Эдгар Аллан По

Ну вот и дошла очередь до давно уже обещанного нашего автора (https://t.me/Centonis/320).

Есть в нашем пазле авторы, чья жизнь выглядит как одно из их произведений...

А есть те, у кого так выглядит их смерть.

3 октября 1849 года на улице Балтимора, а точнее, в канаве на Ист ломбард стрит, был найден в "состоянии помраченного сознания" Эдгар Аллан По, один из творцов текущей реальности двадцать первого века, оказавший значительное влияние не только на мировую литературу, но и на такие, казалось бы, далекие от него вещи как современная космология (привет создателям "теории Большого взрыва") и криптография (привет криптоанархистам, а заодно и ходлерам криптовалют!).

За несколько дней в госпитале он так и не вернулся в "обычное положение точки сборки", большая часть сведений об этих четырех днях исходит от его лечащего врача Джона Джозефа Морана и "степень достоверности этих сведений, скажем так, находится под вопросом". 

В течение многих лет после смерти По история Морана менялась с каждой последующей лекцией и публикацией на эту тему. Так, он заявлял, что он сразу же связался с тётей (и заодно тёщей) Эдгара По Марией Клемм, чтобы сообщить ей о смерти По; на самом же деле он написал ей лишь в ответ на её запрос 9 ноября, через целый месяц после трагического события.

Он также утверждал, что По в весьма поэтичной форме сказал, что готов сделать свой последний вздох: "Сводчатые небеса принимают меня, и Господь уже начертал свою Божью Волю на лбу каждого сотворённого человеческого существа, а демоны уже обретают плоть и кровь, их уже ждут бурлящие волны полнейшего отчаяния"

Редактор газеты New York Herald, который опубликовал эту версию морановской истории, признал, что «Мы не можем себе представить, что По, даже находясь в бреду, мог составить такое предложение»

В истории Морана есть и другие расхождения. В разное время он утверждал, что По был доставлен в больницу 3 октября в 5 часов вечера, 6 октября в 9 часов утра или в день смерти в 10 часов дня. Каждый раз он утверждал, что в подтверждение его слов имеются соответствующие больничные записи. Через сто лет была предпринята попытка найти больничные записи, в частности свидетельство о смерти, но ничего обнаружить не удалось.

В последнюю ночь (с 6 по 7 октября) перед смертью По звал человека по имени Рейнольдс, возможно, того самого Д. Н. Рейнольдса, который стал вдохновителем единственного законченного романа нашего автора: «Повесть о приключениях Артура Гордона Пима», самого, возможно, недооцененного романа в истории литературы.

Все медицинские записи и документы, включая свидетельство о смерти По, если они вообще существовали, были утеряны.

Точная причина смерти По до сих пор, как и положено для создателя "Убийства на улице Морг", остаётся неустановленной, своего Огюста Дюпена эта история пока не нашла...

Хотя многие биографы изучали этот вопрос, но все пришли к различным выводам: от Джеффри Мейерса и его уверенности в том, что это была гипогликемия, до Джона Евангелиста Уолша и его теории о сговоре с целью убийства. Его теория отчасти была основана на письмах Элизабет Оукс Смит, поэтессы XIX века, знакомой с По. Смит писала: «Незадолго до своей смерти он был жестоко избит злодеем, который не знал другого способа отомстить за оскорбления, которые По ему якобы нанес»

Уолш приводит и версию о том, что убийство могло быть связано и с предполагаемой свадьбой с его подругой детства, Эльмирой Ройстер, которая тогда была уже богатой вдовой. Братья невесты активно выступали против этого брака и были достаточно решительными людьми.

Часто встречаются версии самоубийства и чрезмерного злоупотребления наркотическими веществами (от алкоголя до опия), а также отравление, впрочем, исследование сохранившегося образца волос, сделанное в 2006 году, не подтверждает интоксикацию.

Конечно, речь шла и о возможности ограблении: денег при нем не нашли, хотя в Балтимор он должен был приехать с приличной по тем временам суммой в полторы тысячи долларов, более того, на нем явно была чужая одежда и чужая трость в руках.

Мне кажется весьма правдоподобной версия "купинга", долгое время бывшая практически официальной: дело в том, что По был обнаружен рядом с избирательным участком 4-го округа в таверне Района, в день выборов, а Балтимор в то время славился тем, что перед выборами город терроризировали "охотники за голосами", которые буквально ловили на улицах случайных прохожих за пару дней до голосования, держали их в так называемых "курятниках" и в день выборов заставляли их голосовать по несколько раз на избирательных участках, причем часто пойманных бедолаг накачивали спиртным и заставляли переодеваться в другую одежду.

Впрочем, Эдгар По был довольно известным человеком в Балтиморе, поэтому у этой версии есть свои сомнительные стороны.

В последнее время стали появляться свидетельства того, что По мог также погибнуть от укуса бешеной собаки: отказ от воды, судороги, галлюцинации и лихорадка — считаются классическими симптомами бешенства.

Как бы то ни было, 8 октября 1849 года тело По было предано земле.

День выдался ненастный, с утра моросил осенний дождик. Проводить По в последний путь на кладбище, по иронии судьбы расположенное почти напротив дома, где он прожил несколько лет и где написал свои первые произведения, пришли только семь человек. Похороны заняли менее трех минут (священник даже не прочел проповедь). 

В октябре 1875 года Эдгар По был перезахоронен в более удобном для посетителей месте, на новой могиле поставили красивый памятник. Впрочем, некоторые из присутствующих обратили внимание то, что скелет оказался выше как минимум на 5 сантиметров, имел хорошо сохранившиеся зубы цветущего юноши и был «одет» в полуистлевший военный мундир.

Возможно, землекопы по ошибке выкопали гроб не Эдгара Алана По, а рядового Филиппа Мошара, погибшего в 19 лет и похороненного рядом с семейным участком По. 

В третий раз нашего автора перезахоронили уже в 2009 году, в год 160-летия со дня смерти (или 200-летия со дня рождения, если это будет звучать "более позитивно"), на похоронах использовалась восковая фигура По, а специальные актеры исполняли роли его выдающихся современников ))

В день, когда По был похоронен, в газете New-York Tribune появился объёмный некролог, написанный неким «Людвигом». Вскоре его перепечатало множество изданий по всей стране.

Начинался он такими словами: «Эдгар По мёртв. Он умер позавчера в Балтиморе. Известие это поразит многих, но мало кого опечалит».

Позже выяснилось, что за псевдонимом «Людвиг» скрывался Руфус Уилмот Гризвольд, достойный представитель племени литературных критиков, который испытывал к По неприязнь ещё с 1842 года, когда сменил его в кресле редактора "Graham’s Magazine".

При жизни По их конфликт носил эпистолярный характер, ограничивавшийся взаимными нападками в литературных статьях. После его смерти Гризвольд начал методично разрушать его репутацию, формируя крайне отрицательный образ писателя в обществе.

Гризвольд написал «Мемуары автора», биографическую статью о По, в которой представил его неисправимым пьяницей, наркоманом, безумцем и безбожником, включив якобы реальные письма писателя в качестве доказательства, — образ, созданный Гризвольдом, на долгие годы стал общепризнанным.

Только 90 лет спустя после смерти По, в 1941 году было доказано, что письма По, которые Гризвольд использовал в своей работе, — были подделаны.

По заявлениям Гризвольда, незадолго до смерти По назначил его своим литературным душеприказчиком. Не установлено, было ли это в действительности так, или же он получил эту должность с помощью какой-либо аферы.

Как бы то ни было, в последующие годы Гризвольд, распоряжавшийся литературным наследием По, получил огромную прибыль с продаж ставшего успешным среди читателей четырёхтомного сборника его произведений, не оставив Марии Клемм, теще писателя, ни пенни.

В целом, для внимательных читателей нашего блога нет ничего необычного в попытках современников всячески принизить и дезавуировать значение многих из наших авторов... Это, можно сказать, нечто вроде знака качества, наглядно демонстрирующего факт того, что их тексты слишком опередили свое время.

Совсем по-другому звучат отзывы следующих поколений, которые восприняли то, что писалось, по сути, для них.

"Эдгар Аллан По, разбросавший, со свойственной ему гениальной небрежностью, семена, из коих проросли столь многие современные литературные формы, был отцом детективного рассказа и очертил его границы с такой полнотой, что я не вижу, как последователи могут найти новую территорию, которую они осмелились бы назвать собственной… Писатели вынуждены идти узкой тропой, постоянно различая следы прошедшего перед ними Эдгара По…"  А. К. Дойл

А потом добавил, что: «если бы каждый автор какого-либо произведения, в котором он что-то заимствовал от По, вложил десятую часть полученных за него гонораров в счёт памятника своему учителю, можно было бы построить пирамиду, высотой с Хеопсову».

"Слава По претерпевала взлёты и падения, и сегодня среди «передовой интеллигенции» является модным принижать его важность и как мастера слова, и как влиятельного автора; но любому зрелому и мыслящему критику будет трудно отрицать огромную ценность его творчества и убедительную силу интеллекта, открывавшего новые горизонты в искусстве. <…> Некоторые рассказы По обладают едва ли не абсолютным совершенством художественной формы, что делает их настоящими маяками в области малой прозы". Г. Ф. Лавкрафт

Огромное влияние Эдгар По оказал и на эпоху Серебряного века в России.

Прежде всего на «старшее» поколение русских символистов. К. Бальмонт и В. Брюсов, например, даже выпустили сборники переводов произведений По, сопроводив их своими очерками.

А вот мнение Александра Блока: «Эдгар По — воплощенный экстаз, „планета без орбиты“ в изумрудном сиянии Люцифера, носивший в сердце безмерную остроту и сложность, страдавший глубоко и погибший трагически»

Про влияние на Бодлера мы уже писали (https://telegra.ph/SHarl-Bodler-01-04) , вообще-то в шеститомном полном собрании сочинений Ш. Бодлера ровно половину, то есть 3 тома составляют его переводы из Эдгара По, который был для Бодлера по сути alter ego, его «литературным братом-двойником».

Бодлер видел в биографии По отражение своей собственной судьбы. 

Жан-Поль Сартр, еще один из наших авторов, писал о том, что есть своего рода типология авторов, одинаково ощущавших свое предназначение: «Определения „поэт“ и „мученик“ сами просятся на язык, его существование преображается в судьбу, а невзгоды начинают выглядеть как результат предопределения. Вот тут-то совпадения и обретают свой смысл: „По становится как бы изображением самого Бодлера“»

Наши латиноамериканские авторы Хорхе Борхес и  Хулио Кортасар просят напомнить и о влиянии на «магический реализм».

«Эдгар По, несомненно, повлиял на меня... Еще ребенком я открыл для себя Эдгара По и свое восхищение им выразил, написав стихотворение, которое назвал, ну конечно же, "Ворон"» Х. Кортасар

В 1956 году Кортасар издал двухтомник произведений Эдгара По в своих переводах на испанский язык, при этом он признавался, что переводить По для него было огромное удовольствие ))

Нельзя обойтись и без мнения Борхеса:

"Можно сказать, что современная литература не была бы тем, что она есть, без двух людей. Оба эти человека – американцы прошлого столетия: Уолт Уитмен – к нему восходит так называемая гражданская поэзия, к нему восходит Неруда, восходит так много плохого и хорошего, и Эдгар Аллан По, к которому восходит символизм Бодлера (тот был его учеником и буквально молился на него).

К По восходят два, казалось бы, совершенно не связанных между собой, но все же родственных друг другу явления.

К нему восходят идея интеллектуальной литературы и детектив.

Первое – взгляд на литературу как на деятельность ума, а не духа – имеет огромное значение.

Значение второго минимально, несмотря на то, что детектив вдохновлял великих писателей (вспомним Стивенсона, Диккенса и лучшего наследника По – Честертона). Эта литература может показаться второстепенной, и, действительно, она приходит в упадок. Сейчас она превзойдена и вытеснена научной фантастикой, возможно, возникшей также благодаря По".

Ключевая мысль Борхеса, впрочем, еще глубже и сводится к тому, что мы, современные читатели детективов и фантастики, возникли как побочный эффект творчества Эдгара По ))

"Есть такой тип современного читателя -- любитель детективов. Этот читатель, -- а он расплодился по всему свету, и считать его приходится на миллионы, -- был создан Эдгаром Алланом По".

"Я мысленно представляю двух друзей, бредущих по безлюдным улицам Парижа и разговаривающих -- о чем? О философии, об интеллектуальных проблемах. Потом перед нами преступление, первое преступление в фантастической литературе -- убийство двух женщин. Я предпочел бы говорить о преступлении, это звучит сильнее, чем просто убийство. А речь именно о нем: две женщины убиты в своем жилище, которое кажется абсолютно недоступным. По ставит нас перед загадкой запертой комнаты. Одна из жертв задушена, другая обезглавлена. Много денег, сорок тысяч франков, рассыпаны по полу, вообще все перевернуто вверх дном и наводит на мысль о сумасшедшем. Иначе говоря, вначале перед нами -- зверское и леденящее кровь событие, и лишь потом, в финале, дается разгадка. Но в ней уже нет надобности: мы знаем суть, еще не дочитав рассказа. И это снижает его эффект. Кто, в самом деле, мог предположить, что преступником в конце концов окажется орангутанг, обезьяна? Эта развязка искусно подготовлена: мы читаем свидетельства тех, кто входил в дом перед тем, как преступление обнаружилось. Все они слышали один хриплый голос, принадлежавший французу, разбирали отдельные слова и слышали другой голос, не понимая ни единого слова, -- голос иностранца. Испанцу кажется, что это был немец, немцу -- голландец, голландцу -- итальянец и так далее; а это нечеловеческий голос обезьяны, он и служит разгадкой преступления, которую мы, впрочем, уже знаем...

Может быть, поэтому мы не слишком высоко ставим По, считая его сюжеты настолько тонкими, что, пожалуй, почти прозрачными. Такими они представляются, поскольку мы уже знаем их, но для первых читателей детективных историй все выглядело иначе: им недоставало нашей изощренности, ведь По еще не изобрел их, как всех нас.

Мы, читатели детективов, изобретены Эдгаром Алланом По. Те, кто читал эти вещи первыми, были зачарованы ими, мы, другие, пришли поздней".

Впрочем, главные причины появления Эдгара По в нашем пазле, — это вовсе не его детективные рассказы, не его исследования измененных состояний сознания, описанные в "мистических" и страшных рассказах, и, тем более, не обстоятельства его таинственной смерти.

Даже историю создания его знаменитой поэмы "Ворон" мы в этой заметке обсуждать не будем, хотя это, пожалуй, самое известное и любимое читателями произведение нашего автора, история создания которого впоследствии была описана бесчисленное количество раз.

Нас интересует, во-первых, редко кем из поклонников Эдгара По прочитанная поэма (в прозе), которая была написана в 1848 году и которую сам По ценил гораздо больше "Ворона".

Речь о поэме "Эврика".

Этот текст правильнее считать не научным трудом, а произведением искусства, поскольку при работе над ним использовалась в первую очередь интуиция.

Впрочем, соглашусь с мнением Юдит Готье: «было бы ошибочно думать, что Эдгар По, создавая „Эврику“, ставил своей целью только написать поэму; он был абсолютно убеждён, что открыл великий секрет Вселенной, и он использовал всю мощь своего таланта для развития своей идеи».

«Эврика» , естественно, не была принята современниками писателя, этот текст на долгие годы был забыт. Критики отнеслись к ней крайне неблагосклонно: её считали абсурдной, автора обвиняли в ереси и кощунстве.

"Идеи, изложенные в ней, на 80 лет опередили теорию Большого взрыва, на её страницах впервые был разрешён фотометрический парадокс. Эдгар По предвосхитил некоторые открытия XX века в области астрономии и космогонии: концепции разбегающихся и эксцентрических галактик, пульсирующей Вселенной, некоторые принципы неевклидовой геометрии".

Валерий Брюсов, первый исследователь «Эврики» в России, писал, что её автор «чутьём художника угадывал многое такое, что современная ему наука принять отказывалась».

Альберт Эйнштейн в одном из своих писем в 1934 году отметил, что «„Эврика“ — это очень красивое достижение удивительно независимого ума».

В 1994 году итальянский астроном Альберто Каппи написал работу, посвящённую исследованию научной составляющей поэмы в прозе: "По, основываясь на метафизических предположениях, построил космологическую модель, чрезвычайно важную для истории идей, поскольку он был первым и единственным, кто постиг идею эволюционирующей Вселенной Ньютона ещё до появления теории относительности и релятивистских моделей. В сущности, теорию расширяющейся Вселенной часто считают следствием общей теории относительности, в то время как к ней можно было прийти и с помощью ньютоновской физики, что было доказано математически только после появления теории относительности, и после того как Хаббл доказал, что Вселенная расширяется. До Эйнштейна и Хаббла никто не опровергал теорию статичной Вселенной. Никто, кроме Эдгара Аллана По".

Второй аспект, который важен для нашего пазла — влияние Эдгара По на криптографию.

Интерес Эдгара По к тайнописи был раскрыт публике еще в 1839 году, когда он на страницах журнала "Alexander’s Weekly Messenger" раскрыл свой талант криптографа, успешно расшифровывая сообщения, присылавшиеся ему в редакцию.

Естественно, своим успехом в криптографии По обязан не столько своим глубоким знаниям в этой области (его основным методом дешифрования был частотный анализ), сколько знанием конъюнктуры газетно-журнального рынка. Он понимал, что большинство читателей не имеет понятия о методах решения шифров подстановки и использовал это как своё преимущество. Сенсация, которую По создавал, легко и успешно разгадывая присланные ему задачи, сыграла важную роль в дальнейшей судьбе его самого известного и популярного при жизни рассказа "Золотой Жук".

Например,  Уильям Фридман, "отец американской криптологии", в 1936 году опубликовал книгу "Эдгар Аллан По, криптограф", и честно признался, что его интерес к данной области впервые проявился в детстве, после прочтения «Золотого жука».

Напомню, кто такой Фридман: именно он в 1940-м году со своей командой криптоаналитиков взломал японский шифр Purple, использовавшийся во время Второй мировой войны, что самым непосредственным образом сказалось на конечном результате этой войны. А впервые он продемонстрировал успешное применение вероятностно-статистических методов для расшифровки военных шифров еще во время Первой мировой войны. Вполне возможно, что если бы этому человеку в детстве не попался рассказ По, история человеческой цивилизации сложилась бы совершенно иначе.

Но, пожалуй, пора заканчивать дозволенные речи ))

Добавлю только пару-тройку постскриптумов — для любителей мистических совпадений и шифрованных посланий.

P.S.

Повесть о приключениях Артура Гордона Пима" - единственный законченный роман Эдгара По. Один из эпизодов, в частности, повествует о моряках, потерпевших кораблекрушение и вынужденных убить и съесть одного из членов команды, человека по имени Ричард Паркер.

Спустя 46 лет после выхода этой книги произошла похожая история: корабль отправился в плавание из Англии в Австралию, по пути затонул, а команда оказалась посреди океана в спасательной шлюпке. И чтобы выжить, они решили убить и съесть одного из своих товарищей. Как его звали? Вы угадали: Ричард Паркер.

P.P.S.

Когда Эдгару По было 18 лет, он служил в армии и тогда же опубликовал свой первый поэтический сборник. Назывался этот сборник "Тамерлан и другие стихотворения" и на нем даже не было указано авторство. Напечатано было всего 50 экземпляров и работа эта, естественно, осталась мало кем замеченной (что было большим ударом по честолюбию По). Считается, что до нашего времени дожили всего 12 экземпляров того издания. В 2009 году один такой экземпляр был продан на аукционе "Кристис" в Нью-Йорке за рекордные 662 500 долларов. Эдгару По бы это понравилось ))

Самая большая сумма, которую он получил, была заплачена за победу рассказа "Золотой Жук" на литературном конкурсе — 100 долларов.

С рукописями По все складывалось еще удивительнее.

Известно, например, что текст «Убийства на улице Морг» был просто выброшен в мусорное ведро. Новый работник издательства нашёл рукопись. Рукопись он передал своему отцу, который хранил её между страниц нотного издания. Рукопись уцелела в нескольких пожарах, после войны опять была выброшена, впоследствии снова найдена и возвращена. Она была куплена коллекционером Джорджем Чайлдсом. В 1891 году Чайлдс передал текст в Университет Дрекселя вместе с письмом, в котором изложил его историю.

P.P.P.S.

В 1841 году журнал "Graham’s Magazine" опубликовал два шифра, присланные американским поэтом и писателем Эдгаром Алланом По, который, правда, в авторстве не признался и сослался на некоего У.Б. Тайлера, "джентльмена, чьи таланты заслуживают глубокого уважения".

С тех самых пор, никто, даже самые известные авторитеты в области криптографии, не смогли проникнуть в тайну придуманной им головоломки. Разгадывание этих криптограмм превратилось для фанатов дешифровки в нечто вроде поисков святого Грааля.

Многие поклонники творчества По считали, что это его послание, направленное автором "Ворона" прямо из могилы.

В 1985 году Луис Ренза, профессор английской словесности из Дартмутского университета, высказал в очередной раз предположение, что Тайлер — не кто иной, как сам По, и что, расшифровав криптограммы, мы сможем прочесть посмертное послание классика американской литературы.

Хотя приведенные профессором доказательства носили косвенный характер, многим они все же показались убедительными, поскольку анаграммы и разного рода кодирование нашли достойное место в творчестве Эдгара По. Кроме того, предпринятые профессором Ренза попытки отыскать У.Б. Тайлера в старых городских реестрах Бостона, Нью-Йорка, Вашингтона, Ричмонда, Филадельфии и Балтимора не увенчались успехом.

Под влиянием профессора Рензы студент-литературовед из Йельского университета и любитель криптографии по имени Шон Розенхайм, охваченный честолюбивым желанием открыть миру загадочное послание великого писателя, принялся за работу по расшифровке. Однако найти первый ответ довелось не ему, а другому филологу-американисту — Теренцу Уолену. В 1992 году Уолен прочитал первую из двух криптограмм, зашифрованную при помощи пунктуационных знаков. Уолен был уверен, что разгаданный им стихотворный отрывок, в котором говорилось что-то про "бессмертную молодость, неуязвимую средь войны стихий, разрушения материи и крушения миров", принадлежат перу самого По. Вскоре выяснилось, однако, что это отрывок из пьесы английского драматурга Джозефа Эддисона, написанной в 1713 году. Но Розенхайм (за это время сам ставший профессором) упорно верил, что автор шифра Эдгар По.

23 февраля 1998 года, заручившись поддержкой своего университета, неутомимый Розенхайм объявил конкурс: победителю, которому посчастливится расшифровать криптограмму, полагалось вознаграждение в размере $2 500. Для этого в интернете был открыт сайт, где излагались условия конкурса.

Весной 2000-го года, то есть почти через два года после объявления о начале конкурса, на сайт наткнулся любитель головоломных задачек и профессиональный программист Джил Броза. Броза родился в Израиле в 1973 году. Расшифровка криптограммы заняла у него около двух месяцев. Причем, по словам Броза, ему было совершенно все равно, что в ней зашифровано: "Если вы любите криптографию, вам важно не узнать, что именно зашифровано, а понять, как устроен шифр".

Начав работать над шифром, Броза первым делом предположил, что текст написан по-английски, ведь Эдгар По американский писатель. Кроме того, рассудил Броза, это тем более вероятно, поскольку первая криптограмма содержала английский текст. Следующим шагом было предположение, что чем чаще встречается та или иная буква в английском языке, тем чаще должно попадаться в криптограмме ее шифрованное соответствие. Броза принялся отыскивать в тексте часто встречающиеся трехбуквенные слова, которые скорее всего должны были соответствовать английским "the", "and" или "not". Не тут-то было. Как выяснилось впоследствии, для того, чтобы разгадывающие шифр не смогли легко распознать буквы по их частотности, шифровальщик (то есть, по всей видимости, сам По) использовал по нескольку разных знаков для обозначения одной и той же буквы. Более того, для более частотных букв По подбирал наибольшее количество символов. Например, букве "е" в шифре соответствовало 14 различных знаков, а букве "z"— только два.

Тогда Броза написал компьютерную программу, подставлявшую реальные слова на место соответствующих "слов" шифра. Не сработало и это. Броза стал искать в интернете последовательность слов с заданным в криптограмме количеством букв. Поиски оказались бесплодными.

По прошествии семи недель, уже почти готовый сдаться, Броза предпринял последнюю попытку. Она состояла в подстановке на место всех повторяющихся трехбуквенных сочетаний шифра английских слов "the", "and" и "not". Затем оставалось только, как выразился сам Броза, "дать волю своему воображению". Парадоксальным образом именно этот путь расшифровки "по наитию" и помог Джилу ухватиться за кончик нитки, которая привела его к разгадке криптограммы.

Решение было готово 23 июня. Еще несколько месяцев ушло у жюри (в составе которого был Розенхайм) на его проверку. К сожалению, расшифрованное послание не таило в себе никаких холодящих душу откровений. Несколько зашифрованных предложений представляют собой откровенно графоманский прозаический отрывок. Но Розенхайм, хотя и сильно разочарованный результатом, продолжает верить, что составителем шифра был все же великий мистификатор Эдгар Аллан По.

Вот эта расшифровка:

"Была ранняя весна. Полдень пылал зноем и жаром. Казалось, даже легкий ветерок приносил с собой сладкое томление природы, был переполнен разнообразными перемешанными между собой запахами розы и, жимолости и ее диких цветов. Эти благоухания проникали сквозь отворенное окно в комнату, где сидели возлюбленные. Горячий солнечный луч падал на ее зардевшееся лицо, нежная прелесть которого казалась более созданием романтического воображения или плодом вдохновенного сна, нежели земной реальностью. С нежностью во взоре глядел на нее возлюбленный, а локоны ее струились, развеваемые дыханием свежего зефира, и почувствовав грубое вторжение солнечного света, устремился, чтобы задернуть занавесь. Но она мягко остановила его.

"Нет-нет, дорогой Чарльз, — мягко возразила она,— уж лучше пусть будет немного солнца, чем совсем никакого воздуха"