. 

Говорит почти шепотом, смотря ему в глаза. А в них буря… Бушующее море, которое захлестывает с головой. 

Вместо всех слов, Харрис просто обнимает Ло. 

Все проносится быстро. Чужие эмоции и чувства наполняют изнутри. Такие теплые, но одновременно тревожные. Одни за другими дают понять то, что так старательно скрывали. С самого начала и до сейчас. 

Первая встреча. Любопытство. Соперничество. Первые звоночки. Сомнение. Отрицание. Принятие собственных чувств. Страх потери. Страх невзаимности. 

Руки сами обвивают его торс, прижимаясь ближе. 

Теперь он точно его никогда не отпустит.  

— Так явно намного проще, чем бесчисленное количество времени объясняться без сарказма, шуток и перевода это все в иронию. Хотя тут без этого никуда. Полюбить своего двойника. Это получается селфцест? Наверно странно выглядит со стороны. Люди шарахаться будут. 

Как ему удается даже в таких моментах вести себя как придурок? Видимо желание треснуть его перманентно будет преследовать Ло. Но он лишь вздыхает, понимая что придется только смириться с этим.

— Какой же ты все таки придурок, Джон. 

— И ты полюбил этого придурка. 

— Да, полюбил. 

— Вау, ты только что признался мне. 

И все же он не может сдержаться. Ладонью не сильно бьет по спине. 

— Ладно ладно, я тоже тебя люблю. 

— Вау, сам Джон признался в своих чувствах.

Теперь он чувствует хлопок по спине. 

У них еще будет уйма времени объясниться и поговорить. Рассказать все, что гложет и тревожит. Разговаривать до боли в горле и усталость по всему телу. Но сейчас их отвлекает недовольное кряхтение с кровати.

— И долго вы будете там стоять?

Неловко…