"Эффект Бартини". Эссе.

У знакомого нам мира, в котором мы живем, работаем и любим, есть "изнанка", пространство, гораздо сильнее насыщенное энергетически, чем все знакомые нам модели "лицевой стороны", практически полностью поглощающей наше внимание.

"Изнанка" - внутренний двор этого мира, силовой генератор, пульт управления. "Изнанка", хотя и c трудом, но доступна для понимания, ведь все видимые нам процессы берут начало именно там, подобно тому как волна, даже цунами, рождается далеко от берега, и часто на большой глубине. Однако законы "изнанки" отличаются от принятых в нашем мире приблизительно таким же образом, как офицерская столовая отличается от солдатской, и каждого, кто столкнулся с "изнанкой" по ошибке, из любопытства или чрезмерной самоуверенности, как правило, ждёт гауптвахта.

Как и в океане, в пространстве "изнанки" существуют разные течения: тёплые и холодные, тонкие и оглушающие, несущие жизнь и плодящие смерть, но мы не будем здесь акцентировать внимание на особенностях и классификациях, а сосредоточимся на едва заметных стыках "изнанки" и "лицевой стороны", местах, где невидимые течения становятся реальностью этого мира, и на одном простом примере познакомимся обитателями глубоководной среды, сильно отличающимися от привычной трески, и появляющимися на поверхности только в случае крайней необходимости.

Чтобы не умножать мракобесия, мы обратимся за примером не к религиозной или мистической сферам, изобилующим спекулянтами на обсуждаемой теме, а обратим внимание на отрасль более чем точную - авиастроение. На примере авиастроения можно легко увидеть, как прикладная физика прыгает выше головы, приоткрывая нам возможности, недоступные даже в теории "лицевой стороны" до импульса, с не всегда понятными целями появившегося на стороне теневой.

Из общей эрудиции мы немного знаем об орденоносном отечественном авиастроении двадцатого века, знаем и некоторые фамилии: Яковлев, Антонов, Королёв, Туполев, Ильюшин. Но знаем ли мы, кого все эти люди называли своим учителем, чьи проекты они дорабатывали, и к чьим успешным разработкам, как это принято, были добавлены две первые буквы фамилий этих, без всяких шуток, талантливых и трудолюбивых конструкторов?

Разрешите представить: Роберт Людвигович Бартини, итальянский аристократ, не совсем человек, и яркий представитель "изнанки", по счастливой для исследователя случайности оказавшийся в обозримом пространстве. Сегодня, не без усилий сочувствующих, с биографией Бартини можно легко ознакомиться, поэтому мы приведем только факты, кажущиеся нам наиболее интересными.

Родился наш мальчик в 1897 году при невыясненных обстоятельствах, точное время и место не известны; однако, будущий авиаконструктор был почему-то сразу же усыновлен влиятельным бароном Лодовико Ороса ди Бартини, связанным с Габсбургами, в семье которого воспитан, блестяще подготовлен и образован. Тут нужно сразу сказать, что от баронства и многомиллионного наследства Роберт отказался (позволим себе комментарий, что представителей "изнанки" крайне редко интересуют местные фантики или титулы, а популярность, известность на "лицевой стороне" с большой долей вероятности вызывает у них физическую боль).

Повоевав и вернувшись из плена, молодой Бартини углубляется в физику и авиастроение, и параллельно вступает в итальянскую коммунистическую партию, на совещании которой принимается решение переправить Роберта в Советский Союз. На том историческом совещании Бартини даёт клятву "посвятить жизнь тому, чтобы красные самолёты летали быстрее чёрных". Ещё один афоризм Бартини - "непонятое вами остерегайтесь называть несуществующим".

В 1923 году Роберт оказывается в СССР, где приступает к работе техническим экспертом и, одновременно, военным лётчиком. С 1928 года - возглавляет экспериментальное конструкторское бюро, и с этого же момента начинает один за другим выдавать революционные проекты самолётов, использующиеся по сей день. Проекты дорабатывают вышеупомянутые конструкторы, у которых Бартини пользуется непререкаемым, почти религиозным авторитетом.

В свободное время Роберт общается с молодой советской интеллигенцией, собирает у себя дома небольшой кружок, где знакомится с писателем Булгаковым, по одной из легенд писавшем образ Воланда именно с Бартини. И было с чего писать - итальянский товарищ, без сомнения, отличался выдающимися данными, и обладал, что называется, "большим магнетизмом". Внешне Бартини был красавчик - поэтесса Образцова, например, мечтательно называла его "настоящим римлянином". В интеллектуальных способностях и манерах иностранца сомневаться тоже не приходится - все воспоминания современников о Роберте носят некий оттенок подобострастия (человек, всё же, не всегда валенок, и часто чувствует с чем имеет дело).

Были у Бартини и странные особенности: Роберт имел, например, редкую патологию глаз - у него не сужались зрачки, поэтому авиаконструктор плохо переносил яркий свет и предпочитал работать в полутьме (в которой, понятное дело, видел чуть лучше, чем классово близкие товарищи). Глаза у Бартини были, как и положено итальянцу, чёрные.

В 1938 году Бартини обвинён в шпионаже в пользу Муссолини, заключен под стражу и приговорён к расстрелу. В ожидании расстрела Бартини не меняет убеждений и лишь наращивает темп выдачи гениальных чертежей, чем приводит в замешательство высшее руководство страны. Расстрел отменяется, следующие 10 лет Бартини работает в "шарашке" - закрытом конструкторском бюро тюремного типа, где отбывает заключение вместе с будущими звездами авиастроения, конструкторами Туполевым и Королёвым.

Когда один из заместителей Бартини, Погорелов, спросил его, как было возможно вынести пытки, лишения и унижения, оставаясь настолько продуктивным, Роберт Людвигович рассказал ему об упражнении, бывшем частью его воспитания: внешне оно выглядело как легкий щелчок указательным пальцем самому себе по носу снизу вверх, внутренняя же часть практики подразумевала полное отстранение от внешних раздражителей (мы не уверены, что ваша училка согласится с ценностью этого упражнения).

В 1956 году - полностью реабилитирован, живет скромно, славы и наград по-прежнему не ищет, работает с прежней интенсивностью. Как результат - более 60 законченных проектов самолётов, без преувеличения положивших основу отечественному (а учитывая шпионские страсти, и мировому) авиастроению. Можно сказать, что название большинства самолетов (таких как Як, Ил, Ту), по-хорошему, должно содержать буквы "Ба", но мы не знаем ни одного такого самолёта. А знаете почему? Потому что это противоречит законам и этике "изнанки".

С 1965 по 1976 год Бартини публикует несколько статей по теоретической физике, одно из названий "Множественность геометрий и множественность физик", где без обиняков описывает не принятое четырёхмерное, а шестимерное пространство (по какой-то причине он решил включить в модель два "изнаночных" измерения), однако научный мир эти статьи не понимает и не принимает. Чуть позже современный физик Михаил Шифман найдет пересечения работ Бартини с модной нынче "теорией струн", но настаивать не станет.

В последние годы жизни Бартини рисует немного мрачные, но жизнеутверждающие и производящие впечатление картины, в основном абстрактные. Живёт и работает уединенно, незадолго до смерти пишет завещание, озаглавленное "Моя воля", упоминая в нём никому до этого не известных людей. Один из пунктов завещания - вскрытие цинкового ящика с его бумагами, назначенное Бартини на, не много ни мало, 2197 год. Известно, что ящик уже вскрыт, содержимое засекречено, но мы полагаем, что нетерпеливые чекисты поняли смыслы бумаг Воланда немногим лучше, чем его работы по теоретической физике.

Бартини умирает 6 декабря 1974 года - его находят в его рабочей квартире на Кутузовском проспекте среди гор чертежей и набросков. Официальная причина - остановка сердца. В этой же квартире, среди прочих бумаг обнаруживается неоконченное литературное художественное произведение под названием "Цепь", которое, например, содержит такие стихи:

"Каждый миг вечен.

Неразрушимо звено

Неразорванной цепи

Вечного свершения.

В нём я живу..."

Или:

"Вселенная существует во мне неотделимо.

Как в шаровом зеркале,

весь мир

во мне отображён..."

P.S.

Закончить это эссе нам хочется ещё одной цитатой из Роберта Людвиговича: "Прошлое, настоящее и будущее - одно и то же. В этом смысле время похоже на дорогу: она не исчезает после того, как мы прошли по ней, и не возникает сию секунду, открываясь за поворотом"...

P.P.S.

На фото сам Роберт Бартини и одна из его картин.

P.P.P.S

И да пребудет с вами сила!