Экология Русского Языка Реферат
Экология Русского Языка Реферат
Опубликовано Тарасова София Владимировна
вкл 03.09.2013 - 20:11
Научно-практическая конференция "Творчество". Реферат
Язык нужен нам, как воздух. Точно подобранное по смыслу, по стилю, по эмоциональной окраске слово – это надежный инструмент общения и верный проводник мысли.
Кто-то из великих сказал: «Наша речь это наш портрет». Просто слушая рассказ человека, можно многое о нем узнать: насколько он образован, насколько начитан, в каком кругу привык общаться. Если наш собеседник употребляет определенные профессиональные слова, мы можем сказать, кем он работает. А опытный лингвист, даже может сказать, где родился тот или иной человек. Поэтому, порой случается, что наша речь выдает нас с головой или просто рисует нашему собеседнику наш портрет.
“Заговори, чтоб я тебя увидел”, - эти мудрые слова принадлежат философу Сократу. Наша речь – это и одежда, по которой нас встречают, и ум, по которому обычно провожают. А чтобы говорить правильно, надо знать язык. Чтобы он стал надежным, верным другом, надо обращаться с языком, этим культурным достоянием любого народа, разумно, бережно и аккуратно. В.Шефнер писал:
Словом можно убить, словом можно спасти, Словом можно полки за собой повести…
Что же мешает сделать нашу речь экологически чистой?
Сквернословие — это речь, наполненная неприличными выражениями, непристойными словами, бранью. У этого явления много определений: нецензурная брань, непечатные выражения, матерщина, нецензурная лексика, лексика «телесного низа» и т. д. Но издревле матерщина в русском народе именуется сквернословием , от слова «скверна».В словаре В. Даля сказано: «Скверна — мерзость, гадость, пакость, все гнусное, противное, отвратительное, непотребное, что мерзит плотски и духовно; нечистота, грязь и гниль, тление, мертвечина, извержения, кал; смрад, вонь; непотребство, разврат, нравственное растление; все богопротивное».
“Мёртвое слово”. Зачем люди ругаются?
Если речь идет о русской скверноматерной брани, то функции у нее различны в зависимости от того, кто ее использует. Бывает просто употребление слов в буквальных значениях — не очень распространенное. Это может быть выражение, сопряженное с сознательным нарушением определенных требований, причем люди, активно использующие мат, осознают его запретность. А еще нецензурное выражение может войти в привычку, стать нормой речевого поведения для человека. Например, человек может ориентироваться на язык окружения, так подростки начинают ругаться под влиянием сверстников. А люди интеллигентные могут считать, что с употреблением мата их речь становится более выразительной, или демонстрировать свою независимость от условностей. Использование не только мата, но и эвфемизмов для такого человека просто способ связать свою речь. Это явление описал Солженицын в рассказе «Пасхальный крестный ход», охарактеризовав как брань «в сердечном русском разговоре». Говорящий уже сам этих выражений не замечает, но поддерживает некий тонус довольно циничной беседы.
Какие положительные качества есть в сквернословии?
Мат обладает только отрицательными качествами. Если употреблять мат в речи, то для христиан - это значит совершить тяжкий грех. Если люди отступают от Бога, то они всё больше и больше употребляют мат в речи. Мат - это молитва, но только сатане. И если молитва созидает, то мат – разрушает. Вспомните фильм «Живая вода», где рассказывается о том, как политая водой, над которой прочитали молитву «Отче наш», пшеница проросла, а зерна, политые водой, «политой» матерными словами, - нет! И не случайно, ведь мат разрушительно действует на все живое…
Мат – это оскорбление матери, а в христианской вере - Богородицы. Как часто мы слышим, как слово «мать» употребляется не для обозначения женщины-матери, а для ругани.
Эдуард Асадов писал в своем стихотворении «О скверном и святом»:
Что в сердце нашем самое святое? Навряд ли надо думать и гадать. Есть в мире самое простое И самое возвышенное Мать! Так почему ж большое слово это, Пусть не сегодня, а давным-давно, Но в первый раз ведь было кем-то, где-то В кощунственную брань обращено. Тот пращур был и тёмный, и дурной, И вряд ли даже ведал, что творил, Когда однажды взял и пригвоздил Родное слово к брани площадной. И ведь пошло же, не осело пылью, А поднялось, как тёмная река. Нашлись другие. Взяли подхватили И понесли сквозь годы и века Пусть иногда кому-то очень хочется Хлестнуть врага словами, как бичом, И резкость на язык не только просится, А в гневе и частенько произносится, Но только мать тут всё-таки при чём? Пусть жизнь сложна, пускай порой сурова. И всё же трудно попросту понять, Что слово мат идёт от слова мать, Сквернейшее от самого святого! Неужто вправду за свою любовь, За то, что родила нас и растила, Мать лучшего уже не заслужила, Чем этот шлейф из непристойных слов?! Ну как позволить, чтобы год за годом Так оскорблялось пламя их сердец?! И сквернословам всяческого рода Пора сказать сурово наконец: Бранитесь или ссорьтесь как хотите, Но не теряйте звания людей. Не трогайте, не смейте, не грязните Ни имени, ни чести матерей!
Нецензурная брань задевает глубинные слои подсознания и приводит к эскалации насилия. Действительно, драки, погромы, даже убийства в состоянии аффекта никогда не сопровождаются изысканной литературной речью, но всегда самым грубым и отборным матом. У матерщинника развивается такая же зависимость от бранного слова, как у заядлого курильщика — от никотина и алкоголика — от спиртных напитков.
“Чёрная брань, слово о русском мате”
Казалось бы, русский народ матерился всегда. Передаваясь от отца к сыну, от поколения к поколению, матерные слова дошли до настоящего времени хотелось бы всем попыткам объявить их вне языка, запретить их употребление, то есть, иначе говоря, — убить их. Этот путь сквозь многие года , проделанный матерщиной, сделал ее чем-то вроде завета — завета не поддаваться цензуре, противостоять всякому авторитету и запрету, им устанавливаемому. И мы, знающие эти слова, чувствуем своего рода единство — не столько единство языка, сколько единство свободы — свободы говорить то, что нам вздумается. Еще сознавая, что материться — недоброе дело, — до последнего времени подобная вольность речи считалась недопустимой в обществе женщин и детей — примем во внимание хотя бы это свидетельство, — но даже согласившись внутренне с такой оценкой, мало кто ставит целью изжить в себе мат до конца. Мы как-то не привыкли ущемлять свое чувство свободы, тем более, что, имея свободу слова в числе общественных идеалов, легко дать волю своему языку. Общая картина такова. Средняя русская речь, та, которую можно слышать на улицах, обильно помечена матом — в различных контекстах и по самому разному поводу.
Сквернословие, ещё недавно бывшее недопустимым в обществе, сегодня заполонило нашу страну. Матерная брань, за которую могут посадить в тюрьму как за оскорбление, вроде бы сейчас уже никого не оскорбляет. И не только не коробит, а даже и не удивляет. Это свидетельство опасных сдвигов в жизни народа. Ибо чем исконно являлась брань? Это была оборона. Это первое словесное предостережение тому, кто тебе угрожает. Сначала оборонялись словом, потом пускали в ход кулаки и оружие. Наши русские по происхождению бранные слова, я не говорю сейчас о мате, который пришёл на нашу землю извне, так вот, почти вся русская брань имеет значение «мёртвый». Таков смысл, например, слова «падла». То есть это «падаль». Или «стерва», то есть буквально «мёртвый человек». Вспомните, что у нас в русском языке есть слово «стервятник» — питающийся падалью. Такое же значение «мёртвого» есть у слова «зараза». Оно восходит к глаголу «заразить», то есть убить. И ругательство «зараза» исконно обозначает убитого человека. Похожее значение имеет слово «мразь». Оно фактически говорит о покойном, только замороженном. «Сволочь» — тоже слово, обозначающее покойника, по-видимому, самоубийцу. То есть все эти ругательства являлись предупреждением обидчику, что он будет покойником, если вступит в борьбу с тобой. Вслед за подобной бранью могло следовать только истребление врага. Согласитесь, что подобное значение бранных слов естественно применять именно к недругам. Но совершенно неестественно, когда сволочью, то есть самоубийцей, или заразой, то есть убитым, или падлой, то есть мертвецом, в семье называют друг друга пусть и поссорившиеся, но всё же родные люди, вовсе не имеющие намерения убить друг друга. Но вот какая оказия. Слово само по себе имеет силу, энергию. И называть живого мёртвым без последствий для называемого не получается. А потом наши дети, отцы, мужья, жёны болеют, хиреют… И немудрено. Сами мы в семейной брани накликиваем на них беду, изображаем их словом как бы мёртвыми. Но ещё страшнее для человеческой души матерная ругань. Это ведь намеренное оскорбление человека клеветой. Это объявление в нецеломудрии не только его самого, но и его близких, самых родных.
Нас часто пытаются убеждать, что матерщина-де возникла в глубокой древности и не имела оскорбительного смысла. Что-де люди были просты как дети. Но это ложь - ложь с целью порушить в человеческих душах остатки чистоты. На самом деле на протяжении тысячелетий отношения в семье у славян и русских, как, впрочем, и у других европейских народов, были основаны на строгой верности. Блуд наказывался лютой смертью или в лучшем случае битием. Блуд являлся несмываемым позором для всего рода. И потому до сих пор сохранилось оскорбительное наименование «ублюдок». Даже намёк на блуд — оскорбление. А матерщина — это уже не намёк, а обвинение. Это бесчестие семье и роду оскорбляемого. Разумеется, и сегодня мы с вами не позволили бы никому открыто назвать блудниками наших родителей. А вот матерную ругань, которая означает то же самое, только в наглой, вызывающей, грязной форме, мы почему-то переносим почти спокойно. Утешаем себя тем, что сквернословцы ругаются по привычке, что они без мата не могут, не умеют разговаривать. Дескать, запретив мат, мы рискуем отучить людей говорить. Ну и пусть лучше вообще не разговаривают, чем ежечасно оскорбляют друг друга, поносят, клевещут, грязно ругаются над самым сокровенным и дорогим для каждого человека. Так что выбирайте, как говорить, что говорить. И думайте, прежде чем говорить. Ибо слово ваше строит вашу семью, вашу судьбу. И направляет пути или к добру, или к злу.
Мы провели исследование в своем классе.
5. Считаете ли вы мат неотъемлемой
частью жизни русского общества?
Результаты анкетирования (по слайдам).
ПОД «ФЕЙС-КОНТРОЛЕМ» В «БЛИН-ХАУСЕ»
На литературном языке важно говорить потому,что современный жаргон очень изменился в худшую сторону. Литературный язык-это язык на котором говорили со времён 17 века. Говорить правильно очень важно ведь слово это сильное оружие которое способно на многое.
Говорить на литературном языке важно потому ,что слово литературного происхождения очень сильно выделяется от других слов. Он как полагается не использовался в простой речи. На этом языке в основном писались книги.
Русский народ с древних времен вступал в культурные, торговые, военные, политические связи с другими государствами, что не могло не
привести к языковым заимствованиям. В процессе употребления большая часть их подверглась влиянию заимствующего языка. Постепенно заимствованные слова входили в число слов общеупотребительных и уже не воспринимались как иноязычные. Национальная самобытность русского языка ничуть не пострадала от проникновения в него слов иноязычных, так как заимствование – вполне закономерный путь обогащения любого языка.
Конечно, необходимо называть новые явления и предметы новыми словами. Так, в русском языке появились слова компьютер, принтер…
Но часто мы употребляет заимствованные слова неоправданно, просто так, «для красного словца».
Внедряются слова, имеющие русские эквиваленты: прайс-лист, мидл-класс, бутик, топ-менеджер, тюнинг. Появилось даже нечто под именем «Филипп Киркоров-продакшн». Хорошее, имеющее нравственное обоснование слово «гостиница» принято заменять «отелем». В народе подобные лексические элементы справедливо называют «холуизмами», т. е. встречающимися в устах тех, что раболепствуют перед американской культурой. И даже когда становится очевидной ее сущность — приобретательская агрессивность, основанная на весьма поверхностном представлении подлинных культурных ценностей, — в русский язык рвутся многочисленные «сейшн», «саммит», «ланч»; существующие в России должности заменяются «премьер-министрами» и «бильд-директорами».
Если вы хоть разок проехались по московским улицам или окружной автодороге, то не могли не обратить внимания на то и дело мелькающие по сторонам огромные рекламные щиты: чего только на них не понаписано, и какой только срамоты не понаклеено. А главное, что и не поймешь: на каком таком тарабарском языке. Призывают, скажем, купить таун- хаус в ближайшем Подмосковье . Таун-хаусы (если перевести дословно) – городские особняки. Но само слово, кроме того что засоряет русский язык, настраивает на высокомерное поведение – вот, мол, мы какие, в таун-хаусе живем…
Дальше – больше. Въезжающего в нашу столицу, встречают ныне гипермаркеты и мегамоллы: «Ашан», «Мега», «Икеа», «Гранд», «Рамстор», «Мосмарт», «Гроссмарт», «Вэй-Парк», а также всевозможные « Макдональдс», «Ростикс», «Пицца-Хат», «Стардогс», «Киностар», «Баскин Роббинс» и т.д. и т.п. В том же «Ашане» бегают по залу юноши и девушки, у которых на спине начертано слово «мерчендайзер» . Но никто из них, опрошенных, так не смог толком объяснить, – что это значит. Ну, как тут не согласиться с Пушкиным: «чем непонятней, тем ученей». Наверняка, это сродни приказчику или, на худой конец, младшему товароведу . Но, увы, русские слова, как мы знаем, у себя на родине сегодня не в чести.
Вот и наши исконные конторы и учреждения стали в одночасье офисами . А всевозможные директора, начальники, заведующие, руководители, старшие, управляющие – менеджерами всех уровней, где главный – топ-менеджер . Это не оттого ли, что топает, как иные ретивые начальники, когда что не по нему?!
Вопреки здравой логике, служба безопасности на языке предпринимателей именуется секъюрити, названия учреждений: «Кволити» (буквально — качество), «Квин Хаус» («Дом королевы»), «Автотрэвэл» - подразумевает, что русские дети должны с пеленок говорить на смеси «английского с нижегородским».
Расшатывание традиционной русской языковой культуры ведется в основном через активное внедрение англоязычной лексики и англоязычных наименований. Если вы захотите порекусить в столице, то вам придется заказать бизнес-ланч ? К вашим услугам, к тому же, не чайные и не кофейни, шашлычные, блинные да пирожковые . Перед нами в кофе-хаусы, и – даже — блин-хаусы . А уж «Америкэн картошка» — совсем уж прямое нарушение чистоты речи.
Причем, любителям дискотек не избежать фейс-контроля и дресс-кода.
Конечно, такие слова могут нанести лишь урон русскому языку. Не случайно А.С.Шишков писал еще в 19 столетии : «Полезно ли славенский превращать в греко-татаро-латино-французско-немецко-русский язык? А без чистоты и разума языка может ли процветать словесность?»
Русский народ создал неповторимую культуру, язык, восхищавший мастеров художественного слова разных стран, и понятия, закрепившиеся в языке этого народа, не нуждаются в переводе.
Глава 3. Речевая паразитология, или СЛОВА-ПАРАЗИТЫ
Конечно, в языке слов-паразитов нет, такими они становятся в речи говорящего из-за частого, неуместного их употребления. Слова-сорняки, слова-паразиты не несут никакой смысловой нагрузки, не обладают информативностью. Они просто засоряют речь говорящего, затрудняют ее восприятие, отвлекают внимание от содержания высказывания. Кроме того, лишние слова психологически действуют на слушателей, которые начинают подсчитывать количество таких слов в устном выступлении.
К сожалению, многие активно вставляют в свою речь «любимые словечки»: так сказать, значит, вот, собственно говоря, видите ли, понятно, да, так, понимаете и др.
Примеры этих слов проиллюстрированы веселым стихотворением Э.Мошковской:
Почему же все-таки слова-сорняки появляются в нашей речи?
Это и волнение во время говорения, и неумение мыслить публично, подбирать нужные слова для оформления своих мыслей и, конечно, бедность индивидуального словаря говорящего.
У каждого есть «любимые» сорные слова. Бывает, что выступление, обычный разговор состоят наполовину из подобных слов. Проиллюстрирую примером:
«Значит, ну, вот, понимаете, у каждого человека, так сказать, вот, есть, значит, это самое, свои „любимые“, так называемые „сорные“, значит, слова, вот. Понимаете, вот, бывает, что, значит, ну, что выступление, значит, вот, обычный, так сказать, разговор состоит наполовину, так сказать, значит, ну, из подобных слов».
Как и откуда появились и накрепко засели они в нашей речи?
В детстве, когда вы не знали, как начать фразу, такие слова сами выскакивали. Хочет что-то сказать ребёнок, а нужное слово не вспоминается, вместо него появляется вот, но всё равно заминка, тут всплывает слово ну — не помогает, выскакивает третье слово — значит… Наконец всплывает в памяти необходимое слово.
Представьте себе: вошёл в комнату человек и хочет рассказать, что увидел недавно на улице. Мысль ещё не сформировалась, а рот открыт, говорить надо. Начинается речь: «Ну, вот, значит, иду я по улице и вижу…».
Слов-паразитов становится больше при волнении или когда хочется побыстрее что-то рассказать…
Согласитесь: разобрать, понять подобную речь можно. Но в неё просто невозможно вслушаться, она раздражает. Такая речь проскакивает мимо слушающего.
Отчего и почему так происходит? В чём истоки?
Пожалуйста, прочтите несколько строк, которые даны ниже. Сначала вам будет трудно читать, наверняка даже возникнет раздражение. Но во второй раз сделаете это бегло и всё легко поймёте. Не так ли?
По рзеульаттам илссеовадний одонго анлигйсокго унвиертисета, не иеемт занчнеия, в кокам пряокде рсапожолены бкувы в солве. Галвоне, чотбы преавя и пслоендяя бквуы блыи на мсете. Осатьлыне бкувы мгоут селдовтаь в плоонм бсепордяке, все рвано ткест чтаитсея без порбелм. Пичрионй эгото ялвятеся то, что мы не чиатем кдаужю бкуву по отдльенотси, а всё солво цликеом.
Если же этот текст произносить, то на слух его воспринять трудно.Почему?
Когда мы читаем, у нас есть время остановиться, обдумать непонятное, догадаться о том, что пропущено, заметить ошибку. Процесс восприятия и обработки информации на слух — совсем другой.
Кроме слов-паразитов, есть и звуки-паразиты. Многие люди имеют привычку, подбирая нужное слово, тянуть «э-э-э», «а-а-а» или «м-м-м». Эта привычка обычно очень раздражает слушателей.
В отдельную категорию можно отнести слова-паразиты на букву «Ё». Это всем известные «ёклмн», «ёпрст», «ёлки-палки», «ё-моё», «ёшкин кот». Скорее всего, эти слова на «Ё» - полуцензурный аналог матерного слова на ту же букву.
Бывают у людей обращения-паразиты. Некоторые имеют привычку всех встречных-поперечных называть «Кисой», «Зайкой», «Малышом» и подобными ласковыми прозвищами. Только когда так обращается к тебе близкий или хотя бы хорошо знакомый человек – это одно, а когда первый встречный – от этого может неприятно покоробить.
Есть интересная теория о том, что слово-паразит, живущее в лексиконе человека, может рассказать о его натуре, сущности мышления и видения мира. Если человек употребляет слово-паразит «просто», значит, он считает, что в жизни все должно быть просто, разумно, даже банально и никаких сложностей! Употребляющий слово-паразит «на самом деле» желает открыть людям глаза на правду жизни - этакий борец за истину. «Сами понимаете» - это классический пример «маленького» человека – робкого и постоянно перед всеми извиняющегося. «Короче» – человек не расположен к общению, он не любит разговоры, поэтому хочет сократить свою речь. Однако из-за этого бесконечного «короче» эффект достигается обратный.
У молодежи в ходу словечко «как бы». Оно означает условность. Молодежь так и живет – как бы пойдем, а как бы и не пойдем; как бы будем, а как бы и не будем. Молодежь не обременена ответственностью, это сказывается и на речи.
Кстати, многие вульгаризмы и слова-сорняки, прежде, нежели получить «постоянную регистрацию» в нашем с вами лексиконе, поначалу употреблялись нами же как некая легкая издевка над речью тех, кого мы невольно пародировали, подспудно выражая этим свое над ними превосходство: интеллектуальное, эстетическое, лексическое. Далее же наша гордыня нас подвела. Случилось то, что и должно было случиться: мы и не заметили, как словечки, произносимые нами с подчеркнутой иронией, весь этот мусор: чисто, как бы, конкретно, в натуре, ващще, типа того, короче, вроде как … тихой сапой вошли в нашу речь, беззастенчиво вытеснив из нее нормальные русские слова. Как тот же пресловутый блин , не сходящий с уст даже малышей, и который – не будем себя обманывать – все та же слегка переиначенная вульгарная брань. Как и все эти на фига, до фига, по фигу … А здесь же опять можно вспомнить, что данное слово означает то, что на древнегреческих статуях прикрывал листок фигового дерева.
Исходя из всего вышеизложенного, напрашивается самый простой вывод: если мы стараемся бороться с вирусами и паразитами во время эпидемий, то надо бы начать – постараться начать немедленную борьбу с паразитами, портящими наш великий и могучий русский язык.
Вывод: Что нужно сделать для очистки русского языка? Нужно как можно меньше использовать слова паразиты, сквернословие, иноязычные слова. Если каждый будет следить за своей речью то очистка русского языка будет гораздо быстрее и эффективнее. В русском языке очень много слов которыми можно заменить все сквернословные, неоправданно заимствованные и паразитирующие слова. Давайте прислушаемся к призыву А.А.Ахматовой в ее стихотворении 1942 г. «Мужество» и исполним ее обещание, данное в годы войны:
И мы сохраним тебя, русская речь, Великое русское слово. Свободным и чистым тебя пронесем, И внукам дадим, и от плена спасем Навеки!
Акварельный мастер-класс "Прощание с детством"
Как выглядело бы наше небо, если вместо Луны были планеты Солнечной Системы?
Барсучья кладовая. Александр Барков
Экология русского языка | Образовательная социальная сеть
Реферат : Экология русского языка . Скачать бесплатно и без...
Доклад на тему " Экология русского языка "
реферат - Проблемы экологии современного русского языка .
« Экология » русского языка
На Поле Русской Славы Сочинение
Кластерный Анализ В Психологии Реферат
Наследование Страховых Денежных Сумм Реферат
Мое Отношение К Дубровскому Сочинение Краткое
Какое Сочинение Пишут На Огэ